Готовый перевод Case File Compendium / История болезни: Глава 173. Искушение на свадебном банкете

Благодарю за редактуру Трёхлапую ворону.

Июнь наступил в мгновение ока.

Вэй Дунхэн успешно получил диплом, в университете начались каникулы, и где-то в середине июня семья Вэй забронировала элитный курортный комплекс в Ханчжоу для празднования свадьбы Се Сюэ и Вэй Дунхэна.

Курорт, занимавший огромную территорию, располагался в самом сердце люксового района города, неподалеку от правительственной резиденции. Только представьте, какой там уровень роскоши! Весь комплекс был оформлен с изысканным вкусом, без показной вычурности. Здесь были обустроены уединенные извилистые дорожки, изящные галереи между павильонами, а в переходах звучал хрустальный перезвон горных ручьев. В отдельные уголки курорта можно добраться только на лодке.

Семья Вэй арендовала этот курорт, напоминавший миниатюрную версию Киото, на три дня, чтобы у гостей было достаточно времени разместиться и отдохнуть.

Семья Хэ, как влиятельные шанхайские фармацевтические магнаты, тоже получила приглашение от семьи Вэй Дунхэна.

В день свадьбы Хэ Юй прибыл раньше Люй Чжишу и Хэ Ли, поскольку хотел поскорее увидеть Се Цинчэна.

– Молодой господин Хэ, добро пожаловать. Большая честь для нас, – хостесс дежурили у входа еще задолго до того, как прибыл трансфер.

Гости на лужайке разбились на группы по три-пять человек и вели оживленные беседы.

Сплетни свойственны человеческой натуре, и здесь они тоже не были исключением. Пересекая лужайку, Хэ Юй услышал, как две дамы из высшего общества, явно будучи близкими подружками, перешептывались:

– Говорят, невеста-то уже беременна.

– Кто это тебе сказал?

– Да уже почти все знают, такое скрыть невозможно… Еще говорят, третий молодой господин Вэй, несмотря на свою молодость, добровольно решил похоронить себя в этом браке. Не похож он на человека, который горит желанием вступить в брак и остепениться. Неужели, все дело только в беременности...

Хэ Юй на самом деле тоже знал, что Се Сюэ беременна.

Однако его больше всего донимал вопрос, почему Се Цинчэн – не женщина.

Если бы он был женщиной, учитывая, сколько раз они делали это без всякой защиты, он бы уже точно давно забеременел от Хэ Юя. И тогда Се Цинчэну, возможно, не удалось бы уйти от него так легко.

Почему Се Цинчэн не мог зачать?..

Погруженный в свои мысли, Хэ Юй зашел в зал, где увидел Се Цинчэна, стоявшего с родителями Вэй Дунхэна.

В этот момент его сердце сжалось от боли, словно от выстрела в упор.

… Ради свадьбы младшей сестры Се Цинчэн запер в глубине сердца все свои последние огорчения и обиды. На нем был черный бархатный костюм, в вырезе которого виднелась серебристо-лотосовая шелковая рубашка, волосы идеально уложены, мечевидные брови черны, как смоль. Весь облик этого человека излучал ауру спокойствия и благородства. Его красота была несравненной.

Хэ Юй застыл на месте на какое-то время, прежде чем пришел в себя и приблизился. Согласно этикету, сначала он поприветствовал родителей Вэй Дунхэна.

Затем он повернулся к Се Цинчэну, и сердце его начало биться, как барабан.

– Доктор Се.

– … Здравствуй.

Будучи единственным представителем со стороны семьи невесты, как бы Се Цинчэну не хотелось этого избежать, но сейчас он вынужден был принять формальное приветствие старшего сына семьи Хэ.

Он протянул Хэ Юю руку.

Хэ Юй держал ее одну секунду, две, три…

Се Цинчэн опустил руку.

Хэ Юй наслаждался его теплом три секунды. Затем он посмотрел Се Цинчэну в глаза и сказал:

– Поздравляю.

– … Благодарю.

Когда-то они обнимались и сплетались, сутками сгорая в страсти и не отлепляясь друг от друга.

А теперь остался только этот сухой диалог.

Хэ Юй бросил на него последний пристальный взгляд и ушел.

В оставшуюся часть дня у него уже не было возможности поговорить с Се Цинчэном.

Как единственный родственник Се Сюэ, Се Цинчэн был занят множеством дел. И хотя тетушка Ли тоже присутствовала здесь, она была уже в годах и многого не понимала, так что Се Цинчэн по большей части брал все на себя.

