Готовый перевод Through The Strait Gates / Сквозь узкие врата: Глава 19 Взросление

Через неделю, следуя пожеланиям взрослых, Доу Сюнь послушно собрал все необходимое и вошел в экзаменационный зал.

Государственный экзамен проводился на базе их учебного заведения, поэтому все занятия в школе закончились на полдня раньше. Тетя Ду находилась в состоянии невроза, ее ворчание стало быстрым и монотонным, словно рокот крупнокалиберного пулемета. Ему не разрешалось есть холодную пищу, не разрешалось есть горячую пищу, и даже драгоценную бабушкину собачку сурово избили, когда она имела неосторожность гавкнуть лишний раз.

Накануне экзаменов тетя Ду даже отправилась куда-то с таинственным поручением и вернулась с талисманом из желтой бумаги. Она заставила Доу Сюня положить его под подушку, утверждая, что ехала полчаса, чтобы заполучить его в храме.

Сюй Силинь подумал об этом, а затем озадаченно спросил:

— Я слышал, что это место называется Храмом Сватовства. Туда ходят молиться о браке. Тетя, ты перепутала служебное окно?

Из-за своего длинного языка Сюй Силинь также подвергся избиению, причем в качестве орудия порки выступила та же метла, от которой пострадала Горошина. Вдобавок к этому его заставили стать у двери и десять раз повторить «О, Амитабха!».

Сюй Силинь весело распевал «Амитабха» на мотив оперной мелодии «Большая река*». Доу Сюнь сел прямо у лестницы и засмеялся, глядя на него. В этот момент беспечности, его заметил Сюй Силинь и немедленно бросился вперед, чтобы затеять потасовку.

(п/п: патриотическая песня)

Тетя Ду вышла и суетливо воскликнула:

— Ай, прекратите драться, прекратите драться! Сяо Линь! Будь осторожен! Не ударь его по рукам!

У Доу Сюня было «инертное» место, чувствительное к щекотке. Как и в случае с инертным газом, химическая реакция происходила только при определенных условиях. Например, ему стало щекотно только когда Сюй Силинь пощекотал его там.

Температура тела Сюй Силиня всегда была высокой. Летом он был похож на печку. Две руки, торчащие из его футболки, были словно грелки, а тепло, исходящее от них, ощущалось издалека. Оно безжалостно пробралось под тонкую рубашку Доу Сюня, когда два обжигающих клейма расположились на его талии.

Доу Сюнь свернулся в клубок, его лицо стало ярко-красным, он вырвался из захвата и побежал наверх. Обнаружив его слабость, Сюй Силинь стал более агрессивным и последовал за ним, чтобы одержать победу. Они путались друг у друга под ногами весь путь до второго этажа. Наконец Сюй Силинь прижал Доу Сюня к дивану:

— Все еще смеешься?

Волосы Доу Сюня были в беспорядке из-за его действий и он немного запыхался. С трудом он схватил озорные руки Сюй Силиня. Его ладони вспотели.

Сюй Силинь ногой придавил Доу Сюня, а затем внезапно почувствовал, что их положение очень похоже на определенные сцены в сериалах. Не раздумывая, он злобно ухмыльнулся:

— Хм, на этот раз никто не спасет тебя, сколько бы ты ни кричала, дорогая. Послушно следуй за своим господином и будешь жить ни в чем себе не отказывая! 

Доу Сюнь:

— ...

Несколько секунд они в замешательстве смотрели друг на друга. По выражению лица Доу Сюня Сюй Силинь задним числом осознал, что его слова вместе с их позой были немного неловкими.

Прошла неделя с того инцидента в «Изгибе полумесяца». Для Сюй Силиня этого было достаточно, чтобы забыть обо всем, но очевидно, Доу Сюнь не мог просто так отпустить случившееся. Эта почти двусмысленная неловкость время от времени проявлялась в нем в самых неожиданных ситуациях.

Как назло, Сюй Силинь был весьма восприимчив к эмоциям других людей и легко поддавался их влиянию. В тот момент, когда он заметил дискомфорт Доу Сюня, он тоже почувствовал себя неловко.

Кожа Доу Сюня становилась все краснее и краснее. Постепенно его бледное лицо и шея стали одного ярко-красного оттенка. Внезапно почувствовав что-то, Сюй Силинь отскочил от него, как током пораженный.

Доу Сюнь представлял собой жалкое зрелище, когда менял свое сидячее положение. Он сжал ноги вместе и схватился за подушку, чтобы прикрыть себя спереди, что только усиливало подозрения. Он опустил голову, не смея смотреть на приятеля.

