Готовый перевод I Became the Main Dish of the Fox / Я стал главным блюдом лиса: Глава 2.1

Название: Я стал основным блюдом лиса

Глава 2.1

— Серьезно не купил мне сладенького? Не знал, что ты такой скупой!

Из-под надутых губ словно предупреждая об опасности, выглянули клыки.

— Ты...

— Хм?

Из приоткрытого рта Сон Ву вырвался едва слышный смешок — странная смесь внезапно накатившей злости и так же внезапно накатившего облегчения.

— Где тебя носило? Исчез, значит, ни слова не сказав! Это нормально, по-твоему?

Ён, прикрыв глаза, нахмурился. Сон Ву было непривычно видеть его без ушей и хвоста – теперь Ён полностью в человеческом обличье стоял на тротуаре в джинсах и футболке, которые Сон Ву купил ему. Да, пепельно-белые волосы с серебристым отливом указывали, что это он, но все же…Сон Ву все казалось каким-то нереальным. Побоявшись, что сболтнет лишнего на улице, Сон Ву прикрыл рот рукой, заодно успокаиваясь и восстанавливая дыхание.

— Если уж так надо было уйти, мог бы хоть предупредить! Пропал невесть куда на три дня...

— Три дня? А-а…

Рассеянно улыбнувшись и потерев подбородок, Ён как ни в чем не бывало забрал прямо из рук Сон Ву сладкий холодный кофе и принялся неторопливо потягивать его через трубочку. Сделав несколько жадных глотков и слизнув с трубочки сливки, он виновато пожал плечами.

— Время в Подземном мире и в этом течет по-разному. Давненько я там не был… Видишь – забыл… — пояснил Ён, облизывая с губ взбитые сливки.

Значит, он ходил в Подземный мир. В это жуткое, леденящее кровь место... По спине Сон Ву побежали мурашки, кончики пальцев задрожали. Его «новые» конечности ничем не отличались от прежних, но к холоду того мира он привыкнуть пока так и не смог.

А Ён, создавший эти конечности, и не человек вовсе. И почему-то эта простая мысль поразила Сон Ву, да так сильно, что звуки шумной улицы стихли буквально в ту же секунду. Юноша задумался – нормально ли то, что он так запросто разговаривает с существом вроде Ёна после того, что пережил?..

Возможно, это чувство нахлынуло из-за трех дней, что он провел в страхе и тревоге, но Ён выглядел совершенно спокойным. И это сильно разозлило Сон Ву.

— Зачем ты ходил в Подземный мир? — резко бросил Сон Ву, не скрывая раздражения.

— Голодный был. Здесь есть особо-то и нечего.

Да даже если бы он попытался поесть здесь, это было бы все равно что пытаться наесться… гранатами, например.

Спелый толстокорый гранат, который так и манит, стоит лишь раскрыть его и увидеть блестящие рубиновые зерна. Кладешь зернышко в рот, раскусываешь – и на язык попадает кисловатый сок, который только раззадоривает аппетит. И даже съев весь плод, ты ни за что не наешься. А еще эти гадкие косточки. И прескверное липкое ощущение на пальцах и губах. И уборка очисток. Более того, у «гранатов» есть стражи, и это весьма неприятные особи. Стоило ли так рисковать лишь из-за возможности отведать человеческой еды?

«Но этот парень совсем не такой... Эти его ясные карие глаза, в которых так и сквозить злость…»

Ён усмехнулся. Давным-давно, еще до того, как он уснул, был другой парнишка, который так же нагло на него смотрел.

— ...Ну и? Поел? — спросил Сон Ву, когда они пошли по дорожке, на которую понемногу начал опускаться вечерний сумрак.

Увидев легкий кивок Ёна, Сон Ву выдохнул и ощутил, что гнев, так внезапно захвативший его, столь же внезапно куда-то улетучился. Щеки Ёна тронул легкий румянец – так происходило всегда, когда он пил тот сладкий кофе – глаза с живым интересом изучали улицу, а голос стал более бодрым.

приобрело немного цвета, свидетельство того, что он что-то съел, с легким румянцем на щеках, глаза внимательно скользили по улице, а речь стала менее вялой, чем прежде.

