Готовый перевод Crossing the Immortal Realm / Путешествие по бессмертному царству [❤️]: Глава 104. Стать учеником

Оба одновременно слегка кивнули Сюй Цзыцину:

- Сюй Цзыцин.

Хотя они говорили вместе, голос звучал только один.

Сюй Цзыцин посмотрел налево, затем направо, озадаченно пробормотал:

- Брат... Брат Юнь...

Оба в белом - один призрачный, другой реальный - мужчины откликнулись одновременно.

На лице Сюй Цзыцина сразу отразилось замешательство. Два «брата Юня» - это и правда было необычно...

Пока он не знал, как реагировать, вдруг увидел, как белая призрачная фигура слегка разворачивается и делает несколько шагов вперёд. В тот же миг белый призрак наложился на фигуру мужчины в светлой одежде и их образы слились, ненадолго образуя двойное изображение, которое тут же исчезает. На месте остался только один человек в белых одеждах.

В этот миг от него стала исходила такая острота и опасность, будто в воздухе появилось множество тончайших мечей, пересекающихся в пространстве зала. Но всё длилось лишь мгновение - и вся эта угроза исчезла, хотя давление меча вокруг него только усилилось.

Это... слияние?

Сюй Цзыцин окончательно запутался, не понимая, в чём дело.

Тут мужчина сказал:

- Тот, кто с тобой общался, был моей небесной душой.

Сюй Цзыцин опешил:

- Небесная душа?

У человека есть три души: небесная душа, земная душа и человеческая душа.

Небесная душа отвечает за сознание, земная - за добро и стыд, человеческая - за жизненную силу.

Любой культиватор до стадии Золотого ядра по-прежнему хранит три души и семь духов. Хотя такие люди уже обладают телом дао, они всё ещё не покинули мирское, и если погибают, всё равно попадают в круговорот перерождений. Но когда их уровень достигает пика стадии Проявления изначальной ци, они могут объединить три души и семь духов, сделать небесную душу главной, остальные души и духи соединить с ней, превратив всё это в единое целое и выделить долю изначального духа. И только тогда по-настоящему отрываются от мирского бытия.

Теперь, если небесная душа Юнь Ле покидала тело, значит, он ещё не выделил изначальный дух, и как бы ни была могущественна его техника меча, он всё равно обычный человек. Однако, если даже в человеческом теле он способен нести такую острую силу меча, это говорит о необыкновенной стойкости его характера, до которой мало кто может дотянуться. К тому же, если он способен с помощью меча побеждать даже культиваторов Золотого ядра - насколько же он силён!

Сюй Цзыцин, поразмыслив, почувствовал некоторую уверенность, но и тревогу. Уверенность - потому что душа в кольце действительно была небесной душой, а значит, это и есть сознание Юнь Ле, и быть с ней связанным - всё равно что быть связанным с самим Юнь Ле. Даже если небесная душа вернулась в тело, Юнь Ле всё равно остаётся Юнь Ле.

Тревога - потому что после возвращения небесной души его присутствие стало ещё холоднее, а теперь, когда он не призрак, а живой человек, его аура ощущается гораздо сильнее. Такая реальная мощь и давление немного пугали.

Юнь Ле сказал:

- Тринадцать лет назад моя небесная душа покинула тело, чтобы найти возможность для постижения дао.

Сюй Цзыцин начал догадываться, но всё ещё не до конца понимал:

- То есть, когда мы с братом Юнем встретились, вы уже пять лет были в кольце... Восемь лет общения, вы многим мне помогли, а я, признаться, не раз беспокоил вас и был не слишком сообразителен. Смогли ли вы в итоге получить то, что искали?

Юнь Ле ответил:

- Благодаря твоей помощи я уже нашёл это.

Сюй Цзыцин с облегчением вздохнул:

- Вот и хорошо. Хотя мне кажется, что я лишь беспокоил брата Юня, не понимаю, чем мог помочь...

Юнь Ле после небольшой паузы сказал:

- Объяснить сложно.

Сюй Цзыцин вздохнул:

- Ладно, если я действительно хоть в чём-то помог брату Юню, значит, хоть немного отплатил за все его добрые дела.

Пока они беседовали, мастер Цю Хэ не перебивал, а только с улыбкой наблюдал за ними. Лишь когда разговор подошёл к концу, он вмешался:

- Юньэр не силён в словах. Если ты, Цзыцин, хочешь узнать, я могу рассказать.

Тут Сюй Цзыцин вспомнил, что тут еще присутствует мастер, и, смутившись, поспешно сказал:

- Простите, старший, я только что потерял голову и забыл о правилах. Прошу не сердиться.

Мастер Цю Хэ рассмеялся:

- Молодым свойственно быть искренними - за что же мне сердиться? Я вижу, у тебя с Юньэром очень крепкая дружба. Раз он так тебя рекомендует, должно быть, ты и правда неординарен. Не хотел бы ты стать моим учеником?

