Готовый перевод The Deal Fell / Падение сделки [❤️] [✅]: Глава 5. Сделай это еще раз (18+)

Сюй Шаоцин набрал номер, что дал ему Лао Чжэн, и услышал голос, который почти уже успел забыть. Мужчина на другом конце провода звучал уставшим, будто выжатым — голос пустой, мертвенно-серый:

— Алло?

— Привет, Ан Ли, — сказал Сюй, едва услышав одно слово, как воспоминания нахлынули, словно шторм. Его тут же накрыло — адреналином, азартом, возбуждением.

— Узнал мужа? — проговорил он нарочито легко и мерзко.

Ответа не последовало, но дыхание стало частым и резким — Сюй уловил это сразу. Слишком долгую паузу он ждал, уже подумывал, что тот просто швырнёт трубку, но Ан Ли вдруг зарычал сквозь зубы:

— Ты ещё и звонишь, мразь?!

— Что за тон... — Сюй усмехнулся. — Деньги, значит, не нужны?

В ответ — всхлипы злости, тяжелое, сдержанное дыхание.

— ...Мошенник! — прошипел Ан Ли сдавленным голосом.

Сюй откинулся на спинку кресла, довольный. Вот оно. Такой злой — а не кладёт трубку. Неужели надеется? Ха!

Где-то в глубине он даже проникся к нему пренебрежительно-теплой симпатией. Жалкий, наивный, всё ещё верит, что в этом гнилом водоёме ему вдруг повезёт.

Он выждал и, как рыбак, что знает, когда дёргать, начал сматывать леску медленно и со смаком:

— Ну что, зайка, понравилось, как тебе обслужили задницу? — мягко, почти весело спросил он. — Всё-таки, гей — это покруче, да? А в конце — ну, признайся, ты же на мои деньги поехал домой, да? Ха-ха.

С той стороны в трубке резкий всхлип — не от плача, от ярости:

— Сдохни, мошенник! Я будто дал укусить себя паршивой дворняге! Надеюсь, твой хуй сгниет, как и вся твоя семья.

Щелчок. Связь оборвалась.

…

Сюй посмотрел на потухший экран телефона и некоторое время просто молчал. Как будто слушал, как в тишине гудит воздух.

Круто. Легенда.

Сюй Шаоцинь помолчал немного, потом снова набрал.

Как только трубку сняли, он сразу перешёл в атаку:

— Эй, с чего это я вдруг мошенник?

*Бип.*

Снова сбросили.

Позвонил ещё раз — в ответ сразу отбой.

Он криво усмехнулся и набрал сообщение:

«Деньги на месте. Всё как в прошлый раз: та же гостиница, тот же номер. Приходи — заберёшь.»

Подумал — и отправил второе:

«Ты же видишь, что я не из тех, кто за мелочью бегает. Иначе разве стал бы ты тогда требовать такую сумму, а?»

И напоследок:

«Веришь — не веришь, дело твоё. Но до семи вечера чтоб был. Потом — поздно.»

Ан Ли прочёл всё это с трясущимися руками.

Вся эта история, с того самого дня, не отпускала его. То, как его развели, выжали и выкинули, стало личным кошмаром, который разыгрывался по ночам раз за разом. Он просыпался в липком поту, с дрожащим телом.

В голове, как заевшая запись: меня трахнул мужик. Само это предложение, как язва, съедало его изнутри.

И ведь деньги, за которые он, считай, продал себя, обернулись пшиком. В итоге — в отчаянии — он продал родительскую квартиру, ту самую, что досталась от отца с матерью, и влез в сырую, душную коморку в подвале, где вповалку ютятся такие же, как он. Ни окон, ни нормальной вентиляции — только запах плесени, чужого пота и тараканы, ползающие по стенам.

Если бы сейчас, помимо спасения Сяо Дуо, он мог сделать ещё что-то, то это было бы — угробить этого «босса Сюя», который его развёл и растоптал.