— Ага. Подвернулось кое-что вполне себе неплохое... Тебе нравятся олени?

— Олени?

— В этот раз мне повстречалась зелень, которой, наверное, около 200 лет... а Чжандуша, наверное, лет 100. Да, примерно столько.

— Это еще что такое?..

— Зелень — это олень. Олени бывают белые и золотые. Чжандуша — огромная змея. А, у нее голова оленя, так что она, вообще-то, довольно уродлива. Обычно ее трудно поймать, потому что она не вылезает из своей норы, но в этот раз мне повезло.

Может, он был таким тихим, потому что был голодный? Пока Сон Ву с интересом смотрел на него сощуренными глазами, брови Ёна поползли вверх.

— Ну, а дальше что? Чего замолчал-то?

— Если бы он был сыном бессмертного, было бы хлопотно. Похоже, в Подземном мире было тихо, пока я спал.

Шагая в ногу и слушая слова, которые он не совсем понимал, Сон Ву заметил на ногах Ёна черные сандалии, точно такие же, как его собственные. Если подумать, он ведь тогда совсем забыл купить ему обувь!

— Ён... откуда у тебя эти сандалии? Они же не мои? Да что за бред... Конечно, не мои, у тебя же лапища на три размера больше моей!

— Они...

Щелчок пальцев - и черные сандалии превратились в синие шлепанцы, стоявшие у входа в квартиру Сон Ву.

— ...Почему ты не сказал раньше?!

Видя, как Ён в недоумении склонил голову набок, лицо Сон Ву исказилось от гнева. Если он так запросто может менять одежду, зачем он накупил целый ворох ненужного тряпья?!

— Ты не спрашивал...

— Ха...

Что ж, он был прав... Но что важнее — разве можно делать такие вещи среди бела дня прямо на оживленной улице?

— А если увидит кто?

— Пф, никто не увидит. Люди не способны видеть лисью магию.

«А почему тогда я все вижу?» Так и не задав этот вопрос, Сон Ву прошел мимо своего дома по направлению к парку, где они с Ёном обычно гуляли ночью. Точнее, к парку, где он обычно носил Ёна на руках. Сейчас гораздо больше, чем услышать ответ на тот вопрос, ему хотелось разобраться в собственных мыслях.

Пока Ёна не было, он думал только о смерти. Высокие потолки так и подталкивали поискать место для веревки. Каждую минуту он сожалел, что не успел отдать жизнь Ёну.

А может, эти мысли появились оттого, что он просто тосковал по нему? Или это все же было жгучее желание умереть? Если так, почему он не закончил все раньше?

Рядом с Сон Ву, который методично распутывал клубок собственных мыслей, шел, напевая какую-то мелодию, Ён. Несмотря на то, что его много раз сюда приносили, он вел себя так, будто здесь впервые, теперь шагая самостоятельно. Ён восхищался аккуратно подстриженными кустами, яркими цветами и даже фонтаном с дешевыми лампами по бортам. Если бы он не спрятал хвост, тот бы наверняка сейчас вилял. Одна эта мысль заставила серьёзного Сон Ву тихонько усмехнуться.

Сейчас его охватывал не страх. И все же это было непросто — поддаться мнимой доброте других. Простая болтовня с бариста из кофейни ни за что не смогла бы скрасить его одиночество. В конце концов, он бы снова замкнулся где-то глубоко-глубоко внутри себя.

— Что это?

— Э-э... это детская площадка с фонтанчиками. Тут периодически из-под земли бьет вода. Ну, деткам весело…

— А-а...

— Хочешь посмотреть?

Нигде ведь не написано, что взрослым нельзя входить. К тому моменту, как Сон Ву спросил, Ён уже с любопытством разглядывал форсунки на площадке. Прогуливаясь меж мультяшных скульптур, Ён выглядел до ужаса нелепо, но вместе с тем… как всегда, прекрасно. На лицо и волосы Ёна ложились сумерки; когда он проходил рядом со скульптурами, желто-оранжевые отблески создавали впечатление, что он движется по холсту, залитому акварелью.

