Готовый перевод Island in the Sky [Apocalypse] / Парящий остров [Апокалипсис]: Глава 59. Исследование острова

Край неба окрасился кровавым закатом, оранжево-красное солнце почти целиком погрузилось за линию горизонта.

Остров был окутан отблесками заката, созданный прежде Чжоу Юнем слой снега и льда медленно таял, а огромный краб-паук-убийца смирно лежал на ледяной корке.

Несколько парней выгребали из его нутра икру с пастой и складывали в чистый огромный стеклянный чан. Чжоу Юнь терпеливо руководил ими, веля пересыпать морской солью: слой крабовой пасты, слой соли. При этом он с сожалением заметил:

— Придётся пока заморозить, а уже по возвращении перетопить со свиным жиром и закатать.

Цинь Му потерял дар речи. Теперь-то он понял, зачем Чжоу Юнь, поднимаясь на борт, взял с собой столько пищевых контейнеров и стеклянных банок. Тогда он ещё подумал, что мясо морепродуктов быстро портится, в холодильник много не влезет, хотя немедленная засолка немного помогла бы.

Чего он никак не ожидал, так это того, что у Чжоу Юня стихия воды. Заморозить прямо на месте — действительно невероятно удобный и практичный навык.

Прежде он полагал, что сверхспособность стихии воды годится лишь для получения чистой воды да для полива овощей, но никак не думал, что она обладает столь сокрушительной атакующей мощью. И к тому же... превращать воду в лёд, обрушивать метели, метать ледяные клинки...

Чжоу Юнь определённо был на много рангов выше всех тех эсперов, которых ему доводилось встречать.

Жажда стать сильнее разгорелась в его груди ещё жарче. Он посмотрел на кристаллическое ядро тени ранга владыки, всё ещё лежавшее в стоящей в стороне стеклянной банке, подошёл, взял его и принялся внимательно разглядывать. Внутри, как и в прочих ядрах, причудливо вились и меняли очертания иссиня-чёрные, сверкающие нити, похожие на волокна кварца-волосатика.

Цинь Шэн сноровисто вскрыл толстую крабовую клешню. Мясо внутри было массивным и ледянисто-белым. Он с ноткой досады произнёс:

— Вообще-то его можно есть сырым как сасими или обвалять в муке и обжарить во фритюре. Но мы сейчас на выезде, так что придётся обойтись: сварим на пару и поедим с уксусом. — Он взглянул на сидевшего рядом Хуэйсина, чьи глаза горели нетерпением, и спросил Чжоу Юня: — Дадим Хуэйсину клешню? Он сегодня потрудился, спас моего брата.

Чжоу Юнь посмотрел на пса, глядевшего на него с мольбой во взоре, и улыбнулся:

— Давай. — Мясо мутировавшего краба было очень питательным, а обычные паразиты Хуэйсину уже не могли повредить.

Цинь Шэн положил клешню перед псом. Тот радостно разинул пасть, впился в неё зубами и с удовольствием принялся за еду. Цинь Шэн погладил его по голове:

— Сегодня благодаря тебе мой брат остался жив. Молодчина, Хуэйсин. Вернёмся — достану для тебя немного огненных кристаллических ядер.

Чжоу Юнь повернул голову и увидел, что Цинь Му держит ядро тени, глядя сквозь него на свет. Он спросил:

— Не видел прежде кристаллических ядер стихии тени?

Цинь Му покачал головой, но задал встречный вопрос:

— Доктор Чжоу, от этого ядра ранга владыки есть какая-то польза?

Чжоу Юнь, до этого наблюдавший, как Цинь Шэн разделывает краба, перевёл взгляд на него:

— Особой пользы нет. Если хочешь, оставь себе.

Гуань Юаньфэн хоть и мог поглощать ядра других атрибутов, но свойства тени несли в себе слишком много негатива, использовать их или нет — не имело значения. Стихия света и стихия тени нейтрализовали друг друга, поэтому эсперы света, хоть и способны были усвоить такое ядро, органически их не переваривали.

В прошлой жизни ядер стихии тени старались избегать. Что до исследований, он в своё время изучил их вдоль и поперёк и ничего нового открыть уже не мог.

Цинь Му сказал:

— Просто любопытно стало: мутировавшие животные-падальщики часто дают такие ядра? На морском дне падальщиков ведь очень много.

