Готовый перевод The Flower of Alosha / Цветок Альроши: Акт 1. Предзнаменование.

Кей сейчас находился в крайне неловком и затруднительном положении.

Честно говоря, с тех пор, как он встретил Зигрила Ириер К. Райнера, этого лиса, ставшего императором, было немало моментов, когда он терялся, не зная, как себя вести. Правильнее было бы сказать, что так было с самой их первой встречи.

Однако Кей был уверен, что такого неловкого момента, как сейчас, у него ещё не было. Он украдкой взглянул на виновника своего дискомфорта.

Зигрил, обладавший звериным чутьём, тут же поднял голову.

Кей, скрывая испуг, сглотнул слюну и попытался улыбнуться. Он уже собирался льстиво спросить, пришлось ли тому по вкусу мясо, но Зигрил опередил его, хитро улыбнувшись:

— Ну же… Мы ведь в столовой, Кей.

Зигрил улыбнулся, словно был в хорошем настроении, и Кей, видя его обворожительную улыбку, осторожно переспросил:

— И что с того?..

За три года он усвоил, что чем обворожительнее и ярче его улыбка, тем более коварные и мрачные мысли скрывались у него в голове. Конечно, осторожность ещё ни разу не спасла его от попадания в расставленные этим человеком сети.

Как и ожидалось, мужчина, услышав слова Кея, широко улыбнулся, словно говоря «я так и знал», и произнёс:

— Верно. В столовой ведь не обязательно только есть. А… Но слуг, наверное, лучше выпроводить? Ты ведь не любишь заниматься сексом на глазах у людей? — спросил он, вытирая губы салфеткой. Кей нахмурился.

— В чём дело? Ты так страстно на меня смотрел, я был уверен, что ты хочешь секса.

— Ни в коем случае. Абсолютно нет, — на дрожащие, подчёркнутые слова Кея Зигрил ответил умилённой улыбкой. Он бросил коварное обвинение, а теперь смотрел на него, словно наблюдая за милой детской шалостью.

Отпив глоток вина, он спросил:

— Так почему ты так на меня смотрел?

— А как я на вас смотрел?..

На вопрос Кея, Зигрил, отпив ещё глоток вина и сделав вид, что задумался, ответил:

— Взглядом человека, у которого есть, что скрывать.

Зигрил, поднеся бокал к губам и искоса прищурившись, посмотрел на Кея. Тот, избегая его острого, змеиного взгляда, сглотнул слюну и, стараясь выглядеть невозмутимо, сделал глоток воды.

— Скрывать… О чём вы говорите? Что бы это могло быть? — пока Кей бормотал себе под нос, Зигрил, хитро улыбаясь, наблюдал за ним.

— И правда. Что бы это могло быть… Интрижка с женщиной?

От этих брошенных вполголоса слов Кей, опустивший голову, изо всех сил старался не отводить взгляд, сосредоточившись на нарезке мяса. Причина его беспокойства была не в женщине, но если бы он это отрицал, Зигрил бы понял, что было что-то другое.

Он чувствовал на щеке обжигающий взгляд Зигрила. Сердце забилось чаще от страха, что его могли бы раскрыть, хотя это и было маловероятно. С этим дьявольски проницательным мужчиной нельзя было терять бдительность.

«Не поддавайся, не поддавайся», — повторял он про себя, но Зигрил, словно разочаровавшись, пробормотал:

— Судя по твоему лицу, дело не в женщине…

«…»

Кей всегда считал, что его внутренний мир надёжно скрыт от других, но перед Зигрилом эта уверенность таяла, словно от него невозможно было что-либо утаить. «Неужели он и вправду читает мысли?» — пронеслось в голове Кея, когда он, встретившись с его пронзительным взглядом, почувствовал, как по шее потек холодный пот. От ощущения, что его видели насквозь у него даже возникла иррациональная мысль просто во всём признаться.

— Если дело не в женщине, то что же ещё может заставить тебя так виновато выглядеть… Ты что, побег замышляешь?

Он сказал это с улыбкой, словно невзначай прощупывая почву, и в этот миг зрачки Кея едва заметно дрогнули. Это было мимолётное, почти неуловимое движение.

Кей понял, что его реакция не осталась незамеченной: глаза Зигрила сузились, и в его зрачках проступила лёгкая краснота.

Хотя он и старался невозмутимо жевать мясо, по спине струился холодный пот. Кей увидел, как Зигрил, одарив его ледяным взглядом, хмыкнул и перехватил нож. Кей вздрогнул и отодвинул стул назад.

«Нет, на самом деле…», — он уже собирался открыть рот, когда…

— Почему вы снова так свирепо сжимаете нож? Что за манеры у супругов за обедом… — раздался резкий голос, нарушивший ледяную тишину.

— …Надо избавиться от стражников. Бездельники, только зря казну проедают.

Зигрил лениво улыбнулся, поигрывая ножом, а Шуман, без разрешения вторгшийся в столовую императорской четы, пожал плечами и сказал:

— Сама идея охранять Ваше Величество — абсурдна.

Бормоча, что он не понимает, зачем это нужно, Шуман покачал головой. Похоже, он так жаждал прибрать к рукам даже мизерное жалованье стражников, что у него глаза покраснели от зависти, и он ворчал, что мог бы и сам просто стоять на их месте.

— Но… но господин Шуман сказал, что Ваше Величество разрешили ему входить в любое время… — побледнев, доложил капитан стражи, стоявший у двери. Шуман цокнул языком:

— Вот из-за такой наивности его и считают бесполезным.

— А, разве нет? Но… капитан, судя по всему, — новичок, — Кей видел его впервые, и лицо у него было доверчивое. Вероятно, он поверил на слово Шуману, известному как канцлер, названный брат и доверенное лицо императора. Он поступил так, как поступил бы любой нормальный человек, но Зигрил, склонив голову, посмотрел на него и произнёс:

— Если кто-то и попытается меня убить, то это скорее всего будет он. Какого чёрта ты его впустил, да ещё и помешал нашему уединению?

— Неужели вы думаете, что я единственный, кто хочет вас убить? Да здесь как минимум трое-четверо таких наберётся, — он обвёл взглядом слуг, стражников у стены и Кея, словно спрашивая их согласия.

От его дерзких и откровенных слов некоторые вздрогнули, а Зигрил усмехнулся.

