Готовый перевод I Don’t Want This Reincarnation / Я не хочу этого перевоплощения [❤️]: Глава 275

Я увидел ребёнка, свернувшегося калачиком в тёмной комнате. За его маленькой спиной едва слышались болтовня, смех и рождественские гимны.

Рождество с белым снегом. Внизу люди, собранные Чон Чже Хоном, наслаждались вечеринкой.

Чон Чже Хон, окружённый любящими его людьми, с радостной улыбкой открывал один за другим подарки, в то время как Чон Са Ён лежал в одиночестве в кладовке, весь в крови. Жизни этих двоих детей разительно отличались.

Я впервые подошёл к юному Чон Са Ёну, наблюдая за сценой прошлого из-за кулис. Медленно двигаясь, я сел рядом с ребёнком, и в тусклом свете стало видно его израненное лицо.

— …

Я осторожно протянул руку к чёрным волосам Чон Са Ёна.

Как и ожидалось, моя ладонь прошла сквозь него, не ощутив ничего, но мне всё равно показалось, будто я касаюсь чего-то мягкого.

Вспоминая собственное детство, я горько улыбнулся и прошептал:

— Теперь я понимаю, почему ты так похож на меня.

Даже если моя рука не могла коснуться ребёнка, я продолжал гладить его волосы. Теперь, когда я задумался, я понял, что никогда раньше не гладил Чон Са Ёна по голове.

«Ну, как можно потрепать по волосам этого большого парня с такой чувствительной натурой.»

Прогнав глупые мысли с ухмылкой, я снова посмотрел на красные кровоподтёки на лице ребёнка.

То, что пережил Чон Са Ён, было ужасной и болезненной памятью.

— Бывают проигранные битвы.

Невозможно выиграть каждый бой. Это не под силу никому.

— Ты сможешь сделать это снова.

Он, должно быть, был подавлен. С момента их первой встречи и до сих пор он боялся его.

Его собственная слабость, из-за которой он не смог защитить самого дорогого человека, наверняка пугала его до дрожи.

Но этот ребёнок не остановится на этом. Как объяснил Элохим, боль от невозможности полностью покончить с Чон Чже Хоном только сделала его сильнее.

Я сразу же понял, что значил взгляд Чон Са Ёна перед тем, как он бросился на Чон Чже Хона. Пусть они были молоды, их сущность не изменилась.

— Держись, Чон Са Ён.

На его напряжённом лице появилось лёгкое смягчение от тихого подбадривания.

Послышался звук перелистывания страницы, и образ Чон Са Ёна рядом со мной начал расплываться. Вскоре я увидел, как ребёнок взрослеет, время неумолимо бежало вперёд.

Год, два, три… и десять лет.

Не имея возможности выходить наружу, кроме как в особых случаях, Чон Са Ён проводил большую часть времени, запертый в особняке. Мужчина заставил его изучать основы этикета, заниматься учёбой и элитными видами спорта, такими как верховая езда.

Чон Са Ён, чьё тело было меньше, чем у других детей его возраста, за десять лет невероятно вырос. Он догнал Чон Чже Хона, который был старше его на четыре года, и их телосложение стало почти одинаковым.

В день, когда умер единственный человек, любивший его, Чон Са Ён поставил перед собой новую цель.

Ребёнок, который боялся и не мог выразить своё мнение, исчез. Его осанка стала прямой, взгляд уверенным, а манеры — естественными и безупречными.

С тех пор Чон Чже Хон начал смотреть на него иначе. Чон Са Ён, которого раньше считал лишь удобным инструментом, теперь стал угрозой его положению.

— Паршивый ублюдок.

Проходя по особняку, Чон Чже Хон бросал эти слова, едва завидев Чон Са Ёна в коридоре.

Но тот лишь слегка улыбался и отвечал:

— Спасибо, что уделяешь мне внимание.

Чон Чже Хон на мгновение напряг губы, увидев Чон Са Ёна, на которого его слова больше не действовали.

