Готовый перевод Don’t You Like Me? / Я тебе нравлюсь, не так ли?: Глава 41

Во время самообучения Линь Фэйжань места не мог себе найти от беспокойства. До конца занятий ни учительница Чжэн, ни девочка-призрак так и не появились.

На следующий день была среда, день вполне обычный и по совпадению оказавшийся днем рождения Линь Фэйжаня.

В дне рождении в среду нет ничего веселого. Вечернее самообучение длится до восьми вечера, а выходить за пределы школьной территории ученикам нельзя. Линь Фэйжань решил пойти куда-нибудь отпраздновать на выходных с Гу Кайфэном, так что даже не сказал в среду, что у него день рождения.

Вторым уроком в тот день был английский. Линь Фэйжань волновался, придет ли учительница Чжэн, но со звонком она спокойно вошла в класс, как всегда собранная и элегантная.

Она строго оглядела учеников поверх очков.

— Доброе утро, — поздоровалась она после короткого молчания.

— Доброе утро, учительница, — откликнулся Линь Фэйжань вместе со всеми. Он заметил, что веки учительницы были чуть припухшими, будто она плакала и мало спала.

Желая узнать точно о произошедшем, он не стал впитывать энергию ян Гу Кайфэна.

Через пару минут взгляд Инь и Ян вступил в действие. Волна холода пробежалась по телу Линь Фэйжаня, и он поднял голову.

Девочка-призрак обнаружилась на кафедре. Она сидела, опершись локтями о колени и подпирая голову. Волосы ее были зацеплены заколкой, подаренной Линь Фэйжанем.

Поняв, что он смотрит на нее, девочка замахала ему рукой. В черных глазах ее заплясали искорки смеха, пухлые губки растянулись в улыбке, а маленький курносый носик как никогда хорошо смотрелся на ее счастливом личике... Но самое главное, кровь больше не лилась из каждого отверстия на ее лице, оставляя кожу чистой и бледной. Она разом перестала казаться пугающей.

Линь Фэйжань подумал о словах дедушки. Призраки, чьи неисполненные желания очень сильны, зачастую выглядят обезображенно. Но стоит их желаниям исполниться частично или полностью, как они становятся похожими на людей.

...Учительница Чжэн поверила ему.

"Должно быть, она что-то рассказала девочке-призраку, и часть ее неисполненных желаний исполнилась..." — подумал Линь Фэйжань и шмыгнул носом. 

Когда учительница Чжэн отвернулась написать что-то на доске, он быстро улыбнулся девочке-призраку, затем как бы невзначай коснулся Гу Кайфэна ногой и погрузился в урок.

После урока Линь Фэйжань наткнулся на девочку-призрака в коридоре. Она не пошла за учительницей Чжэн в учительскую, а тихо стояла у двери класса, словно ожидая Линь Фэйжаня.

— Ну что? Мама узнала, что ты рядом? — тихо спросил Линь Фэйжань, прикрывая рот.

Девочка улыбнулась счастливо, и бледные щеки ее будто порозовели.

— Вчера мама говорила со мной. Она много рассказала. И пообещала в эти выходные сходить в океанариум.

— Прекрасно. Если тебе понадобится еще помощь, найди старшего братца, — серьезно пообещал Линь Фэйжань. — И если тебе нужны еще игрушки или вкусняшки, ты только скажи.

Девочка-призрак облизнулась. Она огляделась, затем наклонилась к Линь Фэйжаню и серьезно прошептала:

— Перед перерождением я хотела бы в последний раз съесть мороженое.

— Без проблем! — тотчас заверил ее Линь Фэйжань. — Братец Жань угостит тебя! Положись на меня! — тут он вспомнил порядок совершения подношения и с тревогой добавил: — Но к тому времени, как ты его получишь, оно может немного подтаять.

Обычно молчаливая девочка-призрак рассмеялась так свободно, что Линь Фэйжань увидел щербинку между ее передними зубами.

— Ничего страшного, даже если оно полностью растает. Старший братец, ты такой удивительный!

Добрый юноша Линь Фэйжань, чувствующий себя счастливый от помощи призракам, совершил еще одно доброе дело. Довольный, он вернулся в класс, пихнул Гу Кайфэна и принялся готовиться к уроку литературы. Даже галстук на шее ему казался ярче!

День прошел спокойно. После уроков Линь Фэйжань с Гу Кайфэном досыта наелись в столовой. До вечернего самообучения оставалось еще немного времени, так что Гу Кайфэн с таинственным видом потянул Линь Фэйжаня к забору.

