Готовый перевод Help / Помощь: Глава 55. Прощание

Когда Фан Сю снова открыл глаза, он увидел яркий солнечный свет.

Он свернулся калачиком внутри тела Бай Шуанъина, словно моллюск, не способный жить без воды.

От груди и выше Бай Шуанъин все еще сохранял человеческий облик. Он прислонился к одному краю ванны, его длинные чёрные волосы рассыпались по гладкому белому кафелю. Он пристально смотрел на Фан Сю, его лицо было таким же бесстрастным, как и всегда.

– Я проспал всю ночь? – удивленно спросил Фан Сю.

Черт, он же сказал, что поможет Чэн Сунюнь поймать призрака. Неужели, Чэн-цзе увидела, какой он жалкий, и решила его не беспокоить?

– Чэн Сунюнь уже разрешила все свои кармические узлы. Сегодня вечером мы можем использовать ее нить кармы, чтобы ориентироваться внутри «Аварийного выхода», – ответил Бай Шуанъин.

Затем он поднял палец и вложил эту нить кармы в сознание Фан Сю. Это было похоже на то, как он узнавал всю историю, когда рассеивал «E», Фан Сю мгновенно понял, что именно стало причиной гибели мужа Чэн Сунюнь.

Фан Сю молчал некоторое время, а после произнес:

– Чэн-цзе все поняла. Похоже, она больше не будет бояться «призрака». Как говорится, если ты ничего плохого не сделал, тебе нечего бояться.

Он спокойно воспринял историю Чэн Сунюнь, не проявив особых эмоций.

Бай Шуанъин внутри был готов раскритиковать его за излишнее проявление чувств, но такая реакция Фан Сю заставила его немного встревожиться.

– Ты, кажется, совсем не удивлен, – сказал он.

Фан Сю потер плечо:

– Знаешь, что самое страшное в людях?

Бай Шуанъин вопросительно изогнул бровь.

– Люди меняются, – ответил Фан Сю. – Некоторые лживые утверждения изначально ложью не являются. Будь то любовь или клятва верности. Но для того, кто не изменился, это даже страшнее, чем быть обманутым. Если бы это просто был обман, они могли бы ненавидеть лжеца или винить себя за глупость. Но если это не так... они начинают сомневаться во всем: в своем восприятии мира, в том, сделали ли они что-то неправильно. Затем наступает долгая, изнурительная боль, – Фан Сю посмотрел на залитый солнцем лес. – Иногда даже правда может обернуться ложью. Вот насколько люди странны.

Бай Шуанъин задумался:

– Кажется, ты уже привык к таким вещам.

– Это начальный уровень лжи, – Фан Сю подмигнул ему.

– У людей теперь есть классификация лжи? – Бай Шуанъин был шокирован.

– Нет, я просто пошутил.

Фан Сю, глядя на серьезное лицо Бай Шуанъина, невольно рассмеялся. Затем он, по привычке, попытался встать, но поняв, что у него больше нет левой ноги, поскользнулся и упал обратно в ванну. В тот момент, когда он покинул тело Бай Шуанъина, боль в ранах вспыхнула снова. Его губы быстро побледнели, а на лбу выступили мелкие капли пота.

– Если сегодня вечером ты уничтожишь «Е» «Хуаньси Синь», тебе не придется нарушать табу в третий раз... – начал было говорить Бай Шуанъин, но Фан Сю его прервал.

– Бай Шуанъин.

Он неловко вылез из ванны и с трудом сел у кровати.

– Что?

Тон Фан Сю был серьезным:

– Я благодарен, что ты помог Чэн-цзе стабилизировать кармическую нить. Но в следующий раз я хочу, чтобы ты заранее сообщал мне о своих планах. Я очень, очень не люблю терять контроль над ситуацией.

– А иначе что будет? – Бай Шуанъина не волновали его слова.

