Готовый перевод How Long Can Your Snowman Live? / Как долго проживёт твой снеговик? [❤️][✅]: Глава 46. Обещание долголетия

Студенты с интересом следили. Фу Жанъи поколебался, но всё же шагнул вперёд и протянул руку, чтобы вытянуть этого снежного бандита.

Он знал — подвох будет. Чжу Чжиси не из тех, кто упустит шанс. И правда: как только их пальцы соприкоснулись, тот тут же дёрнул — хотел утянуть его за собой в снег.

Жаль, силы не хватило. Злодей был хитёр, но слабоват.

Чжу Чжиси даже округлил глаза.

Фу Жанъи едва не расхохотался, а потом развернулся и одним движением выдернул ошарашенного бету на ноги. Чжу Чжиси не удержался и с разбега влетел ему в грудь.

— Тяжёленький ты, однако, — Фу Жанъи усмехнулся уголком губ.

Теперь уже Чжу Чжиси стало неловко — поспешно отпрянул, пробормотал себе под нос:

— Просто запустил физуху в последнее время… Завтра начну в спортзале штанги тягать, ты только жди…

Но Фу Жанъи вдруг замер, наклонился и чуть пошевелил носом.

— Ты чего?.. — он подошёл слишком близко. Чжу Чжиси смутился, решил, что тот лезет обниматься, и потянул его прочь, вытащив из ледяного ада.

Фу Жанъи насупился:

— С кем ты только что виделся? Пахнешь чересчур явно. Не похоже, что просто мимо прошёл.

Чжу Чжиси на секунду замер:

— Ты это… по запаху понял? Серьёзно? Альфы и вправду как собаки. И нос — тоже собачий.

— Ты…

— Юй Хэн, — поспешно перебил его Чжу Чжиси. — Пока книги сдавал, наткнулся на него.

Хотя это было враньё.

Перед тем как пойти в офис, он специально заглянул на Археологический факультет — с прицелом на Юй Хэна. Пробегал весь этаж, но — ноль. Ирония судьбы: только пришёл в библиотеку сдавать книгу — заговорился с библиотекарем — и наткнулся на того самого Юй Хэна, выходящего.

Завидев его, Чжу Чжиси чуть не сорвал голос:

— Юй Хэн!

Тот мигом ткнул в кнопку лифта — пытался ускользнуть. Но увы: кто-то из студентов придержал ему дверь, и Чжу Чжиси бодро влетел внутрь.

— Спасибо, друг!

Потом обернулся к Юй Хэну с сияющей улыбкой:

— Будешь булочку с красной фасолью?

Юй Хэн отшатнулся как от проказы, но Чжу Чжиси шёл за ним с таким видом, будто светит во тьме. Явление Господа. Понятно, что все вокруг оборачивались.

Выйдя из библиотеки, Юй Хэн не выдержал и резко остановился:

— Не надо строить из себя победителя. С культурного фестиваля я Фу Лаоши не писал ни разу.

Чжу Чжиси, сияя, зашагал назад, не отрывая взгляда:

— Я правда просто хотел угостить тебя вкусненьким. Только не красной фасолью… Хочешь бабочку из слоёного теста?

Так вот и вышло — снова, каким-то чудом, оказались рядом и снова что-то жевали.

В разгар перекуса Чжу Чжиси вдруг тяжело вздохнул, заложив руки за голову:

— Эх… Ну и что такого в том, чтобы кого-то любить, а?

Юй Хэн скосил на него брови.

— Добиваться человека — тоже ведь не преступление, верно? Ну подумаешь, пишешь ему, звонишь… чего тут криминального…

— Я не звонил! — тут же отрезал Юй Хэн. — И не писал! Я… только письма отправлял.

Чжу Чжиси вскинул брови и уставился на эту надутую, гордую физиономию.

— А, ну тогда ладно, — усмехнулся. — Письма — это, конечно, святое. Но вот с феромонами, знаешь ли, поаккуратней. Не игрушка это.

Юй Хэн на секунду стушевался, опустил голову и машинально провёл пальцами по затылку.