Чжоу Юнь знал об этом, поскольку исследовал вопрос в прошлой жизни, и подтвердил:

— Да. Морские угри, акулы — все они питаются падалью. Крабы, мидии, улитки, морские звёзды тоже поедают мёртвые организмы, способствуя разложению и очистке океана от органических останков. Это естественно: смерть одного кита даёт жизнь мириадам созданий.

— На суше грифы, гиены, шакалы тоже поедают падаль... На самом деле подавляющее большинство хищников наряду с охотой не брезгует мертвечиной, взять хотя бы львов.

— Я когда-то размышлял и исследовал, есть ли связь между поеданием зомби этими животными-падальщиками и их мутацией.

Цинь Му спросил:

— И как, есть?

Чжоу Юнь ответил:

— Выборка была слишком мала, и позже я это забросил. — В конце концов, люди зомби есть точно не станут, а имеют ли поедающие их животные какие-то негативные последствия, ускоряет ли это мутацию или превращает в зомби — такие исследования требуют колоссального времени и огромного объёма образцов. В условиях ограниченных ресурсов мало кто стал бы этим заниматься.

Цинь Му задумчиво проговорил:

— А если искусственно разводить крабов, моллюсков, морских улиток и скармливать им останки зомби... Получится ли добыть много ядер тени?

По спине Чжоу Юня пробежал холодок. Он дважды смерил собеседника взглядом.

Цинь Му усмехнулся:

— Чего ты так на меня смотришь? Разве эксперименты ставятся не так?

Чжоу Юнь оглядел его с нескрываемым любопытством:

— Тебе не кажется, что это смахивает на повадки злодея? — Впрочем, отторжения это у него не вызывало, просто кристаллическое ядро тени не приносило особой пользы.

Цинь Му рассмеялся:

— Ночью я отведу тебя и Цинь Шэна понырять к коралловым рифам, посмотрим, нет ли там других мутировавших животных.

Теперь его уверенность в Чжоу Юне возросла стократно. Он наконец понял, почему доктор был настолько невозмутим: обладая столь могущественной сверхспособностью, выходить в море значило лишь одно — охотиться. Это мутировавшие животные должны были дрожать перед ним. Настоящий владыка демонов.

Чжоу Юнь с готовностью согласился:

— Хорошо.

Цинь Му добавил:

— Ночью оставайся на судне, а мы разобьём лагерь на острове. — На катере условия лучше. Доктор Чжоу с его светлой кожей, интеллигентный и мягкий с виду, разительно отличался от таких обветренных, огрубевших на море людей, как они.

Чжоу Юнь улыбнулся:

— Не нужно. Я тоже взял палатку. Лучше держаться вместе, да и рядом с Хуэйсином безопаснее. А на судне только зря жечь энергию.

Цинь Му понял, что Чжоу Юнь беспокоится за них, обычных людей, в душе оценил этот жест и больше ничего не сказал. Взяв с собой нескольких парней, он отправился на склон выбрать безопасное место для палаток. Заодно он сам вытащил палатку Чжоу Юня, чтобы поставить её вместе с остальными.

Перед уходом он велел двоим парням вернуться на судно и спустить на берег газовый баллон и печь на угольных брикетах: на одной кипятили питьевую воду, на второй поставили котёл варить мясо краба-паука.

Чжоу Юнь подошёл и с помощью сверхспособности заполнил их ёмкости чистой пресной водой, а затем не спеша пошёл с Хуэйсином гулять вдоль берега.

Цинь Шэн всё это время был занят разделкой краба и не обращал на него внимания. Теперь все прекрасно понимали: доктор Чжоу рядом с этой огнедышащей собакой находится в абсолютной безопасности. Это они сами слишком слабы и находятся на самом дне пищевой цепи.

Ближе к воде на острове высилось множество выветренных скал. Там Чжоу Юнь обнаружил огромные заросли мощного тёмно-зелёного кактуса. Широкие, грубые членики громоздились ярусами, топорщась твёрдыми и острыми, точно стальные иглы, колючками, и ломились под тяжестью пурпурно-красных плодов.

Чжоу Юнь подошёл ближе и заметил у основания этого дикого кактуса скрытые серебристые узоры — вот уж поистине неожиданная радость.

Хоть это и была самая обычная для юга разновидность кактуса, рос он здесь много лет, обладал могучей жизненной силой, а его грубые твёрдые шипы прекрасно годились в качестве оружия. Но главное — на нём висело множество спелых плодов. Мутировавший кактус имел огромную ценность: из его плодов можно было сварить джем или, сбродив мякоть с леденцовым сахаром, получить плодовое вино, оказывающее превосходное целебное действие на организм.

