Готовый перевод My Boyfriend Thinks I’m a Fragile Little Flower / Мой парень думает, что я хрупкий цветочек [❤️] ✅: Глава 42: Ты действительно вернулся

После «санкций» Гу Юйфэн присмирел и несколько дней не решался дразнить Се Цы, боясь, что тот внезапно опять «сорвётся».

Се Цы наслаждался тишиной. Вид Гу Юйфэна, который поджал хвост и вёл себя тише воды, ниже травы, показался ему довольно забавным.

В среду утром Фан Сыцзэ принёс из учительской несколько стопок тестов, чтобы раздать старостам по предметам.

— Лао Чжан куда пропал? — спросил он.

Цзян Чэньюй, прислонившись к подоконнику рядом с Се Цы, отозвался:

— Пошёл завтрак отнести. Оставь на его месте, скоро должен вернуться.

— Завтрак отнести? — машинально переспросил Гу Юйфэн.

Цзян Чэньюй оживился и понизил голос:

— Своей девушке! Обычно не разрешает нам говорить об этом. Часто носит ей завтраки и вкусняшки, раньше даже вместе в школу и из школы ходили. Но теперь живём в общежитии, да и тренировки каждый день, в последнее время реже видятся.

Гу Юйфэн:

— Зачем носить завтрак? Его девушка не может сама поесть?

— Романтика же! — Цзян Чэньюй произнёс это как нечто само собой разумеющееся. — Разве не чувствуешь, что носить завтрак любимому человеку — это же счастье?

Гу Юйфэн не понимал:

— Не чувствую. Зачем кого-то утруждать из-за завтрака? Где тут романтика?

Цзян Чэньюй выпрямился и внимательно оглядел его:

— Лао Чжан вечно говорит, что я бестолковый в этих делах. По-моему, у тебя, лао Гу, симптомы куда серьёзнее моих.

Се Цы, разбирая принесённые Фан Сыцзэ задачи по математике и записывая решение на черновике, едва не рассмеялся, услышав это.

Мышление Гу Юйфэна было полностью взрослым, он, естественно, не мог прочувствовать смутную влюблённость старшеклассников. К тому же сам Гу Юйфэн был человеком крайне рациональным, его взгляд на любовь был обусловленным и сдержанным: всё, что он считал «бесполезным», он и не собирался делать.

Вторым уроком была математика. Сян Хайбинь радостно вошёл в класс, шлёпнул методичку на кафедру и обратился ко всем:

— Перед уроком скажу кое-что.

У всех похолодело внутри — подумали, что сейчас объявят о внеплановой контрольной. Старик проделывал такое уже не раз.

Сян Хайбинь:

— Результаты математической олимпиады уже известны. В нашем классе два победителя первой степени. Один — Фан Сыцзэ, а второй... Се Цы.

Все с недоверием уставились на задние парты. Фан Сыцзэ, взявший первую степень, никого не удивил, но никто не думал, что Се Цы так крут — два года провалял дурака, а всё равно сохранил такой уровень!

Предыдущие контрольные, промежуточные и семестровые экзамены — это были этапные проверки. Если хорошо подготовиться к конкретному периоду, результаты не будут плохими. Но математическая олимпиада — это совсем другое дело. Её ценность несравнима с этапными экзаменами. Объём охватываемых тем просто огромен. Если бы можно было запросто потренироваться месяц-другой и взять первую степень, то у них весь класс был бы победителями.

— Ууууу!.. — Цзян Чэньюй и компания начали скандировать и веселиться, весь класс подхватил аплодисменты.

Редкий случай — Сян Хайбинь не стал их останавливать. Сложив руки за спину, он улыбался во весь рот, покрываясь морщинками.

— Может, у вас есть советы или опыт, которыми поделитесь с другими учениками? Се Цы... Ладно, тебе не надо. Фан Сыцзэ, выходи.

Се Цы: «...»

Гу Юйфэн повернулся к нему:

— Моему соседу по парте досталась первая степень на уровне провинции. Должен ли я как-то отметить это?

Се Цы:

— Снова хочешь меня страстно поцеловать?

Гу Юйфэн: «...»

Вспоминая, как Се Цы его обыграл в тот день в забегаловке «Лао Ли», Гу Юйфэн неизменно ощущал горечь поражения.

В прошлой жизни он так и не одержал над ним верх. Теперь его бывший муж — всего лишь семнадцатилетний юнец, а он всё равно не может победить.