Чжу Чжиси, немного выше ростом, заметил на его шее пластырь-сдерживатель. Улыбка на лице немного поугасла. Он вдруг заговорил серьёзно:

— Подумай сам: тогда, в торговом центре, людей было — как сельдей в бочке. А если бы какой-то незнакомый альфа, сорвавшись с катушек, внезапно тебя пометил? Что бы ты тогда делал? Ты ж миленький до ужаса. Вдруг кто-то учуял твой запах и пошёл за тобой по пятам?

Юй Хэн всё ниже и ниже прятал голову, швырнул ногой по воздуху, уставился в сторону — лишь бы не смотреть в глаза.

Прошло немного времени, прежде чем он пробормотал:

— Я не специально…

— Тогда просто было… ну… в самую точку. Таблеток сильных не взял, наткнулся на Фу Лаоши — и понеслось. Возбудился, не сдержался. Всё сразу.

— А ты в порядке остался после этого? — спросил Чжу Чжиси, искренне удивлённый.

Юй Хэн будто завис: глаза расширились, зрачки дрогнули.

И тут до него дошло. Он резко опомнился, взгляд стал сложным, метнулся вниз — и остановился на кольце на пальце Чжу Чжиси.

— Короче, я больше не появлюсь. Можешь выдохнуть. Никто у тебя его не отнимет!

Но Чжу Чжиси только наклонил голову набок:

— А я вообще не как партнёр Фу Жанъи с тобой разговариваю.

Юй Хэн уставился на него:

— А тогда кто ты?

— Ну, скажем… добрый бета, с которым ты однажды смотрел убогое любительское представление, ел красную фасоль и аплодировал моему младшему? — Чжу Чжиси прищурился, дёрнул уголок губ, дружески стукнул его плечом. — Забыть-то не забыл?

— Ты сам меня заставил…

— Тогда верни мне печенье, — протянул ладонь. На браслете всё ещё тикал светящийся таймер.

Юй Хэн уставился на него, как будто тот только что потребовал обратно своё сердце. Готов был и вправду выковырять эту булку.

— Да шучу я, — Чжу Чжиси хлопнул его по плечу. Потом как бы невзначай добавил:

— Кстати, у вас в универе есть кто-то, кто Фу Жанъи не переваривает? Ну, прям чтоб люто, по-настоящему?

— Чего ты вдруг?.. — Юй Хэн заметно напрягся. — Что, кто-то что-то натворил?

Чжу Чжиси прищурился, глядя ему в лицо. Внутри всё подтвердилось. Пожал плечами:

— Да просто спросил. Помнишь, у него недавно покрышка взорвалась? Так вот, мастер сказал, что это вряд ли случайность. А если это какой-то не в себе студент специально… из-за обиды, ревности или психоза?

У Юй Хэна брови сдвинулись, как будто прилипли.

Поняв, что больше ничего не выудит, Чжу Чжиси сунул руки в карманы:

— Всё, я пошёл.

Ушёл на пару шагов, потом обернулся, перекрикивая толпу:

— Эй, ты там, не забыл поблагодарить благородного Чжу за печеньку?

Юй Хэн покраснел до ушей, развернулся и сбежал, как будто тот ему признался в любви.

Чжу Чжиси довольно хмыкнул и пошёл дальше. По дороге зашёл на площадь, не раздумывая влетел в снежную битву, добавил в WeChat штук десять студентов. Прокачал социальные связи.

Зато вместе с этим — нахватался с десяток разных информационных шлейфов.

И всё равно, сквозь всю эту кашу…

Он что, всё ещё чувствует Юй Хэна?

— Ты что, настолько остро на его феромоны реагируешь? — Чжу Чжиси прищурился на Фу Жанъи. — Я ж сейчас как ходячий коктейль. Тут и альфы, и беты, и, может, один-два омеги затесались. А ты — хлоп! — и сразу вычленил Юй Хэна?

Фу Жанъи смотрел на него пристально:

— Ты правда мастер перекручивать всё с ног на голову.

Чжу Чжиси отряхнул с себя снег:

— Я трудовой человек. Ещё немного — и перекручу тебе не только с ног на голову, а еще вспашу все вдоль и поперек.

— Ну тогда пойдёшь копать со мной, — пробормотал Фу Жанъи.

— Кстати, а где книжка, которую я просил взять? — спросил он.

