Готовый перевод I Cried, I Was Pretending / Я плакал, я притворялся: Глава 18

Они оба были нетрезвы, поэтому вызвали водителя.

Дорога до парковки прошла в молчании, но Кан Яо, как ни в чём не бывало, взял его под руку — b и прижался так близко, что между ними оставалось лишь несколько сантиметров. Казалось, любое движение, любое слово — и эта искра между ними вспыхнет пламенем.

В машине Сюй Яо так и не смог успокоиться. Он упорно смотрел в окно, но Кан Яо не давал ему забыть о себе — его пальцы то переплетались с его, то скользили по ладони, то внезапно отпускали.

Он смеётся?

Сюй Яо не видел его лица, но казалось, что тот ухмыляется — этот звук будто витал в воздухе, сводя с ума.

К одиннадцати «Маньсин» была почти пуста, лишь кое-где ходили охранники.

Возвращаться с Кан Яо в компанию с такими мыслями было… опасно. Запретно. Возбуждающе. Когда охранник кивнул ему, Сюй Яо едва смог сохранить безразличное выражение лица.

Когда они зашли в лифт, пространство внезапно стало слишком тесным. И хотя Сюй Яо прекрасно понимал, что за ними могут наблюдать, он не выдержал — как только двери закрылись, он резко прижал Кан Яо к стене.

Как лесной пожар — неудержимо, неконтролируемо.

Кан Яо прекрасно знал, как он дорожит репутацией на людях — и всё равно намеренно дразнил его снова и снова. Этот наглец...

Сюй Яо грубо поцеловал его – хотя, если честно, он даже не понял, кто начал первый: он ли набросился, или Кан Яо сам потянулся к нему.

Мгновение — и он уже втянут в эту бурю.

Поцелуй превратился в яростную схватку — горячую, беспощадную. Кан Яо вцепился в его волосы так сильно, что это уже граничило с болью.

— Тс… — Сюй Яо резко отстранился, но Кан Яо лишь рассмеялся ему в лицо.

Никто не хотел сдаваться. В итоге перевес оказался на стороне Сюй Яо — он сжал запястья Кан Яо одной рукой и продолжил уже на своих условиях.

Только сейчас Сюй Яо чувствовал себя хозяином положения.

Дзинь. Их этаж.

Они даже не подумали о душе. До кровати они добрались с трудом, едва переводя дыхание.

Сюй Яо не стал тратить время даже на то чтобы включить свет. Луна через окно освещала тело Кан Яо не хуже любых ламп.

— Чего ждёшь? — тот дразняще дёрнул его за пояс.

Как будто Сюй Яо мог остановиться. Он видел сотни красивых лиц — моделей, актёров, знаменитостей — и всегда считал себя выше таких примитивных желаний.

Но Кан Яо… чёртов Кан Яо заставлял его забыть обо всём.

Он скинул пиджак, сорвал галстук, расстегнул рубашку.

Кан Яо уже ждал его на кровати — той самой, что когда-то привлекла его внимание. Теперь он лежал там, смотря снизу вверх, и Сюй Яо отлично видел, как тот его разглядывает.

Как подобает главному герою, у Сюй Яо не было недостатков. Даже не касаясь главного достоинства, его тело говорило само за себя. Он не пропускал спортзал, несмотря на работу –каждое движение было пронизано контролем.

Кан Яо был воплощением искусства, а Сюй Яо — силы и власти.

– Неплохо, — прищурился Кан Яо, внезапно произнеся, – Ты именно такой, каким я тебя представлял.

Сюй Яо приблизился, его голос прозвучал низко и глубоко:– Ты... представлял меня?

Кан Яо казалось совершенно не смущался. Он пристально смотрел в глаза Сюй Яо, протянув руку, чтобы коснуться его щеки:– А что, господин Сюй не думал обо мне? Ах да, тебе и не нужно было... ты ведь уже видел меня.

Его губы искривились в самой бесстыдной ухмылке:– Ну как? Понравилось? Вспоминал потом, когда был один?

Сюй Яо не выдержал — ему нужно было заткнуть этот рот.– Замолчи.

Не дожидаясь ответа, он снова поцеловал его.

А потом... Был лишь жар безумной страсти. Сюй Яо и правда был неопытен. Но когда два одержимых друг другом человека сталкиваются — даже незнание превращается в преимущество. Их тела сами нашли правильный ритм, будто всегда знали, как это должно быть.

Они не спали всю ночь. Сжигали друг друга — до дрожи, то изнеможения. Снова и снова.

Это было нечто совершенно новое. Неизведанное. Слишком интенсивно, почти болезненно приятно. Его обычно стерильные мысли теперь тонули в солоноватом запахе кожи, хрусте смятых простыней, хриплых стонах. И даже привычная брезгливость отошла на второй план, растворяясь в хаосе.

В представлении Сюй Яо Кан Яо всегда был воплощением бунтарства. Но когда тот хотел — мог быть податливым и страстным, а к концу и вовсе стал почти милым.

Этот контраст с обычным поведением сводил Сюй Яо с ума — он не мог остановиться.

После второго раза он поднял Кан Яо на руки и понёс в ванную. Тот обвил его шею руками, прижался к груди, закрыл глаза — картина была до невозможности идиллической.

Но стоило Сюй Яо поставить его в душе на ноги — Кан Яо внезапно лягнул его ногой, вышвырнув за дверь.

Сюй Яо от удивления отлетел на несколько шагов, но, даже не рассердился. Он лишь глупо пробормотал:— Кан Яо?

— Надоел, — донёсся ответ из-за двери. — Я сам.

