Готовый перевод Нед (Марвел11): 20

Следующим утром я проснулся от знакомого чувства и автоматически провёл рукой по голове той, что усердно трудилась, пытаясь справиться с моим утренним стояком. В комнате было почти темно, но это не помешало мне перевернуть пискнувшую ночную гостью, прижать её к кровати и без лишних церемоний вогнать в неё свой толстый член.

Она тихо постанывала, ёжась под моим массивным телом, но вскоре приноровилась, обхватила меня ногами и начала подмахивать, насаживая свою узенькую киску на мой член. Я кончил трижды, заставив милую пленницу дрожать в оргазме пять раз, прежде чем за окном забрезжил рассвет. И только тогда я разглядел… Тёмные волосы, растрёпанные после страсти, и серые глаза, которые с наслаждением щурились на меня, ещё не очнувшись от эйфории после хорошего траха. А у меня в тот момент чуть не поседели волосы, прямо как у моего генетического бати.

— Арья? — голос мой звучал хрипло. — Ты что, уже занимаешься сексом?

— Ты ведь сам меня только что трахнул. Конечно, занимаюсь, — она лениво потянулась, улыбаясь.

— Но… откуда ты вообще знаешь, как это делать? — я всё ещё пребывал в шоке.

— Я видела, как папа с мамой это делали, — она игриво склонила голову набок. — А ещё служанки с поваром частенько этим занимаются. И стражники… и горничные… —глаза её сверкнули лукаво. — А ещё вчера ты Сансу трахал, пока она спала. Меня тоже трахал, когда лечил зубы? Это нечестно! Я тоже хочу получать удовольствие.

Я быстро провёл рукой по её животу, магией воды вымывая матку, от чего она вздрогнула и снова кончила.

— Да уж… Нужно было нежнее… — пробормотал я себе под нос.

— Что это было? — её голос дрожал, а пальцы впились в простыни. — Сделай так ещё раз.

— Нам нельзя… мы же брат и сестра, — пробормотал я, пытаясь отстраниться, но её пальцы уже впились в мою кожу.

— Поздно, — прошептала она, прижимаясь губами к моей шее. — Ты уже испортил и Сансу, и меня. Возьми на себя ответственность.

— Нет, я не могу… — я сжал кулаки, чувствуя, как по спине бегут мурашки. — Вам же потом замуж выходить.

— Я выйду за тебя, — заявила она твёрдо, сверкнув глазами, в которых читался вызов.

— Никто не позволит. Отец с ума сойдёт и всех нас зарежет, — привёл я очередной аргумент.

Она задумалась на секунду, затем её губы растянулись в хитрой ухмылке.

— Хм… Ладно, я что-нибудь придумаю, — её рука скользнула вниз, сжимая мой снова твердеющий «кол». — Но ты всё равно не отвертишься.

Чёрт возьми… Гвен и Петра окончательно меня развратили. Я просто не в силах шевельнуть и пальцем, когда мои сестрички так властно обхватывают мой член своими цепкими руками. А вот Арья, забравшись на меня верхом, всласть наскакалась, упиваясь властью надо мной – моим членом и моей покорностью. Она, похоже, вошла во вкус и отпускать мои яйца из своей железной хватки не собиралась. При этом она ещё планирует тащиться вместе со мной, Робертом и Недом в Королевскую Гавань… Чую, скучать мне там точно не придётся.

По дороге из Винтерфелла, вслед за королём Робертом Баратеоном и его шумной семьёй с пёстрой королевской свитой, отправились лорд Эддард Старк, Арья, Санса и её подружка Джейни Пуль. В Винтерфелле остались Робб с матерью, Кейтилин, да младшие – Бран с Риконом. Меня же сопровождал мой оруженосец Рамси – тот ещё ублюдок, но верный – вместе с его двумя любовницами, а также мои две одичалые жены. У одичалых, кстати, с многожёнством проблем нет, как и с тем, что их мужья трахаются с другими женщинами. Главное – чтобы кормил и защищал их да их детей. Мои девки, правда, в защите особо не нуждались: стоило им взять в руки качественные болтонские луки, как они начинали творить с ними такое, что даже Рамси, прищурившись, присвистывал от удивления. Любовницы же Рамси, чувствуя, как на них давят мои жёнушки, тоже выкладывались по полной, демонстрируя всё мастерство тех, кто с рождения не выпускает лук из рук.