— Просто хотеть убить — это пустяки. Я и сам об этом постоянно думаю. Ну, может, сегодня дело и не ограничится одними мыслями…

Он пристально посмотрел на ухмыляющегося Шумана, и тот отвёл взгляд. Хотя его высказывание и было на грани, в обычное время оно бы сошло с рук, но взгляд Зигрила был свирепым. Конечно, его настроение было непредсказуемым, как брызги воды на раскалённом масле, но за последние три года у него хотя бы появилась некая закономерность. Шуман с выражением лица, на котором смешались тревога и облегчение, посмотрел на сидящего Кея.

Кейл Логриэль, мужчина, который последние три года был центром переменчивого настроения Зигрила, встретившись взглядом с Шуманом, виновато опустил голову и сделал глоток воды. Он, видимо, думал, что скрывает свои чувства, но Шуман прекрасно видел его волнение. На самом деле, Шуман прекрасно знал, почему Кей волновался и какой хаос творился у того в голове. Он-то прекрасно знал причину смятения Кея, ведь сам и был этому виновником.

— Почему переглядываетесь? Уж не интрижка ли у вас?

Зигрил прищурился и выпалил обвинение. У него и вправду были некоторые повадки ревнивца: он мог вспылить, даже если Кей просто бросал печенье проходящей мимо кошке, спрашивая, не интересовала ли его эта кошка. Но Шуману он доверял полностью, и не потому, что Шуман был надёжным человеком, а потому, что знал: тот никогда не заведёт интрижку с безденежным Кеем из-за какой-то там любви. Конечно, он также знал, что Кей сильно недолюбливал и избегал Шумана. Поэтому, даже если бы весь мир сошёл с ума и все вокруг начали встречаться, эти двое были последними, кто мог бы сойтись.

Тем не менее, Зигрил с недовольным видом наблюдал за их переглядываниями.

— Что, вы в сговоре? Ты решил помочь Кею сбежать? — он всё ещё помнил, как Кей разволновался от вопроса о побеге.

От резких, острых слов Зигрила, Кей немного растерялся, а Шуман громко цокнул языком.

— Думаете, карманных денег императрицы хватит, чтобы я рискнул своей жизнью? Вы же знаете, что нет, так зачем спрашиваете?

— Вот почему ваша жена и хочет сбежать… — пробормотал Шуман и тут же, спохватившись, прикрыл рот.

Взгляд Зигрила стал ледяным, а Кей с испугом посмотрел на Шумана.

— Н-неудачная шутка в неподходящий моме… Ай!

Кей открыл было рот, чтобы оправдаться, но тут же захлопнул его. Нож, который Зигрил держал в руке, со свистом пролетел мимо его уха и вонзился в стену. Сглотнув слюну под вибрирующий звук ножа, Кей с растерянным видом переводил взгляд с Зигрила на Шумана.

Шуман, с виноватым видом прикрывший рот, искоса взглянул на Кея, а затем перевёл взгляд на Зигрила.

Зигрил взял другой нож и легонько провёл пальцем по лезвию. Это был обычный столовый нож для нарезки жареного мяса, но в его руке он выглядел зловеще, как отточенная коса смерти.

Он искоса посмотрел на Шумана, словно предлагая высказаться. Тот понимал, если он сейчас не смог бы внятно объясниться, нож в руке Зигрила разрезал бы не сочный стейк, а его собственный язык.

Шуман смущённо почесал лицо, а затем, словно решившись, будь что будет, начал говорить:

— Нет, дело в том, что позавчера…

Слушая его первые слова, с которых он, очевидно, собирался начать чистосердечное признание, Кей невольно вцепился в скатерть. Воспоминание, которое всё это время мучило его, всплыло с поразительной ясностью.

Как и сказал Шуман, это случилось ровно два дня назад.

***

— Разве вы не говорили, что не умеете играть?..

Кей с горечью уставился на свою королеву, окружённую вражескими фигурами. На шахматной доске чёрные фигуры Зигрила мастерски загоняли её в угол, не оставляя шансов на спасение.

В ответ Зигрил по-лисьи прищурился и, игриво склонив голову, усмехнулся:

— Да, я в эту игру впервые играю. А что? Какие-то проблемы?

Кей промолчал, но разумеется проблем было предостаточно.

Всё началось двумя часами ранее. Чтобы как-то расшевелить Зигрила, который лежал на кровати, обхватив его за поясницу и не желая вставать, Кей достал шахматную доску, ставшую популярной в столице за последние несколько месяцев.

Зигрил одарил доску взглядом, в котором читался немой вопрос: «что это за диковина?», а Кей высыпал фигуры на кровать и разложил доску.

— Это называется шахматы. Неужели вы не знаете?

Зигрил взял в руки белую королеву и с хмыканьем её рассмотрел. Глаза Кея слегка блеснули, и он продолжил:

— Сейчас в столице многие в них играют. Я тоже научился пару месяцев назад… Это довольно увлекательно.

— Правда? И кто же научил тебя этой забавной игре?

— А? Ох, это… Ну, разные люди… Сейчас все в это играют.

Кей слегка отвёл взгляд от Зигрила, который спрашивал с притворно добродушной улыбкой, и начал расставлять фигуры. Он понимал, что если честно признался бы, что научился у служанки, с которой недавно сблизился, его определённо ждали бы неприятности. К счастью, Зигрил лишь хищно улыбнулся, словно предостерегая, и вскоре с безразличным видом опустил королеву, которую держал в руках.

— Хм, ну не знаю. Не думаю, что это будет так уж весело.

— Нет, правда, это очень интересно… Вам не нравится?

Услышав осторожный вопрос Кея, Зигрил, до этого лениво прислонившийся к кровати, усмехнулся и выпрямился. Атмосфера мгновенно накалилась, словно сонный хищник после долгого зевка вышел на охоту. Одним его движением с трудом расставленная доска с грохотом опрокинулась, и в то же мгновение Кей почувствовал, как его схватили за плечо и грубо притянули в объятия.

— Ах, Зи… Зигрил!

Ошеломлённый разлетевшимися по кровати фигурками и обожжённый горячим дыханием у самого уха, Кей судорожно вцепился в его одежду. Зигрил игриво прикусил мочку его уха и тихо рассмеялся.

— Странно. Прошло три года, ты стал старше и столько раз плакал подо мной, так почему же ты становишься всё милее?

— О чём вы?..