Сюй Яо всё ещё не злился. Напротив — он испытывал странное, почти неестественное спокойствие. Говорят, что после секса наступает время «философа» — когда всё вокруг кажется неважным, а на партнёра и вовсе смотреть не хочется.

Но с Сюй Яо произошло обратное. Непонятно откуда взявшееся терпение — редкий гость в его жизни — заставило его задуматься: почему Кан Яо опять вспылил?

Может, он был чересчур груб в первый раз? Или, получив желаемое, слишком увлёкся?

...Неужели нельзя помыться вместе?

Шум воды не умолкал долгие минуты. Лишь когда Кан Яо закончил, настала очередь Сюй Яо. Он использовал оставшиеся средства для душа, выставив ледяную температуру — холодные струи должны были охладить его мысли.

Уже была глубокая ночь, а он снова был на взводе.

Выйдя из ванной, Сюй Яо замер: Кан Яо стоял у панорамного окна, обернувшись в белое полотенце. Лунный свет окутывал его силуэт, превращая кожу в перламутр, а очертания тела— в нечто нереальное.

И ведь всего час назад это тело было под его пальцами, каждый изгиб — изучен до дрожи. Фантомное ощущение чужих прикосновений все еще приятным теплом оседало на коже.

Вдруг Сюй Яо вспомнил тот старый вопрос, но теперь знал ответ: под полотенцем ничего нет. Он сам позаботился об этом.

Мы действительно это сделали.

Первый раз в жизни — и не с Янь Лаем, а с ним.

И надо признать...

Это было чертовски здорово.

— О чем задумался? — Сюй Яо провел полотенцем по мокрым волосам, нарушая тишину.

Услышав шаги за спиной, Кан Яо обернулся:— Смотрю, чем обычно любуется господин Сюй.

Его голос снова стал насмешливым, будто и не было той вспышки у ванной. Настроение Сюй Яо, как марионетка, следовало за малейшими переменами в Кан Яо — стоило тому смягчиться, и гнев утихал.

Слова звучали непринужденно, но сейчас в этой улыбке было что-то опасное. Взгляд Кан Яо скользнул по помятой постели:— Отсюда отлично видно эту кровать.

— И? — нахмурился Сюй Яо.

— И теперь, — Кан Яо улыбнулся, — каждый раз, проходя здесь, ты будешь вспоминать... нас.

Дальше говорить было излишне — его глаза и так всё сказали.

Раньше Сюй Яо считал идею с офисом просто дерзкой. Теперь же понимал — это был продуманный ход.

Кан Яо намеренно выбрал место, которое Сюй Яо будет видеть каждый день. Чтобы память о сегодняшнем вечере преследовала его безжалостно.

— Кан Яо, — не выдержал Сюй Яо, — ты правда только что стал совершеннолетним?

Его подозрения крепли — этот юнец мыслил куда хитрее сверстников.

Кан Яо рассмеялся:— Будь я младше — господину Сюю пришлось бы несладко.

Выражение лица Сюй Яо в такие моменты бесценно.

Перерождение в книге дало ему преимущество — но даже исходные двадцать лет делали его младше Сюй Яо на добрых пять.

Кан Яо нарочито фыркнул:— У-у старикан.

Сюй Яо: «…» 

Двадцать шесть лет — «старик»? Половина молодёжи страны рыдала бы в подушку. Но перед этим демоном он вдруг ощутил необъяснимую неуверенность.

Не дав ему опомниться, Кан Яо протянул:— Хочу курить.

Сюй Яо, чьи сигареты пылились без дела, не стал спорить — в редкий момент, когда тот не доводил его до белого каления. Сам подал пачку.

Кан Яо зажал сигарету губами. Сюй Яо прикурил.

Вспыхнувший огонёк осветил его лицо на мгновение — прежде чем дым завуалировал черты.

— Могу переехать к тебе, — внезапно бросил Кан Яо.

Фраза прозвучала неожиданно. Сюй Яо даже замер:— Ты... согласен?

Кан Яо, небрежно затягиваясь, скосил на него взгляд. Курение в его исполнении выглядело вызывающе эстетично — будто кадр из запрещённого артхаусного кино.

— Неужели у господина Сюя так мало уверенности в себе? — прошипел он с усмешкой, выпуская дым к потолку.

«Конечно, была уверенность» — вот только вся она испарилась после той злополучной фразы «Мы больше не увидимся».

Теперь Сюй Яо осторожничал. Он даже растерянно замолчал на мгновение, прежде чем выдавить:— Когда ты хочешь переехать? Я скажу ассистенту помочь с вещами.

Но Кан Яо резко поднял руку:— Стоп. Я ещё не назвал свои условия.

Сюй Яо замер. 

— Какие... условия? — сквозь зубы прошипел он.

Кан Яо произнёс это с невозмутимой лёгкостью, будто диктовал условия аренды квартиры, а не интимных отношений:— Первое: мы оба соглашаемся на эти отношения, но как только один скажет «стоп» — всё. Никаких «но», никаких преследований.

Сюй Яо почувствовал, как в висках застучало. Он что, всерьёз?

Он, спонсор, который ещё даже не успел выдвинуть свои требования, теперь должен был выслушивать ультиматумы от того, кого содержал?

— Ты… — он сжал зубы, — объясни, как это должно работать.

Кан Яо лишь ухмыльнулся, выпуская дым сигареты ему в лицо:— Очень просто. Если я устану — ухожу. Если я тебе надоем – ты уходишь. Никаких обязательств.

Переводчик: mooonlightРедактор: mooonlight

http://bllate.org/book/14728/1315489