Сон Ву с нескольких шагов молча наблюдал за ним. Сперва его лицо скривилось, но потом он, не сдержавшись, громко и счастливо рассмеялся. Какая ирония. И ведь ровно в тот момент из-под земли хлынула довольно мощная струя воды, да так внезапно, что обычно непоколебимо спокойный Ён вздрогнул. Даже в сумерках его волосы отсвечивали серебром. И теперь мокрые серебристо-белые пряди прилипли к изумленному лицу Ёна. Заметив, как он поеживается и хмурится из-за беспрестанно сбегающих по бледным щекам струек воды, Сон Ву расхохотался. Ён безучастно уставился на смеющееся лицо Сон Ву, а потом резко схватил его за руку и притянул к себе.

— У-а-а!

И прежде, чем юноша успел вырваться и отскочить, струя воды хлынула и на его волосы.

— Твою же мать... отвратительно!

Содрогаясь от ощущения мокрой ткани, прилипшей к телу, от воды, стекающей по шее, Сон Ву, сдерживая рвущиеся ругательства, прикрыл рот. Но выглядел он мило и невинно. А еще он был слегка удивлен. Ведь поток, под который он попал, был на удивление…теплым. Как будто кто-то специально подогрел воду…

— Это... как же ты говоришь… А! «Прикольно»! Ты теперь тоже весь мокрый.

«И ни разу это не прикольно. Прикольно – это врубить кондиционер и выпить холодного кофе с шоколадным сиропом. И зачем вообще ты меня намочил?»

Визги и смех бегающих вокруг детей Ёна, кажется, совсем не беспокоили. Даже Сон Ву, всегда пребывавший в одиночестве, не раздражался из-за них.

Но это не значит, что он был счастлив. Он просто хотел отдохнуть. Поскорее закончить все. Отказаться от той затеи означало бы то, что он зря столько лет страдал в одиночестве. Улыбки, дежурные пожелания хорошего дня, какие-то незначительные проявления заботы – всего это было недостаточно, чтобы переубедить его покончить с собой. Ён ведь снова может уйти. Что, если, он опять исчезнет, не сказав ни слова, и больше не вернется? Верить в то, что они всю жизнь будут вместе? Детский лепет. Ён — божественное существо, которое вернется в свой мир, как только утолит голод и восстановится. У него нет причин оставаться с человеком.

Стоя посреди оживленной детской площадки, промокший насквозь, Ён тряхнул головой, как мокрая собака, и потянул Сон Ву за запястье.

Сон Ву на несколько секунд оцепенел, а потом с решительным видом приблизился к лису.

— Ён.

— А?

— А ты все еще голодный?

— Да. Я же только двух монстров съел, как ими насытишься?

С мокрой пряди Ёна сорвалась капля воды и упала на щеку Сон Ву. Прикосновение длинных изящных пальцев, коснувшихся его подбородка и щек, на контрасте с теплой водой ощущалось прохладным.

— Ты говорил, что я вкусно пахну, да? Это…до сих пор так?

Услышав этот неожиданный вопрос, Ён начал обнюхивать Сон Ву, опускаясь от шеи к груди.

— Ага. Да.

— Тогда...

Ощущение того, как острый нос Ёна слегка вдавливается в его грудь, было очень четким. Очень…реальным. Когда их взгляды снова встретились, зрачки Ёна, подсвеченные парковыми огнями, были слегка расширены, отчего холодные черные глаза казались еще глубже.

— Хочешь съесть меня?

«Если хочешь — забери мою тихую, бесполезную жизнь». Сон Ву улыбнулся и закрыл глаза – побоялся, что Ён примет сбегающие по щекам капли воды за слезы.

— Тебя?

Он планировал как следует полакомиться им, когда он созреет. Даже сейчас, зеленый, незрелый, он так стимулировал слюноотделение… А уж когда созреет... Наверняка это будет такое удовольствие, что можно сойти с ума…

— Ага.

Глядя на Сон Ву, Ён прикрыл глаза. Люди боятся смерти. Но в этих ясных дерзких карих глазах не было страха, и это было странно. Он видел эти глаза раньше; какое-то старое воспоминание рвалось наружу, но было крепко сковано цепями времени.

Наблюдая за напряженным лицом Сон Ву, Ён тихо усмехнулся. Неужели у всех бесстрашных людей одинаковые лица?

Перевод и редакт: Внеклеточная

http://bllate.org/book/14729/1315514