Кей вздрогнул от горячего дыхания у самого уха и попытался немного отстраниться, но Зигрил лишь похотливо лизнул его затылок и сладко прошептал:

— Давай бросим это и займёмся кое-чем поинтереснее.

Было раннее утро, солнце только-только взошло. Прошло не больше пары часов с рассвета. Оказалось, не только у соседских собак течка не зависела от времени суток. Этот мужчина был таким же.

Зигрил поцеловал шею Кея, на которой ещё виднелись багровые засосы, и принялся расстёгивать его рубашку.

— Зачем вообще это носить… — пробормотал он, словно его раздражал сам факт существования одежды, которую все нормальные люди обязаны носить. Кей, с трудом сдерживая учащавшееся дыхание, оттолкнул его.

— М-мне кажется, шахматы будут интереснее.

— Что за детский лепет? Попробуй и поймёшь, что моё предложение куда лучше.

Зигрил сладко улыбнулся, поглаживая его по спине. Кей прикусил губу, когда рука Зигрила коснулась его чувствительной зоны, и попытался отодвинуться.

Прошло уже три года их совместной жизни, и секс с Зигрилом давно не был таким пугающим и ужасным, как раньше, и порой даже приносил удовольствие, но это не означало, что Кей хотел заниматься им в любое время дня и ночи. Он знал, что если поддался бы сейчас, то не смог бы встать до следующего утра, а от такого он решительно отказывался.

— Но если вы хотя бы немного попробуете, ваше мнение… Ах, Зигрил, подождите…

— Кей… высуни язык.

Зигрил прошептал это, облизывая нижнюю губу. Кей чувствовал, как его щёки заливаются румянцем от умелых поцелуев и ласк, и отчаянно пытался его оттолкнуть.

— Правила такие… если взять короля, игра заканчивается, так что…

Зигрил прервал его, прикусив сосок и медленно проведя по нему языком. Бёдра Кея мелко задрожали, когда рука Зигрила нежно прошлась по его талии.

— Это правда очень интересно… Может, попробуем хотя бы раз?.. Ах, Зигрил!

— Ммф, — Зигрил властно вторгся языком в его рот, затыкая протесты. Кей с отчаянием в глазах вцепился в него. Нельзя было поддаваться, но он не видел способа его остановить.

Словно наслаждаясь смущением Кея, Зигрил уткнулся губами в его шею, из которой вырывались прерывистые стоны. Он видел, что Кей вот-вот сломается и что его лицо с выражением «я больше не могу» скоро исказится от нехватки воздуха. Как ни крути, у него было порочное тело и покладистый характер, так что долго он сопротивляться не умел.

Зигрил стал сильнее надавливать на его слабые места, едва ощутимо потираясь о его поясницу. Он чувствовал, как низ живота Кея начинает подрагивать.

— Кей…

Зигрил прошептал его имя, выдыхая горячий воздух на пупок полулежащего Кея. Выражение лица Кея постепенно сменялось с «я не могу» на «а, к чёрту всё». Зигрил надавил на его плечи, полностью опрокидывая на кровать.

Кей размяк от ласк Зигрила, но всё же прикусил губу, отгоняя предательскую мысль, что «один разок, может, и не страшно».

— Ну что, игры для взрослых ведь интереснее?

— Но… я ведь научился, потому что хотел поиграть с вами… — задыхаясь, Кей собрал остатки воли и произнёс это, глядя на пугающе сладкую улыбку Зигрила.

— Хм-м… Вместе?

— Вместе со мной? — Зигрил усмехнулся и, потеревшись щекой о живот Кея, который мгновение назад с похотью вылизывал, посмотрел на него снизу вверх. Кей сглотнул, увидев это льстивое выражение на лице свирепого мужчины, и отчаянно закивал.

— Да, вместе. Я так хотел сыграть именно с вами, Зигрил…

Когда Кей произнёс это с нажимом, Зигрил хищно улыбнулся. Его фиолетовые глаза из-под полу прикрытых век изучали лицо Кея, словно что-то взвешивая. Внезапно его глаза загорелись и тут же потемнели.

— Хорошо. Давай сыграем.

Зигрил сказал это так, будто оказывал великую милость. Его рука, которая, казалось, никогда не отпустит, легко разжалась, и Кей ошеломлённо посмотрел на него. Зигрил с лёгким сожалением взглянул на распахнутый ворот его рубашки, и Кей поспешно запахнул одежду и отстранился.

Не было времени раздумывать о том, что это нашло на этого зверя. Какая бы муха его ни укусила, стоило замешкаться, и он тут же с ехидной ухмылкой заявил бы: «игры для взрослых всё-таки лучше, да?», срывая с него одежду.

Прежде чем он успел передумать, Кей поспешно объяснил правила игры. Зигрил, теребя белую королеву, слушал его болтовню, а затем, широко зевнув, сказал:

— И это всё? Звучит не слишком увлекательно.

Он говорил таким тоном, будто не понимал, какое удовольствие можно получать от столь обычной игры.

— Нет, это сложнее, чем кажется.

Кей вспылил от насмешки новичка, который даже не держал в руках фигуры, но Зигрил лишь прищурившись улыбнулся. От его взгляда, которым обычно смотрят на детские капризы, Кей прикусил губу.

— Ну, некоторым это, наверное, кажется сложным.

— Я понимаю, — сказал он с невыносимо самодовольной ухмылкой, словно не мог взять в толк, какие мозги нужно иметь, чтобы считать такую простую игру сложной.

Честно говоря, Кей не считал Зигрила глупым, но и особо умным тоже не находил. Им двигали звериное чутьё и интуиция, но Кей никогда не видел, чтобы он по-настоящему напрягал извилины. Нет, конечно, он был умён, раз одержал столько побед на поле боя… Но иногда, а может и довольно часто, он казался полным идиотом. Особенно, когда был рядом с Шуманом.

Поэтому Кей, сам того не заметив, нахмурился и выпалил:

— Какая самоуверенность.

Хмыкнув, Зигрил лишь пожал плечами и улыбнулся в ответ на колючее замечание Кея.

— Разве для такой игры нужна самоуверенность? Тогда ладно, — вызывающе бросил он и, не давая Кею опомниться, предложил:

— Давай на спор?

— На спор?..

При слове «спор» глаза Зигрила хищно блеснули. Кей на мгновение вздрогнул, но Зигрил, не давая ему времени на раздумья, лукаво улыбнулся.

