Готовый перевод The Star Knight / Звёздный Рыцарь: Глава 41

Десять минут спустя:

Боковая комната в фойе театра.

Улька небрежно пролистал их дневники наёмников и сказал:

— И как вы с такими навыками собрались работать наёмниками?

Опал без выражение проговорил:

— Хватит трепаться. Скажи прямо, что делать. Мы всего лишь немного подслушали, разве это такое уж серьёзное преступление?

Да, серьёзным преступлением это не назовёшь. В худшем случае Опалу придётся возместить стоимость одного робота и провести за решёткой пятнадцать суток.

Рэймонд заметил, что в комнате были только они и Улька, а значит, сдавать их полиции тот не собирался. Он прищурился и спросил:

— Чего ты хочешь?

Улька хитро усмехнулся, достал из-за пазухи свой дневник наёмника и бросил перед ними. На чёрной обложке была выгравирована золотая буква «S».

Опал и Рэймонд выдохнули с облегчением.

— Приветствую, старший, — подобострастно произнёс Опал и тут же бросил многозначительный взгляд на Рэймонда. Тот поспешно склонился в почтительном поклоне:

— Старший, приветствую.

— Надо сказать «желаю старшему сто лет жизни», — поправил Опал.

— Желаю старшему сто лет жизни, — повторил Рэймонд.

Улыбка Ульки тут же исчезла, он холодно сказал:

— Не безобразничайте.

— Да-да-да, — Опал с самодовольным видом начал оглядывать комнату.

Рэймонд, садясь, спросил:

— Мы… можем запросить информацию для миссии? Что скажешь?

— Немедленно убирайтесь, я сказал — немедленно! — воскликнул Улька.

— Не будь таким! — проговорил Опал. — Желаю тебе прожить сто лет! О? Я тут кое-что вспомнил… Ты ведь Улька Стальное Перо?

Улька с зажатой в зубах сигаретой сказал:

— Ты обо мне слышал? Эй, пацан, не трогай тут ничего.

Опал достал из кармана список и сказал:

— Вот, Баньшоу просил взять для тебя автограф. Глянь сюда…

Улька, криво усмехнувшись, посмотрел на список:

— Вы знакомы с малышом Баньшоу? Наёмники E-ранга, а связи у вас довольно обширные.

— Предупреждаю вас, — сказал Улька. — На концерте будет присутствовать множество важных персон как из Республики, так и из Империи. В связи с этим меры безопасности будут чрезвычайно строгими: всю охрану театра перебросят на защиту VIP-зон. Так что не совершайте опрометчивых поступков.

Рэймонд подумал и спросил:

— У тебя здесь миссия?

Улька безразлично ответил:

— Помогаю одному старику вернуть домой его сбежавшую дочурку. Её зовут Жасмин, маленькая ученица Лейджерсона.

— О-о… — поняли Опал и Рэймонд.

— А кто этот старик? — спросил Опал.

Улька встал и вышвырнул Опала за дверь со словами:

— А теперь катитесь отсюда и побыстрее. Это не вашего ума дело.

Опал и Рэймонд, спрятав дневники наёмников, вышли в коридор, ведущий за кулисы.

— Надо было взять с собой Бэна, — сказал Рэймонд. — Возможно, задание было бы уже выполнено.

— Давай сначала разведаем обстановку, — предложил Опал.

Рэймонд оглянулся на дверь Ульки:

— Не боишься, что он снова нас поймает?

— Неважно, если он нас отпустил, значит, дал своё молчаливое согласие. Думаю, он просто побаивается этой Жасмин… Так что завтра можешь придумать, как помочь ему к ней подкатить, в знак благодарности…

Рэймонд поправил воротник, и они вдвоём прошли по коридору. Роботы за кулисами не подняли тревоги, а сотрудники, видя, что они вышли из комнаты Ульки, поняли, что их отпустили.

— Идём, посмотрим тут. — Опал толкнул приоткрытую дверь, за которой оказалась комната, заваленная хламом.

