Готовый перевод After Marrying the Evil God / После свадьбы со злым богом ✅: Глава 27: Общежитие

Я просто хочу о тебе заботиться.

———

В другой комнате общежития.

— Эм… привет? – Цзян Янь поднял руку и помахал Юй Иню, который делил с ним комнату.

Юноша молча стоял, никак не реагируя и даже не глядя на него.

«…» Грубиян.

Цзян Янь, привыкший к всеобщему вниманию и обожанию, очень редко сталкивался с подобным игнорированием. Лис стиснул зубы, подошел к нему и сказал:

— Не бойся, я не собираюсь тебя есть…

Парень испуганно отшатнулся. У него было нежное, бледное лицо, и выглядел он робко.

Цзян Янь прищурил свои лисьи глаза.

Ого, этот малыш был очень даже ничего.

Он быстро подошел к нему, понизил голос и сказал на ухо:

— В комнате камеры. Если не хочешь, чтобы после выхода шоу тебя проклинали, поздоровайся со мной. Скажи «привет», понял?

И то, он снизошел до этого только из-за красоты Юй Иня. Красоту нужно было восхвалять, а не проклинать.

Сказав это, он отступил назад и рассмеялся:

— Не ожидал, что мы будем жить в одной комнате. – Затем он многозначительно подмигнул, повернувшись спиной к камере.

Давай же, скажи «привет».

Юй Инь немного помедлил, а затем прошептал:

— Привет, понял?

Цзян Янь: «…»

Ладно, уже прогресс.

У маленькой сирены, должно быть, были проблемы с пониманием человеческого языка.

— Эм, может, тебе сначала сходить в душ? Ты, наверное, устал после целого дня съемок. Ванная там, – сказал Цзян Янь, понизив голос. – Внутри нет камер.

Личная жизнь все же должна была оставаться личной; съемочная группа не могла быть настолько безумной, чтобы установить камеры даже в ванной.

Юй Инь слегка кивнул, повернулся и направился в ванную.

Он также не чувствовал от Цзян Яня того неприятного человеческого запаха, и это его успокаивало.

Простодушная сирена даже не задумалась, почему она его не чувствовала.

Давным-давно люди думали, что, если съесть мясо русалки, то можно обрести бессмертие. А из слез русалок можно было делать жемчужины, которые стоили бы целое состояние, поэтому они выходили в море, чтобы найти и поймать русалок.

Первое было просто слухом, но из-за него погибло бесчисленное количество русалок.

Сирены и русалки были двумя совершенно разными видами.

Однако из-за внешнего сходства с русалками их тоже ошибочно принимали за объект охоты. Боеспособность сирен была намного выше, чем у русалок, и они всегда могли убить людей в отместку. Тогда люди стали мстить им с помощью оружия, и между двумя расами началась вражда.

После этого русалки перестали указывать путь заблудившимся кораблям. Позже у сирен появилась еще одна традиция: встречая корабли в море, они своим пением заманивали их, а затем сталкивали людей за борт, чтобы утопить.

Учитывая эту предысторию, сирены испытывали врожденную враждебность к людям, не ладя с ними.

Если бы не одно происшествие на морском дне… он бы не стал выходить на сушу.

Юй Инь закрыл дверь ванной и наполнил ванну водой до краев.

Это был единственный человеческий инструмент, с которым он был знаком. В конце концов, с тех пор как он вышел на сушу, ему всегда было нужно что-то вроде ванны.

Когда ванна была уже полна до краев, Юй Инь достал из сумки солонку, которую носил с собой, и насыпал немного морской соли в воду.

Затем он шагнул внутрь, погрузился в воду и позволил мокрой, соленой воде покрыть все его тело.

В следующую секунду из воды показался большой темно-синий рыбий хвост, разбрызгивая воду во все стороны.

———

Рано утром Ци Байча перевернулся на другой бок и невольно потянулся обнять того, кто лежал рядом.

Но нащупал лишь холодный бортик кровати.

