Готовый перевод Transmigrated to the Republic Era: Stitching My Way / Открыть ателье в эпоху Миньго (Трансмиграция) [❤️]: Глава 62. Самая сокровенная мечта

Когда Цзи Цинчжоу сошёл вниз в сопровождении Ши Сюаньмань и двух других девушек, Ло Минсюань, Цю Вэньсинь, Юань Шаохуай и Цзян Сюэхун уже успели занять четыре стула у стола в форме бабочки и вовсю играли в карты.

Три девушки, увидев, что столик и стулья заняты, устроились все вместе на кожаном диване, лакомились сладостями и болтали.

Сегодня температура была невысокой, и даже просто дуновения вентилятора хватало, чтобы было прохладно, поэтому и гости пребывали в прекрасном расположении духа.

— А колоду карт кто принёс? — Цзи Цинчжоу подошёл к столу и спросил у Сун Юйлина, наблюдающего за игрой.

— Ну, разумеется, этот господин, — Сун Юйлин положил руку на плечо Юань Шаохуая и подшутил: — Брат Юнь говорит, что я умею вести дела, а по-моему, вот он — истинный пройдоха. Подарок на открытие заведения взял из нашей редакции, да ещё и специально прихватил новую колоду карт.

Юань Шаохуай добродушно рассмеялся:

— Да, это я взял. Синь-гэр спонсировал, так что считайте, что мы все вместе преподнесли подарок!

Цзи Цинчжоу покачал головой с улыбкой:

— Главное, что почтили моё открытие своим присутствием, о подарках не стоит беспокоиться.

— Брат Цинчжоу, может, присоединишься сыграть пару партий? Чуть позже я уступлю тебе своё место, — предложил Цзян Сюэхун.

Цзи Цинчжоу повернул голову, взглянул на сидящего на диване Цзе Юаня и ответил:

— Нет, нет, играйте спокойно!

С этими словами он взял со столика стеклянный стакан, налил себе остывшего кофе и присел на подлокотник дивана рядом с Цзе Юанем.

Цзе Юань почувствовал, что кто-то приблизился. Хотя тот не издал ни звука, и в воздухе витал лишь обычный запах кофе, он всё же безошибочно узнал, кто это.

И едва Цзи Цинчжоу опустился на подлокотник дивана, как Цзе Юань отодвинулся в сторону, освобождая для него узкую полоску места.

— И что это значит, братец Бао, хочешь, чтобы я сел сюда? — тихо спросил он. — Редко ты бываешь таким щедрым, но места-то совсем мало. Уж лучше бы ты предложил мне сесть к тебе на колени.

Учитывая, что поблизости находились дамы, он, несмотря на шум, доносящийся от карточного стола, всё же понизил голос, чтобы его поддразнивания не были слышны.

Цзе Юаню показалось, что слегка хрипловатый голос словно пёрышко щекочет ухо. Непроизвольно он потянулся, чтобы взять его за руку, желая унять внезапно нахлынувшее смутное томление, но схватил лишь пустоту.

— Здесь много людей, соблюдай приличия, — тихо напомнил он, с невинным видом поднимая руку и кладя её на подлокотник.

Кто бы мог подумать, что внутренняя сторона его запястья скользнёт по пояснице сидящего рядом человека, а естественно сомкнувшаяся ладонь тут же ощутила особенное прикосновение.

Шёлковистая ткань одежды сохраняла лёгкое тепло тела. От лёгкого прикосновения ощущения были совсем не отчётливы, но Цзе Юань дёрнулся назад, словно обжёгшись, и по коже пробежали мурашки.

Цзи Цинчжоу даже не заметил его движения, отхлебнул кофе из чашки и в том же непринуждённом тоне продолжил:

— А, когда много людей, нужно соблюдать приличия, а дома, значит, нет?

— Конечно, тоже нужно, — голос Цзе Юаня был низким и спокойным, маскируя то, что его невозмутимость была напускной.

— Тогда к чему эти пустые разговоры? Сразу бы сказал — не приближайся ко мне, и всё, — парировал Цзи Цинчжоу, встал и поставил чашку на журнальный столик.