— Ладно, признаю, ты меня переиграл, — сдавленно произнёс Гу Юйфэн. — Чего хочешь в награду?

Се Цы серьёзно подумал:

— Давно не ел сяолунбао из «Фуцзи».

Гу Юйфэн:

— ...И это всё? Даю тебе шанс меня обвести вокруг пальца, а ты так не ценишь его.

Се Цы лениво посмотрел на него:

— Сначала купи, а потом говори.

Вспомнив, что Се Цы упоминал, как трудно достать эти сяолунбао из-за ажиотажа, Гу Юйфэн пренебрежительно фыркнул:

— Завтра утром куплю. Даже если придётся ночью перелезть через стену и встать в очередь, я исполню твоё скромное желание.

В итоге в тот же день после обеда Гу Юйфэн получил срочный звонок и экстренно улетел обратно в страну D.

Новость о том, что Се Цы взял первую премию на математической олимпиаде, быстро разнеслась по школе. Некоторые официальные городские СМИ посвятили этому событию развёрнутые репортажи. В одночасье снова всплыли его блистательные достижения времён средней школы.

Имя Се Цы после двух лет забвения триумфально вернулось, вновь появившись в новостях основных СМИ. На этот раз все материалы были исключительно позитивными.

***

Пятница, после обеда. Кабинет Сян Хайбиня.

Се Цянь сидел за столом для совещаний, слегка нервничая, с оттенком беспокойства.

Получив внезапный звонок от классного руководителя, он бросил все дела и срочно примчался.

Сян Хайбинь налил горячей воды и поставил стакан перед Се Цянем, усаживаясь рядом:

— Сегодня я позвал вас, чтобы поговорить об учёбе сяо Се.

Услышав это, Се Цянь вспомнил недавний поход Се Цы с одноклассниками в караоке, его прошлую тяжёлую жизнь в доме Е Юйжоу и заброшенную учёбу. Он решил, что сына снова отчитали в школе, и поспешно сказал:

— Учитель Сян, я не стану заставлять его учиться силой. Какими бы ни были оценки сяо Цы, я хочу, чтобы он следовал зову сердца и делал то, что любит.

Сян Хайбиня эти слова ошарашили. Он подумал, что перед ним очередной персонаж вроде Е Юйжоу — на словах «всё пустяки» и «ничего не поделаешь», а на деле — стремление довести ребёнка до деградации.

Однако, пообщавшись, Сян Хайбинь понял: этот легкомысленный отец искренне так считает.

— Он же всего лишь старшеклассник! Какое у него может быть чувство меры? В этом возрасте так легко сбиться с пути. Вы, как родитель, просто обязаны держать руль и прокладывать курс его жизни! — возразил учитель.

Се Цянь принял серьёзный вид, его голос стал низким и твёрдым:

— Я с детства знал, чего хочу. Уверен, он тоже прекрасно понимает себя. Даже если собьётся с пути — лишь бы не делал ничего опасного, а я смогу обеспечивать его всю жизнь.

Сян Хайбинь лишь развёл руками, ошарашенный.

«Может, не так уж плохо, что Се Цы вырос не с этим родным отцом», — мелькнуло у него в голове.

Стопроцентная вседозволенность и доверие — палка о двух концах. По его мнению, воспитывать нужно строго, а когда требуется — и жёстко пресекать.

Сян Хайбинь свернул с темы воспитания и перешёл к сути:

— Сяо Се, возможно, вам не говорил. На всех последних этапных контрольных он занял первое место в параллели. И только что взял первую степень на провинциальной математической олимпиаде.

Теперь опешил Се Цянь. Он застыл, не в силах прийти в себя:

— Я... я не слышал от него об этом.

— Он не из тех, кто будет хвастаться каждым успехом. Я так и думал, что вы не в курсе, — продолжил Сян Хайбинь. — Его успеваемость стабильно растёт, состояние отличное. Поэтому я не хочу, чтобы какие-либо негативные факторы мешали его учёбе.

Се Цянь уловил подтекст и с недоумением спросил:

— Кто-то ему мешает?

Сян Хайбинь подробно рассказал ему, как Е Юйжоу неоднократно приходила в школу и караулила у ворот.

— Это проблемы взрослых. Нельзя позволять ребёнку с ними сталкиваться.

Чем больше слушал Се Цянь, тем мрачнее становилось его лицо:

— Спасибо, что предупредили. Я разберусь.

После уроков, едва Се Цы вышел из класса, он увидел Се Цяня, стоявшего в дальнем конце коридора в ожидании.