Сюй Силинь выпалил:

— И-извини. Я… я не специально.

Доу Сюнь согнулся дугой, словно у него заболел живот, упираясь подбородком в подушку. Через какое-то время он выдохнул:

— ...Все в порядке.

Они неуклюже обменялись парой фраз в духе пособия «Китайский для начинающих», при этом каждый чувствовал себя идиотом.

Доу Сюнь резко встал и сказал:

— Я пойду, почитаю в свою комнату.

Его речь была настолько быстрой, что слова получились невнятными, а тело исчезло так стремительно, словно растаяло в тумане. Естественно, он исчез вместе с подушкой.

Именно тогда тетя Ду наконец догнала их и начала свою длинную проповедь:

— Вы совершенно не контролируете ситуацию, когда начинаете драться. Доу Сюнь завтра должен сдавать экзамены. Что, если ты повредишь ему правую руку… Ай, где он?

— Он… — Сюй Силинь немного растерялся, прежде чем ляпнуть, что попало. — Может у него заболел живот?

— Хм? — тетя Ду была потрясена. — Ай, как же так, это серьезно? Сколько раз я говорила ему не пить холодные напитки прямо из холодильника, но он никогда не слушает... Ах, я посмотрю, есть ли у нас в доме какое-нибудь лекарство. Сяо Линь, как ты думаешь, мне следует попросить его выпить травяного настоя?

Сюй Силинь неестественно засмеялся и, как только она отвлеклась, тоже сбежал.

«Это все из-за этого идиота У Тао», — подумал Сюй Силинь.

Доу Сюнь позаботился о своей проблеме в маленьком туалете, примыкающем к его комнате. Неискушенный в этом процессе, он провозился достаточно долго и его лоб покрылся испариной, прежде чем он, наконец, издал вздох облегчения.

Он умылся холодной водой. Его лицо все еще было красным.

Вернувшись в свою комнату, Доу Сюнь навзничь упал на кровать. Его руки и ноги устали, но разум был крайне возбужден и не мог успокоиться.

Он вытащил желтый талисман, данный ему тетей Ду и, зажав его между пальцами, рассмотрел со всех сторон. От талисмана исходил слабый запах ладана. Он слышал, что храм, который посетила тетя Ду, назывался Храмом Сватовства. Было много людей, которые вместо того, чтобы обратиться в брачное агентство, в поисках пары шли молиться богам, чтобы те выступили в качестве посредника. Это было довольно интересно.

Доу Сюнь подбросил талисман к потолку и снова поймал его. Он не нуждался в молитвах перед экзаменом. Если он провалит его, то просто вернется в школу и проведет еще один год вместе с Сюй Силинем, как он того и хотел. Но он не собирался умышленно заваливать экзамен. Если он поступит в университет, то просто уйдет. В любом случае, он не планировал уезжать из города. Если у него будет время, он сможет возвращаться в дом к Сюй Силиню, чтобы заниматься с ним репетиторством.

Таким образом, если он сдаст экзамен, значит, так тому и быть, а если не сдаст, то он будет еще счастливее.

Наверное, ни у кого в их школе, не было такого спокойного душевного состояния перед экзаменами, как у него.

Доу Сюнь откинулся на подушку и закрыл глаза, чтобы отдохнуть. Он освободил свой разум от всех мыслей и ни о чем не думал. Через некоторое время он невольно начал улыбаться.

Для этого не было особых причин. Он просто улыбался как дурак.

Он чувствовал, что это был самый счастливый год в его жизни.

Таким образом, даже несмотря на то, что прямо перед экзаменами у него были небольшие затруднения, Доу Сюнь блестяще выступил в необычайно спокойном состоянии ума. Его зачислили в университет, который он выбрал.

Летом того года с юго-востока хлынула огромная волна теплого влажного воздуха. Перекрывающееся гудение цикад было настолько громким, что казалось, они могут вызвать сбой в электроснабжении. Те, кто уже заработали состояние, ленились в своих комнатах с кондиционерами; те, кому еще предстояло заработать состояние, вытянули языки насколько возможно, чтобы не умереть от жары на пути к пока еще не реализованной цели своей родины — равному распределению богатства.

Пройдя через беспощадную схватку не на жизнь, а на смерть, Чжу Сяочэн и Доу Цзюньлян наконец разделили семейную собственность и разошлись.

Команда юристов Чжу Сяочэн воспользовалась небольшим преимуществом и одержала победу. Они не только сняли с Доу Цзюньляна слой кожи, но и неожиданно выиграли небольшой бесплатный подарок — опеку над ребенком.