В этот момент Ши Сюаньмань повернулась к нему и спросила:

— Господин Цзи, на баннере снаружи написано: «При заказе одежды — подарок». А что это за подарок, можно узнать?

— Этот подарок — не какая-то определённая вещь. Нужно смотреть, какие аксессуары требуются к одежде, которую заказывает клиентка, и тогда я подберу ей что-нибудь подходящее, — объяснил Цзи Цинчжоу и снова уселся на подлокотник дивана.

Не глядя, он сел чуть дальше, чем в прошлый раз, и оказался вплотную к чьей-то руке.

Цзе Юань весь застыл; он не отодвинул руку, но и пошевелиться не смел.

— Выслушав ваши слова, я снова захотела заказать ещё один наряд. У вас в последнее время много работы? — хотя у Ши Сюаньмань в последнее время не было особой потребности в новой одежде, её очень заинтересовал подарок, прилагаемый к заказу. Она думала, что с мастерством и идеями господина Цзи, полными искренности, это наверняка станет маленьким сюрпризом.

— Заказов не так много, но срок изготовления будет довольно долгим — полтора месяца, то есть где-то к концу следующего месяца, — Цзи Цинчжоу видел, что Ши Сюаньмань решила спонтанно, и, подумав, мягко отговорил её: — Позже я возьмусь за работу по дизайну костюмов для киногруппы, поэтому свободного времени будет немного.

Услышав последнюю часть его фразы, Ши Сюаньмань всё поняла.

Значит, господин Цзи уже прошёл собеседование у кинокомпании... Так он намекает мне, что если я пройду отбор на главную роль, то впоследствии будет много красивых костюмов и аксессуаров, и нет необходимости специально тратить на это деньги сейчас?

Пока Ши Сюаньмань размышляла об этом, господин напротив, одетый в длинное халат водянисто-синего цвета, улыбнулся ей и подмигнул, и она тут же утвердилась в своей догадке.

Не удержавшись, она улыбнулась и сказала:

— Ладно, раз вы сейчас так заняты, я обращусь к вам для заказа, когда у меня возникнет необходимость.

Цзи Цинчжоу уже собирался кивнуть, как Ши Сюаньмань тут же добавила:

— Но Бижун не против долгого срока изготовления. Перед приходом она говорила, что хотела бы заказать у вас западный костюм — новую одежду на осень, правда, Бижун?

— М-м, — Фан Бижун как раз колебалась, стоит ли поднимать этот вопрос. Казалось, все пришедшие сегодня пришли просто пообщаться и завести друзей, и ей было неловко заводить речь о покупке одежды.

Услышав, что подруга помогла ей озвучить её потребность, она поспешно откликнулась.

— Осенняя одежда? Конечно, можно заказать, — ответил Цзи Цинчжоу и, взглянув на девушку в жёлтом платье, спросил: — Какие требования к фасону и стилю? Готовится для какого-то особого случая или для повседневной носки?

— Просто одежда для повседневного выхода на улицу в самом начале осени, — мягко сказала Фан Бижун. Поскольку она заранее продумала, что сказать, сейчас она без запинки изложила свои требования: — Одежда, которую я обычно ношу, либо слишком скромная и элегантная, либо слишком детская. На этот раз я хочу сшить относительно более взрослый западный костюм. Цвет и узор предпочтительно сдержанные, но не слишком тёмные. Возможно, мне не очень идут чёрные или тёмно-синие наряды.

Цзи Цинчжоу терпеливо дождался, пока она закончит, внимательно посмотрел на неё, немного подумал и сказал:

— Понятно. Одну минуту.

Затем он поднялся, подошёл к стоящему рядом комоду, вынул из ящика всегда лежавший там альбом для набросков, достал из стаканчика для кистей авторучку и вернулся на своё место. Закинув ногу на ногу, он открыл альбом, несколькими штрихами набросал на чистом листе стройную фигуру манекенщицы и, продолжая общаться с клиенткой, спросил:

— Госпожа Фан, вы обычно любите читать и писать?

Он спросил об этом, желая подтвердить, не является ли та сама той известной писательницей популярных романов нового времени.

Услышав вопрос, Фан Бижун слегка удивилась. То, что она любит читать, знали все её друзья, но писательством она занималась в одиночку, и об этом никто не ведал.

