Готовый перевод 2D Otaku with Social Anxiety Also Wants to Date! / 2D Отаку с социальной тревожностью тоже хочет на свидание!: Глава 21. Он на самом деле... Он на самом деле!

В последний день всем немного не хотелось уезжать, но было бы преувеличением сказать, что они не хотели расставаться с коллегами и начальником. Главной причиной было то, что Кленовая Долина оказалась действительно приятным местом, тихим и прохладным, и организация корпоративной поездки тоже была на высоте.

Днем большая часть коллег уехала домой, но несколько из них остались, чтобы продолжить развлечения. Цинь Фанлу дал Кики выходной и остался на курорте еще на пару дней, чтобы поработать над рукописью для публикации и поднять себе настроение.

Служащий курорта извинился и сообщил Цинь Фанлу, что домик, в котором он остановился, на выходные забронирован кем-то еще, и спросил, не согласится ли он переехать в другой номер. Цинь Фанлу было все равно, где жить, но, когда служащий помог перенести ему багаж в новую комнату, Цинь Фанлу понял, что это, похоже, был тот же домик, где несколько дней жили Жуань Цуньюнь и Чжу Хань.

Комнаты уже были убраны, и никаких следов предыдущих постояльцев не осталось.

В пятницу вечером Цинь Фанлу остался в своем номере и работал над рукописью. Он так погрузился в творчество, что совсем забыл о времени, а сердце у него билось очень ровно. Оказалось, что живопись – лучшее лекарство.

В день разъезда Жуань Цуньюнь был самым счастливым человеком. Сюй Фейфей, Бай Цянвэй и Ци Чан уже приехали с вещами в Кленовую Долину и зарегистрировались в офисе отеля. Их поселили в стандартный номер-люкс, не такой роскошный, в каком они жили на курорте, но Жуань Цуньюнь взамен ощутил давно утраченную свободу.

Сюй Фейфей даже стукнул своей школьной сумкой Жуань Цуньюня.

– Юнь Бао*, весело тебе было в эти дни? [Прим. пер. «Юнь Бао» (云宝) – Радуга Дэш из «My Little Pony» (См. картинку в конце).]

– Весело, но не совсем, – честно ответил Жуань Цуньюнь.

Он рассказал им, что случилось за эти несколько дней, уделив особое внимание истории про то, как он промок до нитки в реке, а потом ходил в комнату начальника и боролся там с залетным насекомым. Сюй Фейфей аж рыгнул от удовольствия и сказал, что их поездка была и вправду захватывающей.

– И я реально могу точно угадывать то, что рисуют другие люди! – с гордостью заявил Жуань Цуньюнь. – Мы играли в игру «Вы рисуете, мы – угадываем», я верно ответил 18 раз и занял первое место с большим отрывом.

– Наверное, это все благодаря тому навыку, который ты отработал на стримах Учителя BALLS, – Сюй Фейфей знал о нем все. – Что такого в том, чтобы занять первое место? Если я буду сидеть на корточках в комнате прямых трансляций по рисованию целый день, я тоже смогу это сделать!

– Тц-тц, – Жуань Цуньюнь цыкнул языком.

– Жуань Цуньюнь! – с энтузиазмом крикнула из гостиной Бай Цянвэй. – Иди сюда, выберешь себе одежду и макияж!

Они вдвоем радостно туда отправились и обнаружили Бай Цянвэй, стоящую посреди гостиной с двумя наборами ханьфу по одному в каждой руке.

– Я Мэй, – с улыбкой спросила она, – ты хочешь надеть этот комплект из юбки нежно-желтого гусиного цвета и верха цвета нефрита или лунно-белый ханьфу с широкими рукавами и запашным воротником бессмертной феи в стиле времен династий Вэй-Цзинь? [Прим. пер. 的魏晋 – период династий Вэй-Цзинь – с 220 по 420 г. н.э.]

Жуань Цуньюнь посмотрел на два комплекта женских ханьфу и глубоко задумался.

– А во что будут одеты Ци Чан и Сюй Фейфей?

Бай Цянвэй открыла шкаф и достала оттуда два красивых и стильных мужских ханьфу.

– Та-дам!

– Молодая госпожа, могу ли я хоть раз попробовать надеть мужскую одежду… – жалобно попросил Жуань Цуньюнь.

– В следующий раз – обязательно, – кивнула Бай Цянвэй.

