Готовый перевод Trapped in a Horror Game as an Arctic Fox / Пленник хоррор игры: история белого лиса: Глава 7

Верховный Жрец Ттуби был мёртв.

Вполне ожидаемый исход. Скорее всего, профессиональный квест убийцы так и звучал: <Убить Верховного Жреца>.

[Система]: Кто-то желает вам смерти.

С самого конца второго задания это уведомление, должно быть, не давало Верховному Жрецу покоя.

Я окинул место происшествия взглядом Искателя.

«Кто убийца?»

Невооружённым глазом его было не опознать.

Как бы то ни было, игроки, которых Ттуби насильно обратил в свою веру и сделал рабами, теперь были на свободе.

[Верховный Жрец, обративший вас, пал от руки убийцы! Отныне ваша душа свободна!]

— Да здравствует свобода!

— Кто убийца? Слава свободе!

— Убийца! Убийца!

Полный хаос.

Если бы не убийца, этот Жрец продержался бы ещё долго. Звание «Верховный Жрец» не раздавали направо и налево — его получал лишь тот, кто обратил в свою веру больше сотни человек.

— Конечно, здорово, что этот гадкий Жрец, который только мутил воду, мёртв, но… что ещё за убийца? Особая Профессия? У него что, личная миссия типа «убивать по одному в день»?

Одна из девушек, что крутилась возле Кесслера, дрожащим голосом высказала предположение.

«Неплохая догадка».

Она была на удивление близка к истине. Убийца и вправду обладал Особой Профессией, которая, чтобы выжить, требовала от него регулярных убийств.

И причина, по которой его целью на этот раз стал Верховный Жрец Ттуби, была очевидна.

Во-первых, чем известнее жертва, тем выше награда.

Во-вторых, как только Жрец становится Верховным, он обретает способность видеть то, что скрыто от других.

В «Последней Тени», как и следует из названия, «тень» была ключевым понятием. Говорили, что Верховный Жрец мог видеть, сколько теней следует за каждым игроком.

В этом смысле Жрец, способный увидеть тяжёлые цепи смерти, что тянутся за убийцей, был его естественным врагом.

По правде говоря, даже рядовые игроки при должной наблюдательности могли бы вычислить убийцу. Особенность его навыков заключалась в том, что после убийства он прятался в тени. Следовательно, если кто-то из присутствующих в момент убийства исчез, он, скорее всего, и есть преступник.

«Невозможно. Ни за что».

Но здесь собралось под восемьсот человек.

Найти пропавшее лицо в такой толпе незнакомцев — практически нереально.

Впрочем, Кесслер мог знать. В конце концов, он был весьма способным Искателем.

Я поднял на него взгляд, пытаясь проследить за направлением его мыслей, пока он крепко прижимал меня к себе.

Всё, что я видел, — это его ноздри.

— Что такое? Хочешь, чтобы я тебя поцеловал?

Что за бред он несёт?

Не успел я и дёрнуться, как его губы коснулись моей щеки. Он потёрся об меня своей, и его щетина показалась на удивление мягкой. Я тут же шлёпнул его лапой.

— Я хочу отдохнуть.

Как бы то ни было, если держаться рядом с Кесслером, был высокий шанс, что я скоро вычислю убийцу. Он-то должен понимать, что обладателям Особых Профессий выгоднее заключать союзы на ранней стадии.

— С дороги, пустышки.

— Пустышки… Почему ты так нас называешь? …Кесслер, ты куда?

— Спать с Лисёнком.

Кесслер растолкал толпу окруживших его женщин и двинулся прочь. Идя по коридору, он широко зевнул, давая понять, что день выдался утомительным.

Кажется, он уже выучил планировку замка, потому что уверенно и без колебаний пересёк натёртый до блеска холл первого этажа. Это было недалеко от часовни, где всё и произошло.

Мы вошли в комнату с уютным диваном.

— Ты тоже закрывай глазки.

Кесслер лёг и заключил меня в объятия.

…Заснуть я, конечно, не мог. Каким бы сонным ни был, по природе я ночное существо. Конечно, я свернулся калачиком… но быстро заскучал и принялся колотить лапами по Кесслеру.

И тут за дверью поднялся переполох.

— Горим! Горим! Скорее, 119!

— Пожар! Бегите!

— Что ещё за пожар?

— Какой-то псих, фанатик Ттуби! Схватил усилитель огня и поджёг себя! Кричал, что убьёт всех, кто причастен к смерти Ттуби!

Парящие в воздухе призраки издали жуткие визги и, казалось, с восторгом ринулись к центру событий.

«Полное безумие».

И что хуже всего, призраки разносили огонь за собой, поджигая всё на своём пути.

Такими темпами… нас поджарят заживо.

«Мяу! Няв!»

Я запрыгал на теле Кесслера. Но сколько бы я ни скакал, он не просыпался.

«Да вставай же, чёрт тебя дери!»

Я принялся колотить его по щекам передними лапами. Но Кесслер даже не моргнул. Вместо этого он начал облизывать мою лапу, словно это была сахарная вата.

…Этот чокнутый ублюдок.

Жар из-за приоткрытой двери становился всё невыносимее.

Если мы не уйдём, то задохнёмся и сгорим!

Я сменил тактику. Вместо лап я принялся яростно елозить задом прямо по лицу Кесслера.

Решил разбудить его, перекрыв доступ к кислороду.

