Готовый перевод Swapping / Обмен [❤️]: Глава 91 – Конец основной истории

Он ничего не говорил – только смотрел на меня. Я с трудом сделал шаг к нему.

Красивое лицо было всё в синяках, но в остальном он был прежним – те же чёрные глаза, та же изящно очерченная линия подбородка. Мне хотелось смотреть на него целую вечность, но перед глазами как назло всё плыло.

– …Ты в порядке?

Мне вдруг стало до смерти обидно. Это первое, о чём он спросил, увидев меня?

– …В порядке… ничерта я не в порядке...

Я думал взглянуть на него с укором, но просто не смог. Мне не хотелось плакать, а зрение всё продолжало затуманиваться.

– Иди сюда.

Он протянул мне руку. Я был всего в шаге от него, однако ноги отказывались двигаться.

Вдруг это сон? Может, я давно уже мёртв, и по больнице бродят лишь остатки моего сознания? Или это он уже мёртв, а я прячусь от реальности в собственных иллюзиях? Эти мысли никак не хотели покидать голову – настолько нереальным казалось происходящее. Я подумал, что всё дело в размытом зрении, и протёр глаза руками, однако это не помогло.

Со Хо попытался подняться, но я сделал шаг первым. Он обнял меня одной рукой и прикоснулся губами к моим волосам. Никогда раньше я не испытывал такого облегчения. Я старался не опираться на него всем телом, боясь потревожить раны. Возможно, почувствовав это, он прижал меня к себе ещё крепче.

Мы не говорили друг другу ни слова. Его дыхание на моих волосах, как и руки, что обнимали меня, были тёплыми. И тогда я понял, что это не сон.

Он продолжал целовать мои волосы. Я вдруг подумал, как хорошо, что медсестра помогла мне помыться.

Потому что ты так одержим чистотой.

– Ты думал, что я умру?

– …

Его голос, доносившийся сверху, был необычно низким. И, несмотря на охриплость, звучал приятно для слуха. Я крепко вцепился в его больничную рубашку. Тревога всё никак не желала уходить, но я покачал головой.

– А я думал.

Я поднял на него взгляд и увидел, что он улыбается.

– Тебе смешно? Я правда…

– Смешно. Потому что я так рад тебя видеть.

Горячие слёзы лились по моему лицу, словно вода из сломанного крана.

– Ты и без того вымотан... Ну же, перестань плакать.

Этот нежный голос сделал только хуже. Не знаю, может, это из-за лекарств, но он всё чаще закрывал глаза и с каждым разом всё с большим трудом открывал их вновь.

Слёзы вытягивали из меня последние силы. Я оторвался от него лишь тогда, когда его больничная рубашка промокла насквозь. Не переставая плакать, я нажал на кнопку вызова медсестры.

Я нажимал на неё снова и снова – боялся, что мои слёзы попадут в его раны. Мне хотелось лечь рядом с ним, но пришлось устроиться на диване. Я не сводил с него взгляда. А он лежал на кровати, мягко прикрыв уставшие веки.

***

До ушей донёсся шорох бумаги. Давно я не видел настоящей газеты. Под шуршащие звуки я чистил грушу, и сок стекал по моим пальцам.

Даже и не помню, когда в последний раз чистил фрукты. Я в этом плане ужасно неуклюж и уже отрезал добрую половину мякоти вместе с кожурой.

– Это ведь тоже талант, – вдруг сказал Со Хо, не отвлекаясь от газеты.

Я сжал нож крепче и нахмурил брови. Достав ещё одну грушу, постарался очистить её тщательнее. Кожура на этот раз получилась тоньше.

– Что там?

Полусидя на кровати, он отложил газету.

– Лежите спокойно. Вы ещё не до конца поправились.

– Почти все раны зажили. Врачи преувеличивают.

– Всё равно лучше пока не вставать.

Я отложил нож и подошёл к нему, чтобы помочь лечь обратно.

– Я ведь уже не в реанимации, не стоит так со мной возиться.

Мне нестерпимо захотелось закатить ему истерику, чтобы он оставался в кровати, пока я о нём забочусь.

Его раны и правда почти затянулись, я каждый день проверял их и менял ему повязки. К счастью, он выздоравливал быстрее меня. Возможно, это потому, что его мышцы развиты куда сильнее.

– Я просто хочу как следует поухаживать за тобой.