Ко второй половине дня начался уже настоящий наплыв гостей.

Хэ Юй увидел множество знакомых лиц, и, к своему удивлению, встретил здесь даже своего личного врача Энтони.

– Молодой господин Хэ, – Энтони в бледно-розовом костюме с букетом цветов и подарком в руках с улыбкой поприветствовал стоявшего у озера с лебедями Хэ Юя.

– Давно не виделись, доктор Энтони.

– Да, давненько. – Энтони окинул его взглядом и усмехнулся, – Ты, эм, почти всегда общаешься со мной только через «WeChat». Мне даже как-то неловко получать деньги за работу твоим личным врачом.

Хэ Юй рассмеялся, ничего на это не ответив. Он взглянул на подарок в руках Энтони и посторонился.

– Вы же в зону встречи гостей? Не буду вас задерживать.

На самом деле, Хэ Юй был немного удивлен, он не понимал, кто внес его имя в список гостей. Странно, но Энтони не пошел с букетом и подарком прямиком к Се Цинчэну или родителям Вэй Дунхэна, а направился вглубь особняка. Но, в любом случае, это было его личное дело, и Хэ Юя сейчас это не особо интересовало, поэтому он не придал этому какого-то значения.

Немногим позже появился Чэнь Мань. Когда их с Хэ Юем взгляды пересеклись, оба молодых человека напряглись, однако, учитывая важность торжества, препираться они не стали.

Когда Чэнь Мань здоровался с Се Цинчэном, атмосфера тоже была несколько неловкой. Хотя он до сих пор не решился открыться Се Цинчэну о своих чувствах, конфликта у двери общежития тем вечером было достаточно, чтобы отношения между ними стали уже не теми, что раньше.

Хэ Юй издалека наблюдал за растерянным лицом Чэнь Маня. И хотя в его сердце царило язвительное злорадство и насмешка, вместе с тем он чувствовал досаду.

Он и Чэнь Мань… Один – безумец, другой – размазня. Один овладел телом до того, как влюбился, другой до сих пор не осмеливался сказать «я люблю тебя».

А в итоге оба молодых человека оказались в одинаковом положении.

Оба потерпели катастрофу, разбившись об этот мрачный и бесстрастный айсберг.

– Хэ Юй, вот ты где. А я тебя уже обыскалась, – раздался голос позади него.

Хэ Юй обернулся и поначалу ослеп от блеска драгоценностей, которыми увешала себя его мать.

Направлялась к нему, Люй Чжишу тянула за собой за руку Хэ Ли.

Тот до сих пор побаивался Хэ Юя и даже чувствовал себя немного виноватым, поэтому, буркнув «привет», сразу же отвел взгляд.

– Видел невесту? – Люй Чжишу расплылась в улыбке. – Красивая, правда?

Хэ Юй:

– Не обратил внимания.

Люй Чжишу:

– …

– Как отец?

На ее лице промелькнуло огорчение:

– Твой отец отдыхает дома. Наверное, он немного приболел. Настроение у него не очень, ни с кем не хочет общаться… Заперся у себя, эх… Я не решаюсь его лишний раз беспокоить. Когда человек слишком раздражен, лучше его оставить в покое на какое-то время…

Дослушав ее, Хэ Юй кивнул.

Хэ Ли недовольно пробормотал:

– Это все-таки наш отец, почему ты так равнодушен?..

Хэ Юй подумал: «Если бы он с самого детства заботился обо мне так же, как о тебе, у меня бы сейчас, как и у тебя, была бы написана на лбу сыновняя почтительность».

Однако, взглянув на Люй Чжишу, он вспомнил о том, что когда-то рассказал ему Хэ Цзивэй, и сдержал свою колкость.

Вместо этого он холодно уставился на Хэ Ли, тот не выдержал давящей ауры старшего брата и прикусил язык.

Затем Хэ Юй сказал:

– Красиво здесь. Вы идите, а я еще тут прогуляюсь.

Свадьба Се Сюэ и Вэй Дунхэна была современной, без лишних обременительных церемоний.

Все знали, что главным событием будет вечерний банкет, и до его начала у гостей было еще достаточно времени, чтобы насладиться прекрасными пейзажами.

Банкет должен был начаться в шесть часов, а в четыре часа, согласно особой традиции семьи Вэй, жених должен был наедине встретиться с отцом невесты и получить от него советы и наставления, как от человека умудренного опытом и заботившегося о невесте всю ее жизнь, и только после этого он мог увидеть свою возлюбленную на праздничной церемонии.