Убивать, конечно, он не собирался. Ему ещё деньги нужны. Сяо Дуо ждать не может.

Но и оставить это просто так он не мог. Не мог и не хотел. Он поедет. Даже если просто всадит этому ублюдку кулак в челюсть — может, станет легче.

Так что да, он точно поедет.

Сознавая, что в драке у него шансов немного, Ан Ли всё же взял с собой фруктовый нож — для храбрости, не более.

В номере 1208 Сюй Шаоцин услышал звонок и тут же усмехнулся с тем самым предсказуемым презрением. Хотя, если быть честным, возбуждение у него зашкаливало гораздо больше, чем презрение.

Думать только — этот дурачок снова пришёл, прямо под дверь, чтобы получить новую порцию унижения. Ниже пояса у Сюя от предвкушения сразу начался подъём.

Он выровнял дыхание и пошёл открывать.

Ан Ли стоял на пороге с красными, полными злости глазами в напряжённой позе. Завидев лицо Сюя, он резко втянул воздух, как будто готовился броситься в бой.

Сюй был безупречно спокоен. Даже изящен. Он сделал полшага в сторону, вежливо пригласил:

— Проходи.

Ан Ли не стал колебаться. Влетел внутрь, как танк — напористо, с лязгом собственного гнева.

Сюй закрыл за ним дверь и тихо усмехнулся. Он уловил, как у того по спине пробежал холодок. Реакция была моментальной: Ан Ли тут же обернулся, насторожённо глядя в упор:

— Зачем закрыл?

Только что рвущийся в бой петух — и вот уже петушок, поджавший хвост. Сюй не мог не заметить, как быстро тот стух.

Так сильно его пробрало после того траха? Вот до такой степени?

Хех.

Сюй слегка потянул за галстук, как бы поправляя. И в тот же миг Ан Ли отшатнулся на шаг назад. Причём явно неосознанно. А ещё — сунул руку в карман, будто что-то там сжимал.

…

Сюй замер. Что, серьёзно? С ножом, что ли, приперся?

Да насколько же ты, мужик, в себе не уверен… Ему даже стало скучно от этой предсказуемости.

Он фыркнул и просто толкнул Ан Ли на кровать. Навалился сверху, сжал рукой его тонкую, податливую талию — тот дернулся, выгнулся дугой, словно от тока. Вся эта чувствительность только сильнее раззадорила Сюя.

Он шумно выдохнул, и тут же вжался в него, тыкаясь твёрдым, как железный лом, между бёдер.

— Я тебя сейчас трахну, — выдохнул он.

Ан Ли дрожащей рукой достал фруктовый нож, прижал его остриём к разгорячённому животу Сюя:

— Слезь с меня. Ещё чуть-чуть — и я тебя пырну. Не вини потом.

Сюй приподнялся, сел. С неохотой, но сел.

— Ну ты и странный, — лениво бросил он. — Это что же получается — ты нарушаешь свои же обязательства? Деньги разве так легко даются?

— Чего? — Ан Ли вытаращился. Он что, ослышался? Это вообще что сейчас было?

— Деньги, — повторил Сюй. — Неужели ты думал, что ничего не должен?

— Какие деньги! — Ан Ли почти закричал. — Я не взял у тебя ни копейки! Ты… ты же… это было насилие! Обман! Шантаж!

— Ты что, совсем совесть потерял? — Ан Ли вскочил, размахивая ножом. — Ты вообще знаешь, что такое стыд?!

Сюй лишь склонил голову и кивнул в сторону тумбочки у кровати:

— Деньги там.

Ан Ли машинально обернулся. Пачка купюр, новая, толстая, лежала как на витрине.

Сюй, не теряя ни секунды, выхватил у него нож, отбросил его в сторону и тут же навалился, снова прижал его к постели. Смотрел сверху, как волк на зайца — с игривой жестокостью.

— Отвали! Я тебя убью! — Ан Ли извивался, брыкался, но силы были несравнимы.