Он достал из рюкзака полиэтиленовый пакет, взял ножницы и срезал все спелые плоды, быстро наполнив ими увесистый куль.

Отставив плоды в сторону, он протянул руку, коснулся кактуса, нащупал местоположение его кристаллического ядра и, прикрыв глаза, применил «Семя природы».

Древесное кристаллическое ядро кактуса словно пробудилось от спячки и засияло мягким светом. Окажись сейчас кто-нибудь на пляже, он увидел бы, как вся эта дикая поросль целиком излучает зелёное сияние.

Затем свет вспыхнул ещё ярче, и весь пышный куст начал сжиматься книзу, втягиваясь обратно в своё первородное ядро, мерцавшее среди трухи, перегноя и расщелин в камнях.

Чжоу Юнь поднял густо-зелёное кристаллическое ядро, применил технику «Привить цветок к чужому древу» и вобрал его в собственное ядро.

Отныне он мог повелевать этим растением. Точно так же он поступал и на вилле в Юньдин Шаньюань: когда ядра кампсиса, треугольного кактуса и вызвавшего его собственную мутацию тысячелетнего лотоса стабилизировались, он сжимал их в семена и вбирал в себя.

Раздавив несколько плодов, он бросил семена с восемью гранями в трещину скалы. Сначала он омыл руки водяной сверхспособностью, заодно промочив землю, а затем применил технику стимуляции роста.

Только что извлечённые из мякоти семена мгновенно пустили в почву корни, проросли и выбросили нежные побеги. Чжоу Юнь применил технику процветания: кактус ярус за ярусом пошёл в рост, распустился красивыми жёлтыми цветами, заменив прежние старые заросли, и остался на этом островке делить кров с морскими птицами.

Обойдя остров по кругу, других мутировавших растений он не обнаружил. Островок действительно был довольно бесплодным: лишь простая сорная трава да деревца, низкорослая растительность, в основном низкие кустарники, несколько строфантов, тонкий слой почвы и помёт птиц на камнях.

Сердце его дрогнуло: эта известковая почва с мелким песком накопила на поверхности огромное количество богатого фосфором и органикой птичьего помёта — превосходное природное фосфорное удобрение. Набрать бы немного для цветов... Но, подумав, он подавил в себе зуд растениевода. Главной целью этой вылазки были ядра ранга владыки и мутировавшая морская рыба, а мешки с землёй займут слишком много места. Впереди ещё много времени, вернётся к этому позже.

Он не спеша дошёл до теневой стороны рифов и наткнулся на сброшенный панцирь краба-паука-убийцы. На первый взгляд он выглядел бугристым, зловещим и довольно пугающим.

Ракообразные имеют свойство линять. Панцирь этот с натяжкой годился для медицины: растёртый в порошок, он мог разгонять застой крови и снимать боль, но эффект был невелик, а что касается панциря именно этого краба... трудно сказать, на что он ещё способен. Впрочем, броня ракообразных невероятно прочна. Если пустить её на щиты или подобное снаряжение, в боях против зомби и мутировавших тварей от неё будет немалый прок.

С этими мыслями он вернулся в лагерь. Парни из банды Старой Улицы уже ловко управлялись с готовкой. В большом котле бурлила свежая рыба: они варили суп из мяса краба, крупных кусков рыбы, лука, томатов и чеснока. В другом котле томились ломти королевской макрели, а рядом варились креветки.

Заметив его, Цинь Му улыбнулся:

— А мы гадали, куда ты подевался. Иди есть!

Чжоу Юнь протянул ему тяжёлый пакет со спелыми золотисто-пурпурными плодами:

— Я помыл их, угощайтесь. Собрал на острове.

Цинь Му неподдельно удивился:

— Я помню, что здесь росли кактусы, но в прошлом году на них не было столько плодов.

Цинь Шэн сегодня потратил слишком много сил, и сейчас его желудок сводило от голода. Хоть он и закинул в себя пару галет сухого пайка, сытости это не принесло. При виде этих плодов в горле у него пересохло. Он подошёл, разломил один и увидел искрящуюся пурпурно-красную мякоть, сочащуюся соком. Откусив кусочек, он восхитился:

— Очень сладко!

Проглотив плод в несколько укусов, он тут же ощутил прилив энергии, совершенно не похожий на насыщение от обычной еды, и опешил:

— Это мутировавший кактус?