Заявку отклонили. Жуань Цуньюнь повернулся и начал внимательно рассматривать отделку ханьфу. Двойная вышивка и тонкая кисея были изысканными и элегантными. Чем больше он на них смотрел, тем больше они ему нравились. Жуань Цуньюнь и вправду был ими очарован.

В субботу они делали пробы грима и выбирали локации. Перед официальным началом сьемок группа хорошо выспалась – они спали до тех пор, пока не проснулись сами. В номере визажистка полностью нанесла им грим со всех сторон, они надели парики и обычную одежду, а затем неторопливо вышли наружу.

– Эй, – Бай Цянвэй толкнула Ци Чана локтем, – как насчет того, чтобы включить трансляцию?

– Стрим? – откликнулся Ци Чан.

У Бай Цянвэй и Ци Чана был аккаунт на Huazhan, где они выкладывали видео с косплеем и забавными эпизодами из жизни семейной пары. Подписчиков у них было несколько сотен тысяч, обновления они делали часто и были очень популярны.

– Да, давно мы этого не делали, – Бай Цянвэй зашла на платформу. – Сяо Юнь, Фейфей, вы не возражаете?

– Юху! – Сюй Фейфей завопил как обезьяна. – Стрим – это великолепно! Мои фанаты, как я по вам скучаю!

– Все в порядке, я не против, – Жуань Цуньюнь наступил на камень. – Но можно мне не появляться перед камерой?

– Боишься своих фанатов? – спросил Сюй Фейфей с улыбкой и ткнул его кулаком. – Так у тебя ничего не выйдет!

Жуань Цуньюнь вообще не очень хорошо справлялся с интерактивными мероприятиями в реальном времени, которые требовали от него показывать лицо.

– Я просто хочу поддерживать со своими поклонниками чистые онлайн-отношения отца и сыновей. Попрошу заметить: отец – это я.

– Да ладно, – усмехнулся Сюй Фейфей. – У вас чистые отношения отца и дочери. Попрошу заметить: дочь – это ты.

Два цыпленка из начальной школы принялись клевать друг друга.

– Мы в эфире, – дважды кашлянув, заметила Бай Цянвэй.

Сюй Фейфей и Жуань Цуньюнь мгновенно заткнулись.

Ци Чан поднял телефон на штативе, и на экране появился интерфейс прямой трансляции. Бай Цянвэй обняла Ци Чана за шею и поприветствовала зрителей:

– Хэллоу, всем доброе утро!~ Давайте-ка посмотрим, кто еще не вылез из постели!

[Кто я? Где я? Юная леди начала стрим!]

[Глупая парочка песчаных скульптур, что это опять за идиотская идея? Да ладно, сегодня же суббота! Суббота! Кто не вылез из постели?! Не надо вот так бить фанатов в спину, ладно?]

[Ого, юная леди, сегодня вы так красиво выглядите! Позади вас кленовый лес? Вы на сьемках или путешествуете?]

[Моя женушка Цянвэй такая красивая!!! Очень приятно рано утром (безмятежным) увидеть прекрасную сестрицу!]

– Да, ваша юная леди начала прямую трансляцию, – быстро заговорила Бай Цянвэй. – Кто сегодня утром проспал и не посмотрел стрим, будут об этом жалеть. Да, я в Кленовой Долине, на съемочной площадке.

– Цянвэй, они называют тебя своей женой, – стоявший рядом с ней Ци Чан был немного огорчен.

[Ох, я не могу больше выносить этот кислый запах ревности фанатов!]

[Пользователь @Владелец сада Роз выложил копию «Радужного царства». Нажмите здесь, чтобы принять участие в розыгрыше~]

[Прим. пер. 一份彩虹之境 – «Радужное царство» – название инстанса в игре, можно даже нагуглить инструкции по прохождению. Ник выкладывающего – 蔷薇园园主 включает в себя иероглифы из имени девушки 蔷薇 (Цянвэй – роза, шиповник), так что похоже, что это ее фанат.]

Бай Цянвэй тут же остановила зрителя.

– Эй, спасибо за то, что переслали подарок от Владельца, мы просто передадим это в эфир. Не тратьте деньги на подарки, ведите себя хорошо.

Хотя в субботу утром все отсыпались, новость о том, что Бай Цянвэй начала стрим, быстро разошлась на Weibo в группе фанатов, и на канале для прямых трансляций собралось большое количество людей. Комментарии сыпались очень быстро, многие спрашивали Бай Цянвэй и Ци Чана, какие сцены на местности они собираются снимать на этот раз.