— Только чтобы нас снова за воров не приняли… — сказал Рэймонд. — А что там?

Коридор имел петлеобразную форму, и, обойдя его, они снова вышли к комнате Ульки. Опал прижал ухо к двери и услышал, как Жасмин говорила с ним. Смысл был в том, что она, узнав новость, специально пришла и с возмущением обнаружила, что он отпустил нарушителей. Опал и Рэймонд тут же сбежали.

Внешний коридор имел протяжённость не менее километра и выходил в просторный холл. Рэймонд поднял голову:

— Он ведёт в зрительный зал?

Опал открыл небольшую дверь, за которой оказалась подсобка сцены «Сапфирового трона». Внутри было чисто, стояла подъёмная платформа и магнитолевитационное устройство. Рэймонд, обойдя помещение, остановился у небольшой двери, запертой на замок.

Опал подключил E7 к электронному замку, и робот спроецировал над головой схему. Оказалось, через это небольшое помещение можно было взять системы под контроль. Опал открыл дверь, наскоро замкнув контакты замка, и обнаружил ещё один проход. Пройдя по нему, они оказались у зрительских мест двенадцатого класса.

— Отлично! — воскликнул Рэймонд.

Опал, всё ещё немного сбитый с толку, пробормотал:

— И зачем здесь столько потайных ходов?

— Наверное, для фокусов, — сказал Рэймонд. — Но сначала давай уберёмся отсюда.

На обратном пути они чувствовали себя куда спокойнее и вышли через парадные двери. В тот же вечер Опал и Рэймонд доложили обо всём заказчику. Бэн был так взволнован, что не мог уснуть всю ночь и твердил:

— Он поцелует меня… Мой Джей-Джей поцелует меня…

У Опала от этого зрелища дёргались уголки губ. Ночь длилась всего шесть часов — период обращения планеты вокруг своей оси был очень коротким, и привыкнуть к нему было сложно. Опал вышел, зевая, и с измученным видом отправился сопровождать Бэна на концерт.

Опал заметил, что Рэймонд, похоже, всегда полон энергии, независимо от того, сколько часов ему удалось поспать, и сказал:

— Ты такой бодрый.

Рэймонд взглянул на него, небрежно ответив:

— Особенности организма. Может, вернёшься досыпать? Я провожу Бэна за кулисы.

Опал махнул рукой, показывая, что в этом нет необходимости. Втроём они прошли через турникет, предъявив билеты. Места в двенадцатом классе Бэн заранее припас для своей команды, всего их было шесть. В VIP-ложах толпились бронированные роботы, а обычные трибуны находились слишком далеко, и охрана там была не такой плотной.

В зале «Сапфирового трона» было шумно. Рэймонд решил прийти заранее, но оказалось, что как раз в это время патрули были самыми строгими. Охрана с роботами проверяла и регистрировала личность каждого, не оставляя ни малейшей лазейки. Пришлось перенести время проникновения за кулисы на момент после окончания мероприятия.

Свет погас. Опал занял своё место, спрашивая:

— Когда мы начнём действовать?

— Попробуем в середине представления или после его окончания, — ответил Рэймонд.

Зал «Сапфирового трона» наполнился голубым светом, воцарилась тишина. Опал поднял голову: на высоте более десяти метров возвышалась VIP-ложа. Казалось, весь концертный зал был заполнен до отказа.

— Когда мы пойдём к Джей-Джею? — взволнованно спросил Бэн.

— Тс-с-с, — Рэймонд и Опал зажали его с двух сторон.

Зазвучала музыка, и в зале «Сапфирового трона» восторженная толпа разразилась оглушительными овациями. Все вскочили с мест, аплодируя, свистя и крича, как сумасшедшие. Бэн был особенно воодушевлён, выкрикивая:

— Мой дорогой Джей!!!