Чжоу Юнь подтвердил:

— Да.

Цинь Шэн уставился на пакет:

— Вот это вещь! На аукционе за такое можно выручить кучу добра! — Он загорелся: — Там ещё есть? Пойду выкопаю всё и посажу дома.

Цинь Му промолчал.

Чжоу Юнь тоже потерял дар речи.

С лёгкой беспомощностью он сказал:

— Съешьте всё, а семена оставьте мне. Вернёмся — подарю тебе пару горшков. На этом острове почва держится с трудом, оставьте их на месте. За скалами лежит сброшенный панцирь краба-паука. Завтра можете сходить и разобрать клешни со спинным щитом. Отдадите мастерам, они сделают щиты — против зомби и мутировавших зверей пригодится.

Цинь Шэн тут же забыл про кактус:

— Правда?! Вот это здорово! Завтра же пойдём разбирать!

Вспомнив дневной бой, он добавил:

— Моё оружие против крупных мутировавших тварей слабовато. Надо будет заново сковать гарпунное ружьё особой конструкции, чтобы можно было использовать цепи.

Чжоу Юнь, подумав, заметил:

— Раздобудь хорошей стали.

Цинь Шэн вздохнул:

— На юге хорошей стали днём с огнём не сыщешь.

— Через некоторое время поедем в Чжунчжоу, попробую разузнать, может, удастся купить.

Цинь Му и Чжоу Юнь одновременно уставились на него:

— Ты едешь в Чжунчжоу?

Цинь Шэн словно только сейчас вспомнил:

— Ах да. Сегодня командир стражи из резиденции градоначальника отобрал несколько отрядов для сопровождения градоначальника в Чжунчжоу на съезд градоначальников. Наш отряд тоже выбрали. Это выгодное дельце, обычно нам такое не светит. Должно быть, зачли продажу лекарств.

Оба слушателя погрузились в раздумья.

Цинь Шэн тем временем мечтательно протянул:

— Говорят, полетим на самолёте. Сколько живу, ни разу не летал. Кто бы мог подумать, что в такой смуте удастся подняться в небо. Жаль только, прежнего процветания больших городов уже не застать.

Цинь Му пожалел брата:

— Да везде всё одно и то же, ничего интересного. Дома спокойнее всего.

Цинь Шэн хихикнул:

— Брат, хоть ты и исходил на судах кучу стран, я-то знаю, что на самолёте ты тоже не летал.

Цинь Му усмехнулся:

— В мире полно вещей, которых я не делал, и мест, где не бывал.

Чжоу Юню нравился оптимизм братьев:

— Это верно. Главное — делать то, к чему лежит душа.

На раскладной столик выставили чаши с густой похлёбкой из крабового мяса, положили горячие пампушки на пару и рассыпчатый рис. Начался незамысловатый ужин.

Цинь Му со вкусом оценивал блюдо:

— Вкус этих клешней почти не отличается от камчатского краба или краба-стригуна: мясо нежное, сладковатое.

Для Хуэйсина сварили отдельный целый котёл крабового мяса. Хоть пёс и сгрыз днём одну клешню, ему этого было мало. Сейчас он с аппетитом уплетал свою порцию, светясь от удовольствия.

После заката молодёжь развела на песке костёр. Оставив двоих сторожить лагерь и судно, остальные облачились в гидрокостюмы, взяли баллоны, ножи, гарпунные ружья, сигнальные свистки и прочее снаряжение и отправились на мелководье с другой стороны острова для ночного погружения.

Перед заходом в воду Цинь Му протянул Чжоу Юню гарпунное ружьё, но тот отказался. Человеку, способному в любой миг создать ледяное копьё или шип, эта штука была ни к чему.

Однако, если судить объективно, гарпунное ружьё оставалось грозным оружием для охоты и уничтожения зомби. Сжатый воздух на огромной скорости выталкивал острый металлический наконечник, пробивавший прочные панцири зомби и большинства морских созданий. Помимо убойной силы, ружьё снабжалось прицелом, позволявшим точно захватывать цель, а прочный линь давал возможность подтягивать добычу — идеальный инструмент для новичка.

Чжоу Юнь даже слегка пожалел, что до апокалипсиса не припас парочку высококлассных ружей на всякий случай.

Они поплыли вдоль подводного склона, переходя от песчаного дна к пышным, ярким коралловым рифам. Сквозь прозрачные стёкла масок в лучах фонарей виднелись колышущиеся водоросли в тёмно-синей толще воды. Вокруг шныряли каракатицы и кальмары, косяками плавали мелкие безымянные рыбёшки.