– Содержание съемок конфиденциально, но я могу раскрыть, кто в них участвует, – скривила губы Бай Цянвэй. – Здесь косплеер, которого вы давно ждете.

Сюй Фейфей долгое время маячил неподалеку и теперь ему просто не терпелось влезть в камеру.

– О! О! О! Вы сильно по мне скучали?

[23333 Ну конечно, в кругу косплееров есть светские львицы, почему я не удивлен?] [П.п. 23333 -= XDDDD]

[О, Фейфей, детка, подойди сюда и поцелуй маму~]

[После того, как я не видел вас несколько дней, у меня такое чувство, что Эр-Фей снова поглупел [doge]]

Сюй Фейфей уставился на комментарий глазами насторожившегося хаски:

– Ты кого глупым назвал?!

[Поскольку тут Цянвэй со своим СР и Фейфей, то я смело предположу, что должна быть и Я Мэй……]

[Ух ты, ААААААА! Тут на самом деле будет Я Мэй? Я мечтаю об Я Мэй УУУУУУУ!]

[Я очень дорожу косплеем, который вы вчетвером делали раньше на разные международные тайтлы. Наконец-то я при жизни дождался, когда вы снова начали вместе работать!!!]

Сюй Фейфей преувеличенным жестом схватился за сердце:

– Ладно, ты действительно упомянула в моем присутствии имя другого мужчины! Мое сердце разбито.

Зрители увидели, как Бай Цянвэй смотрит в определенном направлении за пределами охвата камеры.

– Что? Уже куда-то собрался сбежать?

[Кто это там???]

[Это же не может на самом деле быть Тигриный Зубик? Не врите мне, мое сердце не выдержит…]

– …Я здесь, – за кадром раздался молодой голос, говоривший несколько беспомощным тоном.

[Блин!!! Голос Я Мэй!!! Живой Тигриный Зубик!!!]

[…Прости, кхм.]

[Улыбнись, женушка, наконец-то ты вспомнила, что ты – косплеер! Фотки, которые вы сделаете на этот раз, должны быть очень красивыми!]

[Женушка!!! Я, Я, ААААА, позволь папочке зацеловать тебя до смерти!!!]

– Обращайте внимание на старшинство поколений, сыновья и дочери, – напомнил Жуань Цуньюнь.

[Дорогая доченька, дай маме взглянуть на тебя.]

[УУУ, не могла бы мадам Цянвэй повернуть камеру? Я хочу взглянуть на женушку Я Мэй, хотя бы одним глазком!]

[Вонючая сестренка, поторопись и покажись скорей на экране, не заставляй меня вставать на колени и умолять тебя.]

Жуань Цуньюня так раздражал весь этот шум, что он не мог ничего с собой поделать. Он вытащил из сумки бейсболку, натянул на голову и встал позади Сюй Фейфея. Бейсболка закрывала в кадре большую часть его лица, видна была только гладкая линия подбородка и половина белой мочки уха. Черные волосы за ушами вызывающе торчали, что создавало резкий контраст с изящной линией шеи.

[Моя жена такая нежная, что я хочу откусить кусочек.]

[Все остальные показывают свои лица, но ты единственный, кто выпендривается, верно?]

[В чем дело? Это я попросил его надеть головной убор. Ребята, вы видите мою жену?]

[Только утро, а люди выше уже нажрались? Разбудите меня!]

Сюй Фейфей смеялся над комментариями и намеренно смущал Жуань Цуньюня:

– Да, они все говорят, что женушка Ху Я такая красивая и милая, и они часто шлют тебе поцелуи, говорят, что тебя надо держать дома и никому не показывать.

Жуань Цуньюнь опустил козырек бейсболки и не смотрел в камеру, но мочки ушей у него покраснели так, что это было видно невооруженным глазом.

[АХАХАХА, Я Мэй покраснела!!!]

[Девушка-Тигриный-Зубик о которой ты думаешь: притворяюсь красивой и классной. Настоящая девушка-Тигриный-Зубик: натяну шляпу, чтобы скрыть покрасневшее лицо.]

[Почему моя женушка такая забавная? Это меня еще больше возбуждает~]

Жуань Цуньюнь больше не мог этого выносить и выскочил из зоны обзора камеры.

– Не сходите с ума, это комната прямых трансляций сестрицы Цянвэй, – сердито сказал он.

