Имя: Эдди.
Род занятий: Владелец «Трактира Эдди», расположенного на центральной площади столицы.
Трактир с его нехитрым названием «Трактир Эдди» был лишь мимолётным, ничего не значащим упоминанием в оригинальном романе. Всего одна строка описания.
[«Трактир Эдди», расположенный на центральной площади столицы, был тихим заведением со скромными заработками, несмотря на престижное расположение и чистоту.]
Вот и всё.
Естественно, не было ни слова о самом трактирщике Эдди, ни малейшего намёка на то, почему дело не приносило дохода, хоть и находилось в таком людном месте.
И Эдди — или, вернее, человек, когда-то бывший владельцем круглосуточного магазина Ли Чжон Хуном — внезапно обнаружил себя в теле этого самого Эдди.
Из управляющего захудалым магазинчиком в спальном районе он «сменил профессию» на хозяина трактира в самом сердце столицы, который, почему-то, почти не привлекал клиентов.
Радоваться этому? Или просто впасть в отчаяние?
— Ну что ж… Спасибо за вторую жизнь, наверное… — пробормотал Эдди себе под нос.
Бывший Ли Чжон Хун — а ныне Эдди — потратил ровно два дня, чтобы как-то примириться с этим нелепым вселением. В это время он не думал о романе или о чём-то ещё; он просто сидел взаперти в своей комнате.
Первое, с чем ему пришлось смириться, — это его собственная смерть.
Смерть.
Иногда друзья в шутку говорили, что он работает на износ, что сгорит на работе.
Он никогда не думал, что это предсказание сбудется буквально.
— Ха-а… — Эдди испустил глубокий, тяжёлый вздох.
Последний миг врезался в память чётко. Та обжигающая боль в животе — она даже не была похожа на боль. Просто жгучий жар. Всё произошло так стремительно, что у него не было и мгновения, чтобы осознать произошедшее, прежде чем жизнь его оборвалась. В каком-то смысле это было даже милосердно — уйти так быстро.
Когда он в свои двадцать с чем-то лет заявил родителям, что собирается открыть круглосуточный магазин, они сразу же принялись его отговаривать. Уговаривали пойти на госслужбу, но он тогда стучал себя в грудь, уверяя, что построит собственное дело, добьётся успеха.
Он следил, чтобы его подсобные рабочие получали полную минимальную ставку плюс надбавки за выходные. А взамен брал всю основную работу на себя. В будни сам стоял за кассой полный день, кроме ночных смен, и сам же занимался всеми заказами, поставками, охлаждёнкой — абсолютно всем.
Полагал, что как только дело встанет на ноги, будет расширяться, откроет ещё точек и вот тогда уже сможет перевести дух. Был готов пахать в молодости, чтобы прийти к этому.
— ……
Хах. Горькая усмешка вырвалась сама собой.
Знай он, что всё обернётся столь бессмысленно, может быть, и правда стоило послушать родителей и готовиться к экзаменам. Тогда, быть может, он не умер бы такой нелепой смертью. Может, и не оказался бы в этом мире.
— У-ух… — Наконец, слёзы, которые он сдерживал, прорвались наружу.
Что ему теперь делать? Его мать, наверное, свалилась от потрясения. Он мог лишь надеятся, что она не будет убиваться слишком сильно.
Говорят, худшее, что может сделать ребёнок — это умереть раньше родителей. И ему удалось совершить именно это.
Эдди плакал долго. Первые два дня после вселения он только тем и занимался, что бесконечно рыдал. Не было ни сил удивляться фэнтезийному миру, ни возможности осмотреться и оценить новую реальность — его поглотила горечь утраты.
А затем, на третий день, он взял себя в руки.
Слёзы ничего не меняли. Он дал себе выплакаться. Теперь было время двигаться вперёд. Такова была его природа. Он не был из тех, кого надолго парализуют эмоции. Ли Чжон Хун — или, теперь уже, Эдди — был слишком деятельным, слишком большим оптимистом по натуре.
— Господин Эдди, вы в порядке?
Джеральд, единственный сотрудник трактира, прекрасно справлялся с управлением, пока Эдди запирался в своей комнате и предавался скорби. С выражением искренней обеспокоенности на лице верный слуга заглянул к нему, и Эдди встретил его самой светлой улыбкой, на какую был способен.
— Да, я в порядке.