Здешние воды были богаты солями и минералами, жизнь на коралловых рифах била ключом. До апокалипсиса это место считалось важным промысловым районом, изобиловавшим груперами, рыбой-саблей, тунцом, тигровыми и лангустами.

Однако их целью были гигантские рыбы и крупные ракообразные.

Чжоу Юнь наблюдал, как Цинь Му и Цинь Шэн, сжимая гарпунные ружья, медленно скользят среди рифов, высматривая крупную добычу в расщелинах и гротах.

Вскоре Цинь Шэн добился успеха. Выстрелив в упор, он пробил голову крупному лобстеру, пытавшемуся юркнуть в нору, и выдернул его на поверхность.

Панцирь великана переливался зеленоватыми и оранжево-красными полосами. Мощные клешни беспомощно молотили воздух.

Бросив добычу в ведро, Цинь Шэн рассмеялся:

— Главное — уйти от нуля, без улова не останемся!

Чжоу Юнь лишь улыбнулся. Там, куда не доставал свет фонарей, в бездонную пучину уже устремились плети его треугольного кактуса.

Стебли тянулись во все стороны, словно бесчисленные щупальца, погружаясь в ледяную мглу, где царило безмолвие, а свет тонул без следа.

Вода становилась всё холоднее. В густом мраке неспешно двигались причудливые светящиеся создания, мягко плыли стаи медуз, напоминая струящийся звёздный свет.

Тонкие, гибкие побеги кактуса мягко скользили в толще воды, мерцая слабым зелёным сиянием. Словно шёлковые ленты, они безобидно огибали стайки рыбок, неслышно продвигаясь вперёд, пока не обнаружили свою цель.

Возле глубоководных вулканических скал, в широкой расселине, затаилась огромная мутировавшая акула.

Это исполинское создание безраздельно правило в своей бездне.

Стебли кактуса с других направлений начали втягиваться и нескончаемым потоком устремились сюда. Бесчисленные зелёные плети, словно наделённые собственным разумом, бесшумно окружили хищницу.

Акула заметила странные растения. Почуяв смертельную угрозу, она развернулась, распахнула чудовищную пасть, усаженную бритвенно-острыми зубами, и вцепилась в незнакомца.

Её зубы легко крушили крепчайшие панцири морских тварей, но густые плети кактуса, нахлынув зелёным шелком, резко сжались и с поразительной силой обвили гигантскую тушу.

Один из пучков, подобно ядовитой змее, метнулся прямо в распахнутую пасть и устремился к мягким внутренностям. Зубы хищницы перемололи проникшие стебли, брызнул сок, выплеснув яд лофофоры.

Мириады побегов продолжали оплетать акулу, стягивая её тело подобно тысячам водяных змей. На тёмно-зелёных стеблях проступили бесчисленные острые иглы, глубоко вонзаясь в шкуру.

Вспыхнуло яркое зелёное сияние. Спелёнутая колючими плетями акула отчаянно билась и крутилась в глубине, в предсмертной агонии высвобождая чудовищную мощь, поднявшую ударную волну.

Вода пошла яростными бурунами, окрестная рыба в панике бросилась врассыпную.

Но кактус продолжал выпускать всё новые стебли и шипы. Словно зелёная клетка, он наглухо спеленал рыбу, а проникшие глубоко в брюхо побеги распустились во тьме бесчисленными розовыми цветами.

Поверхность кактуса подёрнулась инеем, обжигая холодом, но лёд трескался под судорожными рывками жертвы.

Минута шла за минутой. Подводная бездна постепенно погрузилась в покой. Остывшее безмолвие снова сковало глубину. Кактус начал медленно сокращаться, подтягивая огромную неподвижную зелёную клеть к поверхности.

— Ещё один!

Полный энергии Цинь Шэн подцепил мощного лобстера толщиной в три-четыре руки и снова швырнул его в ведро. Заметив, что Цинь Му стоит на мелководье и вглядывается в темноту, сняв маску, он удивился:

— Брат, ты чего там высматриваешь?

Цинь Му спросил:

— А где доктор Чжоу?

Цинь Шэн опешил:

— Он же только что стоял у рифа и ракушки собирал?

Цинь Му нахмурился.

Цинь Шэн огляделся и окликнул одного из парней:

— А-Ван, ты доктора Чжоу не видел?