Лица Опала и Рэймонда помрачнели, им пришлось встать и аплодировать вместе со всеми, присоединившись к творящемуся вокруг безумию. Опал заметил, что в VIP-ложе тоже было немало зрителей, среди которых присутствовала и адмирал Жоу. Видимо, все четыре зоны для почётных гостей были заполнены влиятельными персонами.

Музыка наполнила зал, все кресла, перегородки и стены стали абсолютно прозрачными. Тысячи рыб проносились мимо стремительным вихрем, и повсюду парили миниатюрные морские медузы. Все источники света погасли, лишь в центре тёмной сцены осталась ослепительная река света.

— Тот, кто в ночи избрал рассвет, — тому рассвет дарует ветер…

В одно мгновение зажглись бесчисленные звёзды. Река света разлилась, затопив весь зал «Сапфирового трона». На сцене появился Лейджерсон с золотыми волосами, облачённый в синюю королевскую мантию. Его образ возник на шестнадцати гигантских световых экранах, и толпа снова взорвалась аплодисментами.

— Решай — быть птицей, сорванным листом, стать камнем или дымом…

Возгласы постепенно стихли. Лейджерсон стоял в центре сцены, подобный прекрасному морскому принцу из древних мифов. Сотни синекожих жителей Шуйлань окружили его. В зрачках Опала отразилось прекрасное лицо Лейджерсона — его волосы, похожие на палящие солнечные лучи, глаза, напоминающие сапфиры, что миллиарды лет покоились в морских глубинах. Его красота захватывала дух, а голос, касаясь ушей, казалось, проникал в самое сердце.

Это невозможно почувствовать, слушая записи. Словно души вырвали из тел и увлекли в морские глубины и безбрежные небесные просторы. Его голос обладал необыкновенной магией — едва прозвучав, он в одно мгновение невольно заставлял ощутить прилив радости в сердце.

Опал даже забыл, зачем сюда пришёл. Он, как и все остальные, был полностью захвачен этой музыкой, и в глубине души испытывал сильное побуждение, будто находился под чьим-то контролем.

— В каждом сердце есть место одиночеству. Тому, кто выбрал одинокий мир, — мир дарует песню…

Опала охватило невыразимое чувство радости, словно ему приоткрылось будущее, полное красоты и надежды. Он повернул голову, желая сказать что-то Рэймонду, но обнаружил, что тот тоже смотрит на него, и его взгляд был сложным.

— Его пение, оно словно… словно… — проговорил Опал.

Кадык Рэймонда дёрнулся, он сдавленно выдохнул и, соглашаясь, произнёс:

— Оно обладает гипнотической силой.

Гипнотическая сила.

Опал вдруг кое-что вспомнил и прищурился. В это время Лейджерсон закончил песню и заговорил:

— Шуйлань, прошло сто двадцать лет, и я снова вернулся в «Сапфировый трон»…

Рёв толпы сотрясал весь зал. Эта волна ликования полностью заглушила разговор Опала и Рэймонда. После разогрева Лейджерсон удалился за кулисы, Опал вдруг обнаружил, что его глаза полны слёз. Это было действительно странно. Он никак не мог отделаться от чувства, что здесь что-то не так… Казалось, Лейджерсон своим пением управлял разумом публики… Управлял разумом? Сила Веры?!

По спине Опала пробежал холодок, когда он подумал о легендарном Повелителе Метеоров. Пока на сцене меняли декорации, ему на ум пришла шокирующая догадка.

— У Повелителя Метеоров есть определённая личность? — спросил Опал.

— Что ты сказал?! — Рэймонд повернулся и придвинулся к Опалу. В этот момент зал «Сапфирового трона» наполнился рёвом возбуждённой толпы. Опал слегка оттолкнул Рэймонда, прижал руку к уху и тихо спросил:

— Ты знаешь что-нибудь о Повелителе Метеоров?

— Очень мало, — ответил Рэймонд. — А что?

Опал покачал головой. В это время Лейджерсон снова вышел на сцену. Он выступал с оперой, рассказывающей необыкновенную историю любви, что случилась на планете Шуйлань более тысячи лет назад. Речь шла о том, как переселенка влюбилась в принца морских эльфов.