Я раздражённо протёр глаза, почувствовав, как к ним снова подступают слёзы. Мне показалось, что Со Хо тихо усмехнулся, но я проигнорировал это и вернулся на своё место, чтобы дочистить грушу.

Раздался стук в дверь, и в палату вошёл врач. Я как раз собирался подать Со Хо тарелку с нарезанной грушей.

– Ему ещё рано есть холодные фрукты, – строго сказал врач, указав на тарелку.

– А?..

– Состояние пациента значительно улучшилось, но он всё ещё идёт на поправку, поэтому пока стоит избегать холодной пищи.

– А…

Я этого не знал. Когда я собирался убрать тарелку, Со Хо тут же взял дольку груши и сунул её в рот. Он сделал это так демонстративно, что мне стало неловко. Когда он потянулся за второй, я быстро отодвинул тарелку.

Врач сказал, что сначала осмотрит меня, поэтому я лёг на диван и задрал рубашку. Осмотрев швы, он довольно улыбнулся.

– Красиво зашито, правда? Я беспокоился, что будет воспаление, но всё прекрасно заживает. Однако вам стоит избегать чрезмерных физических нагрузок. Если позже захотите сделать операцию по удалению шрама, я знаю одного отличного специалиста, могу вам порекомендовать.

Он успевал рекламировать мне услуги больницы прямо во время осмотра.

– Я не собираюсь удалять шрам.

И буду носить его как знак моего мужества.

– Лучше удали. Мне становится тяжело каждый раз, как я его вижу, – сказал с кровати Со Хо.

– Тогда позже.

Он посмотрел на меня так, словно увидел перед собой инопланетянина. Его глаза были широко раскрыты – настолько нетипично для него, что я мог прочитать все его мысли. «Куда подевался характер Чон Со Хона?» – он явно подумал нечто подобное.

Врач перешёл к осмотру Со Хо. Обычно я не выносил жестоких и кровавых сцен, однако не мог отвести взгляд, пока ему перевязывали раны. От мысли о шрамах, которые, возможно, навсегда останутся на этой красивой спине, становилось тяжело. Как и говорил Со Хо. Может, нам позже стоит взяться за руки и дружно пойти на операцию по их удалению. Когда врач ушёл, я украдкой подал ему грушу.

– Меня и так называли бандитом, теперь это слово подходит мне лучше.

Я хотел спросить, что он имел в виду, но тут же передумал.

– Вам ещё что-нибудь нужно?

Он похлопал по кровати.

Я вытер руки влажной салфеткой и улёгся рядом с ним. Мой бок всё ещё побаливал, поэтому пришлось лечь на спину и использовать его руку как подушку.

– Ты какой-то подозрительно покладистый. Прекращай.

– Поправляйтесь скорее. Хочу вам отсосать.

Я думал, он велит мне не говорить таких вещей, но его тело вдруг мелко задрожало. Должно быть, ему стало смешно.

– Хочешь сейчас?

Я тут же выскользнул из его объятий. И, схватившись за бок с глухим стоном, перебрался на диван. Я слаб перед наслаждением: если бы он начал касаться меня, я бы точно оседлал его.

На днях мы увлеклись ласками, и у него открылась рана на спине, из-за чего нам пришлось вызывать медсестру. Именно поэтому врач сказал мне те слова о чрезмерных физических нагрузках. Нам стоит лишь немного потерпеть, и тогда мы сможем наслаждаться друг другом сколько угодно. Не хотелось бы из-за сиюминутной прихоти продлевать наше пребывание в больнице.

Атмосфера в палате стала неловкой, поэтому я решил включить телевизор. Я не собирался его смотреть, но невольно обратил внимание на новости о Samjo, которые часто там мелькали. Поскольку информация о подставных счетах У Джи Тэка всплыла на поверхность, компания теперь находилась в чрезвычайной ситуации. Прокуратуре удалось отыскать далеко не все счета, так что они собирались продолжить расследование, чтобы взыскать с Samjo ещё больше штрафов.

Ким И Чжон сказал, что в тот день ждал нас неподалёку от виллы и наблюдал за ситуацией. Услышав взрывы, он скрылся. Виллу взорвали, чтобы облегчить моё похищение, а организовал его дальний родственник У Джэ Ёна – тот кассир из дендрария Samjo.