Сюй Цзыцин был удивлён, но тут же ответил:

- Возможность учиться в одной школе с братом Юнем для меня огромная честь. Но разве вы не хотите... испытать меня перед тем, как принять в ученики? - Он был рад, что брат Юнь так высоко его ценит, но всё же не хотел, чтобы это повлияло на репутацию друга. Однако, видя доверие мастера, боялся, что прямой отказ будет невежливым.

Мастер Цю Хэ только добродушно усмехнулся:

- Уже сам твой вопрос говорит о твоём добром сердце. Пока вы с Юньэром беседовали, я внимательно тебя рассматривал. Вижу, что у тебя духовная энергия дерева очень чиста и крепка, значит, фундамент твёрд, талант неплох. К тому же, если Юньэр тебя хвалит, значит, ты трудолюбив и не из ленивых хитрецов. Так почему бы мне не принять тебя?

Услышав это, Сюй Цзыцин почувствовал, как с души спал тяжёлый камень. С самого начала он ощущал от этого мастера неподдельную доброту, а его природная чувствительность к стихии дерева позволяла почувствовать, что характер у мастера хороший - настоящий старший, к которому хочется тянуться. Теперь, когда мастер явно проникся к нему симпатией, Сюй Цзыцин был особенно рад.

Он аккуратно положил Чунхуа рядом, потом преклонил колени, трижды поклонился и выполнил обряд принятия в ученики:

- Ученик Сюй Цзыцин приветствует учителя!

Мастер Цю Хэ с радостью принял поклон и трижды повторил:

- Хорошо, хорошо, хорошо!

Затем он выпрямился, стал серьёзен и торжественно объявил:

- С этого дня Сюй Цзыцин становится моим личным учеником, вторым по счёту, и внутренним учеником триста восемьдесят второго поколения секты Бессмертных Пяти пиков, принадлежащим пику Малого Бамбука.

Сюй Цзыцин склонил голову:

- Да, учитель.

Учитель Цю Хэ, объявив это, пригласил его сесть и наставительно сказал:

- Помимо тебя, у меня есть ещё один личный старший ученик - Юньэр. Его тебе следует называть «старший брат». Кроме того, есть восемь номинальный учеников - все девушки, они будут тебе младшими сёстрами. Внутри одной школы вы должны поддерживать друг друга, не забывай об этом.

Сюй Цзыцин собрался и ответил:

- Ученик запомнит.

После этого он посмотрел на Юнь Ле и почтительно поклонился:

- Приветствую старшего брата Юня.

Да, теперь, когда они в одной школе, нельзя больше звать его просто «брат Юнь», а нужно обращаться «старший брат Юнь». Мысль об этом вызвала у него улыбку. Хотя форма обращения изменилась, теперь между ними стала ещё большая близость - ведь теперь у него есть и «брат», и «отец»-наставник, и «сёстры».

Хотя он не назвал его «старшим учеником», Юнь Ле понял его чувства и только кивнул:

- Младший брат.

Сюй Цзыцин улыбнулся:

- Прошу старшего брата Юня наставлять меня в будущем.

Юнь Ле ответил:

- Конечно.

После этого атмосфера между ними вновь стала такой же, как прежде.

В этот момент мастер Цю Хэ с улыбкой сказал:

- Небесная душа только что вернулась в тело, Юньэр, ступай немного помедитируй. А ты, Цзыцин, пока останься здесь и познакомься с младшими сёстрами.

Юнь Ле не стал ничего добавлять, встал и вышел.

Сюй Цзыцин проводил его взглядом, затем повернулся и встретился с добрым взглядом Цю Хэ Чжэньжэня, улыбнулся в ответ:

- Учитель, не хотите ли что-то спросить у ученика?

Мастер Цю Хэ покачал головой:

- Нет, я намерен не спрашивать, а рассказать тебе нечто.

Сюй Цзыцин насторожился:

- Это касается старшего брата Юня?

Мастер Цю Хэ улыбнулся и кивнул:

- Цзыцин, ты действительно сообразителен.

Сюй Цзыцин тут же понял:

- Прошу учителя разъяснить ученику.

В глазах Цю Хэ Чжэньжэня заиграла улыбка, но вскоре он слегка вздохнул:

- Чтобы понять Юньэра, нужно рассказать о его пути дао...

Много лет назад, когда Цю Хэ только что достиг уровня Золотого ядра и стал владельцем одного из малых пиков, он получил от школы в награду духовную жилу третьего уровня.

Талант Цю Хэ был выше среднего. Обычные культиваторы стадии Проявления изначальной ци живут пятьсот лет, он же смог достичь Золотого ядра к четырёмстам годам, продлив жизнь до восьмисот. Но для продвижения к уровню Зарождения души у него почти не было шансов. И вот, чтобы попытаться прорваться, он отправился путешествовать и однажды у обрыва нашёл младенца - так в его жизни появился Юнь Ле.