Опал попытался использовать Силу Веры. Он прищурился, погрузившись в свой внутренний мир. Звёзды окружили его, мягко сформировав защитный барьер, и влияние голоса Лейджерсона заметно ослабло.

Он… Опал был почти уверен, что этот тип способен контролировать разум!

Неудивительно, что его голос обладает магической силой. Но как он это делает? В зале «Сапфирового трона» находилось по меньшей мере двести тысяч зрителей, среди которых были такие могущественные фигуры, как адмирал Жоу… и S-ранговый наёмник Улька. Неужели он может своим пением загипнотизировать двести тысяч человек одновременно?!

Однако гипнозом владели не только Звёздные Рыцари. Опал глубоко вздохнул — делать выводы пока было рано. Возможно, он был третьим Звёздным Рыцарем. А может, это и есть Повелитель Метеоров, а Клорин — просто псевдоним?

Если он третий Звёздный Рыцарь, то почему Лектор не попросил его о помощи? Лейджерсон был очень популярен и в Империи, и в Республике, как он мог просто безучастно наблюдать за поражением Лектора?!

Тогда он вполне мог оказаться Повелителем Метеоров Клорином… Собственные мысли повергли Опала в ужас.

Нет, было ещё кое-что: Звёздные Рыцари — не единственные, кто мог контролировать разум. Опал слышал, как кто-то говорил о людях с планеты Фантом, которые могли влиять на мозговые волны разумных существ, убеждая их покупать всякое барахло.

Пение Лейджерсона теперь почти не оказывало на Опала никакого эффекта. Возможно, причина была в том, что ему пришлось одновременно воздействовать на слишком многих, из-за чего внимание рассеивалось. И всё же его опера оставалась невероятно романтичной и прекрасной, многие зрители в зале плакали, растроганные историей главных героев.

Опал бросил взгляд на Рэймонда и заметил, что у того покраснели глаза — он полностью погрузился в происходящее на сцене.

— Выдвигаемся, — тихо произнёс Опал, прижав палец к коммуникатору.

— Давай ещё немного послушаем, — ответил Рэймонд.

Опал беспомощно вздохнул. Он повернулся и посмотрел на Лейджерсона. После того, как обман был раскрыт, его пение уже не завораживало Опала так сильно, как прежде. Но то прекрасное чувство, которое он испытал вначале, всё ещё жило в его памяти.

Словно распахнулась дверь, и будущее предстало лучом света, наполненным прекрасными мелодиями и надеждой.

Это ощущение было ему смутно знакомо, но он не мог вспомнить, когда испытывал его раньше. Закрыв глаза, Опал тихо сидел в зрительном зале, пытаясь понять, что вызвало у него похожее чувство.

Возможно, это было в тот миг, когда Лектор открыл ему тайны Вселенной. Или же когда он прибыл на Ли и обрёл первого настоящего друга — Рэймонда.

Он вспомнил, как Рэймонд отвёл его на второй этаж, чтобы зарегистрировать отряд наёмников. И как они выполняли свою первую миссию, сидя бок о бок в теплице.

— Пора, — сказал Опал.

Рэймонд всё ещё не мог оторваться от происходящего на сцене, и Опалу пришлось пустить в ход свои навыки.

Используя Силу Веры, он вторгся в сознание Рэймонда, и вдруг увидел сцену одной из их последних миссий: на фоне бескрайних цветочных полей Рембрандта они, в солнечных очках, пили чай у взлётной площадки.

— Кхм! — Опал кашлянул для привлечения внимания.

Рэймонд вздрогнул, словно вырвавшись из-под влияния оперы Лейджерсона. Судя по программе, скоро должна была состояться сцена смерти героини, девушка в центре сцены исполняла пронзительную партию, и влияние гипноза заметно ослабло.

— Пошли, — сказал Рэймонд, поднимаясь.