Он признался, что затаил злобу с того дня, как Со Хо избил его, и решил отомстить. Он заказал моё похищение и нападение на председателя Кима, чтобы выслужиться перед У Джэ Ёном. И добавил, что сделал это, потому что мы – люди Со Хо. Зампредседателя, конечно, отрицал свою причастность к этим инцидентам.

Записи с камер видеонаблюдения о нашем с Со Хо посещении дендрария подтверждали слова кассира. Группа, выполнявшая заказ, также не стала их оспаривать, а человек по имени Хак Чон замолчал, как только узнал, что его брат уцелел.

Ким И Чжон решил раскрыть существование счетов, оформленных на подставных лиц, потому что понимал, что не сможет обналичить их самостоятельно. К тому же, если бы У Джэ Ён узнал о них, то не стал бы сидеть сложа руки, так что Ким И Чжон решил, что меньшим из зол будет связаться с нами.

Он передал нам информацию по счетам и рассчитывал получить деньги напрямую от Со Хо. Пока меня похищали, Ким И Чжон получил вполне щедрое вознаграждение и по заранее оговоренному плану явился в прокуратуру, чтобы сбросить «бомбу» на Samjo.

Расследование близилось к завершению, только вот виновниками в нём выставили далеко не главных действующих лиц.

– У Джэ Ён сказал, что не заказывал моё похищение, – сказал я, не отрываясь от новостей.

– Ты ему веришь?

У Джэ Ён в настоящее время находился под следствием по делу о нарушении закона о наркотиках. Обычно даже впервые совершившего такое правонарушение человека приговаривают к тюремному заключению, однако в случае зампредседателя оставалось только ждать.

– Не верю, но…

– Нужно уметь управлять людьми вокруг себя. Если ты не можешь их контролировать, что толку?

– Хотите сказать, зампредседателя и правда ни при чём?

Со Хо взглянул на меня так, словно я вдруг решил принять сторону У Джэ Ёна.

– В этом всё равно есть его вина. Он сболтнул лишнего, из-за чего в дело вмешалась его родня по материнской линии. Но нападение на председателя Кима организовал точно он.

Я не верил в непричастность У Джэ Ёна к моему похищению, однако он утверждал то же самое, когда навещал меня в палате. Выходит, парень по имени Хак Чон участвовал в нападении на председателя Кима по приказу У Джэ Ёна, а моё похищение – дело рук его родственников по материнской линии – владельцев Samjo Construction. То, что два этих инцидента произошли в одно время, – лишь совпадение. Поэтому даже среди наёмников, нанятых родственниками зампредседателя, возникла путаница.

– Зачем им нападать на председателя Кима?

– Не скажу.

От удивления у меня отвисла челюсть. Ну и ладно, не говори. Я вздохнул про себя и попытался снова сосредоточиться на новостях.

– Ким И Чжон намеренно распространил слух, будто собирается встретиться с председателем Кимом. Председатель не собирался ехать на виллу, однако те люди ворвались в дом, чтобы помешать их возможной встрече.

Теперь председатель Ким станет ненавидеть меня ещё сильнее. Со Хо встал с кровати и подошёл ко мне. Я собирался сказать ему, чтобы он вернулся в постель, но он лёг ко мне на диван. Его крупное тело так сильно потеснило меня, что я едва мог дышать.

– Я не ожидал, что его родственники могут вмешаться. Это мой просчёт.

Я коснулся ладонью его щеки. Он ни в чём не виноват. В конце концов это я жаждал заполучить акции и место независимого директора в совете Samjo. Главное, что мы оба остались живы. Дни, когда мне снились кошмары о его смерти, были ужасны, и я не хотел бы даже вспоминать о них.

Я приблизился к нему так, что почти коснулся губами его губ, и прошептал:

– Но ты всё же пришёл.

***

Со Хо пролежал в больнице почти месяц. Я выписался раньше, поэтому мотался между домом и его палатой.

В суете последних дней я так и не успел заблокировать старый номер. Включив телефон спустя долгое время, я проверил входящие вызовы и сообщения. Почти все они оказались спамом.

[Невозможно определить входящий номер]

И таких было три звонка подряд. А после них ещё один, с незнакомого номера, который я помнил наизусть. Честно говоря, я не хотел хранить его в голове, но у меня слишком хорошая память.