Поскольку отец Се Сюэ, Се Пин, был уже мертв, естественно, его заменой стал Се Цинчэн.

Местом их встречи стал курортный павильон Сюань.

В павильоне имелся тихий, уединенный дворик с прудом, в котором росли лотосы и плавали карпы.

Се Цинчэн прибыл на место раньше Вэй Дунхэна. Он спокойно ожидал его, сидя в комнате, оформленной в японском стиле и наполненной ароматом благовоний.

Несмотря на тот факт, что уже наступил день свадьбы, Се Цинчэну все происходящее до сих пор казалось сном. Он никогда бы и подумать не мог, что Се Сюэ захочет выйти замуж за этого мелкого паршивца.

К сожалению, его младшая сестра испытывала к нему сильные чувства, и, в конце концов, у Се Цинчэна не осталось выбора. Его твердость перед лицом близкого человека таяла, как лед, и была совершенно бесполезна.

За прошедшие в переговорах дни Се Цинчэн перестал смотреть на Вэй Дунхэна предвзято и должен был признать, что тот не такой уж никчемный прожигатель жизни, как о нем говорили. Хотя он все равно не дотягивал до того идеала зятя, который Се Цинчэн себе представлял, но все равно был не таким уж плохим.

Ума ему, конечно, не хватает – при первой официальной встрече этот белобрысый поклонился ему и нервно назвал «тестем».

Вспомнив об этом, Се Цинчэн невольно приподнял бровь.

Нелепость какая, он, что, уже настолько старый?

Когда чайник с чаем опустел наполовину, Се Цинчэн поднял руку и посмотрел на часы. Вэй Дунхэн до сих пор не появился.

Жених задерживался, но это нормально.

Се Цинчэн подождал еще немного.

По какой-то причине, то ли из-за слишком сильного аромата благовоний, то ли из-за того что кондиционер работал слишком слабо, но у немного помутилось в голове, а по телу разлился жар.

Поначалу Се Цинчэн не придал этому особого значения и все продолжал размышлять о том, что же ему сказать Вэй Дунхэну.

Например, что Се Сюэ любит манго, но, если она им объестся, то ей станет плохо, поэтому он не должен ей потакать и, когда ей захочется манго, дать ей только половинку.

Или вот еще…

Чайник опустел.

Когда Се Цинчэн потянулся, чтобы подлить себе еще чая, то обнаружил, что из носика уже ничего не вытекает, а его собственные руки стали словно ватными.

Как странно… что вообще происходит?

Было так жарко… Может, у него случился тепловой удар? Тело ощущалось таким вялым… Точно как…

Подождите-ка!

У Се Цинчэна екнуло сердце.

Это ощущение… Почему оно было похоже на то, что он испытывал в клубе, когда выпил «Сливовый аромат 59»?

Се Цинчэн вдруг резко похолодел. И хотя его разум и зрение к этому моменту уже были затуманены, он все равно понял, что его… Его, блядь, намеренно подставили!

Каким образом?

Чай?

Нет, вряд ли. Он допил чай совсем недавно, эффект не мог наступить так быстро. Тогда это…

Он быстро осмотрелся, и его взгляд упал на курильницу с поднимающимися из нее тонкими струйками дыма.

Благовония!

В них что-то подмешали!

Состояние Се Цинчэна все ухудшалось, казалось, внутри него разгорается пламя. Если бы Вэй Дунхэн сейчас был здесь, то…

Его кожа постепенно становилась все горячее, на лбу выступила холодная испарина.

– …

Се Цинчэну становилось все жарче, казалось, что даже в горле разгорается огонь. Слабость накатывала волнами, а вдоль позвоночника будто непрерывно пробегали слабые электрические разряды.

Тяжело дыша, Се Цинчэн поднял взгляд и увидел свое отражение в металлическом декоре комнаты.

В этот момент его лицо пылало, а из глаз будто так и валил пар незримой страстной жажды. Вопреки воле владельца эти персиковые глаза, словно весенние омуты, были переполнены водами желания.

Се Цинчэн не рискнул смотреть на себя дальше и отвел взгляд…

Что… что, блядь, происходит?! И… кто это сделал?!

Его вспышка гнева лишь усилила действие афродизиака.