— Зачем приехал? — Се Цы ускорил шаг, направляясь к нему.

— Меня вызывал твой классный руководитель, — Се Цянь пошёл с ним вниз по лестнице, кратко пересказав суть разговора. На его лице мелькнула редкая улыбка. — Призовое место на математической олимпиаде так просто не возьмёшь. Куда сильнее меня в своё время.

Се Цы впервые услышал от него что-то о собственном детстве и спросил, подхватывая тему:

— Ты тоже участвовал в старших классах?

Се Цянь:

— Участвовал в математической лиге. Взял третью степень.

Они шли и разговаривали, привлекая взгляды проходящих мимо учеников.

Се Цы в последнее время был главной темой школьных сплетен, а появление рядом с ним видного немолодого мужчины лишь усилило интерес.

Мужчина был примерно одного роста с Се Цы, с длинными волосами и бородой. В их чертах лица угадывалось сходство, и многие тут же предположили, что это, вероятно, отец Се Цы.

Чжан Жочуань и ещё несколько ребят шли за ними к школьным воротам, по пути слыша обрывки обсуждений Се Цяня.

— Не ожидал, что папаша Се Цы такой богемный. Думал, будет более брутальный тип.

— Разве раньше не говорили, что его отец — тунеядец, околачивающийся по улицам? По одежде и правда не похож на офисного работника.

— Кто на работу ходит в хлопковых тапочках на многослойной подошве? Выглядят довольно... потрёпанно.

— Наверное, потому что денег не было, ребёнка и пришлось отдать родственникам на воспитание?

У ворот Фан Сыцзэ и Цзян Чэньюй попрощались и сели в машины, присланные за ними их семьями.

Се Цы взглянул на Чжан Жочуаня:

— За тобой никто не приехал? Подвезу.

Чжан Жочуань замер с ним у обочины, когда к ним подкатил знакомый Maybach. Его глаза постепенно округлились.

Так вот чья это была машина, стоявшая во дворе в Фаньхуали тогда?! Папаши лао Се?!

Се Цы открыл дверь заднего сиденья и кивнул ему:

— Садись.

Окружающие ученики остолбенели.

Maybach в качестве машины, чтобы довезти из школы до дома?! Что это за семья такая?!

— Разве не говорили, что у Се Цы трудное материальное положение? — тихо поинтересовался один ученик.

Стоявший рядом внезапно «прозрел»:

— Его папины потрёпанные тапочки — наверняка новинка от-кутюр от дома XX! Так и знал, что в них столько дизайнерской мысли! Вау, просто ультрамодно!

Остальные покосились на него: «…»

Минуту назад ты говорил совсем иное.

Се Цянь заказал столик в дорогом ресторане, настояв на праздновании успеха сына.

В воскресенье в полдень отец с сыном прибыли в ресторан точно ко времени. Официант провёл их к столику у панорамного окна, откуда вдали виднелась знаковая старая часовая башня.

Се Цы на мгновение завис.

В день своего перерождения он и представить не мог, что когда-нибудь сможет вот так спокойно сидеть за столом с Се Цянем. Он также был уверен, что в этой жизни больше не встретит Гу Юйфэна.

Но даже встретив юного Гу Юйфэна, он понимал: пустота оставалась пустотой. Никто, кроме того самого человека, не мог её заполнить. Или, вернее, вид юного Гу Юйфэна лишь усиливало его тоску по тому Гу Юйфэну, что был рядом с ним пять лет.

Это чувство — быть так близко, но отделённым разрывом в два перерождения, невозможность прикоснуться, невозможность выговориться — изматывало его.

Вспомнив о своих догадках насчёт личности Гу Юйфэна, Се Цы достал телефон и включил экран. Никаких новых уведомлений, кроме сообщений в групповых чатах.

Сидя напротив, Се Цянь наблюдал, как сын безупречно соблюдает столовый этикет, держится спокойно и уверенно. Он был доволен. Заметив, что тот то и дело поглядывает на телефон, он спросил:

— Что-то срочное?

Се Цы убрал телефон, положив его экраном вниз:

— Нет.

Сообщение, отправленное Гу Юйфэну прошлым вечером, до сих пор оставалось без ответа. Похоже, тот был действительно занят.

Се Цянь:

— Есть что-то, что ты хочешь?

Се Цы: «…»

И снова этот вопрос.

Пару дней назад его об этом спрашивал Гу Юйфэн.

Неужели этот парень и правда воспринимает его как сына?