– Хм, я думаю, тебе все равно, искренен я или нет, так что позволь мне быть откровенным, – Фан Сю повернул голову. Сквозь влажную от пота челку его черные глаза лихорадочно блестели. – После первого ритуала ты стал более активным. В этом жертвоприношении нет живых душ, которые можно было бы поглотить, но ты ещё более нетерпелив, чем во втором. Это позволяет мне сделать вывод, что ты чего-то хочешь от меня. Не просто награды от подземного мира или вкусной, свежей души – чего-то еще... чего-то более важного, – черные глаза Фан Сю сверкали, не как драгоценные камни, а как острие клинка. – Бай Шуанъин, я надеюсь, мы сможем и дальше оставаться «друзьями» и говорить обо всем друг с другом. Иначе, чего бы ты от меня ни хотел, я гарантирую, ты этого не получишь.

«Так хлопотно», – подумал Бай Шуанъин. Он действительно не привык сотрудничать с другими, когда хотел что-то сделать. Но ладно. Не было нужды рушить его великий план из-за чего-то столь незначительного. Их цели сейчас совпадали. Если это немного хлопотно, пусть так, он немного потерпит. И все же выражение глаз Фан Сю показалось ему до боли знакомым. У Бай Шуанъина было такое чувство, что он уже где-то видел что-то подобное. И на удивление хоть этот взгляд и был вызывающим, но он не ненавидел его.

– В следующий раз я скажу тебе, – пообещал Бай Шуанъин.

Фан Сю широко улыбнулся. Его глаза были полны счастья. Он всегда так смотрел на Бай Шуанъина, однако, Бай Шуанъин не мог этого понять.

В последние дни Бай Шуанъин думал, что некоторая забота с его стороны полностью привяжет Фан Сю к нему. И это работало: Фан Сю заметно с ним сблизился. Бай Шуанъин мог это заметить. Но в ходе только что состоявшейся беседы он также понял: Фан Сю ни на секунду не верил, что злой дух может что-то чувствовать к нему, даже самое элементарное товарищество. Фан Сю знал, что у него есть скрытые мотивы. Этот человек был настолько рассудителен, что Бай Шуанъин лишился дара речи.

«…Если ты все понимаешь, почему ты все равно так смотришь на меня?»

«…Эта эмоция должна меня обмануть?»

«…О чем ты на самом деле думаешь?»

Пока Бай Шуанъин пытался разобраться, Фан Сю уже закрепил протез из ноги трупа и приготовился принимать гостей.

***

Глаза Чэн Сунюнь опухли. Она явно проплакала всю ночь. Но что-то в ней изменилось, словно лист, который слишком долго парил в воздухе, наконец, приземлился. Гуань Хэ также удалось проспать всю ночь. Его темные круги посветлели, и он выглядел посвежевшим.

Увидев Фан Сю, они как раз собирались заговорить, но вид ноги трупа заставил их невольно застыть с открытыми ртами. Она была совершенно бескровной, с грубой, потрескавшейся кожей болезненного восково-желтого оттенка. Ко всему прочему, она была покрыта вьющимися темными волосами, которые на Фан Сю выглядели совершенно неуместно.

– У меня не было выбора. Нет подходящего протеза, – сказал Фан Сю с кровати, пытаясь подавить болезненное дыхание.

Затем пришло грибное трио. Они были гораздо более откровенны в выражении своих эмоций. В тот момент, когда сяо Тянь увидела ногу трупа, она вскрикнула и чуть не упала. Сун Чжэн и сяо Ли тут же отпрянули, болезненно скривившись.

– Сяо Ли, сяо Ли, поторопись! – приходя в себя, крикнула сяо Тянь, и подтолкнула того в спину.

Сяо Ли собрался с духом и шагнул вперед. Затем он вытащил из кармана персиковую косточку и бросил её на пол. В следующее мгновение косточка увеличилась в размерах, превратившись в резную миниатюрную лодку. То, что казалось простым семенем, оказалось искусно сделанной лодкой из персикового дерева с вырезными гребцами и пассажирами.

Лодочник, стоявший ближе всех к сяо Ли, растерянно огляделся:

– Почему снова нет воды? А-а-а! Что ты делаешь?! – сяо Ли сделал шаг вперед и схватил весло лодочника. Лодочник не мог сравниться с силой сяо Ли и сердито затопал ногой по лодке. – Пираты! Грабят!

Прежде чем он успел крикнуть еще что-то, сяо Ли уменьшил лодку и засунул ее обратно в карман. Даже находясь внутри кармана, лодочник продолжал стучать и издавать едва различимые гневные проклятия.