Я уже решил было проигнорировать этот звонок, но что-то внутри меня захотело сказать абоненту пару ласковых, – может, так мне станет легче.

[Со Хон?! Это ты?!]

Неудивительно, что меня тут же затошнило.

– Господин О Че Джун?

[Да, это я! Ты не представляешь, как я перепугался, услышав новости! Это правда, что тебя ударили ножом?! Ты в порядке? Когда я услышал об этом, то понял, насколько ты для меня важен… Со Хон-а, что я тебе говорил? Я ведь предупреждал, что если ты будешь вести такую жизнь, однажды тебя могут зарезать!]

Эта странная смесь признаний и оскорблений ошеломила меня настолько, что я растерял все слова.

– Это ты звонил мне всё это время и называл похотливой шлюхой?

[...Что? О чём ты говоришь?]

– Я ведь был вовлечён во многие инциденты, знаешь? Я попросил полицию разузнать обо всех звонках с неопределившихся номеров. Номера господина О Че Джуна среди них, конечно, не оказалось. Но вот в чём странность, почти все они были совершены с телефонов-автоматов рядом с твоим домом. И все содержали оскорбления сексуального характера. Убедительные косвенные доказательства, не находишь?

[Со Хон-а… Я не понимаю, о чём ты. Разве я один использую телефоны-автоматы? Думаешь, у тебя мало врагов?]

Этот ублюдок попытался сменить тему и уйти от ответа.

[Только вспомни, сколько времени ты провёл в гей-барах?]

– Может, мне попросить их пересмотреть записи с камер видеонаблюдения и сравнить время на них со временем этих звонков? Ты ведь в курсе, что это возможно? А если вдруг в полиции найдут связь между этим таксофоном и моим делом…

[Это всё из-за тебя! Ты поломал к чертям мою жизнь! Из-за тебя я просыпаюсь среди ночи в холодном поту, а ты ведёшь себя со мной вот так?!]

В голосе этого ублюдка слышалась искренняя обида. Но я прекрасно понимал, что с такими, как он, разговаривать бесполезно.

– Я вешаю трубку, ублюдок. Ещё раз позвонишь – скормлю тигру.

Я сбросил вызов и тут же связался с оператором, чтобы заблокировать этот номер. Всего звонивших с неопределившимися номерами было четверо: первым был О Че Джун, затем Со Хо, У Джэ Ён и, наконец, Ким И Чжон. Звонок, который я получил во время минета в баре Итхэвона, поступил от О Че Джуна. Несколько последних безмолвных звонков были от Кима И Чжона. Похоже, он пытался выйти со мной на связь после того, как узнал, что мы с Со Хо близки, но осторожничал. Вероятно, лишь когда мы завершили сделку с акциями, он убедился в том, что мы с ним и правда в отношениях. Если бы между нами ничего не было, Со Хо не позволил бы мне распоряжаться ими, как я захочу.

Лишь один вопрос до сих пор мучает меня: зачем он приходил ко мне домой? Может, он решил, что проще украсть акции Сон Джи, а не обналичивать подставные счета У Джи Тэка?

Это можно будет выяснить только после завершения расследования с его участием.

Перед выходом из дома я в последний раз огляделся по сторонам. Новый хозяин должен въехать в следующем месяце, поэтому мне нужно постепенно перевозить вещи.

Я испытывал смешанные чувства. Покупая эту квартиру, я и представить себе не мог, что буду жить здесь не один. Теперь я собираюсь перебраться в дом Со Хо, хотя он об этом ещё даже не знает. Но не думаю, что он откажется.

Вместо потерянных Rolex Submariner я надел на запястье Nautilus. Эта тяжёлая вещь совершенно мне не идёт. Нужно будет как можно скорее её заменить.

Напоследок я взял со стола книгу «Великий Гэтсби». Она раскрылась сама собой на 169 странице, потому что я часто открывал её именно там.

«Лишь несбывшаяся мечта продолжала сражаться на излёте догоравшего дня, пытаясь дотянуться до того, что уже утратило свои очертания».

После вечеринки по случаю 10-летия White Entertainment Со Хо вёл себя перед публикой как Гэтсби. Место проведения вечеринки в новом городе превратилось в клуб, неоновые огни которого теперь ярко горели каждую ночь. Он несколько раз вызывал меня туда в начале нашего знакомства. Осознавая, что его внешность приковывает к себе взгляды, Со Хо умело обращал это себе на пользу. Даже члены семьи Samjo, за исключением нескольких хорошо знавших его людей, воспринимали его как легкомысленного и высокомерного человека, каким он намеренно показал себя на заседании совета директоров.