Мне, признаться, приходилось объяснять, как малым детям, что можно, а что нельзя – и не только моим одичалым, но и Рамси с его девицами. Да уж… Просто сказать «не делай этого» или «делай так» было мало – приходилось вдаваться в подробности, почему что-то запрещено, а что-то необходимо. И каждый раз это заканчивалось примерно одним и тем же: «Южане вас за это прикончат». Мои лекции о здравом смысле и законах юга привлекли внимание не только моей компании, но и Арьи – что ожидаемо – и, что удивительно, Джоффри. Да-да, тот самый Джоффри Баратеон. Принц задавал вопросы – причём не просто из любопытства, а наводящие, и касались они скорее здравого смысла, чем того, почему за нарушение законов могут убить.

Философская беседа с Джоффри показалась странной не только мне. Рамси, кажется, тоже смекнул, что этот парень – пиздец поехавший, но вместо того чтобы насторожиться, его это лишь позабавило. Он ещё больше загорелся идеей подружиться с Джоффри и со мной. Мы долго рассуждали о том, как правильно подать, что ты вспорол кишки какому-нибудь случайному крестьянину или рыцарю, да так, чтобы в глазах других это выглядело твоим правом и даже прибавило тебе чести. Оправдания, законные поводы для убийства и способы спровоцировать противника, чтобы он сам дал тебе повод его прирезать, пришлись по душе не только Джоффри, но и Рамси с Арьей.

Мои одичалые и любовницы Рамси, однако, были недовольны этим разговором. Они-то, по южным меркам, проходили по разряду безродного быдла и имущества своих мужчин, так что вариантов для самообороны у них было немного – точнее, таких, что не закончились бы для них виселицей. Впрочем, статус имущества благородных сиров давал простор для манёвров. Можно было перевести стрелки на своего защитника: мол, тот, кто хотел их поиметь, во всех смыслах, оскорбляет их господина. А уж они сами могли защищать имя своего господина – или господин мог на законных основаниях прирезать обидчика, сочтя это покушением на свою честь. Я перечислил им кучу поводов для суда чести и поединков, а заодно объяснил, как выставить вместо себя защитника, если не уверен, что сможешь зарубить врага лично.

В общем, тем для разговоров хватало, и это помогло не только Джоффри, но и Рамси с Арьей глубже понять, как мыслят южане. Я сам выудил всё это из уроков нашего мейстера, разговоров со стражниками да книг по законам Семи Королевств. За семнадцать лет в Винтерфелле сложно было не заинтересоваться тем, как бастарду вроде меня не влететь в неприятности из-за неосторожного словца. Да и развлечений в этом мире, кроме книг, бесед и плотских утех, особо-то и нет.

Кстати, о последнем. Арья будто с цепи сорвалась. Узнав, что я могу позаботиться о том, чтобы она не забеременела, она при первой же возможности забиралась на меня и насаживалась на мой член и трахала меня с каким-то диким остервенением. Я даже не подозревал, как сильно мне этого не хватало до сих пор. Мои одичалые, конечно, тоже ненасытные, но они хотя бы понимают, где и когда можно предаваться потрахушкам. Арья же выжимала меня до последней капли, оставляя в голове приятную пустоту, свободную от похотливых мыслей.

Конечно, Нед Старк не мог не заметить, как тесно мы сблизились с Арьей. Однако моя измождённая физиономия и наглая, требовательная мордашка Арьи вряд ли навевали ему мысли о чём-то непристойном. Скорее он подозревал, что Арья втягивает меня в очередную авантюру, а я вынужден следить, чтобы она не свернула себе шею. Ни я, ни Арья не позволяли себе поцелуев или романтических глупостей – это было не в нашем духе. Зато быстрый перепихон в лесочке, пока мы собираем дрова – это как раз то, что надо. Так и вышло, что мы не любовники в привычном смысле, а просто брат и сестра, которые помогают друг другу снять напряжение и потакают самым извращённым фантазиям.

Мои одичалые жёны, разумеется, не могли этого не заметить. Разобравшись, в чём дело, они лишь пожали плечами, пробурчав, что и такое бывает. Ничего нового для них это не открыло – главное, чтобы детей не наплодили, а то выйдут слабые да больные, а значит, обуза. После этого Арья перестала стесняться даже одичалых, и вскоре мы закатывали настоящие групповушки. Две недели мы добирались до Долины – путь был не из лёгких, прямого тракта, как от Стены до Винтерфелла, тут не имелось. Дороги больше походили на узкие горные тропы, где кареты короля едва протискивались между скал. Но в конце концов мы прибыли в какую-то захудалую деревушку. Роберт, громко матерясь, бросился искать некую Мию. Та, завидев его, с широкой улыбкой кинулась обнимать короля, а затем принялась колотить его по пузу, хохоча так, что Роберт покраснел до кончиков ушей.