Сяо Ли неловко рассмеялся:

– Она сделана из персикового дерева. Мы обычно достаем ее, чтобы отпугивать злых духов. Люди внутри просто немного вспыльчивы, вот и все.

Украденное весло, оставшееся в натуральную величину, было передано Фан Сю.

– Ты можешь этим воспользоваться?

– Разве на лодке не будет не хватать весла? – с любопытством спросил Фан Сю.

– Лодочник сделает еще одно. Я не знаю, откуда он их берет. Я даже однажды стащил у него шляпу, – сказал опытный «пират» сяо Ли.

– Возможно, это какое-то сверхъестественное умение.

Увидев, как Фан Сю убирает волосатую ногу трупа, сяо Тянь наконец выдохнула. Она похлопала себя по груди и огляделась:

– Эй, а где тот красавчик в белом?

Фан Сю удивленно замер.

– Сяо Тянь! – Сун Чжэн выглядел смущенным.

– Я только что увидела эту супер-отвратительную волосатую ногу мертвеца, и захотела промыть глаза, – пробормотала сяо Тянь. – Я ничего плохого не хотела сказать, просто было бы глупо прятать такую внешность…

– У тебя есть вкус, – одобрительно кивнул Фан Сю.

– Правда?

Сун Чжэн прикрыл глаза:

– …Ты можешь посмотреть на меня или сяо Ли.

Сяо Тянь взглянула на них обоих и что-то вежливо промычала.

– Давайте приступим к делу, – затем она схватила банку из приготовленного для них завтрака и стала серьезной. – Я вчера наблюдала за А-Цином и Цзя Сюем. Цзя Сюй снова использовал «Игральные кости, заимствующие удачу».

Гуань Хэ был в шоке:

– Он что, с ума сошел?

– Нет, – сяо Тянь щелкнула языком. – Дядя Хоу сказал ему «произвести впечатление». Он собрал кучу неудачников, чтобы Цзя Сюй мог продемонстрировать им свой артефакт. А после дядя Хоу публично заявил, что никогда больше не заставит Цзя Сюя использовать кости. Любой, кто захочет одолжить его силу, должен будет лично попросить Цзя Сюя.

– Тогда в чем смысл демонстрации? – не понял Гуань Хэ.

Чэн Сунюнь прочистила горло, ее голос все еще был хриплым:

– Теперь все знают, что здесь есть метод «гарантированной победы». Еще больше людей будут брать фишки у дяди Хоу. Если они выиграют, отлично, если проиграют, у них всё ещё будут кости Цзя Сюя в качестве запасного варианта.

– Трудно сказать, запасной это вариант или нет, – сяо Тянь закатила глаза. – После использования костей Цзя Сюю ужасно не повезло – он проиграл несколько раз подряд.

Фан Сю остановилась посреди «игры» с веслом.

А сяо Тянь продолжила:

– Он сыграл всего три или четыре раза – какая-то игра в покер, которую я не понимаю. Не могу сказать, просто ли ему не повезло или что-то ещё. Кстати, о невезении: А-Цин был гораздо невезучее его…

Она вздохнула, словно оплакивая неудачи А-Цина.

– И дядя Хоу нацелился на нас. Его люди следили за мной и сяо Тянь, а так же спрашивали, куда делся Сун-гэ. Я придерживался нашей легенды: что вы, ребята, были упрямы и наняли Сун-гэ, чтобы исследовать этот «Аварийный выход», – нервно поглядывая на Фан Сю, подхватил рассказ сяо Ли.

Фан Сю не проявил никаких эмоций:

– И?

– Я слышал от Сун-гэ, что «Аварийный выход» полон иллюзий, и пройти через него крайне сложно. На самом деле, другие уже пытались, и почти все были напуганы до смерти. Несколько человек даже умерли там, – сяо Ли почесал голову. – Если ты все еще планируешь пойти туда сегодня, Сун-гэ может...

– Не волнуйся. Мы сегодня не пойдем с Сун Чжэном, – Фан Сю взглянул на Чэн Сунюнь.

– Ты нашел способ, Фан-гэ? Тогда сегодня вечером... – оживился Гуань Хэ.