— Не взял, — с невозмутимым лицом ответил Чжу Чжиси.

— Не взял? — в голосе Фу Жанъи явное изумление.

— Ну да, — хитро глянув, ответил тот. — Какую ещё книжку? Ты же просто хотел от меня отвязаться, это же очевидно. Думаешь, я не понял?

Фу Жанъи тяжело вздохнул:

— …И всё равно на сообщения не отвечал.

— Надо же было тебя немного понервировать, Фу… ой, точнее, профессор, — Чжу Чжиси почти вплотную подошёл, наклонил голову, глядя исподлобья: — Фу, великий профессор, ты сейчас не пытался меня тайком снять, а? Я видел, как ты телефон поднимал. Быстро показывай.

Фу Жанъи только тут вспомнил, полез в карман пальто и достал смартфон.

— Видео, что ли?.. Ой, оно до сих пор идёт.

— …Не смотри.

— Ещё чего! Конечно, буду смотреть.

Противостоять ему было бесполезно — пришлось дать.

— Плохо снял, я вообще не умею видео снимать, — буркнул Фу Жанъи в оправдание. Он никогда раньше никого не записывал, руки немного дрожали. Зная, что Чжу Чжиси — почти профи в медийке, заранее приготовился к критике.

Но тот вдруг замер, уставившись в экран. Лицо стало неожиданно серьёзным.

— Слушай, ты что, фильтр на видео поставил? Я там какой-то белёсый… чуть размытый даже.

Вот и началось.

— Нет, просто объектив, может, запотел. Отдай обратно, я же говорил, получилось так себе.

— Ничего подобного. Я вообще хотел спросить, как ты умудрился сделать меня таким… красивым. — Чжу Чжиси поднял взгляд, усмехнулся. — Похоже на эти популярные видео в духе “воспоминания о покойной жене” — только музыка грустная не играет.

Он не успел договорить — сам понял, что сморозил. Резко прикрыл рот.

И точно — у Фу Жанъи лицо изменилось. Он чуть наклонил голову, посмотрел на него с такой обречённой усталостью, будто вот сейчас скажет: “Ты вообще слышишь, что несёшь?”

Чжу Чжиси тут же начал отшлёпывать себя по губам:

— Всё, всё, виноват. Ляпнул лишнего.

Фу Жанъи молча пошёл дальше. Телефон так и не взял. Чжу Чжиси рванул за ним, шарф уже почти с него слетел, болтался за спиной, как хвост.

— Слушай, а давай сделаем замену запрещённых слов? — быстро зашагал рядом, силой впихивая руку в его локоть. — Короче, никто больше не говорит «смерть» и её синонимы. Заменяем на «жизнь». Как тебе?

— «Воспоминания о живой жене»? — Фу Жанъи скривился. Злился так, что аж смешно стало.

Живая жена. Такая, что даже в гробу достанет.

— Нет-нет, так вообще звучит как сборник финансовых советов, — задумался Чжу Чжиси. — Тогда пусть будет… долголетие! Сразу позитивный вайб. Фэншуй, амулеты, всё как надо.

— Как скажешь, — буркнул Фу Жанъи. — Я и так не собирался это слово использовать.

— Правда? — Чжу Чжиси сузил глаза. — А кто это там, проходя мимо кабинета, ворчал себе под нос «тупой до смерти»?

Фу Жанъи:

— ……

— Уважаемый профессор, в следующий раз формулируйте корректно: «тупой до долголетия». А я в ответ: «ржу до долголетия», «радуюсь до долголетия», «загибаюсь до долголетия»…

Фу Жанъи вдруг потерял нить разговора. Мысли соскользнули в сторону: представил Чжу Чжиси в палатке, лицо раскрасневшееся, губы приоткрыты — даже вздохнуть не может.

Ты только попробуй в такой момент сказать: «Я… до долголетия…»

Улыбка сама прорвалась сквозь губы.

Чжу Чжиси отшатнулся:

— Ты чего? Улыбаешься вот так, без предупреждения — жутковато, знаешь?

— Ничего, — Фу Жанъи снова сделал серьёзное лицо и покосился на него. — В этой системе замены запрещённых слов… есть штрафы?