Он открыл глаза и посмотрел на незнакомую обстановку. Ему потребовалось время, чтобы вспомнить, что они с господином Фу вчера остались ночевать в школьном общежитии и спали на двухъярусной кровати.

После свадьбы они редко спали порознь. Несколько раз, когда им все же приходилось спать в разных комнатах, это случалось из-за мелких ссор. Например, когда один узнавал, что другого что-то тревожит, а тот упорно отказывался говорить, что именно. Обычно такие ссоры прекращались, не успев начаться.

Когда Фу Минъе по дороге с работы впервые встретил похоронную процессию, он осознал, насколько коротка и хрупка человеческая жизнь. В тот день, вернувшись домой, он был подавлен, боясь, что однажды Чача тоже уйдет из жизни, как те люди, и превратится в черно-белую фотографию на катафалке.

Ци Байча приготовил целый стол разных блюд, но Фу Минъе совсем ничего не ел, говоря, что у него нет аппетита. Ци Байча спросил его, что случилось, но тот отказался отвечать. Ци Байча продолжал настаивать, и Фу Минъе, разозлившись, выпалил: «Ты все равно не поймешь».

Ци Байча посмотрел на него и ничего не сказал.

Просто в ту ночь он собрал постель и ушел из спальни.

Фу Минъе был сбит с толку:

— Чача, что случилось?

— Я буду спать в гостиной, – опустив глаза, ответил Ци Байча.

Фу Минъе в испуге вскочил с постели:

— Что ты делаешь? В гостиной слишком холодно!

Ци Байча слегка улыбнулся:

— Ты все равно не поймешь.

Когда Ци Байча злился, он никогда не выгонял Фу Минъе из спальни, а просто относил свою постель в гостиную и спал на диване.

Этот жестокий прием очень хорошо действовал на Фу Минъе.

— Хотя это и не было жестокостью, ведь бог снега не чувствовал холода.

Пока Ци Байча лежал на диване, Фу Минъе силой отнес его обратно в спальню. После этого президент Фу встал на колени перед кроватью и принялся извиняться, говоря: «У меня на работе были проблемы», «Я случайно сорвался на тебе», «Прости меня, госпожа жена, помилуй» и так далее.

Ци Байча посмотрел на него:

— Я злился не из-за этого. Ты можешь делиться со мной своими проблемами. Но ты не должен притворяться, что все в порядке, ты не должен скрывать от меня свои чувства и отталкивать меня.

Фу Минъе поднял руки в знак капитуляции:

— В следующий раз я обязательно так и сделаю. Господин Ци больше не сердится?

— Нет, – с каменным лицом ответил Ци Байча.

Тогда Фу Минъе нагло наклонился, чтобы поцеловать его, и повалил на кровать:

— А теперь?

Ци Байча: «…»

И они счастливо помирились.

…Они действительно очень любили друг друга.

Поэтому, внезапно проснувшись и не обнаружив рядом господина Фу, Ци Байча почувствовал себя немного потерянным, ему было непривычно.

Он сел на кровати, снял пижаму и собрался переодеться.

В этот момент из ванной вышел Фу Минъе и увидел, как юноша раздевается. Его тонкая талия была такой ослепительной и манящей.

— У господина Ци и впрямь отличная фигура, – присвистнул он.

Ци Байча не остановился. Он стянул с себя футболку, обнажив белоснежную кожу на спине.

Они были женаты уже давно, так что, разумеется, не было ничего странного в том, чтобы переодеваться в его присутствии.

— Не такая отличная, как у ученика Фу, который усердно тренируется и может похвастаться восемью кубиками пресса, – Ци Байча оглядел кровать. – Где моя одежда?

— Я вчера постирал ее и повесил сушиться, – ответил Фу Минъе. – Сейчас принесу.

Летнюю одежду носили всего один день, ее нельзя было оставить до следующего дня.

Прошлой ночью Фу Минъе думал о том вопросе, и ему не спалось. Он знал, что это было совпадением. Он тысячи лет спал в своем храме и никуда не выходил, так что он не мог быть тем Ци Е из мира людей.