– Ты тоже не пойдешь, – отрезал Фан Сю.

– …Почему? – не понял Гуань Хэ.

– Дядя Хоу – непростая цель. Хотя прошла всего вторая ночь, мне нужно больше дымовых завес, – спокойно объяснил Фан Сю. – Сегодня Сун Чжэн, как обычно, пойдет в казино. Веди себя естественно. Если кто-нибудь спросит, скажи, что «Аварийный выход» опасен, что мы разделились в самом начале, и ты считаешь весь план ненадежным.

– Это действительно так – Сун Чжэн был согласен.

– Сяо Гуань, ты тоже идешь в казино и обналичиваешь свой долг крови. Цзя Сюй и другие обязательно придут проверить тебя. Притворись, что колеблешься, как будто потерял надежду, следуя за мной. Но что бы ни говорил Цзя Сюй, не играй.

Гуань Хэ кивнул.

Несовершеннолетний, бросивший команду ради фишек, заставил бы любого поверить, что Фан Сю в ужасном состоянии.

– Э-э, я не против обналичить долг. Но пять часов просто сидеть там – это как-то странно…

Фан Сю повернулся к Сун Чжэну:

– Теперь о самом важном: я оставляю Сяо Гуаня под твоей опекой. Гуань Хэ, как только обналичишь свои 1000 фишек, немедленно одолжи их сяо Тянь. А-Цин знает, что у нее улучшенная удача, поэтому дядя Хоу ничего не заподозрит.

– Я? Одолжить их мне? Для чего? – сяо Тянь в замешательстве указала на себя.

– Чтобы кое-кому бросить вызов, немного использовав свою удачу, – сквозь боль улыбнулся Фан Сю. – Давайте перевернем вверх дном это казино.

***

К полудню комната опустела.

Фан Сю отполировал персиковое весло, которое дал сяо Ли, и закрепил его в качестве временного протеза. «Не хватает только руки-крюка и повязки на глазу с изображением черепа», – попытался пошутить про себя он.

Бай Шуанъин наклонился к краю ванны, наблюдая за ним с нечитаемым выражением лица. Призрак в ванной и вид на горы за окном идеально дополняли друг друга. Это было весьма живописно.

Тук-тук.

Как раз когда Фан Сю наслаждался этим спокойствием, раздался стук в дверь. Он замер, затем медленно встал:

– Кто?

– Это Мэй Лань, – ответил тихий голос.

Фан Сю открыл дверь. Как и ожидалось, это была Мэй Лань. Она держала в руках бамбуковую чашу и с некоторой опаской смотрела на Фан Сю.

– Вода в этой чаше может очистить проклятие, – тихо сказала она. – Позволь мне войти и налить для тебя немного. Не знаю, поможет ли это тебе, но… – Фан Сю молча отступил в сторону. Мэй Лань, опустив голову, вошла. Она долго смотрела на горный пейзаж, прежде чем снова заговорить. – Он действительно прекрасен.

У нее не было высокомерия Цзя Сюя. Она выглядела измученной и раздраженной, с едва заметными тёмными кругами под глазами.

– Я думал, ты не придешь, – спокойно сказал Фан Сю. – Или, может быть... ты здесь, чтобы шпионить для Цзя Сюя?

– Я просто хотела обменять свою помощь на одну банку персиков, – ответила она, несколько секунд спустя. А после, набравшись смелости, добавила. – На самом деле, я больше не хочу следовать за Цзя Сюем.

Фан Сю вскинул бровь.

Мэй Лань опустила голову:

– «Сокрытие на водной поверхности» здесь бесполезно, а я не настолько умна. Если я останусь с тобой, я просто утащу тебя вниз. Я знаю, это звучит как оправдание, но я действительно так себя чувствую, – говоря это, она выложила перед Фан Сю 35 фишек. – Последние два дня я делала только ставки на «большое-маленькое», по одной за раз. Пожалуйста, поверь мне, я действительно не хочу здесь оставаться. Ты мне не доверяешь, я понимаю. Я не хочу выведать твои планы. Я просто хочу сказать, если я могу что-то сделать...

– Тогда отдай мне все свои фишки. Если сегодня вечером дела пойдут плохо, я верну их до полуночи.