Рэймонд и Опал встали по обе стороны от Бэна, поддерживая его. Опал сначала думал промыть мозги и нанимателю, но, поразмыслив, отказался от этой идеи. Пусть остаётся под гипнозом, главное, чтобы он чувствовал себя счастливым.

Они покинули зрительный зал и сначала направились в туалет. Бэн глупо ухмылялся своему отражению в зеркале, Опал привёл в порядок волосы и надел куртку, а Рэймонд зашёл в кабинку, чтобы помочиться.

— Как только выйдем, — я отвлеку внимание охраны, — сказал Рэймонд. — А ты отведи его за кулисы тем же маршрутом, которым мы проходили вчера.

Опал согласно хмыкнул и снова подумал о личности Лейджерсона. Возможно, получится узнать больше. Вдруг это и в самом деле Повелитель Метеоров? Нет, раз уж Лектор обучил его всем этим навыкам, он просто не мог подвести учителя.

Рэймонд и Опал вышли через другую дверь туалета и направились к сектору двенадцатого класса. Добравшись до отмеченного накануне места, они приподняли панель. Все зрители были поглощены происходящим на сцене и не замечали их действий. Лишь робот обратил внимание и быстро направился в их сторону.

Рэймонд пнул его, и робот рухнул на пол. В тот же миг Опал, схватив Бэна, юркнул с ним в служебный тоннель, ведущий за кулисы.

Три других робота устремились к месту происшествия, Рэймонд повернулся и бросился бежать.

— Эй! Ты что это делаешь?!

Улька, патрулировавший территорию, внезапно возник перед Рэймондом. Тот мгновенно остановился, затем развернулся и пошёл прочь, как ни в чём ни бывало сказав:

— Просто гуляю.

В это время Опал, таща за собой Бэна, стремительно пронёсся под сценой. Опера как раз подошла к антракту, Лейджерсон ушёл за кулисы. Когда Опал добрался до коридора, он увидел, как дверь в гримёрку закрылась.

У входа стоял охранник. Опал, ведя за собой Бэна, направился к нему.

— Кто такие? — тут же крикнул охранник, но Опал ударил его ребром ладони по шее, и тело мужчины обмякло.

Опал отступил в сторону, постучал в дверь. Изнутри донёсся голос Лейджерсона:

— Входите.

Бэн шагнул внутрь, издав радостный крик, но тут же с глухим стуком повалился на пол.

Опал:

— …

Опал оттащил тело охранника в реквизиторскую, надел его фуражку и с бесстрастным лицом встал у двери. Приложив указательный палец к коммуникатору, он тихо произнёс:

— Рэймонд. Бэн вошёл. Задание выполнено.

Послышался голос Рэймонда:

— Я со старшим Улькой. Как разберёшься там, передай дневник наёмника заказчику, пусть оставит отпечаток пальца.

Рэймонд убрал палец с коммуникатора и пошёл вслед за Улькой. Они прошли мимо площадок десятого и одиннадцатого классов. Улька остановился. Встав в углу, оба закурили.

Улька прищурился и сквозь дым произнёс:

— С этой девчонкой трудно иметь дело, она как дикая кошка.

Рэймонд небрежно сказал:

— Ты наёмник S-ранга с планеты Ли, ты что, собираешься всю жизнь за ними таскаться? Если начнётся война, ты вернёшься?

Улька усмехнулся:

— Посмотрим. Ты был солдатом?

— Нет.

Улька оглядел Рэймонда с ног до головы:

— Приятель, ты не похож на наёмника D-ранга.

Рэймонд скромно улыбнулся:

— А на какой ранг я похож?

— В с натяжкой. У того парнишки, что с тобой, мало опыта, но боевые навыки довольно неплохие.

Рэймонд кивнул:

— Некоторые люди, возможно, просто рождены для этого.

— Хм, мой прежний наставник тоже так говорил.

— Старший, ты всегда был наёмником? — спросил Рэймонд.

— Раньше я служил в Третьей Имперской армии. Но потом дезертировал.