Поясницу Се Цинчэна будто прострелило током, он выгнулся в судороге, по телу прокатилась мелкая дрожь…

Сейчас он даже не смел задумываться о том, что произошло бы, если бы Вэй Дунхэн пришел вовремя, и они вдвоем оказались бы здесь в ловушке.

Осознав, насколько подлым был замысел противника, Се Цинчэн разбил чашку о стол, дрожащими пальцами поднял один из острых осколков и вонзил его в себе в руку!

– ... !

От боли его лицо невольно исказилось гримасой, он глухо застонал, однако ненадолго к нему вернулась ясность сознания.

Воспользовавшись этим моментом, он оперся о стол, поднимая обмякшее тело, и, пошатываясь, направился к выходу из павильона… Но, едва его пальцы коснулись двери, как та внезапно распахнулась сама.

Се Цинчэн вздрогнул и резко вскинул голову. Перед глазами у него все расплывалось, зато обострились другие чувства, и в этот момент сквозь хаос разных ощущений он уловил запах мужского тела. Поняв, что дело плохо, Се Цинчэн хотел поскорее уйти, но действие благовоний уже слишком распространилось по его телу.

Голова кружилась, ноги подкосились, Се Цинчэн наклонился вперед и рухнул на вошедшего…

– Се-гэ?

Мужчина замер, и в его глазах отразилось раскрасневшееся лицо Се Цинчэна с расфокусированным взглядом…

Эти благовония по эффективности были гораздо сильнее «Сливового аромата 59», их воздействие было абсолютно подавляющим.

– Се-гэ… Что с тобой? Ты…

Сознание Се Цинчэна окончательно помутилось. На лице застыло выражение на грани паники, кадык ходил ходуном, ресницы дрожали. Сильные инстинкты заставили его подняться на ноги и попытаться оттолкнуть вошедшего, но сил в его руках совсем не осталось.

– Уходи…

Ему с трудом удавалось четко произносить слова, голос звучал хрипло и томно.

– Не... приближайся...

Мужчина обнял его, и в нос ударил еще более густой мужской аромат. Тело Се Цинчэна не выдержало такой стимуляции, он сдавленно выдохнул.

– … Не приближайся, уходи... Убирайся отсюда...

– …

– Держись… от меня подальше…

Се Цинчэн не понимал, было ли это из-за того, что густой аромат благовоний уже подействовал на вошедшего, но прежде чем окончательно потерять связь с реальностью, он почувствовал, как у человека рядом с ним учащенно забилось сердце, а затем…

Мужчина вдруг втолкнул его в павильон Сюань. Мир перед глазами перевернулся, в ушах зазвенело. Се Цинчэн осознал, что тот мужчина с грохотом захлопнул дверь, и комната резко погрузилась во тьму, наполненную слепой страстью.

В шесть часов вечера начался банкет.

– Где же жених?

– Еще не пришел. До выхода новобрачных осталось полчаса. Где же он?..

Вэй-эргэ [второй из старших братьев] достал телефон и снова попытался дозвониться.

– Не отвечает.

Сидя на своем месте, Люй Чжишу молча наблюдала за семейством Вэй, потерявшим контроль над ситуацией. Все шло именно так, как она и ожидала.

Хотя семья Вэй и утверждала, что следует новым, модным веяниям, была у них одна глубоко укоренившаяся традиция. Раньше они практиковали браки по расчету, особенно лет 30-40 назад. Чтобы кто-то, как Вэй Дунхэн, выбрал себе спутницу по любви – такое раньше было трудно себе представить. Однажды девушка из семьи Вэй сбежала прямо в день свадьбы, чем спровоцировала огромный скандал. Тогда семья Вэй пригласила даоса, чтобы тот определил место с наиболее благоприятной энергетикой для их рода, и этим местом оказался этот курортный комплекс.

Со временем семейство Вэй стало менее суеверным, однако некоторые семейные традиции остались неизменными.

Каждый раз, организуя свадьбу, они проводили ее именно здесь. Приватная беседа между женихом и отцом невесты перед началом свадебного банкета была нужна именно для того, чтобы невеста не так нервничала и переживала, вступая в новый этап своей жизни.

Люй Чжишу знала о том, что «предсвадебные беседы» семьи Вэй всегда проходят в павильоне Сюань, располагавшегося в дальнем конце комплекса.

Мужчины воскуривали благовония, заваривали чай и разговаривали, а затем жених направлялся в банкетный зал, чтобы обвенчаться с невестой.