Чжу Чжиси не ожидал, что он так включится:

— А почему бы и нет? Нарушил — плати.

— Платить неохота.

— А ты что хочешь? —

— Как в прошлый раз. Проигравший — выполняет любое желание. Без условий. — И, не дожидаясь реакции, он потянулся за шарфом, который давно соскользнул со спины Чжу Чжиси, и аккуратно накинул ему на плечи.

— По рукам, — Чжу Чжиси весь просиял, подошёл ближе, начал идти задом, заглядывая ему в глаза. — Я вот сегодня к тебе пришёл, вкусняшки притащил. Ты рад?

Опять этот цирк. Фу Жанъи смотрел на его наглую рожу, и заодно косился через плечо — мало ли куда тот, идиот, пятится.

— Радуюсь до долголетия, — не выдержал он.

— Ты, конечно, гений. Не зря тебя доктором собачьих наук кличут.

— Что за доктор? — Фу Жанъи нахмурился. Не расслышал.

— Ничего, забудь, — Чжу Чжиси внезапно замер и поднял голову.

Фу Жанъи, не успев затормозить, чуть не врезался в него. Машинально схватил за руку, чтобы тот не шлёпнулся:

— Эй. Что случилось?

— Вспомнил. Я вчера отцу звонил… Он спрашивал, не поедешь ли ты с нами на Новый год. — Чжу Чжиси почесал щёку. — Я понимаю, это в контракте не прописано, и дата, конечно, немного… чувствительная…

— Там много людей будет? — перебил Фу Жанъи.

— Не-а. Мы родственников не зовём. Только папа, брат-дебил, ты… и я. Вчетвером. — Он покачался с пятки на носок. — Поедешь?

Ветер пронёсся, снежинка села ему прямо на ресницы. Фу Жанъи осторожно снял её пальцем.

— Я спрошу у своих. Дам знать.

Чжу Чжиси расплылся в довольной улыбке:

— Всё, по рукам! Побегу передавать радостную весть старшему Чжу.

— Угу.

Фу Жанъи, в общем-то, не возражал встретить Новый год у Чжу Чжиси. Даже проще, чем у себя дома, в семействе Фу. Единственное, что вызывало лёгкое подташнивание — это его будущий деверь.

С той самой больницы он теперь каждый раз при встрече ощущал, что смотрит в глаза живому олицетворению контрацепции. Как будто Чжу Цзэжань вот-вот потащит его читать лекцию по планированию семьи. Или сразу — на стерилизацию. Второе даже казалось вероятнее.

— О чём задумался? — спросил Чжу Чжиси.

— О твоём брате.

— А? — Чжу Чжиси дёрнул его за рукав. — Слушай, ты это… вообще нормально?

— Не-а, — честно признался Фу Жанъи. — Классический ПТСР. Триггер на ровном месте.

Чжу Чжиси резко остановился, встал на носочки. Пока они болтали, уже успели дойти до здания Миндэ — людей вокруг полно, снуют туда-сюда. Он наклонился так близко, что Фу Жанъи чуть не отпрянул — решил, что сейчас будет какой-нибудь публичный перформанс в стиле «подзаряди меня, Фу Лаоши».

Но вместо этого Чжу Чжиси всунул ладонь под край его пальто, другой рукой дважды ткнул в грудь пальцем. Потом соединил ладони, потер — как будто мыл руки. После этого двумя пальцами — указательным и средним — приложился к его вискам и начал энергично тереть это зону.

— Ты что делаешь? — опешил Фу Жанъи.

— Промывка мозгов, — абсолютно серьёзно сказал Чжу Чжиси. — Ты ж сам говорил, что после встречи с маленьким Юй сразу руки пошёл мыть. Так вот, после того как вспомнил моего брата — тут уж без промывки башки не обойтись.

Если бы не проходящие студенты, Фу Жанъи бы с удовольствием дал ему потереть подольше.

Праздники в этом году начались рано, а вот отпуск выдали поздно. Через четыре дня после окончания экзаменов студентов наконец отпустили на каникулы. А с оценками случилось нечто поистине шокирующее — Фу Жанъи, которого за глаза звали «Ходячий ад экзаменационной сессии», впервые не завалил ни одного студента.