С того момента, как они впервые встретились, прошло двенадцать лет. Схожий рост, похожие черты лица. Чон Чже Хон с раздражением дёрнул бровями, встречаясь с ним взглядом.

— Молодой господин.

К ним подошёл слуга, который был снаружи. Полностью проигнорировав Чон Са Ёна, он доложил Чон Чже Хону:

— Президент прибыл.

— Понял.

Чон Чже Хон прошёл мимо, ударив Чон Са Ёна плечом. Тот никак не отреагировал и спокойно направился обратно в свою комнату.

— …Он приказал тебе идти со мной.

После некоторого колебания слуга продолжил. Чон Са Ён и Чон Чже Хон одновременно остановились.

***

— Хм. Прошло два года?

— Точнее, два года и три месяца, президент.

Когда мужчина снял пиджак и задал вопрос, секретарь принял одежду и вежливо ответил.

— Та женщина?

— Она вышла.

— Черт, дешевка.

Мужчина, цокнув языком и ослабляя галстук, затем перевел взгляд на своих двух сыновей. Осмотрев Чон Чже Хона и Чон Са Ёна с головы до ног, он передал галстук секретарю.

— Сколько тебе лет?

— Мне 23 года.

— Вполне достаточно, чтобы идти в армию.

Чон Чже Хон промолчал, не зная, как реагировать на этот нелепый комментарий.

— На документы, которые я отправлял за последние два года, пришли хорошие отзывы.

Во время своего отсутствия мужчина несколько раз отправлял Чон Чже Хону документы. Это был своего рода тест: от вопросов на трех иностранных языках до управленческих и практических заданий.

— Вам обоим.

Однако только сейчас Чон Чже Хон узнал, что Чон Са Ён получал те же самые документы.

Внутри него бушевал настоящий ураган, но он с трудом сохранял улыбку.

— Это был довольно интересный эксперимент. Одновременно захватывающий и разочаровывающий.

Взгляд мужчины переместился с Чон Са Ёна на Чон Чже Хона. Челюсть Чон Чже Хона невольно напряглась при слове «разочаровывающий».

— Времени еще достаточно… Не стоит спешить с выводами.

— ……

— Чон Чже Хон.

— Да, отец.

— Готовься к поездке за границу. Шести месяцев хватит.

— Понял.

Плечи Чон Чже Хона слегка расслабились, когда он понял, что отец выбрал его, а не Чон Са Ёна.

— Можешь идти.

Мужчина отпустил Чон Чже Хона вместе с сопровождающим и слугой, которые ждали сзади.

Когда он убедился, что в просторной гостиной остался только Чон Са Ён, то встал перед ним и отдал приказ:

— Подними голову.

Чон Са Ён, до этого стоявший молча, поднял голову. Хотя за эти годы он сильно вырос, он все еще был намного меньше мужчины.

Сквозь открытое окно в комнату проникал теплый весенний ветер, нежно колыхая белоснежные шторы. Солнечный свет ласково ложился на темные волосы и бледную кожу Чон Са Ёна.

— Ты присылал мне интересные ответы на каждый отправленный мною документ.

— Я просто записывал свои мысли.

— Именно это и интересно.

Мужчина, слегка прищурившись, крепко взял Чон Са Ёна за подбородок.

— Чон Чже Хон показал мне то, что я ожидал: расчетливость и холодность. Если бы оценивать правильность его ответов, он набрал бы примерно 90 баллов.

Услышав это, Чон Са Ён откровенно продемонстрировал недоумение.

— А вот ты пришел к выводам, опираясь на свои эмоции.

— …

— Я задумался, что же стало причиной таких суждений? Воспитание в этом доме? Или же ты таким родился?

Свободной рукой мужчина медленно обхватил талию Чон Са Ёна.

— Ты похож на нее не только внешне. По характеру ты тоже больше напоминаешь ту женщину, чем меня.

Та женщина. Услышав это, Чон Са Ён вздрогнул.

Впервые за 10 лет мужчина упомянул его мать. И сделал это именно в этот момент.

— Мир изменился, Чон Са Ён. Каждый день монстры убивают сотни людей, а значит, появилось множество способов зарабатывать деньги. Но твой мир по-прежнему ограничен стенами этого особняка.