Юнь Ле обладал двойным духовным корнем - сильным металлом и тонкой землёй, а его природный талант был высоким. Цю Хэ, находясь в одиночестве, принял его как первого ученика, но, по сути, относился к нему как к родному сыну и заботился о нём с особым трепетом.

К несчастью, когда Юнь Ле было два года, у Цю Хэ возник внутренний демон, и ему пришлось уйти в уединение, поручив ребёнка служанкам. Когда он вышел спустя десять лет, Юнь Ле уже вырос в юношу, стал холодным и замкнутым, а за эти годы успел девять лет точить свой меч.

Цю Хэ практиковал техники земли и хотел найти для Юнь Ле подходящую магическую формулу, чтобы тот взял путь сочетания металла и земли, но после выхода из затвора обнаружил, что Юнь Ле уже твёрдо решил посвятить себя мечу.

Поскольку Цю Хэ мало времени провёл рядом, характер Юнь Ле сформировался, и между ними оставалась некоторая отчуждённость. Цю Хэ хотел восстановить близость, но Юнь Ле относился к нему скорее с уважением, чем с теплом.

После этого путь Юнь Ле был ему уже не по плечу - сам он не был мечником. Юнь Ле же каждый день оттачивал меч, изучал техники множества школ, усердно практиковался. Его понимание меча было выдающимся - за десять лет он вобрал в себя лучшее из множества стилей. В тринадцать он начал вводить духовную энергию, а с поддержкой духовной жилы третьего уровня всего за пять лет достиг Заложения основы - это был путь металла. Позже Юнь Ле твёрдо решил практиковать Путь Беспристрастного меча.

Цю Хэ понимал, что у Юнь Ле врождённый талант к мечу, но не хотел, чтобы ученик подвергал себя опасности. Ведь с его характером, если он освоит этот путь, станет ещё более холодным и строгим.

Но Юнь Ле был непреклонен. С тех пор, как он начал изучать Беспристрастное убийство мечом, его успехи шли семимильными шагами. Потом он отправился на двенадцать лет в Пещеру меча и, выйдя оттуда, уже достиг стадии Проявления изначальной ци!

К тому времени Цю Хэ уже не мог помочь ему, только молча беспокоился.

Позже Юнь Ле решил спуститься с гор и десять лет сражался с демонами и злом, став знаменитым. Когда он вернулся, был весь в крови, его убийственная аура пугала всех - он напоминал бога разрушения, к которому никто не смел приблизиться.

Он постиг суть Пути Беспристрастного мечом и обрёл его истинную суть - намерение меча!

До него никто не поднимался по этому пути так быстро, и Цю Хэ понял: Юнь Ле по-настоящему рождён для этого Пути меча, остановить его невозможно.

Позже Юнь Ле снова и снова уходил за пределы школы, отправлялся на равнины диких зверей, сражался без устали, и через десять лет его мастерство почти достигло совершенства, а уровень поднялся до середины стадии Проявления изначальной ци. Потом он ещё на десять лет ушёл в Пещеру меча, и, выйдя, уже был на пике этой стадии!

Достигнув такой глубины в Искусстве Беспристрастного мечом, он оказался на вершине. Сейчас, с нынешней мощью, Юнь Ле без труда мог победить культиватора начального уровня Золотого ядра, а с мастером середины этой стадии сражался на равных. Поэтому его называли сильнейшим среди всех, кто был ниже уровня Золотого ядра, и хотя многие пытались бросить ему вызов, все они пали под его мечом.

В этот момент Юнь Ле уже стал совершенно бесстрастным и беспощадным, для него не существовало ни страха, ни радости, ни печали. Его меч был его богом, а убийство - его сутью, вся его сущность была пропитана волей меча и убийственной аурой, никто не осмеливался к нему приблизиться.

Но именно это и вызывало у Цю Хэ глубочайшее беспокойство.

Примечание:

Суффикс -эр - применяется для демонстрации расположения и близости к человеку. Обычно его использует старшее поколение по отношению к младшему.

По поводу «братьев»: сейчас Сюй Цзыцин должен называть Юнь Ле - шисюн (師兄) - старший брат по учебе/старший учебный брат, а не как раньше просто брат (兄) - такое обращение используют между хорошими друзьями. Я же буду переводить просто как «старший брат», а иногда и просто «брат». 

По поводу переименования искусства Юнь Ле - посчитала, что так будет лучше, более соответствует действительности. Что касается исправления предыдущих глав - я этого делать не буду, в том числе с целью продемонстрировать отчуждение всех от Юнь Ле и их глубину заблуждения по отношению к нему.

http://bllate.org/book/14678/1307160