— Ты видел деньги? Видел? Так что я не мошенник. А вот ты, наоборот. Ни чести, ни условий не соблюдаешь. Сам сорвал сделку, ещё и обвиняешь. Совсем совесть потерял.

— Какие к чёрту сделки?! Ты больной, что ли?!

— Не помнишь? Ну, напомню. Мы с тобой договорились — ночь за десять тысяч. Не раз — ночь. Я даже подчеркнул это. Но ты, милый, после одного раза отрубился. Так кто из нас нарушил договор?

Ан Ли онемел.

Если по-честному — да, помнит он. Он это тогда точно слышал.

Сюй заметил, как тот начал метаться глазами, как в лице проступила растерянность и стыд. Усмехнулся:

— Ты, я смотрю, с бизнесом не особо знаком. Если бы мы с тобой подписали контракт — я бы не только не платил, а ещё и компенсацию с тебя стребовал. За моральный ущерб. Но я, видишь, добрый. Ладно, не обеднею.

Ан Ли уставился на него. Глаза расширились, губы дрожали от непонимания.

— То есть… — голос сорвался, — ты меня трахнул, и я тебе ещё должен остаться?

Он смотрел так, будто всё в этом мире только что перевернулось, как будто вся логика сгорела на костре безумия. В уголках глаз блеснула влага.

Сюй не ответил.

Он смотрел, как этот гордый, недобитый идиот сидит перед ним, готовый разреветься. И у него внутри всё пело.

Да, он хотел секса. Но ещё больше — хотел раздавить. Посмотреть, как тот ломается. Где предел. Где треснет.

Ещё чуть-чуть. Дай мне ещё чуть-чуть.

Он усмехнулся:

— Вышел на рынок — играй по правилам. Я не твой папочка, чтобы нянчиться …Плати мне 50% неустойки — и на этом закроем тему.

Прошло несколько секунд. Ан Ли тяжело вздохнул и пробурчал с обречённой интонацией:

— Побить тебя я не могу, денег у меня тоже нет. Так что давай, убей меня — может, так и расплатимся.

Он говорил, задыхаясь от сдерживаемого всхлипа, дыхание сбилось, неглубокое и дрожащее. У Сюя от этого внутри всё напряглось до боли. Он понял: хватит — пора заканчивать игру.

Он наклонился и вжал его в кровать, их тела переплелись.

— Как только ты будешь соблюдать условия нашей сделки — я, естественно, к тебе претензий иметь не стану, — сказал он, тоном, будто вёл переговоры за столом совета директоров. — Ты же знаешь, я не за этими деньгами пришёл. Просто… я деловой человек. Мне важны принципы.

Он упёрся в него бёдрами и начал ритмично, глубоко имитировать движения, словно был уже внутри, будто вжал его в кровать своей настырной плотью. Дышал всё тяжелее, грубее:

— Давай, сегодня добьём оставшуюся половину. И всё — деньги твои. Я ведь честно? Не обманываю. Но ты тоже — не обижай честных людей.

…Обижать честных людей?

…Я?

Эти слова были настолько безумно логичны, что Ан Ли даже не нашёл, чем парировать. Они звучали убедительно, особенно в устах уверенного, вальяжного ублюдка, лежащего сверху.

Если представить, что это просто завершение сделки, которую он сам согласился совершить, — тогда это вроде как не унижение, а всего лишь... исполнение обязательства. А деньги там, реальные, видимые, почти зримые.

Да, где-то внутри всё вопило, что в этой логике есть изъян. Что это — насилие, замаскированное под рациональность. Но мозг был растерян. А тело — слабое. И усталое.

Пока он пытался сложить в голове, как всё это на самом деле устроено, Сюй уже запустил руку под его одежду и разминал сосок, грубо и с вожделением. Его голос был сдавлен и низок:

— Давай решайся. Я хочу войти…

Ан Ли, уже почти убедивший себя, что так, наверное, и правильно, после этих слов снова замялся. Он с тревогой посмотрел на Сюя:

— Т-ты… хотя бы можешь... сделать это мягко?.. Пожалуйста. Я правда… правда не…

Сюй Шаоцин смотрел на Ан Ли прищуренными глазами. Взгляд стал темнее, глубже.