Бай Цянвэй до этого с большим удовольствием наблюдала за всеобщим весельем, но тут выражение ее лица изменилось:

– Эй, не используй меня как щит!

Ци Чан воспользовался моментом, чтобы взять под контроль ситуацию в чате стрима, и начал перекидываться шутками со зрителями. Жуань Цуньюнь с благодарностью отошел в сторону и продолжил вести себя маленький прозрачный никто. Немного поболтав, Бай Цянвэй помахала в камеру:

– Ладно, мы начинаем работать, давайте сначала пойдем сюда.

В растущем вале комментариев с просьбами остаться в эфире, Бай Цянвэй со скоростью света исчезла из сети.

– Посмотрите-ка туда, думаю, что вид оттуда вполне хорош, – Бай Цянвэй указала на место неподалеку.

– Пойдем, посмотрим! – Сюй Фейфей подпрыгнул как обезьяна.

Листва кленовых деревьев в этой точке была густой, и землю покрывал толстый слой неповрежденных кленовых листьев, золотистых и хрустящих. Рядом журчал чистый и прозрачный горный ручей. Здесь можно было делать как статичные фото, так и кадры в движении.

– Неплохо, совсем неплохо, – подтвердил Ци Чан.

– Хорошо, принято и единогласно утверждено в качестве одной из точек съемки, – поаплодировал Жуань Цуньюнь.

Бай Цянвэй снова заулыбалась, отчего у Жуань Цуньюня по спине пробежал холодок.

– Тогда давайте переходить к следующему этапу – примерке костюмов.

Вчера Жуань Цуньюнь так и не выбрал, какой костюм он наденет. Все сошлись во мнении, что надеть следует тот, который больше подойдет к месту съемки.

Бай Цянвэй подперла щеку рукой, а затем протянула Жуань Цуньюню лунно-белое ханьфу с широкими рукавами.

– Почему бы тебе сначала не попробовать этот?

Они нашли неподалеку уединенный павильон и переоделись в ханьфу. Процесс переодевания у Жуань Цуньюня был самым сложным: ему пришлось надеть парик и сидеть в павильоне, пока с ним возились стилист и визажист.

Через полчаса Жуань Цуньюнь неторопливо встал. Белый атласный подол опустился на землю, длинные, до пояса, волосы были просто перевязаны куском красного шелка, его глаза светились.

У Бай Цянвэй был костюм героической женщины-воина. Она подбежала, бросилась и крепко обняла Жуань Цуньюня, погладив его по щеке.

– О, неудивительно, что тебя все называют своей женой. Как ты можешь быть такой красивой!

Жуань Цуньюнь приподнял подол юбки и сделал пару шагов. Находясь со своими хорошими друзьями, он всегда расслаблялся. Подражая женщинам древности, он обратился к Бай Цянвэй:

– Госпожа, должно быть вы шутите. Сестрица, ты такая героическая! Я тебе завидую.

Одетый молодым щеголем Сюй Фейфей приподнял подбородок Жуань Цуньюня своим складным веером и легкомысленно сказал:

– Сяо Я, улыбнись мне.

Ударом Жуань Цуньюня он тут же был сбит с ног.

– О, Сяо Юнь, иди сюда, я нашла кое-что потрясающее! – взволнованно окликнула его Бай Цянвэй.

Жуань Цуньюнь подошел к ней. Бай Цянвэй присела на корточки, подняла ему подол юбки и что-то застегнула на лодыжке. Жуань Цуньюнь поднял ногу и увидел, что это был красный веревочный браслет с колокольчиком.

– Абсолютно потрясающе, – сказала Бай Цянвэй. – Это ощущение табу, это стиль чистого желания.

Жуань Цуньюнь назвал ее извращенкой, но не стал снимать эту вещицу.

Ну а кто из них не был извращенцем?

Они продолжили изучать эту точку съемки и запланировали, что Жуань Цуньюнь попозирует для серии снимков, где будет играть босиком у ручья. Жуань Цуньюнь был очень увлечен своим делом и хотел попробовать все варианты, пусть даже только для предварительной подготовки. Он снял обувь и вошел в небольшой ручеек, который тек неподалеку.

Сюй Фейфей подошел к фотографу, наклонился и заглянул в видоискатель.

– Выглядит великолепно! Так красиво!