Он понятия не имел, каким был оригинальный Эдди. Это чёртово вселение не принесло с собой ни намёка на воспоминания прежнего хозяина тела. Он не знал ровным счётом ничего, даже имени Джеральда, пока тот не сказал: «Господин Эдди, всё ещё не оправились? Это я, Джеральд».
Что ж, по крайней мере, он получил в подарок знание языка, абсолютно здоровое и привлекательное тело с хорошим сложением. Уже что-то. Даже если этот персонаж в оригинальном романе был фоном.
— Прости, что заставляю тебя работать одному, Джеральд. — Эдди произнёс это бодрым тоном. Джеральд лишь покачал головой.
— Что вы, господин, не стоит извинений. Вы и раньше мне многократно помогали.
Ни капли обиды в его голосе. Словно такая самоотдача была сама собой разумеющейся.
— … — Эдди стиснул зубы, чтобы не выдать себя каким-нибудь неосторожным вопросом. Немножко задевало. В прошлой жизни он вкалывал, выполняя всю чёрную работу сам — и вот он здесь.
И раз уж он вселился в трактирщика, ему снова пришлось вести собственное дело в этой жизни.
В прошлой жизни его целью было стать успешным владельцем сети. В этой… он полагал, что будет достаточно содержать милый, опрятный трактир в хорошем месте и не голодать.
«С таким темпом ты до старости не доживёшь».
Прямо как шутили его друзья — может быть, он и правда загнал себя до смерти.
Повторять этого он не хотел. Его новая цель в жизни — жить не торопясь и как можно дольше.
Но эта решимость пошатнулась, как только он проверил трактирные счетоводные книги.
— Джеральд?
— Да?
— Это и правда наша месячная выручка?
Джеральд бросил взгляд на гроссбух, который держал Эдди. Это была волшебная приходная книга, автоматически фиксировавшая все доходы и расходы — и, к сожалению, не поддававшаяся подделке.
— Да.
— … — Твою ж мать.
Эти жалкие, ничтожные гроши — это вообще серьёзно? На продаже беличьих запасов желудей можно было заработать больше.
Ладно, это преувеличение… но по сравнению с местоположением цифры были просто катастрофическими.
Хотя первый этаж и был закусочной и таверной, бóльшая часть дохода поступала от постояльцев. Еда и выпивка практически не приносили ничего.
Неудивительно, что днём здесь было пустынно.
— Меню! — крикнул Эдди. Джеральд тут же принёс его.
Меню представляло собой один-единственный потрёпанный листок.
Они называли себя таверной, но скудность меню была просто оскорбительной.
[Меню]
Варёная картошка
Жареная Рыба
Фруктовая Тарелка
[Напитки]
Пиво
— … — И всё. Ни картинок. Ни описаний. Это меню словно говорило клиентам: «У нас нет того, что вам нужно. Пройдите мимо».
В этом фэнтезийном мире посетители закусочной становились посетителями таверны, а те, в свою очередь, — постояльцами трактира — таков был естественный круговорот. Но это меню полностью разрывало эту цепочку.
Конечно, у трактира Эдди было козырное местоположение, но поблизости хватало и других трактиров. По сравнению с ними это место не имело ни малейшего преимущества в еде или выпивке.
Неудивительно, что оно еле сводило концы с концами, несмотря на столь выгодные условия.
Неужели прежний Эдди так и не понял, в чём проблема? Как можно было оставить всё как есть?
— …Ха-а. — Эдди погрузился в глубокие раздумья. Как это исправить?
Джеральд был умельцем — хорошо готовил, убирал, справлялся со всем. Но требовалось серьёзно поломать голову, чтобы решить, какие новые позиции добавить в меню и в каком направлении развивать дело.
— И рекламу ведь нужно… ах… — Так в добавок к этому Эдди не унаследовал никаких воспоминаний оригинала, он понятия не имел, какую еду предпочитали жители этой империи.
Нужно изучить рынок, прежде чем предлагать что-то, верно?
Может… может стоит попробовать ввести блюдо, которого вообще не существовало в этом мире? Нечто совершенно новое?
Какое блюдо могло бы покорить местных?
Эдди провёл несколько дней, уставившись в меню и ломая голову. И лишь ровно через неделю после вселения — на пятый день его бизнес-кризиса — Джеральд наконец завёл разговор.
В тот день Эдди тоже сидел с жалким меню и чистым листом пергамента, отчаянно думая, что же добавить и как это разрекламировать.
Это был его второй шанс в жизни — нельзя было действовать сломя голову. Даже не имея готовых ответов, он вцепился в меню, полностью уйдя в себя.