Третье табу гласило: у вас на руках всегда должны быть фишки, если потеряете их, то умрете.

Мэй Лань побледнела. Отдать все свои фишки было все равно что отдать свою жизнь. Если Фан Сю не вернет их, ей придется занимать их у Цзя Сюя или дяди Хоу, а они наверняка потребуют что-то взамен.

Фан Сю молча наблюдал за ней.

Наконец, Мэй Лань стиснула зубы и отдала все свои фишки.

– Я верю тебе, – нервно сказала она.

– Я не верю тебе, и мне не нужно твое доверие, – Фан Сю без колебаний взял фишки. – Но я выиграю.

Мэй Лань сжала губы и ничего больше не сказала. Она наполнила стеклянную вазу водой из «Миски для нектара», а затем ушла с банкой желтых персиков.

Бай Шуанъин, наблюдавший за всем происходящим со стороны, после ухода девушки произнес:

– Мое тело эффективнее нектарной воды.

Фан Сю, который пил, чуть не подавился:

– Пожалуйста, скажи «истинное тело». Твое истинное тело, спасибо.

– Она пытается завоевать твою благосклонность. Будь осторожен, – продолжил Бай Шуанъин, проигнорировав поправку.

Щелк.

Фан Сю поставил пустую банку.

– На самом деле, меня больше беспокоит другое: как Мэй Лань узнала, что лезвие, рассекающее кости, проклято? – Фан Сю коснулся горящего края раны и посмотрел в сторону закрытой двери. – Может быть... среди нас действительно есть даос?

***

Несколько часов спустя наступил вечер третьего дня.

В вестибюле, как обычно, было шумно.

У «Аварийного выхода» остались только Фан Сю, опирающийся на свой протез из персикового дерева, и миниатюрная Чэн Сунюнь. Они молча стояли в тени, совершенно не вписываясь в царящую атмосферу веселья.

Как и ожидалось, Цзя Сюй протиснулся сквозь толпу и направился к ним.

– Прекрати упрямиться. Всего один раунд сегодня вечером. Я тебе помогу. По крайней мере, верни свою ногу. Ты выглядишь так нелепо!

Толпа позади Цзя Сюя, все, кто был свидетелем силы «Игральных костей, заимствующих удачу», завистливо загудела.

Фан Сю некоторое время смотрел на него:

– Безопасно ли следовать за тобой? Я слышал, что тебе вчера немного не повезло.

Выражение лица Цзя Сюя несколько изменилось, наконец, он взял себя в руки и спокойно ответил:

– Ничего страшного, просто обычное невезение. Кое-кто даже провел исследование, здешние казино абсолютно честное! Я просто столкнулся с событием с низкой вероятностью…

– Казино, основанное на одержимости игроков, конечно же, честное, – Фан Сю посмотрел на безвкусную вывеску «Вселенной Хуаньси». – Но ты должен знать, что для игроков абсолютно честное казино – самое страшное.

Зная, что в заведении нет никакого мошенничества, игроки приходят в еще большее безумие, потому что убеждены, что у них есть шанс выиграть.

Цзя Сюй не слушал. Его внимание было полностью сосредоточено на другом:

– Ты сказал одержимость? Я предположил это в первый день. Эти три табу, по сути, подталкивают людей к победе. Одержимость, которая создала «E» «Хуаньси Синь», очевидно, это «я хочу выиграть». Нетрудно догадаться.

Слова Цзя Сюя были полны гордости и самодовольства: «Я понял это первым». словно пытаясь вытащить его из трясины.

Фан Сю не двинулся и не ответил. Он прислонился к стене, все его тело слегка дрожало от боли.

– Давай, Фан Сю. Я знаю, как трудно признать, что ты выбрал неправильный путь, – сказал Цзя Сюй с оттенком сочувствия, цокнув языком. – Отстойно признавать неудачу. Но ты не переживешь еще одного нарушения табу. Пойдем со мной.

Фан Сю покачал головой и не протянул ему руки.

– Прощай, Цзя Сюй, – тихо произнес он.

________________________________________________

Автору есть что сказать:

Сяо Фан снова в деле.

http://bllate.org/book/14500/1501925