— Если ты выиграешь… Да, я дам тебе день свободы.

— А если выиграете вы?

Кей проглотил вопрос «правда?». Холодная дрожь пробежала по спине, но сладкое обещание свободы заставило его кровь закипеть.

— Если выиграю я… Хм… Заставлю тебя раздеться?

— Раздеться?

«И это всё?» — Кей с сомнением посмотрел на Зигрила. Просто раздеться? Этот подлый человек не стал бы ставить на кон такую ерунду. Кей с недоверием посмотрел на своего супруга, но Зигрил лишь любезно улыбнулся.

— На всю неделю.

Услышав, что если он разденется, то ему придется ходить голым целую неделю, Кей нахмурился, словно говоря: «я так и знал».

— У меня всего один день свободы, а у вас целая неделя. Разве это честно?

— А мы разве когда-то были равны?

Зигрил самоуверенно улыбнулся, словно говоря: «о чём ты вообще?». Хотя то, что император и его супруга не равны, было правдой, слышать это было неприятно. Заметив разочарование в глазах Кея, Зигрил хихикнул.

— Ладно. Сыграем семь партий. За каждую твою победу — день свободы. За каждую мою победу, ты снимаешь одну вещь. И будь то нижнее бельё или штаны, ты будешь ходить без этой вещи неделю.

— Конечно, я мог бы начать с твоего нижнего белья, — добавил Зигрил с пошлой ухмылкой. Кей отшатнулся глядя на него.

— Ну что, сдаёшься? Всё равно выиграю я, так что лучше бы тебе сдаться сразу, — высокомерно произнёс Зигрил, притворяясь любезным. Кей прикусил губу и посмотрел на него.

Объективно говоря, проблем не было. Тот был полным новичком, даже не знавшим названий фигур, а он, Кей, всё-таки пару месяцев изучал основы шахмат и недавно его даже похвалили, сказав, что он играет довольно хорошо. Требование ходить голым неделю звучало серьёзно, но, учитывая, что он и так редко бывал полностью одет, это было не так уж и страшно. К тому же, он не был женщиной, так что без рубашки или носков прожить можно.

Хотя он прекрасно понимал, что этот коварный человек не мог просто так предложить ему выгодную сделку, Кей был уверен в своей победе. «Как я могу проиграть новичку, который ни разу не держал в руках фигуры?» — думал он.

Кей снова спросил этого подлого и мерзкого человека:

— Вы действительно никогда в это не играли?

— Конечно, нет. Неужели ты думаешь, я стал бы играть в такую скучную игру, если бы не хотел раздеть тебя? — Зигрил улыбнулся во весь рот, больше не скрывая своего коварства.

«…»

***

Кей с мрачным лицом смотрел на шахматную доску, усеянную чёрными фигурами. Поле битвы было в плачевном состоянии.

Первую партию он проиграл, будучи в шаге от победы, из-за нелепой ошибки: он поставил фигуру не туда, и Зигрил, поймав удачу, объявил мат. Так нелепо он и проиграл.

В первой партии Зигрил милостиво позволил Кею снять носки.

Вторую партию он проиграл ещё обиднее. Захватив преимущество, он расслабился и, увлёкшись охотой на вражескую королеву, упустил своего короля. Зигрил, радостно смеясь, сорвал с его шеи шарф.

С третьей партии, начавшейся с брошенной фразы «а ты невозмутим, удивительно», что-то изменилось. Он проиграл из-за какого-то странного, до нелепости простого хода. В третьей партии он лишился туфель, а в четвёртой, закончившейся не прошло и двух минут, — рубашки.

В пятой партии, к которой он подошёл с новыми силами, казалось, он побеждал, но Зигрил, протяжно зевнув, пробормотал: «Скучно. Может, закончим побыстрее?». И следующим же ходом отдал короля коню, который всё это время стоял на том же месте. Лишившись и штанов и оставшись в одном нижнем белье, Кей наконец понял, что что-то не так… Но шестая партия началась без промедления.

Кей сглотнул, глядя на доску. Даже его неопытному взгляду было видно, как фигуры Зигрила издеваются над его пешками. Он методично, одну за другой, сбивал его фигуры, окружая белую королеву Кея. Он загнал её в ловушку, где любой ход вёл к неминуемой гибели.

Вскоре Зигрил, как ни в чём не бывало, передвинул свою фигуру, взял королеву Кея и, поцеловав её корону, сказал:

— Королевы всегда самые прекрасные. Особенно те, кого хочется повалить и овладеть.

«…»

Его глаза похотливо блеснули, и он липким взглядом прошёлся по обнажённому телу Кея. Тот вздрогнул, отвёл взгляд на доску, а Зигрил притворно-любезным тоном произнес:

— Ну что, пора прощаться и с этим маленьким клочком ткани, — на доске осталась единственная белая фигура — король, и, как он и сказал, пришлось снять последнюю часть одежды.

— Н-но… — пролепетал Кей. Его лицо выражало одновременно опустошение и недоумение. За одно мгновение он обрёк себя на целую неделю жизни без нижнего белья.

— Почему у тебя такое лицо, будто тебя обманули? — неторопливо спросил Зигрил, засовывая руку под бельё Кея и вульгарно дёргая его.

— Потому что меня и обманули.

Когда Кей, глядя на стягиваемое с него бельё, произнёс это обиженным голосом, Зигрил вскинул брови.

— В чём я тебя обманул? Я же с самого начала сказал, что ты не выиграешь ни одной партии.

— Это…

Слова Зигрила были правдой. Правдой, но признать, что его не обманули, он не мог. Зигрил искусно спровоцировал и подтолкнул его к этому спору.

Один мошенник, которого он знал, когда еще жил в Лаблене, поступал точно так же.

— Боже, какой же ты наивный. Если бы я три года назад не вытащил тебя из этого логова зла, тебя бы уже давно какие-нибудь негодяи выпотрошили до последнего органа.

Зигрил цокнул языком, изображая искреннее беспокойство. Кей с тяжёлым сердцем посмотрел на своего супруга — этого мерзкого мошенника, который, может, и не добрался до его внутренностей, но нижнее бельё уже утащил.

Тот, словно ему было плевать, о чём думает его супруг, погладил его по бедру, будто говоря: «чего ты медлишь, снимай уже бельё».

С чувством, будто его заставили съесть горчицу, плача, он снял бельё под горячим и извращённым взглядом Зигрила. Тот с жадностью уставился на его обнажившиеся гениталии. Он смотрел так похотливо, что Кею, хоть он и раздевался перед ним не впервые, стало нестерпимо стыдно.

Кей, избегая липкого взгляда Зигрила, натянул на себя одеяло. Тот, хихикая, снова расставил фигуры на доске и сказал:

— А что теперь? Снимать-то больше нечего.

Кей прищурился, глядя на него, когда тот произнёс это весёлым голосом, полным скрытых намерений.

— Что это значит… Разве мы не должны остановиться?

— Ни в коем случае. Представь, что ты выиграл шесть партий. Если бы я сказал, что не могу прожить без тебя неделю, и попросил бы отказаться от последней партии, ты бы так и сделал?

— Конечно, я бы так и сделал.

— Я не такой жадный человек, — торопливо ответил Кей, солгав, пытаясь избежать кризиса. Зигрил широко улыбнулся.

— Да, ты добрый. Ты бы так и поступил, но не я. Раз одежды больше нет, может, побрить волосы?

Зигрил произнёс эти ужасные слова так легко, будто говорил, что на ужин сегодня неплохо было бы съесть баранину. Кей на мгновение ошеломлённо уставился на Зигрила, выдавшего столь чудовищную фразу, а затем попятился.

— Как тебе? Волосы — это тоже своего рода одежда… И было бы мило.

Сказав эту нелепую фразу о том, что волосы — это одежда, он склонил голову, глядя на Кея, который с ужасом отступал, крепко вцепившись в простыню.

— Что? Не нравится?

— Вы ещё спрашиваете?!

Кей в ужасе закричал, а Зигрил хихикнул.

— Тогда, что будем делать? Тебе больше нечего снимать, а у нас еще осталась одна партия… Что поставишь на кон?

Кей сглотнул, глядя на мужчину, который говорил с подлостью разбойника. Тот смотрел на него таким взглядом, что, казалось, ни одно предложение, каким бы оно ни было, не пробьёт его броню.

— Что… чего вы хотите? — спросил Кей, закусив губу добела. Зигрил на мгновение сделал вид, что задумался, а затем, улыбнувшись, спросил:

— Ну… знаешь, ходить так голым неделю… Мне-то хорошо, а вот тебе, думаю, будет довольно неудобно.

Это было очевидно. Да разве только неудобно? Кей чувствовал угрозу своей безопасности от его взгляда, который словно облизывал всё его тело. Его блестящие глаза горели, будто готовы были его сожрать.

— Зачем вы говорите столь очевидные вещи?

— Осторожничаешь? Лишь сейчас?

Улыбнувшись, словно говоря: «не слишком ли поздно?», он схватил за руку Кея, который, казалось, вот-вот сбежит, притянул его к себе и сказал:

— Хорошо. В этой партии я одену тебя в новую одежду.

Кей прищурился, глядя на мужчину, говорившего с такой милостью. У него сразу же возникло подозрение, что за этим кроется какой-то тёмный умысел, но Зигрил уже сделал первый ход.

Началась седьмая партия, в которой отступать было некуда.

Зигрил победил Кея с такой лёгкостью, будто ему уже надоело играть.

Поединок закончился так быстро, что Кей даже не успел приготовиться к тому, что его ждало.

— И этому тебя учили два месяца? — спросил Зигрил с насмешкой и опрокинул короля Кея.

— Чему ты мог научиться у служанок, которые и войны-то не видели?

— Война…

— Жаль, что ты не знаешь, скольким королям я на самом деле снёс головы, а не только этим игрушечным фигуркам.

Зигрил язвительно улыбнулся ошеломлённому Кею и встал с кровати. Пройдя мимо вздрогнувшего Кея, он вышел из комнаты.

Кей тупо уставился на захлопнувшуюся дверь, затем вскочил и начал поспешно собирать разбросанную по полу одежду. Он не знал, куда ушёл Зигрил, но догадывался, что не очень далеко… Оглядываясь в поисках места, чтобы спрятать снятую одежду, он услышал снаружи крик.

Вздрогнув от внезапности, Кей посмотрел в щель приоткрытой двери, но тут же понял, что сейчас не время беспокоиться о других, и начал лихорадочно осматриваться. Холодный пот выступил на спине при мысли, что если он не спрячет одежду сейчас, ему действительно придётся прожить неделю голым. Он слишком хорошо знал, насколько этот извращенец будет упиваться ситуацией, когда Кей будет ждать его голым по возвращении с работы.

Кей, совершенно голый, бережно прижимая к себе одежду, оглядывался по сторонам, но, к несчастью, подходящего места, чтобы её спрятать, не находилось. Спальня императора была спроектирована максимально открытой со всех сторон, дабы предотвратить проникновение убийц.

Единственным укромным местом была щель под кроватью размером не более трёх сантиметров. Поколебавшись, Кей лёг на пол и начал запихивать туда скомканную одежду. Она была не сложена, а скомкана, поэтому не хотела влезать.

— Чёрт, что за судьба такая… — мрачно пробормотал Кей, запихивая под кровать туфли. Он ведь не был рабом из борделя, чтобы прятать свою одежду от супруга. Три года назад он и в кошмарном сне не мог представить что докатится до такой жизни.

— Разве под диваном не лучше? Туфли же помнутся, — Кей, запихивавший туфли под кровать, замер, услышав голос сверху, и поднял голову.

Блестящая золотая макушка Зигрила нависала над ним, он лежал на кровати и смотрел на помятую обувь под ней. «Когда он вошёл и начал наблюдать? Я же совсем не почувствовал его присутствия…» — ощутив внезапный холодок, он посмотрел на медленно поднимавшего голову мужчину.

Зигрил поднял своё красивое лицо и ласково улыбнулся. Кей подумал, почему он должен испытывать такой страх перед человеком, с которым делил постель, и пробормотал, запинаясь:

— Я просто пытался достать то, что закатилось под кровать…

Зигрил усмехнулся этой неуклюжей лжи, протянул руку и втащил лежавшего ничком Кея на кровать. Поднятый, как ребёнок, тот увидел, что принёс Зигрил.

— Это…

— Я сказал той девчонке, что учила тебя шахматам, что ты проиграл семь партий подряд и теперь голый. Она извинилась и попросила передать это тебе.

Кей переводил взгляд с того, что принёс Зигрил, на него самого. Это была форма служанки. На груди была прикреплена табличка с именем Таня — той самой служанки, что учила Кея играть в шахматы.

«…»

«Значит, он знал, кто меня учил…» — подняв голову, Кей увидел, как в улыбающихся глазах Зигрила тёмным огнём горят фиолетовые зрачки. Те самые глаза, которые вызывали у него чувство тревоги во время шахматной партии.

Только тогда Кей понял, что этот подлый человек выжидал этого момента целых два месяца. Зигрил тайно наблюдал, ждал, пока он сам заговорит, чтобы расставить свою ловушку. И всё это время улыбался с абсолютно невинным лицом.

— Ну, раз уж она проявила такую любезность, примерь.

— Я слышал крик до этого…

— Правда? А я не слышал.

Зигрил улыбнулся и склонил голову набок. «Как же, не слышал…» — поразительно, как можно было бесстыдно сорвать одежду с проходившей мимо по коридору служанки, а потом заявить: «она сама мне её отдала».

Кей устало посмотрел на него и протянутую одежду.

— И вы хотите, чтобы я это надел?

Вместо ответа Зигрил лишь улыбнулся. «Неужели он серьёзно?»

«…»

Под его пронзительным взглядом Кей сглотнул слюну. На самом деле, носить женскую одежду ему было не впервой. Однажды, будучи пьяным на фестивале в Лаблене, он даже участвовал в конкурсе переодеваний, и это не особо задело его самолюбие. Будучи супругой императора и раздвигая ноги перед мужчиной, он одно время даже задумывался о своей гендерной идентичности, но Зигрил был настолько далёк от понятия «человек», что такие вопросы казались бессмысленными.

Главная проблема заключалась в Зигриле и его жадном, похотливом взгляде, который он бросал на Кея, держащего кружевную форму служанки. Он пожирал его глазами, словно спрашивая: «почему ты ещё не переоделся?». Его взгляд был настолько настойчивым на его гениталиях, видневшихся между полами платья, что Кей невольно встал и прикрылся. Ощущая желание сбежать, он оглянулся, но дверь была закрыта. Впрочем, даже если бы она была открыта, сбежать бы ему не удалось…

— Чем дольше ты медлишь, тем сильнее моё возбуждение.

Услышав слова Зигрила, который неторопливо наблюдал, поглаживая свой член, словно собираясь мастурбировать, Кей поспешно начал одеваться. Конечно, одежда была ему не по размеру и, как бы он ни старался, на талии она не сходилась.

Цокнув языком, Зигрил встал, сказав:

— Сначала нужно надеть это, — и обхватил талию Кея корсетом.

— Ай, ах! П-подождите…

Кей задохнулся, когда кожаный корсет мгновенно стянул его талию. Крик застрял в его горле. В отличие от женского тела, его мускулистую талию было нелегко затянуть, но руки Зигрила быстро и сильно потянули за обе шнуровки. Не обращая внимания на то, как Кей впивается ногтями ему в руки, пытаясь заглушить крик, Зигрил затянул его талию до предела и безжалостно застегнул пуговицы корсета.

— Разве это не сексуально?

Он поцеловал спину Кея, покрытую холодным потом, затем поднял платье и застегнул молнию. На плечах платье так и не сошлось, оставив разрез чуть выше корсета.

Зигрил поцеловал побледневшую щеку Кея, тот дышал прерывисто. Он медленно просунул руку под юбку и пошло провёл вверх по бедру.

— Я… я не могу дышать…

Кей задыхался, но в ответ Зигрил лишь ухмыльнулся. Он обнял его сзади, прижавшись всем телом. Погладив его тонкую, затянутую корсетом талию, он ласково провёл рукой по его телу, сжимая грудь.

Кей, который и так задерживал дыхание, застыл, когда пальцы Зигрила начали кружить вокруг его сосков.

— Тебе было весело с этой девчонкой? — Зигрил усмехнулся, разглядывая оторванную бирку с именем.

— Нет, это не так… — Кей открыл рот, чтобы возразить, но Зигрил слегка толкнул его, заставив обхватить руками изножье кровати. Будто не желая слушать оправданий, он крепко сжал его промежность горячей рукой.

— Хм!.. Ах!

Он задрал юбку, обнажив его белые ягодицы с красными отметинами, и принялся откровенно мять и тереть его гениталии и анус.

— Ах… Ох…

Кей извивался. От умелых прикосновений его поясница быстро напряглась, а голова затуманилась, но из-за корсета, стягивающего талию, бёдра постоянно оттопыривались назад. Он задыхался быстрее обычного, а голова кружилась. Перед глазами стоял жар, а сердце колотилось так сильно, будто он уже был в разгаре полового акта.

Зигрил грубо протолкнул внутрь палец, которым до этого дразнил его анус.

— Сегодня туже, чем обычно. Лучше расслабься. Будет нелегко, — произнёс он с ленивым, издевательским тоном.

«Как я могу расслабиться, когда талия так стянута корсетом?» — хотел возразить Кей, но лишь стиснул зубы.

— Кх!..

Кей закричал, когда толстый член, разрывая нежную плоть узкого ануса, вошёл в него. Вернее, он пытался закричать, но из-за удушья из горла не вырвалось ни звука. Прошлой ночью было нелегко, но вполне терпимо. Однако сейчас, со стянутой корсетом талией, это было так же мучительно, как и в самый первый раз.

— Угх… А-ах…

Кей чувствовал, как его глаза наливаются кровью, и царапал изножье кровати, словно пытаясь убежать от огромного члена, который яростно проникал в его узкое нутро, куда не пролез бы и палец.

Он чувствовал горячее дыхание Зигрила на своём лице, налитым кровью, и на вздувшихся венах на шее. Сося и облизывая его шею, мужчина медленно двинул бёдрами вперёд. Его член плотно заполнил раскрывшийся проход, издавая влажные, чавкающие звуки.

— Хн… Х-х… — Кей плакал, тяжело дыша. Зигрил гладил его тонкую талию, ласкал грудь, сжимал и царапал затвердевшие соски сквозь ткань.

— Ха-а, вот так. Соски встали. Тебе ведь приятно? — Зигрил выдохнул. Его смех бил по ушам, но мозг Кея, разрывающийся от боли, уже не мог его воспринимать. Дыхание перехватывало, а внутренности сжимались так, будто вот-вот лопнут.

— Ещё не всё, — жестоко пробормотал Зигрил. Он обхватил талию Кея обеими руками, сжал её и вошел еще глубже.

Хотя Кей и привык к размерам Зигрила, он всё ещё был чудовищным. А со стянутой корсетом талией от боли темнело в глазах.

— Ха-а, ха-ха…

За его шеей, покрытой холодным потом, Зигрил смеялся, явно довольный происходящим. Схватив за талию задыхающегося Кея, он начал легко толкаться бёдрами. Смазанное, тугое нутро после нескольких движений стало понемногу поддаваться.

Зигрил тёр и с силой вбивался в чувствительные точки Кея, и вскоре из места их соединения брызнула жидкость, которой было слишком много для смазки.

— Х-хн, а-а… А, ах!

Из-под развевающейся юбки тонкой струйкой хлынула сперма. Комнату наполнил непристойный звук трения от яростных толчков Зигрила, который бился об его бёдра с такой силой, что белые ягодицы Кея стали багровыми.

— Ах, ох, кх, помедленнее, ах!

Зигрил схватил за щеку плачущего Кея, который вцепился в изножье кровати, теряя равновесие, и впился в его соленые от слез губы. Кей, который обычно отвечал на поцелуй даже задыхаясь, сейчас лишь откинул голову назад, не в силах вдохнуть.

Несмотря на то, что Кей кончил, он почти ничего не чувствовал, а Зигрил всё яростнее вбивался в него. Прозрачная жидкость, вытекавшая изнутри, брызгала по сторонам, заливая все вокруг.

Зигрил немного отстранился от дрожащего Кея. Когда его огромный член вышел, прилипшие внутренние стенки с пошлым звуком отделились. Подхватив обмякшего и дрожащего Кея, он бросил его на кровать. То ли из-за корсета, то ли из-за разгорячённого тела, тот резко вдохнул и свернулся калачиком.

— Ах, как мило, — Зигрил схватил свернувшегося Кея за ноги, рывком развёл их и потянул за талию, полностью обнажив его промежность. Кей, задыхаясь, пытался вырваться, но Зигрил не отпускал его ноги.

Он схватил извивающегося Кея и с жадностью принялся разглядывать его пошлую промежность под юбкой. Не только его анус, влажный и приоткрытый до неприличия, но и его член, которым он только что кончил и который всё ещё был слегка эрегирован и оттопыривал край юбки.

— Я же говорил, что у тебя порочное тело.

Пропуская мимо ушей довольное бормотание Зигрила, Кей потянулся, чтобы расстегнуть корсет, стягивающий его талию. От удушья и жара у него кружилась голова, и он не мог прийти в себя.

Однако Зигрил, обладавший звериными чутьём, схватил руку Кея, как только она коснулась пуговицы корсета, заломил её над головой и одним махом снова вонзил свой чудовищный член в его влажный анус.

— Кх… Хн, ах!

Звук разрываемой влажной плоти был леденящим. Кей стиснул зубы от новой волны боли, когда Зигрил, впился зубами в его плечо, проникая всё глубже в его влажное нутро. Между их телами раздавался непристойный, чавкающий шум. Зигрил двигался всё яростнее.

Кей бился в агонии, теряя сознание, плача и стеная. Ему казалось, что он умирает. Он задыхался, его внутренности сжимались, и он издавал хриплые звуки. За всю жизнь с Зигрилом у него часто бывали моменты, когда он думал, что умрёт, но на этот раз он был уверен, что это — конец.

— Хик, хы-ык!

Приближаясь к разрядке, огромный член Зигрила вошёл глубоко, до самого основания. Он обхватил руками стянутую корсетом талию и сжал еще сильнее. Кей высунул язык и запрокинул голову. Из его напряжённого члена длинной струйкой потекла водянистая сперма, пачкая юбку.

Всё перед глазами побелело… Обычно выносливость и сила Зигрила всегда были мучительны для Кея, но он, как правило, проявлял сдержанность и заботу. Когда его несчастный супруг плакал и говорил, что умирает, он милостиво давал ему отдохнуть, но сегодня он был безжалостен.

На это было несколько причин. Во-первых, сама ситуация: Кей в женской одежде сильно возбуждал Зигрила. Его пьянила мысль о том, как легко можно овладеть этими соблазнительными ягодицами, даже не снимая платья.

Другой причиной была злоба, которую он таил два месяца, с тех пор как узнал, что Кей развлекался с другой. Он два месяца притворялся, что ничего не знает, выжидая момент, и его мелочная обида стала темной и глубокой.

Кей уже в третий раз приходил в себя после обморока, и каждый раз обнаруживал, что мужчина над ним всё ещё яростно двигает бёдрами. Он цеплялся за него, хватая его руки своими дрожащими, обессиленными пальцами, плакал и умолял.

— …Прошу… Я был неправ…

Слова «я был неправ, пожалуйста, хватит» бессильно таяли в воздухе. Его горло, охрипшее от постоянных криков, уже не могло издавать нормальных стонов. Слезы высохли, оставив на щеках соленые дорожки, а глаза он не мог даже толком открыть.

Низ его тела тоже был в ужасном состоянии. Его собственная сперма засохла на ногах, животе и одежде. Из его распухшего от трения ануса при каждом движении огромного члена Зигрила сочилась пенистая сперма. Он делал это так много раз, что его огромный, как дубина, член входил уже с лёгкостью, что выглядело даже немного гротескно.

Платье Тани, которое было на нём, скомкалось, задралось и болталось где-то на уровне груди. От трения об одежду его соски, которые постоянно сосали и кусали, болели, и Кей тихо стонал.

Зигрил поцеловал губы плачущего Кея, который цеплялся за его руки. Он долго целовал его, и Кей, который стал настолько чувствительным, что вздрагивал от любого прикосновения, сжался и выпустил из себя тонкую струйку чего-то, похожего то ли на мочу, то ли на сперму.

Тихо усмехнувшись, Зигрил вытащил свой член из тела Кея. Глядя, как тот, затаив дыхание, прикусывает губу, он излил густую сперму на его разгорячённое лицо. Длинная, липкая струя медленно стекала по его щеке.

Почувствовав, как по уголкам глаз стекает что-то липкое, Кей с трудом приоткрыл веки и уставился на Зигрила. Тот, будто ему было мало, облизнулся и, хищно, по-лисьи прищурившись, смотрел на него сверху вниз.

Зигрил, встретив измученный взгляд Кея, принялся теребить его волосы, которые уже напоминали водоросли, и прошептал:

— Ты в порядке?

— Н-нет… Не могли бы вы просто убить меня одним ударом? Раз уж суждено умереть, я не хочу умирать так. Смерть от истощения или чего-то в этом роде — это одно, но чтобы императрица умерла от секса… Я бы не хотел, чтобы такое вошло в историю.

Зигрил усмехнулся и медленно, растягивая удовольствие, облизал шею задыхающегося Кея.

— В следующий раз, развлекаясь с другими девчонками, думай и обо мне. Ты хоть представляешь, как мне было обидно? — прошептал он слова, которые, казалось, были на миллион световых лет далеки от его истинных коварных мыслей.

Собрав остатки сил, Кей с трудом кивнул. Зигрил с довольной улыбкой наблюдал за его отчаянными, едва заметными движениями.

— Хм… Может, еще пару раз, по-лёгкому?

— Пощадите… Пожалуйста, пощадите, — молил Кей, с трудом сглатывая. Глаза почти не открывались. Зигрил что-то прошептал, целуя его в щеку. В ушах гудело, и смех Зигрила казался далеким.

Темнота. Перед глазами наконец-то все померкло.

Неизвестно, сколько времени прошло.

— …совещание… Вам нужно утвердить… — до него донеслись приглушённые голоса, и он услышал, как Зигрил раздражённо что-то ответил. «Совещание?..» — Кей, блуждавший на грани сна и яви, внезапно почувствовал, как сознание проясняется.

— А что Шуман?

— А, господин Шуман сказал, что немного опоздает по личным причинам…

Голос показался знакомым: это был Хью. Несмотря на то, что Зигрил источал почти осязаемую убийственную ауру, Хью беззаботно заглядывал в комнату, склонив голову:

— Вы же говорили, что непременно будете на сегодняшнем совещании, помните? На повестке дня очень много вопросов. Ох, императрица еще не проснулся? Ему нехорошо?..

Почувствовав, что Зигрил повернулся к нему, Кей быстро зажмурился и, притворившись спящим, старался дышать ровно. Притворяться спящим было легко, он и так был на грани смерти. Сложнее было, наоборот, не провалиться в сон. И неудивительно.

«!..»

Он лишь на мгновение прикрыл глаза, изображая сон. Но то ли действительно задремал, то ли потерял сознание, в какой-то момент Кей вздрогнул и распахнул глаза.

В комнате никого не было. Кей поморгал, а затем очень осторожно приподнялся. «Неужели Зигрил ушел?» — Кей выждал ещё немного, а потом, пошатываясь, встал.

— Ах, твою мать…

Поднявшись, Кей хриплым голосом выругался, почувствовав, как что-то липкое потекло по его ногам. Похоже, Зигрил намеревался вернуться после совещания и ещё пару-тройку раз воспользоваться своим чудовищным орудием. Хоть он всегда и был невыносим, но обычно убирал за собой. Тот факт, что он оставил всё как есть, говорил сам за себя.

Все его тело было в ужасном состоянии. Было стыдно даже от того, что он спал в таком виде. Кей, кряхтя, встал и кое-как вытер бедра о простыню. Он чувствовал, как сперма вытекает из ануса, но там все так саднило, что было страшно даже прикоснуться.

Одежда, засунутая под кровать, как и ожидалось, исчезла, не оставив и следа.

Кей на мгновение задумался, отдохнуть ли ему немного до возвращения Зигрила или попытаться сбежать? Раздумья были недолгими. Еще пять минут таких мучений, и он, казалось, действительно умрет. К тому же, он не знал, сколько пробыл без сознания, и этот монстр мог в любую секунду открыть дверь, так что времени на размышления не было. Да и что тут думать, не было бы ничего странного, если бы Зигрил прямо сейчас материализовался из воздуха со словами: «и куда это ты собрался, так озираясь?».

От этой мысли по затылку пробежал холодок. Кей, крадучись, вышел из комнаты. Он шел на дрожащих ногах, постоянно оглядываясь, словно Зигрил вот-вот схватил бы его сзади.

На нем было лишь платье Тани, накинутое на голое тело. Он боялся, что кто-нибудь его увидит в таком виде, и был готов упасть в любой момент, поэтому далеко уйти не смог. Открыв дверь в комнату в правом конце коридора, Кей убедился, что там никого нет, вошел и закрыл за собой дверь.

Это оказалась гостиная, где остались следы недавнего чаепития. Чай был уже холодным, так что, похоже, человек ушёл довольно давно.

Было бы хорошо, если бы это была комната с диваном, кроватью или ванной, но выйти снова не хватало смелости. Казалось, что если бы он открыл дверь, за ней непременно стоял бы Зигрил.

— Ах, за что мне такая судьба… — с тревогой пробормотал Кей, вытирая холодный пот, стекавший по подбородку, и глядя на себя, дрожащего от страха перед мужчиной, за которым он был замужем уже три года и от которого родил ребенка.

И в тот самый момент, когда он хотел перевести дух и оценить свой вид, снаружи послышались тихие голоса.

«…»

Кей затаил дыхание. «Неужели Зигрил уже вернулся?» — он, затаив дыхание, прислушался к звукам снаружи и, услышав приближающиеся шаги, начал бледнеть.

— Неужели… — прошептал он, чувствуя, как тело деревенеет. «Зачем я сбежал?» — с большим опозданием, но Кей наконец-то задался этим вопросом. Мысль о том, что Зигрил мог скоро вернуться, заставила его бежать инстинктивно. Но если бы он подумал хоть немного, то понял бы, что побег бессмысленен: это лишь разозлило бы Зигрила и вырыло ему могилу.

«…»

Кей с ужасом уставился на дверь.

Он почувствовал, как кто-то остановился за дверью.

Дверная ручка медленно повернулась, и Кею показалось, что его кто-то душит. Дыхание перехватило, стало трудно дышать. Это было не из-за корсета, который весь день мешал ему дышать. «Может, лучше умереть прямо сейчас?» — промелькнула отчаянная мысль.

«Щёлк», — дверь открылась, и Кей посмотрел на неё глазами, готовыми вот-вот закатиться от ужаса. Он был готов упасть в обморок.

http://bllate.org/book/14557/1289620