Впрочем, в этом не было ничего постыдного, чего стоило бы скрывать от других, и она тихо ответила:

— М-м.

— Читали Шерлока Холмса?

— Ч-читала.

— Тогда как насчёт английского стиля? — сказав это, Цзи Цинчжоу взглянул на Фан Бижун и, увидев, что та смотрит растерянно, словно не совсем понимая, что он имеет в виду, перефразировал: — Западный стиль, с налётом интеллигентности.

Услышав это, Фан Бижун сразу почувствовала, что мастер Цзи действительно понял её пожелания, не удержалась от улыбки и кивнула:

— Прекрасно, как раз такой стиль западного костюма я и хотела.

Услышав это, Цзи Цинчжоу успокоился и начал рисовать.

Раз одежда предназначена для начала осени, главным критерием должна оставаться лёгкость.

Думая об осени, о сдержанности и умиротворённости, несомненно, наиболее подходящей была бы тёплая и мягкая коричневая гамма.

Хотя сейчас он ещё не собирался наносить цвет, в процессе рисования в его сознании уже вырисовывался образ этого наряда.

Длинная рубашка из льняной ткани шоколадного цвета, поверх неё — тонкий жилет из серой шерстяной фланели, а в дополнение — прямая юбка в стиле «лёгкой взрослости». Ткань юбки по фактуре совпадает с жилетом, крой по косой делает линии юбки более плавными и создаёт лучшую драпировку.

На талии предусмотрен коричневый кожаный ремень, к которому можно прикрепить маленькую поясную сумку из той же ткани, что и юбка.

Что касается цвета и узора для юбки, Цзи Цинчжоу припомнил тонкую шерстяную фланель, которую видел в магазине заморских товаров... Один из образцов в полоску был очень подходящим.

На светло-коричневом фоне равномерно располагались полосы красно-карамельного и оливково-зелёного цветов — сочетание, полное академического духа.

Длина юбки — до середины голени, а значит, потребуются однотонные или в клетку полутоновые чулки. Тогда можно будет комбинировать как с туфельками на среднем или высоком каблуке, так и с обычной обувью на плоской подошве.

Нарисовав до этого места, Цзи Цинчжоу поднял взгляд, изучил овал лица госпожи Фан и в завершение добавил нарисованной фигуре кепку газетчика¹.

Примечание 1: «Кепка-восьмиклинка» или «кепка газетчика» (newsboy cap) — популярный в начале XX века головной убор с мягкой, округлой тульёй и небольшим козырьком. Изначально был частью рабочей одежды, но позже вошёл в моду.

Слегка загнутые широкие поля такой кепки прекрасно корректируют форму круглого лица, делая его контуры более миниатюрными и изящными. Одновременно её дизайн в нейтральном стиле добавит изюминку всему ансамблю, придав ему больше молодёжной модности.

— Готово.

Хотя времени было достаточно, но поскольку Цзи Цинчжоу ещё не принёс акварельные краски из особняка Цзе, сейчас он не мог раскрасить эскиз и просто передал альбом Фан Бижун, объяснив цветовые сочетания и узоры для каждого предмета одежды.

С того момента, как он начал рисовать, в сердце Фан Бижун поселилось огромное ожидание. Однако, руководствуясь уважением к чужому творческому пространству, даже зная, что одежду создают для неё, она не подошла и не стала заглядывать через плечо.

Лишь когда Цзи Цинчжоу протянул ей альбом, она, принимая его, опустила глаза на рисунок на странице и от удивления слегка приоткрыла рот.

— Эта блуза... похожа на мужской пиджак... — тихо воскликнула Фан Бижун.

— И кепка тоже очень мужская. Нет, весь наряд, кроме юбки, сильно смахивает на мужскую одежду, — склонив голову набок, оценила Ши Сюаньмань. — Но это очень модно, чётко и собранно, чувствуется творческая атмосфера.

Сун Юйэр была с ними не слишком близка, и поначалу ей было неловко разглядывать чужой эскиз одежды. Но, услышав их удивлённое обсуждение, она не выдержала и придвинулась поближе к ним.

Фан Бижун, увидев это, не стала ничего скрывать и открыто показала ей рисунок.