Но от этой мысли ему становилось еще хуже.

Чача знал имя Ци Е, но это было не из-за него.

Чача думал о другом мужчине.

Даже если бы это был бумажный человечек из учебника истории, Хозяин Злой Бог все равно бы очень ревновал.

Ревнивый бог был таким неразумным.

Хозяин Злой Бог не мог уснуть, ему было очень скучно и очень тоскливо.

Как только Хозяин Злой Бог начинал скучать, ему хотелось чем-нибудь заняться, причем чем-нибудь необычным.

Поэтому он встал и перестирал всю одежду Ци Байча.

Постирав, он почувствовал, что стал на шаг ближе к праведности.

Десять секунд спустя Фу Минъе подошел к нему, держа в руках мокрую вещь:

— О нет, кажется, она еще не высохла.

Вещь можно было выжать, но пол от этого стал мокрым. Теперь им предстояло еще и вытирать пол.

— …Ты что, думал, что от лунного света одежда высохнет, господин Фу? – спросил Ци Байча.

Лишенный жизненного опыта и здравого смысла, господин Фу три секунды молчал:

— А разве нет?

Одежда бога не могла быть испачкана ворсинками или пылью, и даже если она пачкалась, ее можно было очистить магией. Он мало что знал о том, как люди сушат одежду.

Да и видел он это впервые. Самому богатому человеку не нужно было стирать свою одежду.

Ци Байча: «…» На самом деле, это было неудивительно.

В конце концов, это был тот самый господин Фу, который однажды так готовил на кухне, что соседи вызвали полицию.

— Ты встал стирать, пока я спал?

Это было совсем не похоже на господина Фу. Он никогда не занимался домашними делами.

Конечно, Ци Байча тоже не особо утруждал себя домашними делами, разве что готовил. У них были домработники, которые занимались этим.

— Не стоит благодарности, это мой долг, – ответил Фу Минъе.

— И во что же мне сегодня одеться? – спросил Ци Байча.

— В мою одежду, – невозмутимо ответил Фу Минъе.

Ци Байча аплодировал этой замечательной идее:

— Отлично, тогда вся страна узнает, что ты вчера вечером принудил меня к сексу за роль. – Их стили одежды были совершенно разными.

Прим. пер.: В индустрии развлечений было распространено явление, когда актеры, режиссеры, продюсеры и другие влиятельные люди вступали в сексуальные отношения с начинающими актерами в обмен на роли.

— …Это точно, – Фу Минъе достал телефон. – Я позвоню, чтобы мне привезли одежду.

Ци Байча молча подавился воздухом.

Закончив звонок, Фу Минъе обернулся и увидел, что Ци Байча снова завернулся в одеяло. Он укутался с ног до головы, оставив на поверхности только голову.

— Тебе не жарко? – засмеялся он.

— Я голый, – осторожно ответил Ци Байча. – На короткое время переодеться перед господином Фу было нормально. Но находиться с ним в одной комнате, когда он одет, а ты – нет, было очень опасно.

От этого ему на ум сразу же пришло одно событие из прошлого.

Ци Байча не мог не чувствовать… что Фу Минъе отличался от обычных людей.

В большинстве случаев он был очень нежным и очень заботливым. И в постели, и вне ее он был очень внимательным любовником.

Вот только иногда, когда его любовь достигала пика, Ци Байча чувствовал, что Фу Минъе что-то сдерживает.

Фу Минъе любил все контролировать и доминировать, он даже был немного собственником. Ци Байча чувствовал, что господин Фу много раз хотел оставить на нем свои вечные метки, заявить на него свои права, но в итоге ему не хватило духу заставить его пролить хоть каплю крови.

Он был как хищный зверь, который осторожно прячет когти и клыки, чтобы поцеловать свою нежную и хрупкую розу.

Ци Байча изучил много информации и узнал, что некоторые люди от природы любят контролировать и имеют особые пристрастия. Может быть, господин Фу был одним из них?

Может быть, он просто боялся его обидеть, поэтому и не решался заговорить об этом?