Рэймонд не смог сдержать удивления. Улька по-хулигански усмехнулся, коснулся шрама от клинка на голове и сказал:

— Разумеется, были особые причины. Впоследствии они не стали меня преследовать и даже несколько раз звали обратно.

— Какое у тебя было звание?

— Майор, — небрежно ответил Улька. — Я не имел особо высокого звания, когда дезертировал, но мои старые сослуживцы сейчас неплохо устроились.

Рэймонд кивнул. Он вспомнил об отношениях между Азеласом и Империей. У Ульки было особое положение: с одной стороны, он был связан с Империей, с другой — являлся одним из шести S-ранговый наёмников Юнбина. Возможно, он сыграл не последнюю роль в налаживании отношений между двумя державами.

— Будет ли война? — спросил Рэймонд.

— Кто знает. Твой напарник ещё не вернулся? Как-то долго. Поторопи его. Я не могу слишком явно вас покрывать, иначе эта девчонка Жасмин снова устроит мне проблемы.

— Опал, поторопись, — проговорил Рэймонд. — А то мне сейчас устроят взбучку.

Опал, прижав палец к коммуникатору, ответил:

— Сейчас, мне нужно тут ещё кое-что подписать…

Жасмин в сценическом костюме и гриме уже собиралась пройти мимо, но вдруг заметила Опала.

— Кто ты такой? — нахмурившись, спросила она.

Опал:

— …

— Что ты здесь делаешь? — продолжила Жасмин.

— Эм, я особый сотрудник на этом концерте. Знаешь ли, одного охранника недостаточно…

Жасмин пристально посмотрела в глаза Опалу и прошептала:

— Кто ты? Ответь мне…

В тот же момент Опал ощутил, как Сила Веры обрушилась на его сознание. Он сконцентрировал собственную ментальную энергию, чтобы противостоять атаке Жасмин. Девушка ахнула, отступила на полшага и, тяжело дыша, уставилась на Опала.

— Это наёмник, — ленивый голос Лейджерсона донёсся из-за двери гримёрки, прерывая их противостояние. — Впусти его, дорогая.

Опал вздрогнул. Жасмин молчала. Снова раздался голос Лейджерсона:

— Отправляйся на сцену, детка. Придумай, как выиграть для меня немного времени.

Жасмин с сомнением и тревогой окинула Опала взглядом, прежде чем повернуться и уйти.

Опал толкнул дверь в гримёрку. Обстановка внутри была весьма роскошной. Лейджерсон был одет в белоснежную рубашку и облегающие брюки, что подчёркивало его стройную демоническую фигуру.

— Зд… здравствуйте, — проговорил Опал.

Он отдал честь, как принято у наёмников. Лейджерсон с улыбкой оглядел его с ног до головы, словно увидел что-то новенькое.

Опалу стало неловко под этим взглядом, смутившись, он заговорил:

— Король… Азелас просил меня передать вам сообщение: для Юнбина будет большой честью, если вы согласитесь дать концерт в системе Арес.

— Приеду, обязательно приеду, — Лейджерсон прищурился, словно хитрая лиса. — Но, возможно, не ради концерта.

Сердце Опала ёкнуло. Что это значит?

Он не производил впечатления мрачного человека… Вряд ли он мог быть Повелителем Метеоров. Опал глубоко вздохнул и сказал:

— Не могли бы вы дать нам несколько автографов? Вот здесь… ваши сценические фото.

Лейджерсон поднял брови и с улыбкой ответил:

— Без проблем.

Он принял из рук Опала фотографии, уселся за стол и принялся подписывать. Опал, пользуясь моментом, осмотрелся в гримёрке и вдруг замер, когда увидел своего нанимателя, растянувшегося на большом диване.

— А, он просто переволновался и упал в обморок, — сказал Лейджерсон.

— Вы встречались прежде? — спросил Опал.

— Да, встречались во сне.