И даже У Джи Тэку он поначалу казался таким.

Начав свой путь как простой работник, Со Хо неуклонно прокладывал себе путь к трону. Возможно, председатель У понял его намерения, когда стало слишком поздно.

День У Джи Тэка догорел, и мечта о том, чтобы Samjo перешла в руки его наследника, рассыпалась прахом.

Я захлопнул книгу и положил её обратно на стол. Может, Со Хо уже тогда насмехался над ним – ещё на том самом вечере. Ведь, в отличие от У Джи Тэка, у него впереди ещё долгий день, и его мечта не была несбыточной. Я же могу лишь с волнением наблюдать за тем, как он к ней идёт.

Доехав до больницы, я сразу направился к нему. Цвет моего лица в отражении зеркала в лифте показался мне заметно посвежевшим. Из-за недавних событий я сильно похудел, и на восстановление веса ушло довольно много времени. К счастью, шрам на лбу можно было закрыть волосами. Я приподнял чёлку и снова опустил её.

Мне хотелось скорее добежать до палаты и увидеть его. Пусть его голос выкинет все мысли из моей головы.

Я поздоровался с Ли Чан У и, не утруждая себя стуком, распахнул дверь. Стоявший посреди палаты Со Хо повернулся ко мне. Он был одет не в больничный халат, а в белую рубашку и костюмные брюки. Обернувшись, он поправил галстук, а затем накинул на плечи пиджак.

– Стоило задержаться здесь подольше.

– Я уже достаточно отдохнул.

Он подошёл ко мне своей обычной размеренной походкой, обнял за талию и поцеловал в щёку. Его слова о том, что он достаточно отдохнул, означали лишь одно: пора снова вступать в бой.

Даже если У Джэ Ёна приговорят к тюремному заключению, его акции Samjo никуда не денутся. Но я был уверен в том, что наша доля будет неуклонно расти.

Я, конечно, не думал, что это спокойное время – фрукты, которые я нарезал для Со Хо, нежные ласки и неспешный ритм жизни, – будет длиться вечно, но мне всё равно немного жаль. Вряд ли мы теперь сможем проводить вместе 24 часа в сутки. Впрочем, это неважно, ведь я собирался жить с ним и не планировал бросать работу. И меня это полностью устраивало.

Я стоял перед ним, ожидая, когда он закончит собираться. Уложив волосы, он взглянул на меня сверху вниз. Пора признать, что его лицо полностью в моём вкусе. Никто в мире не смотрит на меня с таким количеством эмоций сразу. Как я могу не любить тебя? Однако слова о чувствах всё ещё не слетали с моих губ. Куда легче было действовать.

Я достал из сумки банковскую книжку, которую взял из дома, и протянул ему. Он молча посмотрел на меня, глазами спрашивая, что это.

– Сто тысяч акций Samjo Motors.

– Это ведь не бесплатно?

– Мы же договорились.

Он нахмурил брови, словно пытаясь вспомнить, когда это было. Я произнёс:

– Обмен.

Обмен акций Samjo Motors на право совместного управления White Entertainment.

У нас в запасе долгий день, так давай мечтать вместе. Не успел я озвучить эту мысль, как Со Хо сказал:

– Ты ведь знаешь, что мне это не нравится, но делаешь так нарочно.

Я почувствовал, как он легко и тихо рассмеялся. Со Хо прижался губами к моим губам и прошептал:

– Обмен.

Я собирался ответить каким-нибудь непристойным словом, которых он так не любил, но вместо этого приоткрыл губы и позволил ему поцеловать меня.

Обмен видео, обмен акциями – всё это было лишь сделками. Но мы обменялись чувствами без каких-либо условий. Я хотел спасти тебя даже ценой своей жизни. А ты беспокоился обо мне сильнее, чем о собственной смерти. Может, именно поэтому мы оба ещё живы.

Говорят, нет худа без добра, и сегодня я впервые подумал об этой поговорке с оптимизмом.

Наш длинный день ещё впереди, но сперва – давай немного насладимся настоящим.

Конец основной истории

http://bllate.org/book/14526/1286827