Приблизившись к уху Чон Са Ёна, мужчина тихо прошептал, словно раскрывая ему великую тайну. Рука, в которой скрывалось некое намерение, мягко погладила его талию.

— Как тебе это. Если будешь следовать моим указаниям, я позволю тебе покинуть особняк. Я помогу тебе жить как Чон Са Ён, а не как тень Чон Чже Хона.

Только тогда я понял смысл слов мужчины, и моё лицо исказилось от отвращения.

«Этот омерзительный ублюдок…»

Холодная энергия, сдерживаемая в глубине моего сердца, громко задрожала. В тот же момент Чон Са Ён, который без эмоций смотрел на мужчину, схватил его за запястье, державшее его подбородок.

Мужчина сузил глаза, ощутив неожиданно сильную хватку. Увидев это, Чон Са Ён ухмыльнулся и заговорил:

— Похоже, за эти два года твоя задница совсем опустела.

— Что?

— Довольно забавно видеть, как тебя накрывает в таком возрасте, но я откажусь. Это не слишком заманчивое предложение.

Чон Са Ён сжал запястье мужчины настолько сильно, что проступили его кости, а затем медленно оттолкнул его. Рука мужчины, поддавшись силе, слегка дрожала.

— Если ты действительно не хочешь, чтобы он уехал за границу, почему бы тебе не пойти к возбужденному братцу? Он сделает это, даже не задумываясь.

— Ты, мерзавец…

— Если хочешь заполучить меня, предложи что-нибудь получше.

Сделав шаг назад, Чон Са Ён поправил одежду, будто совершил нечто прекрасное. Затем, не проронив больше ни слова, он вышел из гостиной, даже не оглянувшись.

Проходя мимо мужчины, лицо которого пылало от гнева и унижения, я поспешил следом за Чон Са Ёном.

«Чуть не попал в неприятности.»

Всё было настолько плохо, что я едва не использовал свою способность вмешательства. Вздохнув с облегчением, я посмотрел на спину Чон Са Ёна, шагающего по коридору.

Чон Са Ён впервые столкнулся с таким обращением, поэтому его шаги были грубыми и раздражёнными.

Мне было достаточно просто наблюдать за этим, чтобы почувствовать отвращение, но каково было самому Чон Са Ёну? К счастью, он оказался не из тех, кто легко поддаётся.

Ему только исполнилось девятнадцать. Возможно, из-за того, что я знал Чон Са Ёна в двадцать девять, он казался мне таким же юным, как в девять лет.

На следующий день после того, как он отверг предложение мужчины, Чон Са Ёна наказали, заперев в комнате на десять дней. Один день ему даже запретили приносить еду.

«Когда он был ребёнком, по крайней мере, его кормили.»

Я не знал, было ли это из-за того, что Чон Са Ён приближался к взрослому возрасту, или же просто месть за нанесённое мужчине оскорбление. Даже узнав о запрете на еду, Чон Са Ён не выказал никакой реакции.

Оставшись взаперти на десять дней лишь с несколькими книгами, без телефона и телевизора, он с скучающим видом смотрел в окно. Я тоже стоял рядом.

В тёплую погоду на деревьях начали распускаться светло-зелёные почки. Пока я разглядывал сад, мой взгляд поднялся вверх, и я вдруг застыл.

— …Что это?

Чон Са Ён, так же смотревший на сад, пробормотал с озадаченным выражением.

Прямо у главного входа в особняк появилось овальное отверстие, излучавшее ослепительный тёмно-синий свет.

«Не может быть…!»

Как только я понял, что это за инородная штука — врата, у меня в голове моментально сложилась картина предстоящих событий. И в тот же миг с неба с огромной скоростью полетел гигантский огненный шар.

— Уклоняйся, Чон Са Ён!

Чон Са Ён, инстинктивно сделав шаг назад, в тот же момент повернул голову на голос. Его взгляд оказался направлен точно туда, где стоял я.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://bllate.org/book/14631/1298388