Сердце Опала бешено колотилось. Впервые он находился так близко к принцу оперы, и его переполняло ощущение нереальности, словно после долгого просмотра голографической записи он наконец увидел живого человека. Лейджерсон был невероятно красив, с искусно выточенными чертами лица. И с того момента, как Опал вошёл в комнату, он не мог не заметить: это лицо было безупречно прекрасным, под каким углом на него ни посмотри.

Однако Опал не питал слабости к такому типу. К Лейджерсону он не испытывал никакого влечения. Поначалу его завораживало пение, но, раскрыв его магическую природу, он практически полностью утратил интерес.

Он стоял перед Лейджерсоном, но все заранее придуманные вопросы вылетели из головы. Опал нервничал, а в таком состоянии его мысли путались и уходили в другую сторону. Если Лейджерсон был не в его вкусе, то какой тип ему нравился?

В сознании Опала возник образ Рэймонда, и он внезапно осознал, что Рэймонд тоже весьма привлекателен — красивый, высокий, надёжный, спокойный. Он казался куда более доступным и простым, чем Лейджерсон.

Лейджерсон походил на ослепительное и совершенное божество и в этой идеальности не казался настоящим.

Опал неловко усмехнулся собственным мыслям. Лейджерсон поднял на него взгляд, в котором сквозила неприкрытая насмешка.

— Вот здесь… если вам не трудно, — Опал осторожно извлёк листок бумаги и протянул его. — Не могли бы вы подписать: «Моей любимой Алисе»…

Лейджерсон вывел радужной ручкой несколько слов и с улыбкой спросил:

— Алиса — твоя возлюбленная?

— Э-э, нет, — беспомощно ответил Опал. — Она бабушка одного из сотрудников в Гильдии наёмников. Сами понимаете, в наше время нелегко зарабатывать на хлеб, приходится налаживать связи со всеми подряд… Кстати, вы случайно не знакомы с человеком по имени Лектор?

Лейджерсон положил подписанную фотографию вниз стопки и без заминки ответил:

— Нет, а кто такой Лектор?

— Наёмник, — пробормотал Опал. — Который тоже очень любит ваше пение.

Он не использовал Силу Веры, но всё же невольно ощутил духовный мир Лейджерсона. Это произошло спонтанно, окутанный зелёным светом, он напоминал лес.

Лейджерсон поднял голову и взглянул на Опала. Тот тут же очнулся от оцепенения.

— Вам стоит проводить своего работодателя, — Лейджерсон закончил подписывать стопку фотографий и вернул их Опалу.

— Прошу прощения за беспокойство, — сказал Опал. — Очень жаль, что отнял у вас столько времени. Мы сейчас же уходим.

Опал подхватил бесчувственного Бэна и направился к выходу.

— Кстати, — произнёс Лейджерсон, — мне внезапно пришло в голову поручить вам одно задание.

— Какое? — перекинув руку Бэна через своё плечо, Опал обернулся и встретился взглядом с Лейджерсоном.

— Если вас не затруднит, не могли бы вы отвести его домой к матери? Этот ребёнок слишком долго был в отъезде, его мать будет беспокоиться.

— Без проблем, — с облегчением ответил Опал.

— Он только что сказал мне, что его дом находится в системе Чиянь, на планете Фэйхун. Если я не ошибаюсь, это… Сад Небесного Пламени, улица девятнадцать?[1]

— Хорошо, это нетрудно, — отозвался Опал.

Согласившись, он вдруг осознал, что этот адрес ему знаком, но вспомнить так и не смог.

Лейджерсон приложил пальцы к губам, а затем лёгким движением послал Опалу воздушный поцелуй.

Опал:

— …

Опал, практически неся на себе Бэна, вышел в коридор, прижал палец к коммуникатору и сказал:

— Рэймонд, дело сделано. Слышишь меня?

[1] Здесь, вероятно, ошибка Фэйтяня. Этот адрес уже фигурировал в 10-й главе, когда Лектор и Опал прилетели на Фэйхун, и далее будет очевидно, что это именно он. Однако, в 10-й главе была улица 17, а тут 19.

http://bllate.org/book/14506/1284068