Се Цы хотел ответить, что ничего не нужно, но побоялся, что этот ранимый старик снова начнёт накручивать себя. Он просто назвал наугад название книги.

— Какое совпадение, — услышав это, Се Цы увидел, как к их столику подошёл мужчина в костюме. Им оказался Се Чэн из семьи Се.

С кем это он здоровается?

В следующее мгновение Се Цы краем глаза заметил, как рука его отца, Се Цяня, лежавшая на столе, резко сжалась в кулак. Его взгляд, устремлённый на Се Чэна, был ледяным.

Се Чэн скользнул взглядом по Се Цы и обратился к Се Цяню:

— Давно не виделись. Как дела? Почему не отвечаешь на мои сообщения?

Се Цянь проигнорировал его. Он взял пиджак и поднялся, сказав сидевшему напротив сыну:

— Сяо Цы, пойдём.

— Ты по-прежнему так любишь этот ресторан, — произнёс Се Чэн, преграждая путь Се Цяню. Он посмотрел на Се Цы. — Этот парень — твой сын? Уже такой взрослый. Почему я никогда о нём не слышал?

— Ты когда-нибудь кончишь?! — Се Цянь, стоило ему заговорить о Се Цы, вдруг вышел из себя. Он вцепился в галстук Се Чэна. — Я отказался от всего! Я не имею с вами ничего общего! Зачем ты меня преследуешь?! Ты не отстанешь до тех пор, пока мы все не умрём?!

Не только Се Чэн, но и Се Цы был шокирован. Он вскочил, чтобы успокоить отца:

— Папа, успокойся.

Се Цянь швырнул пиджак и с силой прижал Се Чэна к столу, истерично крича:

— Чего вы от меня хотите?! Говори!

Се Чэн неловко плюхнулся на стол, тоже разозлившись:

— Ты что, рехнулся?! Отпусти!

Тарелка соскользнула на пол, громко зазвенев.

Шум привлёк внимание остальных посетителей ресторана. Менеджер хотел подойти разобраться, но его остановили люди Се Чэна.

Лицо Се Цяня исказила ярость, голос стал пронзительным:

— Хватит слать мне сообщения! Хватит появляться передо мной! Сколько раз я должен это повторять?!

Се Чэн, схватив руку Се Цяня, ответил жёстко:

— Неужели это необходимо?! Сколько лет прошло, а ты всё не можешь отпустить?!

Се Цянь сжал руки ещё сильнее:

— Ты, преступник, какое право имеешь требовать, чтобы я отпустил?!

Се Цы заметил, как руки отца слегка дрожат. Он понял — дальше бездействовать нельзя. Отец недавно лишь немного поправился после болезни, и вот снова такой стресс.

— Папа! — Се Цы оттащил Се Цяня. — Незачем злиться из-за какого-то постороннего прохожего.

— Посторонний? Прохожий? — Се Чэн с раздражением поправил сдвинутый галстук и мрачно уставился на Се Цяня. — Разве мы посторонние люди?

Сердце Се Цы ёкнуло, его взгляд потемнел.

Се Чэн не стал говорить прямо из-за собравшихся зевак, но Се Цы уже практически всё понял.

Многие вещи оставляли следы. Возможно, тогда они не казались значимыми, но все детали, собранные вместе, вели лишь к одному выводу.

Се Цы вспомнил, как во время группового этапа соревнований Гу Юйфэн сказал, что Се Цзиньлинь чем-то похож на него. Это укрепило его догадку.

— Господин Се, — Се Цы встал между отцом и Се Чэном, холодно глядя на последнего. — Сначала переведите причитающуюся моему отцу долю активов на его имя. А уж потом пытайтесь налаживать связи. Иначе все ваши действия будут расценены как преследование. Я могу вызвать полицию.

Се Чэн помрачнел:

— Как ты разговариваешь со старшим?!

Се Цы:

— Если уж цепляться к родству, то я твой предок. Почему не падаешь ниц и не кланяешься?

— Ты!.. — начал было Се Чэн, но Се Цы прервал его:

— Мой отец вас ненавидит. Это очевидно. Если вы не прирождённый подлец, постарайтесь контролировать свои слова и поступки. Не беспокойте его больше.

Не дав Се Чэну ответить, Се Цы поднял пиджак с пола и увёл Се Цяня.

Опасаясь, что нестабильное состояние отца помешает вождению, Се Цы поймал такси на улице.