Он не хотел, чтобы господин Фу сдерживал себя ради него. Бог пережил так много потрясений и невзгод, что немного поиграть с господином Фу не повредит.

Поэтому он изо всех сил старался соблазнить вернувшегося с работы и одетого в костюм господина Фу, оставаясь голым, потому что слышал, что таким образом можно удовлетворить желание мужчины контролировать.

В итоге господин Фу обезумел, как никогда раньше.

Конечно, Ци Байча в итоге очень устал, но это было все.

Он просто не мог понять, почему у него, бога, была такая плохая выносливость, когда дело касалось подобных вещей.

В тот раз злой бог чуть не показал свое истинное лицо. Прекрасный и соблазнительный Ци Байча был слишком способен пробудить темную сторону злого бога, заставляя его игнорировать крики и мольбы юноши, безжалостно овладевая им.

Но Ци Байча не плакал и не умолял. Он первым заметил, как все тело Фу Минъе покрылось пятнами, и пришел в ужас, обнимая его и виновато утешая.

В конце концов, он все же не смог довести дело до конца.

Он слишком сильно его любил, и даже тьма его истинной сущности не могла затмить его жалость, он не мог причинить ему боль.

Бесчисленные миры, бесчисленные злые боги, и Ци Е имел честь быть самым жалким из них.

Возможно, он мог бы занять место бога любви; возможно, он стал бы самым выдающимся богом любви.

———

Одежду доставили быстро, и Фу Минъе протянул ее Ци Байче:

— Держи.

Ци Байча откинул одеяло, надел футболку и штаны, а потом обнаружил, что носков нет.

— Где носки? – спросил он.

— Лето на дворе, носи босоножки. Какие еще носки?

Ци Байча с легким отвращением посмотрел на ступеньки двухъярусной кровати.

Он был немного брезглив. Он не знал, сколько людей прошлись по этим ступенькам в своей обуви, поэтому ему совсем не хотелось наступать на них босыми ногами.

Фу Минъе сразу понял, о чем он думает, и засмеялся:

— Ну и чистюля же ты.

— А кто просил тебя обо мне заботиться? – отозвался Ци Байча.

— Я просто хочу о тебе заботиться, – Фу Минъе раскинул руки. – Прыгай, я тебя поймаю.

— Ты уверен, что поймаешь меня? А то еще руку сломаешь, – с сомнением произнес Ци Байча.

— Не стоит недооценивать мой пресс, хорошо? Давай же, даже если мы упадем, я возьму вину на себя, – Фу Минъе вызывающе выставил вперед подбородок.

Ци Байча поджал губы и, решив, что с такой высоты падение вряд ли навредит господину Фу, взял и спрыгнул вниз.

Он крепко ухватился за шею Фу Минъе, обхватив его за талию ногами, практически всем своим весом он опирался на его тело.

Фу Минъе без труда обнял его и даже поддразнил:

— Учитель Ци, я же говорил вам есть побольше мяса, а вы все равно такой худой.

Прим. пер.: В этом разговоре Фу Минъе обращается к Ци Байча «учитель» (лаоши).

Ци Байча поставил ноги на обувь Фу Минъе.

— Ой… Учитель Ци, зачем вы наступаете мне на ногу?

— Ты сделал пол мокрым, куда мне еще было наступать?

— Хорошо-хорошо, – Фу Минъе улыбнулся и посадил Ци Байча на нижнюю койку. – Я сейчас принесу вам тапочки.

— Не двигайся, я сейчас вытру пол.

Ци Байча сидел, скрестив ноги, на кровати Фу Минъе, наблюдая за тем, как тот суетится.

Он не заметил, как улыбка на его лице погасла.

Он был счастлив, но в то же время и немного грустил.

Он хотел, чтобы господин Фу заботился о нем всю жизнь.

Он думал, что в этой жизни ему больше никогда не встретить такого человека, как господин Фу, который был бы так добр к нему.

Неважно, что он будет думать тысячи лет спустя, в этот момент его любимым был человек, стоящий перед ним.

http://bllate.org/book/14014/1231909