— Джон! Иди сюда, я тебя кое с кем познакомлю, — крикнул он, помахав рукой.

Оказалось, у Роберта Баратеона был бастард – девчонка, рождённая ещё в те времена, когда он подростком воспитывался в доме Арренов. Мия Стоун, лет двадцати, высокая, синеглазая и черноволосая, как её отец, была плодом подвигов молодого оленя. Выходит, Роберт заделал её где-то в пятнадцать? Ничего себе юношеские свершения.

— Позаботься о ней, Джон, — сказал он, хлопнув меня по плечу.

— Что? — переспросил я, приподняв бровь.

— Ну, она мой бастард. Присмотри за ней, — повторил он и подмигнул.

Я нахмурился, бросив взгляд на Мию. Она стояла, скрестив руки, с надутыми губами и гневно сверлила меня глазами. Но щёки её пылали вовсе не от злости. Неожиданно она шагнула вперёд и, опустившись на одно колено, произнесла:

— Пожалуйста, примите меня в оруженосцы.

— Эм… Ладно, — выдавил я, растерявшись. — Теперь ты мой оруженосец, Мия Стоун.

Это был ёбанный цирк. Женщин обычно не берут в рыцари, но, вспомнив Бриенну Тарт, я решил, что не мне первому ломать традиции. Тем более Рамси – такой же бастард, только узаконенный, да и меня самого Роберт недавно признал. Отказаться от дочери короля в оруженосцах я просто не мог. Очередная придурь Роберта вряд ли сильно удивит высший свет Королевской Гавани.

Мию я тут же отдал на растерзание нашему боевому отряду – лучницам и Арье. Сестричка быстро выбила себе место лидера среди безродных девок и одичалых, её харизма буквально подавляла этих простушек. Мия, выросшая в Долине, тоже знала своё место и радовалась доброму отношению «настоящей благородной леди». Хотя где она разглядела эту благородность в моей маленькой волчице – загадка.

По дороге мне стало скучно, и на привалах я решил заняться делом. Сначала я начал обучать Арью кунг-фу, а потом подключил всех девок и даже Рамси – тот не хотел, чтобы Мия затмила его как главного оруженосца. Выяснилось, что Мия до одури сильна физически и предпочитает кулаки любому оружию. Мои знания кунг-фу – почерпнутые из мира Панды и мира Аватара – перевернули их представление о драке. Вскоре они заучивали простые, но эффективные связки: обезвреживание противника с завершающим ударом. Добивание отрабатывали жестами, а потом уже с кортиками или ножами – кому что больше по душе.

Одичалые, освоив мои простые приёмы, которые позволяли даже женщине одолеть сильных мужчин вроде Рамси, начали чуть ли не обожествлять меня. Они называли меня мужем с искренним восхищением, без тени принуждения на лицах. Затем я перешёл к обучению копью – базовым движениям: укол, рассечение, удар древком. После того как они отработали их до автоматизма, я решил сломать им мозг – что оказалось проще простого, ведь они были незамысловатыми девушками. В итоге они стали ощущать копьё как продолжение своего тела, не задумываясь перенося на него те же движения, что раньше выполняли руками и ногами в ближнем бою: подножки, удары пяткой или остриём по уязвимым точкам, блоки, толчки. Оружие превратилось для них в естественное продолжение конечностей, позволяющее держать врага на средней дистанции.

После копья девушки взялись за меч. Тут даже Джоффри решил присоединиться, хотя у него не было базы ни в рукопашке, ни в копейном бою. Пришлось тренировать его по отдельной программе, отчего Джейме Ланнистер брезгливо морщился, наблюдая за нами. Но однажды он подошёл ко мне и, бросив меч к моим ногам, сказал:

— Давай посмотрим, чего стоят твои навыки мечника.

Я приподнял бровь, но подобрал клинок. До этого я орудовал только молотом, и все, естественно, сомневались, что я умею обращаться с мечом. Однако, как я уже говорил, достаточно сломать мозг – и любое оружие станет продолжением твоего тела. Есть ещё более глубокий уровень: когда твоё сердце сливается с оружием. Это значит, что ты так досконально освоил его, что уже не задумываешься, может ли оно резать, колоть, рубить или дробить. Ты делал это тысячи раз, и оно стало частью твоей натуры, рефлексом, как дыхание.