Всю дорогу до мастерской царило молчание. Се Цы жестом велел Сяо Фан быть рядом с потрясённым отцом, а сам пошёл на кухню, сварил кофе и поставил чашку перед ним:

— Немного отошёл?

В его памяти Се Цянь был немногословным и сдержанным. Лишь однажды, во время конфронтации с Е Юйжоу и её мужем в Фаньхуали, он видел его столь эмоциональным. Но сегодняшняя ярость превзошла все предположения Се Цы.

— Прости, что ты видел такое, — пробормотал Се Цянь, машинально гладя Сяо Фан по голове. — Сегодня должен был быть твой праздник... а я всё испортил.

— Мы поели, полюбовались видом. Ты прекрасно всё организовал. А что касается встречи с бешеным псом... — Се Цы откинулся на спинку дивана, отхлебнув кофе, — ...разве можно предугадать, когда тварь кинется? Если злишься — дай пинка. Избей хорошенько — в следующий раз не залает.

Се Цянь поднял на него взгляд, словно хотел что-то сказать, но не решался.

Се Цы промолчал, давая ему время собраться с мыслями.

Помолчав долго, Се Цянь тихо произнёс:

— Если он придёт в школу и станет тебя донимать — сразу скажи мне. И... не приближайся к нему. Что бы он ни говорил — не верь.

Се Цы:

— Хорошо.

Се Цы просидел с отцом весь вечер, дожидаясь, пока тот полностью успокоится. Лишь затем он собрал вещи, чтобы вернуться в школу.

Тем временем Се Чэн, хмурый, покинул ресторан. В машине, придя в себя, он вновь и вновь прокручивал в голове три свои встречи с Се Цы. Картина начала проясняться.

Потеря кланом Се проекта технопарка, неожиданный взлёт рыночной стоимости картин старшего брата, Се Цяня — всё было связано с этим юнцом.

Всего лишь подросток, а уже превращал всех в пешки, играя ими, как кукловод.

Се Чэн сказал секретарю, севшему в машину следом:

— Займись расследованием этого парня. И историю о том, как Лэй Цилян заполучил проект. Найди способ слить информацию Гу Юнняню.

Секретарь кивнул:

— Принято.

***

Четыре часа дня. Се Цы вернулся в общежитие.

Было ещё рано. Обычно Чжан Жочуань и другие приезжали к самому началу вечерних занятий.

Он ожидал, что комната пустует. Каково же было его удивление, когда, открыв дверь, он увидел свою кровать — одеяло было вздуто, под ним явно кто-то спал.

Се Цы положил рюкзак на стол, наклонился, чтобы разглядеть лицо, наполовину скрытое одеялом. Это был Гу Юйфэн.

— Вернулся — и даже не сообщил? Я бы встретил в выходные, — тихо сказал он.

Но спящий не реагировал. Кожа его была красной, на лбу выступила испарина. Се Цы тронул лоб — обжигающе горячий.

— Лао Гу? — Се Цы сел на край кровати, легонько потряс Гу Юйфэна за плечо. Тот лишь слабо дрогнул ресницами, не просыпаясь.

Се Цы нахмурился. Он откинул со лба Гу Юйфэна пряди волос, слипшиеся от пота, наклонился ближе и осторожно позвал:

— Юйфэн?

Глаза лежащего на кровати юноши дрогнули. Казалось, потребовались невероятные усилия, чтобы их открыть. Взгляд блуждал без фокуса, пока не нашёл Се Цы.

— Се Цы? — голос Гу Юйфэна был хриплым от сна и тяжёлого дыхания.

— У тебя жар... — начал Се Цы.

Не закончив фразу, он почувствовал, как Гу Юйфэн внезапно обвил его руками, прижался лицом к плечу, сжал в объятиях изо всех сил.

В груди Се Цы неожиданно сжалось. Острая, как иглы боль пронзила его, дойдя до онемения в кончиках пальцев.

— Голова раскалывается… — Гу Юйфэн уткнулся лицом в его шею, голос был невнятным.

Человек в его объятиях пылал, как печь. Се Цы невольно вспомнил ту ночь из прошлой жизни: этот человек был точно таким же горячим, бредил от жара, но всё равно своевольно терзал его, а его смертельная хватка за шею тогда словно грозила утащить за собой в могилу.

Даже в нежности он был свиреп, редко позволяя себе вот так покорно прижиматься к нему, как сейчас.

Прикосновение к шее обжигало. Пальцы Се Цы дрогнули, и он обнял его крепче:

— Лекарства принимал?