Люй Чжишу рассчитала все очень четко. Наблюдая за тем, как в семействе Вэй все нарастало беспокойство, и им становилось все труднее скрывать тревогу, она поднялась, подошла и с притворной заботой поинтересовалась:

– В чем дело? Что-то случилось? Вам нужна помощь?

Семьи Хэ и Вэй поддерживали тесные деловые контакты, Люй Чжишу даже входила в число тех немногих, кого приглашали на ежегодные корпоративные собрания предприятий семьи Вэй. Некоторые женщины семейства Вэй находили ее весьма добросердечной и испытывали к ней необъяснимую симпатию. Обе семьи состояли в давних партнерских отношениях, разве кто-то мог подумать, что Люй Чжишу будет строить козни против семьи Вэй?

Тут одна из женщин семьи Вэй, с которой они обычно хорошо ладили, сказала ей:

– Свадьба вот-вот начнется, а Дунхэн куда-то пропал и на звонки не отвечает... С ума сойдешь с этим ребенком.

Люй Чжишу тут же выразила свое заранее отрепетированное беспокойство:

– Ох, как же теперь быть?! Позвольте мне помочь вам с поисками.

– Вэй-эргэ с остальными уже отправились искать его в павильон Сюань. Мы думаем, что они со старшим братом невесты просто заболтались и совсем забыли про время. – Женщина нервно переступала с ноги на ногу. – Ох, ну как такое могло случиться. Такое важное событие, а жених и брат невесты совсем за временем не следят.

Люй Чжишу поспешила изобразить свое участие:

– Не переживайте так, давайте вместе сходим и проверим. Может, там что-то непредвиденное случилось? Чем больше людей, тем легче справиться с неожиданностями.

Беспокоившаяся о Вэй Дунхэне родственница, не подозревая никакого злого умысла, согласилась с доводами Люй Чжишу и сразу же направилась с ней в павильон Сюань.

Люй Чжишу хотела раздуть скандал покрупнее, поэтому намеренно говорила громко, чем привлекла внимание еще нескольких женщин, которые тоже отправились с ними. Пройдя через несколько галерей над водой, группа женщин вышла к дорожке, ведущей в павильона Сюань. Перед дверью павильона они увидели Вэй-эргэ с несколькими спутниками. Лица у всех были мертвенно-бледными.

– В чем дело? Что произошло?

Один из телохранителей Вэй-эргэ тут же вышел вперед и вежливо остановил женщин.

– Дамы, простите, внутри возникла кое-какая проблема, мы разберемся.

В уголках губ Люй Чжишу промелькнула едва заметная усмешка.

… Проблема, говоришь? Конечно, она прекрасно знала, что именно происходит внутри.

Она использовала немного «воды послушания», чтобы заставить горничную, ответственную за подготовку этой комнаты, незаметно заменить обычные курортные благовония на особый запрещенный препарат. Он был разработан химиками Дуань Вэня на основе обычного афродизиака. После очистки и рафинирования, а также добавления вдыхаемого наркотика-галлюциногена получалась высококонцентрированная ароматическая смесь.

Вдохнув большое количество такого благовония в течение короткого промежутка времени, человек постепенно терял контроль над своим сознанием, пока не сдавался окончательно. И, кроме как вступить в физическую близость, другого способа избавиться от действия препарата не было.

И эта гадюка, Люй Чжишу, подложила это благовоние в комнату, где беседовали Вэй Дунхэн и Се Цинчэн.

По реакции членов семьи Вэй она поняла, что ее действия принесли ожидаемый результат. А благодаря последовавшим за ней любительницам посплетничать новость о произошедшем разлетится мгновенно, и тогда Се Сюэ не сможет выйти замуж за Вэй Дунхэна, а Хэ Юй станет презирать Се Цинчэна.

Кто вообще станет считаться с мужчиной, который накануне свадьбы переспал со своим зятем? В душе Люй Чжишу злорадствовала, представляя, каких масштабов разразится скандал.

– Что-то не так с Дунхэном?

– Что вообще происходит?..

Смущенные телохранители уже собирались дать какие-то объяснения, как вдруг из бамбукового домика послышались хриплые стоны. Телохранители могли преградить путь, но заглушить звуки было не в их власти. Тревожно щебетавшие женщины тут же смолкли, а те из них, кто соображал побыстрее, пораженно прикрыли рты руками.

Эти звуки услышали все присутствующие женщины – голоса определенно принадлежали двум мужчинам и довольно явственно давали представление о том, какое абсурдное и противоестественное бесчинство происходило сейчас внутри.