– Кажется, там что-то есть, – Ци Чан указал место позади Жуань Цуньюня. – Эта штука загорожена деревом, и я не могу четко разглядеть, что это. Если это деревянный указатель, который обозначает живописное место или что-то в этом роде, нам придется сменить ракурс.

– Пойду посмотрю! – Жуань Цуньюнь махнул рукой.

– Осторожней, ты без обуви! – предупредила его Бай Цянвэй. – Береги себя!

– Я знаю, тут очень чисто, – ответил Жуань Цуньюнь и направился к месту, где стоял предмет, похожий на деревянную доску. Красный браслет, повязанный на его лодыжке, тихонько зазвенел.

Подойдя поближе, он обнаружил, что это был вовсе не знак, обозначавший живописное место, а деревянный мольберт. Рядом стоял низенький раскладной табурет, лежали краски, кисти, обмакнутые в краску и палитра, но никого поблизости видно не было.

Поскольку рядом никого не нашлось, сработало любопытство Жуань Цуньюня – он, приподняв юбку, обогнул мольберт и подошел посмотреть на рисунок.

На деревянной раме обнаружилась незаконченная акварельная картина. На ней был нарисован кленовый лес и чистый ручей. Цвета были теплыми, а стиль – нежным. Было заметно, что художник – человек с прекрасным сердцем.

※

За эти дни Цинь Фанлу закончил свои рукописи для «Антологии Додзинси» и разобрался с накопившимися делами в компании. Делать ему было уже нечего, и поэтому он взял мольберт и краски и отправился в горы, чтобы порисовать на пленэре.

Все работы, которые Цинь Фанлу выкладывал онлайн, были выполнены с помощью графического планшета и ряда программ, но на самом деле он всегда отдавал предпочтение карандашу и бумаге. Ему нравился шуршащий звук грифеля по листу бумаги и нравилось наблюдать, как краски слой за слоем смешиваются на рисунке, а еще то, что он контролировал весь процесс.

За исключением того самого ящика с карандашными набросками, Цинь Фанлу долго не возвращался к рисованию на бумаге. Но на этот раз пейзаж оказался слишком прекрасен, поэтому он купил на месте недостающие принадлежности, нашел в кленовом лесу хорошее место и начал делать там наброски.

Где-то посередине процесса вода для акварели окрасилась в черный цвет. Цинь Фанлу взял новую баночку и отправился к ручью за водой.

На обратном пути он остановился и замер на месте.

Рядом с его мольбертом стояла девушка в белом ханьфу. Она стояла к нему спиной, слегка наклонив голову, и сосредоточенно любовалась картиной.

Цинь Фанлу тут же затаил дыхание и, не осознавая, что делает, спрятался за клен поблизости и стал потихоньку за ней наблюдать.

Девушка была одета просто, ее одежду раздувал ветерок. Длинные черные волосы, перехваченные красным шелком, развевались на ветру. Горный ветер наполнял широкие рукава, белая газовая накидка выглядела изящно, и по всему ее телу разливался солнечный свет, яркий и ясный.

Это так красиво.

Цинь Фанлу спрятался чисто подсознательно. Возможно, это случилось потому, что девушка перед ним была слишком красива, чтобы быть настоящей. В ней отражалась какая-то смутная божественность, словно это была фея или мечта. На мгновение Цинь Фанлу вспомнил множество сказок Древнего Китая, и в тот момент он верил, что эти сказки были не просто выдумкой.

Девушка приподняла юбку и легко шагнула, открыв босые ноги. Эти босые ноги легко ступали по каменистой земле, Ступни переходили в худые лодыжки, а вокруг одной лодыжки был обмотан соблазнительный красный шнурок.

Вся чистая божественность разрушилась в одно мгновение. Некий повелитель демонов воспользовался темной магией и связал фею красной веревкой, показывая, что она захвачена силой и принадлежит ему.

Тихо прозвенел колокольчик. Кажется, девушка начала оборачиваться, и Цинь Фанлу резко развернулся и спрятался в тени дерева, прижавшись спиной к шершавой коре.

Кровь казалась ненормально горячей, сердцебиение, которое в последнее время все учащалось, похоже, полностью исчезло, а усиливающееся ощущение потери контроля постепенно перешагнуло критическую отметку.

У Цинь Фанлу перехватило дыхание, и он в недоумении посмотрел вниз. Это случилось, когда он оказался перед живым человеком…

У него встал.

Костюмы династий Вэй-Цзинь:

И Юнь Бао:

http://bllate.org/book/13910/1225849