Сун Юйэр, взглянув, тут же почувствовала, как у неё загорелись глаза:

— Какой новый, оригинальный фасон!

Прилегающий к контурам тела крой, изящные и тонкие детали дизайна; сочетание блузы и жилета несколько напоминало мужской пиджачный костюм, но здесь оно было неожиданно изысканным и элегантным.

Да и стиль рисунка на эскизе был настолько уникальным и свежим, что полностью совпал с её эстетическим вкусом.

Неужели господин Цзи и вправду тот самый учитель, о котором она мечтала?

Подумав об этом, Сун Юйэр украдкой взглянула на элегантного мужчину, сидящего на подлокотнике дивана, в глубине души ощущая волнение и трепет.

Цзи Цинчжоу спокойно слушал их обсуждение, длившееся несколько мгновений. Хотя и Ши Сюаньмань, и Сун Юйэр, казалось, выражали одобрение этому эскизу, самым важным всё же оставалось впечатление госпожи Фан.

Этот дизайн для женщин того времени действительно был довольно нейтральным, и даже прогрессивно мыслящие студентки не обязательно могли его принять.

Он заметил, что Фан Бижун за всё время произнесла лишь одну фразу, и предположил, что, возможно, ей не очень нравится этот фасон, поэтому сказал:

— Госпожа Фан, если вам не нравится, можете высказаться, я внесу изменения.

— Нет, нет, мне очень нравится, — сказала Фан Бижун, слегка покраснев.

— Правда? — переспросил Цзи Цинчжоу, желая подтвердить. — Раз это индивидуальный пошив, я буду вносить изменения до тех пор, пока вы не останетесь полностью довольны, не нужно себя заставлять.

— Нет, мне и вправду очень нравится, — Фан Бижун, боясь, что он неправильно поймёт её отношение, поспешно объяснила: — Сначала, когда я увидела, то подумала, что это очень смело и авангардно. Но, присмотревшись внимательнее, я поняла, что нарисованный вами комплект одежды на самом деле сдержанный и элегантный. Особенно сочетание жилета, юбки и кепки сразу же вызвало у меня ассоциации с некоторыми зарубежными книгами, которые я читала прежде. Я очень рада, это именно то западное платье, которое я хотела. Пожалуйста, шейте именно так.

Услышав, как эта застенчивая девушка разом выдала такую длинную речь, Цзи Цинчжоу наконец убедился, что она действительно довольна эскизом, и, улыбнувшись уголками губ, сказал:

— Хорошо, раз вам нравится, я сошью именно по этому образцу. Что касается цены, я позже уточню стоимость ткани, а затем обсудим с вами.

— М-м, — Фан Бижун решительно кивнула, в последний раз взглянула на эскиз и, преисполненная радостного ожидания, вернула альбом его владельцу.

Цзи Цинчжоу убрал инструменты для рисования, поднялся, чтобы отнести их обратно в ящик комода.

В этот момент со стороны карточного стола внезапно раздался взрыв шумного смеха и возни. Он уже хотел пойти посмотреть, в чём дело, но, обернувшись, увидел, что Сун Юйэр с двумя косами-жгутами на плечах невесть когда оказалась рядом с ним.

Девушка слегка склонила голову, её лицо порозовело, а живые глаза-фениксы то и дело бросали на Цзи Цинчжоу быстрые взгляды; казалось, она хочет что-то сказать, но не знает, как начать.

Цзи Цинчжоу, видя это, невозмутимо подождал у комода и мягко спросил:

— Что случилось, госпожа Сун?

— У меня есть одна просьба... — она замялась.

Обращаясь к мужчине, с которым только что познакомилась, Сун Юйэр было крайне неловко сразу просить его стать её учителем. А её брат, когда шёл сюда, сказал, что поможет ей обрести наставника, но сейчас он оказался совершенно ненадёжным, усевшись за карточный стол играть в покер.

Она колебалась добрых десять секунд, подняла глаза и встретила вопросительный взгляд Цзи Цинчжоу, после чего, набравшись смелости, произнесла:

— Дело в том, что я всегда очень любила шить одежду... Мне невероятно нравятся ваши эскизы. Не могли бы вы... не могли бы вы взять меня в ученицы?

http://bllate.org/book/14313/1344632