А-Ван растерянно моргнул:

— Так он же всё время за вами с Му-гэ шел?

Цинь Шэн опешил ещё сильнее.

Он повысил голос и позвал:

— Хуэйсин! Хуэйсин!

В ночной темноте над водой раздался глухой вой — пёс словно откликнулся на зов.

Переглянувшись, братья зашагали в ту сторону.

На тёмном каменистом берегу, на вершине высокого валуна, стоял Чжоу Юнь. Рядом с ним Хуэйсин, опустив морду, что-то вынюхивал в полосе прибоя. Заметив их приближение, пёс звонко тявкнул пару раз.

Цинь Му и Цинь Шэн подошли ближе. Луч фонаря коснулся воды перед Чжоу Юнем, и Цинь Му внезапно замер, вскинув гарпунное ружьё:

— Доктор Чжоу... Что это перед тобой?!

Чжоу Юнь обернулся и улыбнулся:

— Мутировавшая акула. Всё в порядке, я её уже убил.

Цинь Му застыл.

Цинь Шэн потерял дар речи.

В тёмной воде покачивалась туша четырёх- или пятиметровой акулы, наглухо вмороженная в глыбу льда. Цинь Му подошёл ближе и всмотрелся:

— Чернопёрая акула... Очень свирепая. Они обычно не вырастают такими огромными. Мутировала?

Чжоу Юнь подтвердил:

— Угу. — Он протянул руку, на ладони лежало прозрачное лазурное кристаллическое ядро ранга владыки, источавшее ледяной холод. В глазах доктора мелькнула улыбка: — Вот это я понимаю — лёгкая рука на добычу. — Мутировавшее ледяное кристаллическое ядро.

Цинь Му выдавил:

— ...Ты убил её один?

Чжоу Юнь усмехнулся:

— Можно и так сказать.

Цинь Му пробормотал:

— Мы сюда приехали на вылазку, а ты, похоже, просто на сбор даров моря вышел...

Если подумать, того краба-паука-убийцу доктор Чжоу тоже мог одолеть в одиночку. Даже если бы возникли трудности, оставался Хуэйсин.

А судя по тому, что пёс почти не намочил шерсть, акулу доктор Чжоу уложил абсолютно сам.

Чжоу Юнь сказал:

— За день все устали. Акулу я заморозил, позовите побольше людей, вытащите её на берег. Разделаем завтра при свете, спешить некуда. Мне оставьте только печень, у неё высокая медицинская ценность.

Цинь Му и Цинь Шэн пробили гарпунами лёд и выволокли тушу на песок. Парни из банды Старой Улицы обступили добычу, цокая языками:

— Вот это махина! Невероятно! Обычная такая акула метр-два от силы, а эта... На сколько же дней нам хватит мяса?

— Если содрать шкуру и выставить на аукцион, кучу денег выручим!

Заметив, что Чжоу Юнь с Хуэйсином уже ушли к палатке переодеваться и отдыхать, Цинь Му расставил караулы и вместе с братом залез в палатку. Стянув гидрокостюмы и обтеревшись, они забрались в спальники.

Была глухая ночь, но после пережитого за день Цинь Му всё ещё не мог успокоиться. Слушая ровный рокот прибоя, он негромко заговорил с братом:

— Слушай, А-Шэн, а ты со временем станешь таким же сильным, как доктор Чжоу?

Цинь Шэн уже клевал носом и отвечал невпопад:

— Надеюсь... Интересно, какие навыки были у этой акулы... Надо поскорее сделать нормальное дальнобойное оружие... Брат, ты меня сегодня до смерти напугал. Не лезь больше вперёд как безумный, держись ближе ко мне.

Цинь Му достал из стоящей рядом банки кристаллическое ядро тени, посмотрел на него и снова спросил:

— А как вообще поглощают ядра?

Цинь Шэн приоткрыл один глаз:

— Зажимаешь в кулаке и направляешь сверхспособность...

Сон почти одолел его, и он уже собирался подшутить над братом, наблюдая, как тот пытается сжать ядро в ладони. Но когда Цинь Му раскрыл руку, кристаллического ядра тени там не оказалось!

Цинь Шэн резко сел, сон как рукой сняло:

— Что за дела?!

Цинь Му сам опешил, глядя на пустую ладонь, а затем ощупал спальник вокруг:

— Я... кажется, поглотил его?

http://bllate.org/book/14690/1312360

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь