Готовый перевод Plaything / Игрушка Герцога [❤️]: Глава 21

«Голоден. Чертовски голоден. Нужно срочно заткнуть эту пустоту в желудке».

— Приходи к ужину вовремя. Повар, по-твоему, должен терпеть все эти твои заморочки? — бросила она, будто делала одолжение.

Я даже не заметил, как моё настроение рухнуло ниже плинтуса… Нет, вернее, заметил — именно потому, что эта женщина, которой я был настолько же интересен, как прошлогодний снег, умудрилась задеть меня на раз-два. Но злиться на неё? Стыдно. Проще заткнуться. Первый за сто лет нормальный разговор с кем-то слегка улучшил моё состояние, но стоило мне снова вспомнить о Великом Герцоге — и всё, снова в яму. Обрыв. Падение. Этот одержимый ублюдок… Его губы, сжимающие мой сосок, горячее дыхание… Тогда я почти не чувствовал, а сейчас — будто обожжён. Если бы он снова…

«Веди себя хорошо — и в награду я вымою тебя».

Его низкий, пропитанный смехом голос прокатился у меня в ушах, заставляя кожу покрываться мурашками.

— Эй, тебе плохо? Лицо красное, — женщина склонила голову, но я проигнорировал её. Она права — щёки пылали, уши горели. Чёртов выродок. Сука. Гадёныш. Даже после ледяного душа облегчения не наступило. Это мерзкое, липкое тепло растекалось под кожей, сводя с ума. А его наглая морда так и стояла перед глазами.

Хватит. Я резко распахнул дверь таверны. Любой ценой — лишь бы набить брюхо. Рассчитывал застать заведение пустым, чтобы спокойно пожрать в одиночестве. Увы.

— Эй, хватит!

Вопреки ожиданиям, таверна была набита наёмниками. В центре — капитан Фавик. Один из его людей, под прицелом десятка глаз, явно переходил черту.

Воздух сгустился от витавшей в нём агрессии. Моя спутница, видимо, прочувствовала это лучше меня — шмыгнула на кухню, прихватив мои деньги, будто вор.

— Наглец, повтори, что ты сказал?

— Я сказал — хватит. Капитан, это уже перебор.

— Что?

— Сколько можно? Да, твой сын погиб — но кто его таким воспитал? Вспомните, как этот ублюдок издевался над нами?!

— Эй… Ты…

— Давай, бей! Врежь мне, капитан! Что застыл? Хочешь правду про Майлза? Он сам нарвался! Вы знали, что Майлз ведёт себя с нами как мудак, но его всё равно держали в отряде! Такого-то мудака.

— Ты… Ты, сука! Как ты смеешь такое говорить в лицо отцу, потерявшему сына?!

— Научил бы своего щенка манерам, прежде чем его прирезали!

Тоби. Горячая голова, вспыльчивый, не терпит возражений. Обычно его успевали придержать, но сейчас был явно не тот случай. Все смотрели на капитана. Было чувство, что напряжение вот-вот взорвётся.

— До отъезда — считанные дни. Вы правда думаете, что мы вот так возьмём и послушно поймаем этого неуловимого убийцу?

В этот момент удар Фавика пришёлся в челюсть Тоби с таким треском, будто ломали дубовую доску.

Тоби отлетел, шлёпнулся на пол и замер. Похоже, капитан вломил от души. Тело Тоби дёрнулось в последнем спазме и обмякло. В зале воцарилась тяжёлая тишина.

— …Неблагодарная сволочь…

Я мысленно помолился за Тоби. Он не умел держать себя в руках, и каждый раз, когда затевал драку, я думал, что однажды он нарвется на кого-то сильнее него и получит по заслугам.

Но чтобы этим более сильным противником оказался сам капитан...

— Выходит, командуя этим отрядом, я вас всех угнетаю?

Голос капитана, прозвучавший в наступившей тишине, был тихим и безжалостным, но в нем звенело отчаяние. Лица наемников, еще минуту назад выражавшие недовольство, теперь потемнели от вины. Мне искренне было жаль Фавика - за месяц он постарел и опустился. Этот всегда бодрый старик теперь выглядел разбитым.

Но тут взгляд капитана упал на меня.

Я остолбенел. Не только от того, что он смотрит на меня, но я заметил обиду в его тёмных глазах, затуманенных гневом и печалью.

— Иллик, но ты не такой.

Каким-то образом ему удалось обернуть всё так, чтобы я почувствовал себя виноватым. Как будто я был виновен в том, что, работая на Эрцрегцога, всё еще не нашёл информацию. Для меня это было непостижимо. Мне было жаль Фавика, но чувство вины перед ним давно иссякло.

Я был жертвой.

Но даже так мне приходилось скрывать, что Майлз пал от моих рук, хотя это была самооборона. Лишь потому, что он был сыном капитана, я до сих пор вынужден страдать от последствий случившегося. Не только морально. Но и физически. Нет, тело было настоящей проблемой.

Кто заставил меня страдать от неудовлетворенных желаний?

А теперь он еще и обвиняет меня! Я закипел от злости. Но прежде, чем я взорвался, плечи старика поникли.

—...Ладно, не будем об этом.

Черт...

Я подавил проклятие и отошел. Вид отчаяния Фавика сдерживал мой гнев, но обида в сердце лишь росла. Капитан отвесил Тоби хорошую оплеуху. Всё потому, что он ругал его сына. Здесь одному капитану было невдомёк, что именно его дерьмовое воспитание погубило его сына и до, и после его смерти. Это он должен был научить своего ребёнка, как стать хорошим человеком, чтобы он однажды не нарвался на нож. Ты тот, кто облажался, а я – жертва. Так зачем причислять меня к виновникам, из-за которых произошла трагедия?

Капитан вышел, и несколько наемников подошли ко мне с утешениями.

—...Эй, Иллик. Потерпи.

Вспыльчивость капитана наверняка и дальше будет вызывать проблемы всем в отряде. Понимая это, другие наёмники принялись рассказывать свежие новости. Мол, Радован взялся искать подозреваемых, но, занятый поручением Герцога, он уехал, поэтому капитану пришлось взять дело в свои руки. Так прошли эти четыре месяца.

— Жаль, но не стоит так убиваться из-за смерти Майлза. Сочувствую твоему новому заданию, но мы сделаем перерыв. Если вернемся в Далкан - неизвестно, на какую войну попадем.

Я молча кивнул. Они похлопали меня по плечу и вышли. Остальные унесли Тоби, и я остался один.

Когда стихло, вышла официантка. Увидев меня, она молча принесла еду. Несколько раз взглянула на меня, но так и не заговорила.

Оставшись наедине с собой, я стал насильно запихивать в себя еду. Даже искусно приготовленное блюдо казалось горькой и противной баландой. Я был чертовски зол.

Через несколько дней Фавик уедет в Далкан. Хотя старик топал ногами, я надеялся, что это случится скорее. Если получится, попрошу Герцога отправить их немедленно. Фавик наверняка заставит меня найти убийцу Майлза. Придется подыскать любого преступника, убить и солгать Фавику - чтобы хоть как-то облегчить его боль. И чтобы он отстал от меня.

Я проглотил еду, которая в другой день показалась бы вкусной, и вздохнул. Каким же уставшим и подавленным я себя чувствовал.

***

На следующий день я вышел из своей комнаты, хотя не хотел. Причин для этой прогулки не было, просто хотел узнать о ходе расследования. Да Фавик мог начать что-то подозревать, видя моё затворничество. Например, что меня не интересует дело Майлза.

Принимая во внимание то, что я не испытывал особо тёплых чувств к Фавику, моё безразличие к делу сына капитана казалось логичным. Даже если бы я не убил Майлза, я бы не участвовал в расследовании активно. Но из долга перед капитаном я хоть как-то сотрудничал. Так что я лишь делал вид, что двигаюсь вперед, ожидая, пока Герцог не вызовет меня снова.

— Что-нибудь прояснилось?

Человек, с которым я сегодня работал в паре, был парень по имени Анник. Он лениво зевнул, поправляя свои каштановые волосы, жёсткие, как щетина.

— Честно? Полный провал.

— Но Радован же продвинулся в деле, разве нет?

— Этот Радован уже слинял. Да и все, кто активно работал под его началом, тоже включены в эту их новую миссию.

— Я думал, все ненавидели Майлза, но некоторые ведут себя слишком рьяно.

— Ну... знаешь, есть старички. Те, кто относились к Фавику и Радовану почти как к отцам. Чёрт, да я и сам ввязался точно не из-за Майлза. Просто не могу смотреть, как Фавик сгорает.

— Тогда почему Тоби вчера устроил этот цирк?

— Фавик сам его спровоцировал. Видать, сильно расстроился, что те парни, которые расследовали убийство, ушли с Радованом. А теперь ему никто особо не помогает. Вот почему в последнее время он и достаёт нас. Даже вчера, когда мы были вместе в таверне, он орал на многих.

Оказывается, они вчера собрались в таверне не просто так, и, похоже, Фавик первый начал давить на наёмников. Бывало, я терпел подобное ради работы. Но если с «миссионерскими собраниями» и склоками я ещё мирился, то личные разборки меня бесили. Фавик - наш капитан, а не хозяин. Зная это, он, наверное, представлял себя отцом большого семейства. Даже если он не хочет уезжать, пока не найдёт убийцу сына, наёмники его не послушают. Да и Далкан такого не потерпит.

— Раздражает, конечно, называть такого ублюдка ребёнком, но я понимаю Фавика, стоит только вспомнить своих детей на родине.

У Анника, который женился на своей подруге детства, был десятилетний сын. Когда у тебя есть ребёнок, ты по-другому смотришь на такие вещи? У меня не было ни жены, ни детей, да я ещё и убийца Майлза - так что мне оставалось лишь кивнуть, делая вид, что понимаю.

— В общем... — Анник почесал затылок и посмотрел на меня. — Это ведь не ты, правда?

— Ха, какой же ты мудак...

— Нет-нет, ты не подумай. Я спрашивал не только тебя, но и Тоби, и остальных.

— Если бы я был убийцей, думаешь, после твоего вопроса я реально бы признался? О чём ты вообще?

— Эй, чёрт возьми. Просто представь. Ты убил человека! А другие возятся с этим дерьмом, хотя мы просто топчемся на месте? Лучше же просто сбежать. Мы уже месяц безвылазно торчим в Миросе. Сбежать легче легкого. Думаешь, реально поймать такого беглеца?

— Возможно, он не может сбежать. Может у него, как у тебя, жена и дети в Далкане.

— Ну... вообще-то я так и думаю.

Пока мы разговаривали, у меня начала дико болеть голова. Это точно. Я бы сбежал. Сделал бы себе пару шрамов на лице, перекрасил волосы - и новая жизнь.

Но без документов вступить в другой отряд будет непросто. Даже если придумать личность - раскроют и выгонят, узнав о связях с далканскими наёмниками. В конкурирующие отряды, чьих бойцов я убивал, путь закрыт. Перестать быть наёмником? Чем тогда заниматься, если всю свою жизнь занимался только убийствами? Где осесть, кроме Далкана? Впрочем, если меня не вычислят в ближайший месяц, я смогу остаться в своём новом пристанище.

— В любом случае, полный отстой. Забавно, как мы друг друга подозреваем... Все на взводе.

— Возможно, убийца - не наёмник.

— О, и такое возможно. Командир был никудышным воспитателем. Кстати, есть информация, которую раздобыл Радован.

— И?

— Когда нашли тело, говорили, Майлз перед смертью пытался кого-то изнасиловать.

"Раздобытая информация" Анника оказалась очень точной. Я спокойно смотрел на него, благодаря судьбу за своё обычное бесстрастное выражение лица.

— Он ведь и с тобой заигрывал? Он терпеть не мог, когда женщины отвергали его. Не раз приходилось разгребать последствия - то кулаками, то деньгами.

— Значит, Тоби не просто так взбесился?

— Эх, мы просто ещё больше разочаровались в Майлзе, пока копались в этом. И, честно говоря, это вполне в его стиле, верно?

У этих ублюдков-наёмников что, все глаза кривые? Я понимаю Фавика, для него его кровиночка самый лучший, но у Чезборна, у Анника и остальных похоже, у них взгляд затуманен.

- Было много случаев с сексуальным домогательством.

- Ублюдок…

- Часто бывало так, что он встречался с одной девушкой и флиртовал с другой, а потом ссорился с их отцами или братьями... В общем, обид накопилось столько, что даже если попытаться я попытаюсь сузить круг подозреваемых, ничего не получится. Да и память со временем подводит.

Я задумался, что же в нём такого, но потом вспомнил, как он пытался соблазнять женщин, которые были ко мне благосклонны. А уж тема изнасилования, которая всплывает, когда что-то идёт не так... Видя, как моё лицо искажается от отвращения, Анник усмехнулся.

- Я ничего не помню о том, что я делал в тот день, а ты?

Эх. Я убил Майлза в тот день. Я проглотил слова, которые не мог выговорить. Естественно, память возвращается к тем моментам. Записка с просьбой прийти на мельницу. Я пришёл, ждал, а потом этот ублюдок Майлз набросился на меня. Что мне оставалось - я размахнулся мечом, и он рухнул, насмерть заколотый. Я выбрался, планируя алиби, но встретил Лириэль...

- Ах.

Лириэль. Я совсем забыл о Лириэль. Измученный Герцогом, я абсолютно забыл о ней.

Перед встречей с Великим Герцогом мне нужно было найти Лириэль, но я избегал её, не зная, что делать. А после возвращения был настолько подавлен, что не было и времени думать о ней. А она была той самой женщиной, что смотрела на меня глазами, знающими все мои скрытые тайны.

- О чём задумался?

- Да ни о чём.

- Да что с тобой? Почему ты ведёшь себя так подозрительно?

- Я думал о женщине… просто о женщине.

- Ах, какая же ты шлюшка.

В обычной ситуации я бы фыркнул, но сейчас даже одно слово «шлюшка» резануло меня. Иди к чёрту, ты никогда не встречал настоящей шлюхи, поэтому и называешь меня так. Раньше я часто встречал людей, которые говорили, что я шлюха или бабник, потому что никогда не отказывался от женщин. Но это были слова, сказанные из зависти теми, кто в своей жизни не слышал ничего, кроме отказа. Раньше это меня забавляло… но сейчас мне было отвратительно.

-…Эй, ты чего помрачнел?

Анник заметил не сразу, но я не мог сказать, что всё в порядке. Ко мне вернулись подавленность и бессилие, которые я недавно преодолел. Если оставить в стороне Великого Герцога...

…Что мне теперь делать с Лириэль?

http://bllate.org/book/14541/1288133