Недавно вступившая в должность Чжу Сяочэн наконец нашла время и украсила своим присутствием дом семьи Сюй, чтобы забрать сына. Кто бы мог подумать, что, прожив здесь всего семестр, Доу Сюнь перенял некоторые откровенные и прямолинейные манеры Сюй Цзинь. Он сразу же дал Чжу Сяочэн два варианта:

— У меня нет недостатка в опекунах и я знаю, что у тебя нет недостатка в детях. Тебе не о чем беспокоиться. В будущем я не буду мешать тебе читать сутры, — сказал Доу Сюнь. — Я скоро поступлю в университет. Если бы ты могла предоставить мне соответствующую сумму для оплаты расходов на обучение и проживание, я был бы очень благодарен. Обещаю, что верну тебе эти деньги в двойном размере в течение пяти лет после окончания учебы. Таким образом, процентная ставка намного выше, чем при банковском кредите на тот же срок. Я рекомендую тебе рассмотреть мое предложение. Кроме того, если у тебя возникнет такая необходимость в будущем, я поддержу тебя в старости и позабочусь о делах после твоей смерти. Если ты не хочешь возиться со мной, меня это тоже устраивает. Я подам заявку на финансовую помощь и стипендию от университета и мы вдвоем ничего не будем должны друг другу в будущем.

Именно так этот нежный, но язвительный молодой человек сделал свой первый шаг к своему месту в обществе.

Услышав это, Чжу Сяочэн выплакала все глаза, жалуясь бабушке Сюй, как будто она увидела предзнаменование своих холодных и одиноких последних лет.

Несмотря на то, что у старушки были манеры бесхитростной девушки из богатой семьи, которую окружающие всячески оберегали, на самом деле она хорошо умела валять дурака. Она ласково погладила свою крестницу по голове, а затем притворилась бестолковой и сказала:

— Ай, если что-то делает тебя несчастной, ты можешь сказать своей крестной… Ах, но ты же видишь, твоя крестная уже стара. Прошло совсем мало времени, а я уже и забыла, что ты говорила. Я слушаю тебя, но не понимаю.

Стратегия истерики Чжу Сяочэн полностью провалилась, ей только и оставалось беспомощно покинуть дом. Позже она, похоже, согласилась с этим предложением. Кроме денег, которые она присылала Доу Сюню каждый месяц, больше ничего не выдавало ее существования.

Доу Сюнь провел свои самые длительные летние каникулы в семье Сюй.

Он не поддался веянию моды и не использовал этот перерыв, чтобы отправиться в путешествие и забыть обо всех заботах. Сюй Силинь, который собирался перейти в выпускной класс, не мог составить ему компанию, поэтому Доу Сюнь предпочел остаться дома, помогая ему запоминать новые слова.

В день зачисления тетя Ду помогла ему упаковать багаж. Сюй Цзинь взяла двухчасовой перерыв в своем сумасшедшем напряженном графике, чтобы вернуться домой и дать ему ценные указания.

— Ду цзе, тебе не нужно собирать для него одеяло и подушку… Ай, в общежитии есть все эти вещи, он может просто купить комплект, когда доберется туда. Мальчики не должны быть такими разборчивыми. Оставь все дома, этот парень еще вернется после военной подготовки.

Затем она проинструктировала Доу Сюня:

— Если у тебя будут свободные выходные, возвращайся домой. Ты сможешь помочь этому ребенку с его уроками. Заставь его подготовить контракт, установи соответствующую рыночную цену плюс десять процентов. Вычти свой гонорар репетитора из его карманных денег.

Столкнувшись с непредвиденной бедой, Сюй Силинь в шоке поднял глаза.

— Что?

Сюй Цзинь сказала:

— Наблюдай, как он занимается не менее трех часов в неделю. Если он посмеет ослушаться, дай мне знать. Я вычту из его карманных денег двойную сумму.

Сюй Силинь вскрикнул, словно от боли:

— Мам, как ты можешь, не раздумывая поступать так со своим собственным сыном!

— Вздор, — Сюй Цзинь с любопытством посмотрела на него. — Мне еще нужно раздумывать об этом? Я же не слабоумная.

Сюй Силинь:

— ...

— Вот и все, мне нужно вернуться в офис, — Сюй Цзинь взглянула на часы и сказала Сюй Силиню, — я вызвала такси, оно уже ждет внизу. Я все оплатила, так что не переживайте насчет этого. Сяо Линьцзы, иди, проводи своего учителя Доу.

Лицо Сюй Силиня выглядело так, как будто он только что съел собачьего дерьма.

http://bllate.org/book/13835/1220799