Все были уверены — это заслуга того самого беты, который появлялся на факультете всего пару раз… и моментально стал легендой как «жена преподавателя».

Студентов отпустили, но Фу Жанъи ещё работал. Осенью он подал заявку на участие в выездной археологической экспедиции — специально, чтобы не ехать к себе домой на Новый год. Но, как только кафедра узнала, что он недавно женился, «проявили заботу» и сняли его с команды.

Но Фу Жанъи не мог просто сидеть без дела — всё это время он дистанционно помогал с технической частью раскопок. Только за день до самого праздника он, наконец, выдохнул.

А Чжу Чжиси всё это время тоже был как белка в колесе. Уходил с утра пораньше, возвращался — за полночь.

Чжу Чжиси был весь в делах, только вот в каких — было загадкой. Порой, когда он возвращался, от него пахло не только противной эвкалиптом, но и тем самым фирменным ароматом раздолбая — тем самым, которым шлейфит его любимый «председатель комиссии по контрацепции». Видимо, бывал дома.

Сам цветастый мотылёк об этом даже не подозревал. Но под его влиянием Чжу Чжиси уже выработал рефлекс: приходить домой, сразу в душ, потом — пижама и не рыпаться.

Поскольку времени на «ежедневную терапию жизни» не оставалось, он стал по вечерам сам приходить в спальню: тихо стучал, заходил, закрывал дверь, забирался под одеяло, прижимался лбом к его спине.

— Спать до долголетия… — выдыхал он, как выжатая змейка. А потом резко поправлялся: — То есть! Очень спать, долго и счастливо!

Очередная упущенная возможность дать Чжу Чжиси команду. Стоило повернуться — а тот уже спит.

Устал так, будто весь день спасал мир.

Когда спал, Чжу Чжиси был тише воды — почти не слышно дыхания. Минут через пять он обычно переворачивался, ложился на живот, лицом в другую сторону, и его белоснежная шея непроизвольно оказывалась на виду.

И вот тогда, глядя на него, Фу Жанъи невольно склонялся ближе, прижимался носом к коже и выпускал феромоны — перекрывая весь внешний шлейф.

Инстинкт, ничего не поделать. Альфа есть альфа.

Каникулы наступили, и пришли результаты мед обследования из больницы.

— В остальном всё нормально, — говорил по телефону Ли Цяо. — Только вот по железам есть вопросы. Я советовался с профессором Ваном — по показателям эндокринной системы и снимкам, у твоего Чжу, скорее всего, скрытая форма развития.

То есть, железа мелкая, почти не функционирует. В случае рака — очень трудно уловить на ранней стадии. Но ты не паникуй. Профессор Ван — крупный специалист, он считает, что пока что это совсем не похоже на опухоль.

— «Пока» — не похоже? — Фу Жанъи не был спокоен. — У него же от этого мама умерла, это семейное.

— Я помню. И я сказал. Но Ван говорит, этот тип опухоли больше у Омег, особенно после родов. А кровь из носа — вообще не характерный симптом. Так что не паникуй раньше времени. Перепроверим в следующем месяце.

— Этот срок между обследованиями слишком длинный, — сказал Фу Жанъи. — После праздников я сам его свожу.

— Тоже вариант. Но ты не переживай, — отозвался Ли Цяо. — Видел бы ты, как он скачет. Да он вообще не похож на… ну, ты понял.

— На человека, которому «долголетие». Всё, кладу трубку.

Ли Цяо уставился на телефон с непониманием. Чем больше думал, тем меньше понимал. Подумал ещё немного — и сменил подпись в контактах Фу Жанъи. Но, несмотря на всё, в голове всё вертелось: Новый год на носу, а тот опять поедет в родовое гнездо — где ни мать, ни отец его особо не жалуют. Жалко парня.

[Ли Цяо: Эй, завтра канун Нового года, не хочешь зайти ко мне выпить? Твой братец Цяо сегодня добрый — устраивает лотерею разбитых сердец. Поздравляю, ты выиграл, Альфа с трауром!]

[Муж самого долгоживущего Беты на свете: Спасибо, но пусть эту честь получит кто-нибудь другой. Я уже приехал к Чжу Чжиси.]

http://bllate.org/book/14416/1274493