Этот жалкий, покорный облик мужчины, который мечтает размозжить ему череп, но при этом не может устоять перед соблазном денег — возбуждал его до дрожи.

…Хочу его… Хочу трахнуть прямо сейчас.

Он подхватил его за узкие бёдра, сдёрнул штаны, схватил смазку с тумбочки, выдавил порцию и сразу, без церемоний, начал растирать в районе ануса. Потом — ввёл палец.

Ан Ли не ожидал и заорал, дёрнулся, пытаясь вытащить руку: — Я сам! Я сам сделаю…

— Ты слишком медленный, — отрезал Сюй, и, не давая ему времени, ввёл второй палец.

— Ааа… — сквозь боль Ан Ли выгнулся, стараясь расслабить мышцы, чтобы уменьшить боль, но всё равно бормотал: — Я… я не прочистился… там грязно… Ты же говорил, если запачкаешь — не заплатишь…

Сюй безразлично провернул пальцы внутри, обводя внутренности: — Пока нормально.

Он развёл два пальца, надавил, создавая зазор для третьего. И, напрягая руку, всё-таки втиснул его.

— Нет! Не надо! — анус взвыл от боли, Ан Ли сжал ноги, схватил его за запястье.

— Надо, — спокойно ответил Сюй и продолжил движение, будто ничего не услышал.

— Ммм… — Ан Ли зажмурился, покраснев. — Тогда… тогда хотя бы ещё немного... просто двумя пальцами… чуть-чуть дольше…

— Что, от двух тебе приятнее? — фыркнул Сюй, и в его голосе была насмешка, как пощёчина. — Потерпи. Чем лучше раскроешься, тем больше удовольствия от большого, толстого члена мужа.

Сюй Шаоцин с раздражением раздвинул его длинные ноги, вогнал пальцы до самого основания — Ан Ли невольно вскрикнул, стараясь сдержаться. Три пальца, будто спутанные черви, крутились внутри, задевали всё подряд, вызывая не боль, а… какую-то отвратительную зудящую чувствительность.

Сюй рассмеялся:

— Смотри, как хорошо у тебя идёт. Прямо засасываешь меня.

Ан Ли не ответил. Молча зажал лицо рукой, второй рукой прикрыл свой член. Он видел, как он дрожит, отзываясь на всё происходящее. Ему казалось, что если не зафиксировать, то этот жалкий кусок тела будет трястись ещё сильнее от чужих движений. Стыд захлёстывал с головой.

Сюй посмотрел на его тонкие пальцы, зажимающие член — и положил свою ладонь сверху, заставив их двигаться вместе. В голосе уже прорывался жар:

— Уже не терпится, да? Ладно, когда будем трахаться — я тебе подрочу. Хочешь — кончи.

Он вообще-то редко обращал внимание на то, хочет ли партнёр кончить. Но сейчас… то ли из садистского интереса, то ли просто хотел окончательно размазать этого натурала. В любом случае — даже это заявление казалось почти заботой.

И когда Ан Ли сказал:

— Не надо. Делай, что хочешь.

— …

Вот тогда его передёрнуло.

Этот его характер — смесь унижения и упрямства — просто бесил. Хотелось ломать, снова и снова.

Сюй раздражённо цокнул языком, рывком перевернул его, заставил лечь лицом вниз, ноги — врозь. Сам улёгся сверху, его горячее, плотное тело прижалось к прохладной, гладкой спине Ан Ли — плотно, без зазора.

Он обхватил его за плечи, подался вперёд и, толкаясь бёдрами, стал вдавливать налитый, лоснящийся от смазки член в тугую, до боли сжатую дырку.

http://bllate.org/book/14457/1278647