Взмахнув мечом пару раз, чтобы оценить его вес и длину, я встал в стойку. Наш небольшой караван – стражники, королевская семья, все – собрались в кольцо, наблюдая за нами. Роберт Баратеон, тут же влезший в роль судьи, махнул рогом с вином и гаркнул:

— Начинайте!

Джейме ринулся в атаку с яростным напором, но я ответил техникой, совершенно чуждой этому миру. Широкими замахами я парировал его выпады, вертясь вокруг него, словно юла. Он видел в моей стойке кучу брешей, но стоило ему приблизиться – я отступал, а когда он пытался прорваться – натыкался на мельницу моих ударов. Джейме старался сжаться, прикрывая тело мечом, а я, почти двухметровый, размахивал метровым клинком на вытянутой руке, двигая лишь кистью. При этом сила моих ударов сшибала его меч, ломая ритм и связки.

Я даже поворачивался к нему спиной, крутясь вокруг себя, но клинок в моих руках, словно живой, проносился над головой и за спиной, отражая все его уколы – будто у меня были глаза на затылке. В конце концов Джейме выдохся. На этот раз у меня не было причин его щадить, и я просто приставил кончик меча к его подбородку. Все замерли. Джейме сглотнул и, глядя на меня, спросил:

— Что это за школа фехтования?

— Это не школа, — ответил я, слегка усмехнувшись. — Это философия жизни. Я не разделяю себя и оружие. Оно – продолжение моего тела. Неважно, лук это, меч, молот или копьё – они сливаются со мной. Я в совершенстве знаю своё тело и оружие, а значит, понимаю тело и оружие противника. Даже спиной к нему я вижу, куда он ударит, и просто отражаю. Этому я и учу своих оруженосцев.

Джейме кивнул, задумчиво потирая подбородок, а Роберт разразился громким хохотом. Ланнистер ушёл с отрешённым видом, но не прошло и недели, как он вернулся с просьбой обучить его рукопашному бою. Мудрое решение – переучивать его как мечника было бы бесполезно, а вот в бою без оружия он быстро уловил суть контроля дистанции и чтения окружения. Вдохновившись примером Пиандао, который учил Сокку мастерству меча через рисование пейзажей, я заставил всех – включая Арью и Джоффри – рисовать горы Долины Аррен по памяти. Джейме сам взял уголь и бумагу, пытаясь набросать то, что видел за спиной.

Меньше чем через месяц мы добрались до Чаячьего города в Долине, откуда отправились в Королевскую Гавань на корабле. Могли бы отплыть ещё с Севера, но, похоже, Роберт давно задумал прихватить с собой Мию.

Зачем он вообще свёл меня со своим бастардом? Да всё просто: старый боров видит во мне своё отражение, а в Мие, похоже, разглядел Лианну Старк. Роберт Баратеон, этот потрёпанный жизнью кабан, явно пытался хотя бы так закрыть свои старые счёты с прошлой любовью. Если не он сам, то пусть хоть его потомок да потомок Неда Старка должны потрахаться…

Мия оказалась девкой решительной, и я, несмотря на свой лишний вес, ей явно приглянулся. Через три дня на корабле она подкараулила меня в каюте. Ворвалась, сбросила одежду с плеч и замерла, глядя на меня с вызовом. Запашок от наших тел, пропитанных морской солью и потом, стоял тот ещё – пришлось для начала схватить тряпку и как следует отмыть её голое тело, а заодно и себя. Бесстыже используя магию воды, я превратил это в маленькую игру. Мия, растерявшая было весь пыл, под моими руками снова завелась – я хорошенько её раздразнил, и вскоре она уже оседлала меня, усевшись верхом.

— Я не дева, — выдохнула она, чуть нахмурив брови. — Меня однажды похитили горцы из кланов Долины. Два дня насиловали, но я прирезала их, когда они напились и уснули у костра, а потом сбежала.

— Неважно, — ответил я, глядя ей в глаза. — Главное, что это ты.

С этими словами я перехватил инициативу, подмял её под себя и принялся за дело. Эта девушка с подточенной самооценкой заслуживала почувствовать себя желанной. Я наполнил её до краёв, но тут же применил магию воды, чтобы всё вычистить – свои бастарды мне пока ни к чему. А вот то, что в животе Серсеи уже третий месяц зреет мой пузожитель… Ну, тут сложнее. За пару дней до этого её успели отведать и Роберт, и Джейме, так что подкопаться ко мне будет непросто. Если у мелкого окажутся чёрные волосы – все спишут на Роберта. А вот если серые глаза… Тогда придётся строить невинную рожу и включать дурачка.

http://bllate.org/book/13946/1228250