Шмыг-шмыг. Я услышал, как он втягивает носом воздух. Проснулся? Я склонил голову набок и оглянулся. Кесслер открыл глаза.

— Зачем ты постоянно тычешься в меня задом?

«Кииинг!»

— Ты просишь меня его отсосать?

«Кииинг!»

Я попытался лягнуть этого безумца, несущего бред, но вместо этого он схватил меня за зад.

Извращенец! Я самец! САМЕЦ, чёрт возьми.

Меня крепко потянули за зад, отчего верхняя часть тела скользнула вперёд, и я застыл в довольно… соблазнительной для лисёнка позе, выставив задницу вверх.

Ни один нормальный опекун не станет его сосать. Это же просто дикость и антисанитария.

Киинг! Киинг!

Пока я протестующе дрыгался, его щека коснулась меня. Он прижался к моему заду и принялся тереться.

— Мягко.

Он на мгновение замер, словно находя утешение в моей пятой точке, а затем наконец отпустил меня и произнёс:

— Как они посмели поджечь мой замок?

В этот момент в комнату попытался влететь огненный призрак, но его отшвырнуло назад, будто невидимой силой, и он растворился в дыму.

— Невоспитанные ублюдки.

Кесслер подошёл к тому месту и беззаботно притоптал кончиком ботинка пламя на хвосте исчезнувшего призрака.

— Правда ведь? — спросил он, глядя на меня так, будто хотел сказать: «Не бойся».

Пламя и крики, эхом разносившиеся по замку, внезапно — словно погасшая лампочка — исчезли. Хаотичный мир погрузился во тьму. Крики разом смолкли.

В наступившей темноте я почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд.

— Давай снова спать, лисёнок.

Словно ничего и не было, Кесслер поплёлся к дивану, рухнул на него и тут же снова уснул.

«Какого хрена?»

Как можно быть таким спокойным?

На свете полно казуальных игроков. Но я ещё не встречал никого, кто бы так заморачивался со снаряжением, чтобы потом играть в такой расслабленной, наплевательской манере.

Обычно люди вкладывают в игру столько же любви и усердия, сколько сил потратили на подготовку.

«И… это и правда было просто совпадение?»

В тот самый миг, как этот ублюдок проснулся, все пожары в замке потухли.

Даже с первоклассными предметами и навыками обычный игрок на такое не способен.

«Наверняка это совпадение, ведь так?»

Может, это просто совпало с моментом, когда вмешался управляющий замка.

С подозрением косясь на спящего Кесслера, я выскользнул в коридор.

Со всем уже разобрались.

В коридоре валялись трупы тех, чьи души похитили призраки, а в запертых комнатах — тела задохнувшихся.

Ну а теперь… время мародёрства.

«Чёрт».

[Система]: Вы подобрали: Сожжённый Носок.

[Система]: Вы подобрали: Расплавленный Колокольчик-бусина.

[Система]: Вы подобрали: Пережаренная Ракушка. Её содержимое может вызвать пищевое отравление.

Ничего стоящего.

В первый день игроки дрожали от страха при виде смерти, но теперь, ослеплённые жаждой наживы, они без зазрения совести потрошили трупы.

«Один хлам».

И всё же, в надежде наскрести хоть что-нибудь, я продолжал копаться в останках — и наткнулся на нечто неожиданное.

[Вы обнаружили следы убийства благодаря своему острому обонянию.]

А?

Раз уж сработало «острое обоняние», значит, предмет был невидим для обычных игроков.

[Не бывает идеальных преступлений. Убитый Художник оставил картину с местом убийства.]

Я осмотрел картину, оставленную Художником — обладателем Особой Профессии. Однако холст почти полностью обгорел, и разобрать что-либо было невозможно.

[!!! Недостаточно улик. В качестве альтернативы выдана другая награда.]

Хоть какая-то совесть у системы есть.

[Получен Фрагмент Пазла с наброском Убийцы.]

[Фоторобот будет составлен, как только вы соберёте все три фрагмента.]

[Фрагмент Пазла Убийцы (1/3)]

Ого… Смогу ли я собрать все три — большой вопрос, но один лучше, чем ничего.

«Куда бы его пристроить?»

Сумка была забита под завязку. Пока я пытался рассортировать подобранный сегодня хлам, чтобы освободить место…

[!!! Убийца заметил ваше присутствие!]

[Для убийцы активирован квест!]

[!!! Убийце выдан фрагмент пазла с подсказками о вас. (1/5)]

Да вы издеваетесь?!

От неожиданности я взмахнул лапами, и всё, что я так аккуратно разложил, снова разлетелось по сторонам.

Я торопливо перечитал уведомление. Сердце бешено колотилось, но было в этом и одно маленькое утешение: условия для победы у убийцы были сложнее моих.

Мне нужно собрать три фрагмента, ему — пять.

«…Вот только преимущество ли это?»

Даже если я узнаю, кто он, первым, я всего лишь беззащитный лисёнок — декоративный питомец, который даже толком не может общаться с людьми.

Иными словами, даже если я раскрою его личность, единственное, что мне останется, — это сломя голову бежать.

А вот когда он соберёт все свои фрагменты… это будет день моих похорон. От меня останется лишь кусок лисьего мяса.

Этого нельзя допустить. Нужно действовать быстро.

[<Лисёнок, хочешь стать человеком?>]

Я открыл окно расового квеста.

Завершить его — мой единственный шанс.

http://bllate.org/book/14764/1317332