Гу Юйфэн прижимался к его шее, глаза закрыты, наполовину во сне. Слова выходили еле слышно:

— Принимал.

Се Цы усомнился в правдивости. Он оглядел тумбочку и стол — лекарств нигде не было.

— Где ты их принимал? И как ты вообще один добрался до общежития? — тихо спросил он.

Внезапно он почувствовал, как тело в его объятиях напряглось. Гу Юйфэн поднял голову и уставился на него, словно пытаясь что-то разглядеть.

После мимолётного зрительного контакта взгляд Гу Юйфэна опустился, не в силах скрыть разочарование. Он оттолкнул Се Цы, снова лёг на кровать, будто пытаясь избежать неуместной близости. Рука прикрыла глаза, он отвернулся к стене.

Се Цы с опозданием осознал: он упомянул «общежитие», и это вернуло парня в реальность.

— Вечером всё равно на занятия, вот и приехал сразу в школу, — голос Гу Юйфэна был ровным, все эмоции спрятаны. Он убрал руку с лица, выражение уже обычное. — Наверх забраться сил нет. Одолжи свою кровать.

Се Цы заметил эту перемену, но сделал вид, что не придал значения:

— Только вернулся, и уже в таком состоянии? Что случилось?

Гу Юйфэн раздражённо потёр виски:

— Последние дни почти не спал.

Видя его измождённость, Се Цы не стал допытываться. Он принёс таз с холодной водой, обтёр его от пота, затем сменил воду, отжал полотенце и положил ему на лоб. Потом сбегал к школьным воротам, купил жаропонижающее, охлаждающие пластыри и лёгкий рисовый отвар.

Гу Юйфэн есть не хотел.

— Не хочешь с ложки — значит, хочешь, чтобы я покормил изо рта? — Се Цы отвёл ложку от его губ и сделал вид, что хочет отправить её в свой рот.

— Ладно! Буду есть! — Гу Юйфэн, опираясь на руку, с трудом приподнялся, бормоча ругательства. — Такого наглеца я ещё не встречал. Просто нет слов.

Се Цы смотрел на его жалкий вид — и жалость, и смех разбирали.

— Себя-то ты оцениваешь точно.

— В отличие от некоторых, кто заявляет «не люблю людей», а сам клюёт на первую же приманку.

Гу Юйфэн взял пиалу с отваром и заставил себя съесть несколько ложек. Вкус оказался неплохим, и он съел больше половины, прежде чем вернуть Се Цы.

Се Цы вытер рисинку, прилипшую к уголку его губ. Поймав взгляд Гу Юйфэна, он намеренно поднёс палец ко рту и слизнул её.

Гу Юйфэн схватил его за запястье, но было поздно:

— Ты что, с ума сошёл?!

— Фраза «не люблю людей» — просто отговорка для тех, кто признаётся в чувствах. Ты что, правда поверил? — Се Цы опёрся рукой о кровать рядом с ним, приближаясь. — А я, между прочим, падаю от самого лёгкого толчка. Сколько раз тебя предупреждал — не слушал. И как теперь будешь выпутываться?

Гу Юйфэн не верил своим ушам:

— Что значит «выпутываться»?

Се Цы:

— Заманил меня — и бросил, уже поймав на крючок?

Гу Юйфэн фыркнул от возмущения, ухватив Се Цы за подбородок:

— На меня это не действует. Отвали, я спать хочу.

Се Цы напомнил:

— Ты лежишь на моей кровати.

Гу Юйфэн:

— Ты уже одолжил её мне.

Се Цы, помня о его состоянии, не стал продолжать подначивать. Он встал, налил стакан тёплой воды и подал ему вместе с таблетками.

Гу Юйфэн поморщился, проглотил лекарство и, держась за лоб, снова лёг.

Когда Се Цы вышел выбросить мусор, он услышал, как тот тихо бурчит себе под нос: «До бешенства доводит». Се Цы лишь покачал головой, усмехнувшись.

Вернувшись, он застал Гу Юйфэна уже спящим. Тот выглядел по-настоящему измученным и сонным.

Се Цы бесшумно придвинул стул к кровати, раскрыл учебник физики у себя на коленях, но так и не перевернул ни страницы. Всё его внимание было приковано к спящему.

Подсознательные реакции не лгут. Когда Гу Юйфэн осознал несоответствие, разочарование на его лице невозможно было скрыть.

Если раньше это были лишь догадки, то теперь он был уверен на все сто.

Гу Юйфэн, ты действительно вернулся.

http://bllate.org/book/13912/1225999