— Господин Эдди.
— …Да?
— Насчёт того подвала, о котором мы говорили.
Подвала?
Эдди не имел ни малейшего понятия, но, не желая раскрывать свою полную неосведомлённость, он сблефовал.
— А, да. Тот подвал. Что с ним?
— Он всё ещё не открывается. Даже моя магия на него не действует. Вы же говорили, что сами посмотрите, помните?
Эдди и не подозревал, что в его трактире вообще имеется подвал. Опять же, оригинальный роман уделил заведению всего одну строку, так что всё в нём было ему в новинку.
Он смог вспомнить так много лишь потому, что принадлежал к типу людей, считающих преступлением пропустить хоть слово. Любой другой напрочь бы забыл о таком.
Подвал, хах? Если даже магия бессильна против двери, вряд ли он что-то сможет поделать. Но если он обещал посмотреть, значит, была причина. Можно и проверить.
— Но послушай, Джеральд… — Эдди начал было что-то спрашивать, но запнулся. Видя, как Джеральд смотрит на него с любопытством, он неловко улыбнулся. — …Неважно.
Есть два верных способа вывести кого-то из себя: один — начать фразу и не закончить её. Всё же преданный Джеральд ни капли не раздражался. Самый искренний сотрудник которого Эдди видел за свою недолгую жизнь.
…Но если честно, кое-что не сходилось.
Эдди чуть не спросил: «Джеральд, откуда ты вообще умеешь использовать магию?» Он не произнёс этого вслух из страха показаться подозрительным.
В мире «Герой не слишком-то скрывает свою силу» магия была невероятно редка.
Способность к мане должна была быть врождённой. И даже имея её, магия была уделом знати. У простолюдинов редко был шанс обучиться ей. Это было драгоценное и эксклюзивное искусство.
Даже Борам, маг в отряде героя, сумела добится своей текущей силы только благодоря великой семьи за своей спиной, несмотря на свой талант.
Но Джеральд, который был явно простым работником в этом безымянном трактире… владел магией?
Эдди не знал, какого уровня были его способности, но сам факт того, что он мог её применять, делал его чрезвычайно ценным в этом мире.
— Хм-м… — Что ж, неважно. Это можно будет выяснить потом. Не время торопиться
— особенно когда тебя забросило в такой мир с абсолютно пустыми руками.
Пока что Эдди решил проверить подвал, о котором говорил Джеральд. Сидение над меню волшебным образом ничего не решит. Можно и отвлечься.
Обычно подвал подобного здания использовался под кладовку или винный погреб. Но Эдди уже перестал ожидать чего-то хорошего от этого дурацкого трактира. Он не надеялся на роскошную коллекцию вин или залежи припасов.
Он просто хотел, чтобы чёртова дверь открылась.
И когда он спустился по лестнице в подвал, его ждало нечто совершенно неожиданное: дверь, которая, якобы, не поддавалась магии… была распахнута настежь.
Более того, её вообще не было.
А изнутри лился свет, не похожий ни на что, что Эдди видел с тех пор, как попал в этот мир.
— …А?..
В этом мире «освещение» означало свет свечей или магических ламп. И даже самые дорогие магические не светили так. Что-то было определённо не так.
Свет был настолько ярок, что обычно тёмные ступеньки в подвал были залиты мягким сиянием.
Эдди на мгновение замер, затем осторожно начал спускаться. Старые ступени поскрипывали у него под ногами. И когда он достиг низа, увиденное заставило его усомниться в реальности происходящего.
— …Что… это такое?
Он протёр глаза, но картина перед ним не изменилась.
Яркий, неестественный свет, не принадлежавший этому миру. Музыки не играло, но пространство было чистым и современным. Воздух наполнял гул холодильников, а стеллажи от стены до стены были заставлены аккуратно расставленными товарами.
Это место — эта комната — была пространством, которое Эдди знал слишком хорошо.
Если точнее, оно было знакомо Ли Чжон Хуну, владельцу круглосуточного магазина.
— …Какого чёрта мой круглосуточный тут, в подвале?
Это был именно он.
Аккуратный магазинчик, который Ли Чжон Хун так усердно содержал в идеальной чистоте в прошлой жизни… находился прямо здесь, в подвале «Трактира Эдди».
___________________
Переводчик и редактор: Mart Propaganda.
http://bllate.org/book/14756/1316930
Сказали спасибо 0 читателей