Сдерживая внутренее ликование от того, что ее коварный замысел успешно осуществился, и изо всех сил стараясь не выказывать радость на лице, Люй Чжишу прикрыла рот рукой и изобразила потрясение.

– Ох!... Это... это же...

Лицо Вэй-эргэ потемнело, но дверь он открывать не стал. Вместо этого он развернулся, подошел к женщинам и с натянутой улыбкой сказал:

– Это недоразумение. Просто два гостя засиделись. Пожалуйста, возвращайтесь. – Не сумев придумать более правдоподобного объяснения, он метнул резкий взгляд в сторону и сказал телохранителю, – Отведи дам в другой павильон, чтобы они успокоились. Я подойду, как только разберусь здесь.

Все женщины понимали, что для семьи Вэй это был грандиозный скандал, и что Вэй-эргэ ни за что не оставит это просто так, а тем более не позволит им разболтать о случившемся. Должно быть, сейчас он уже поспешно строил в голове всевозможные планы, как можно замять это дело…

Но как вообще можно замять такое?

Разве кто-то сможет удержать язык за зубами?

Люй Чжишу вела себя, как и остальные женщины – тянула время, а в глубине души надеясь, что голоса Се Цинчэна и Вэй Дунхэна станут еще громче.

И она получила то, что хотела… Обернувшись, Люй Чжишу увидела, как по дорожке приближается еще одна группа людей, тоже ищущих жениха.

Выражение на лице Вэй-эргэ становилось все мрачнее. Он шепотом отдал приказ телохранителям перекрыть двор павильона Сюань и больше никого сюда не пускать. Но когда группа новоприбывших приблизилась, Вэй-эргэ с ужасом обнаружил, что среди них был и его отец.

– В чем дело? – нахмурившись, негромко спросил он сына.

Он всегда испытывал сомнения в отношении Вэй Дунхэна, и тот факт, что он необъяснимым образом исчез перед самой свадебной церемонией, не внушал ему оптимизма.

Вэй-эргэ не знал, как объясниться перед отцом в присутствии такого количества людей. Видя, что число наблюдателей все увеличивается, даже у такого видавшего виды человека, как Вэй-эргэ, сдавали нервы, и на лбу проступил холодный пот.

Взглянув на странные выражения лиц окружающих и хранившего молчание сына, господин Вэй разогнал телохранителей и сам направился к закрытым бамбуковым дверям павильона Сюань.

Люй Чжишу была вне себя от радости, с нетерпением ожидая момента, когда господин Вэй откроет дверь, и тогда еще больше людей узнают о непотребстве, происходившем внутри.

И в этот момент...

Из павильона послышался еще один низкий стон.

Этот томный, с хрипотцой голос, хоть и принадлежал мужчине, был неожиданно притягательным на слух. Он был настолько завораживающим, что потряс почти всех присутствующих.

Господин Вэй остолбенел, мгновенно осознав, что происходит внутри. Рука, уже коснувшаяся двери, замерла. Его возрастное лицо сначала вспыхнуло краской, а затем тут же побледнело.

Он открыл рот, собираясь что-то сказать, как вдруг обладатель голоса с хрипотцой, словно загнанный в угол, произнес:

– … Остановись…

А через несколько секунд он вдруг с надрывом выкрикнул имя другого человека:

– Хэ… Хэ Юй…

В тот же миг Люй Чжишу застыла с широко распахнутыми глазами, будто пораженная молнией. Все присутствующие, до этого с потрясением и жалостью наблюдавшие за отцом и сыном семьи Вэй, теперь уставились на нее.

Люй Чжишу не могла поверить в происходящее. В отличие от Вэй-эргэ и господина Вэя, не осмеливавшихся войти внутрь, она с криком бросилась прямо к павильону Сюань и с грохотом распахнула ту самую дверь, которую семейство Вэй так старательно охраняло от посторонних.

Развернувшаяся перед ней сцена повергла ее в шок.

Отшатнувшись, Люй Чжишу сделала два шага назад. Ее лицо стало мертвенно-бледным, тело затряслось, и в следующее мгновение она рухнула на землю.

Лучи заходящего солнца сквозь приоткрытую бамбуковую дверь осветили сумрачный интерьер павильона Сюань и упадали на очертания силуэтов Хэ Юя и Се Цинчэна, окутанных дымкой благовоний…

http://bllate.org/book/14584/1293786