Они стояли у забора, и Линь Фэйжань вспомнил, как день назад прямо на этом месте Гу Кайфэн страстно его поцеловал. Щеки его тут же порозовели.

— Зачем мы тут? — выжидающе спросил он.

Гу Кайфэн молча перемахнул через забор и обернулся.

— С днем рождения, Жань-Жань, — вдруг проговорил он.

— ...Ты запомнил? Я же только раз тебе говорил, — сердце Линь Фэйжаня затрепетало от наполнившего его тепла.

— Конечно. Кем бы я был, если бы забыл день рождения собственной женушки? — Гу Кайфэн протянул руку между прутьев забора и взял Линь Фэйжаня за запястье. — А ты помнишь, когда у меня?

— Шестнадцатого июня, — тут же выпалил Линь Фэйжань.

Гу Кайфэн мягко улыбнулся.

— Вот видишь. А я тоже говорил тебе лишь раз.

— У меня просто хорошая память, — уперся рогом Линь Фэйжань.

Но Гу Кайфэн тотчас разнес его аргумент на клочки:

— Тогда почему ты так бьешься над древней литературой, будто от этого зависит твое выживание?

Линь Фэйжань свирепо уставился на него.

— А, кстати, — озадаченно начал он. — Ты зачем перелез за забор? Для поздравления? Так боялся, что я тебя покусаю?

Гу Кайфэн весело присвистнул.

— Твой муж идет за тортом и подарком. На самообучении меня не будет, так что увидимся в восемь в общаге... Поцелуешь меня на прощание?

Линь Фэйжань отпрянул, но Гу Кайфэн крепко держал его за запястье.

— Подойди сюда и я сам тебя поцелую. Так тоже можно, — тут же пошел на попятную Гу Кайфэн.

Линь Фэйжань залился румянцем и опустил взгляд. Веер пушистых ресниц лег на его щеки, и ресницы эти словно щекотали что-то в груди Гу Кайфэна. Он крепче сжал запястье Линь Фэйжаня и прямо как настоящий хулиган усмехнулся.

— Если не дашь поцеловать себя, я тебя не отпущу. Будем стоять тут до самого конца самообучения.

— Ты... — недовольно пробурчал Линь Фэйжань, затем повернул голову и щекой прижался к забору. Тотчас на ней был запечатлен поцелуй.

— Губы тоже, — потребовал Гу Кайфэн.

Линь Фэйжань медленно повернулся лицом к нему...

Между прутьями забора их губы прижались друг к другу. Одной рукой Гу Кайфэн все еще держал Линь Фэйжаня, а другой коснулся его мягких волос и алеющего уха.

Холодный ветер качнул верхушки деревьев, и редкие желтые листья поплыли вниз. Один огладил плечо Линь Фэйжаня, скользнул сквозь забор, закружился у талии Гу Кайфэна и унес вдаль их сладкий секрет.

В классе Линь Фэйжань сказал учителю, отвечающему за самообучение, что Гу Кайфэна не будет, потому что он плохо себя чувствует.

На первом году старшей школы Гу Кайфэн чуть что, сразу лез в драку. Так что, пусть теперь он и вел себя покладисто, учителя едва привыкли к такому его поведению. К тому же оценки его были весьма неплохи, так что спрос с него был меньше. Учитель лишь сказал Линь Фэйжаню, чтобы завтра Гу Кайфэн занес записку с объяснением в учительскую.

Потому как Линь Фэйжань только и мог думать, что о подарке Гу Кайфэна, то все, что было на самообучении, прошло мимо него. Со звонком он вытащил из кармана одну из ручек Гу Кайфэна и со скоростью, с которой бежал эстафету на четыреста метров, рванул в общежитие.

Он бежал так быстро, что не успевал разглядеть никого вокруг.

На дорогу опустились сумерки. Если бы Линь Фэйжань пошел этим путем несколько дней назад, сердце его сжималось бы от страха и без взгляда Инь и Ян. Но сейчас он не боялся ничего. Стоило ему подумать о том, что Гу Кайфэн ждет его в комнате и что свет в окне будет гореть только для него, как грудь его наполняло тепло, словно он поготил много энергии ян.

...Этот человек давал ему не только энергию ян, но и смелость.

Линь Фэйжань влетел в общежитие и через ступеньку поднялся на пятый этаж. Дверь в комнату 508 была призывно открыта. Гу Кайфэн стоял на пороге. Привалившись к косяку, он скрестил руки на груди. Волосы его в свете коридорных ламп будто сияли, черным ореолом обрамляя лицо.

Линь Фэйжань, необычайно заботящийся о своей внешности, замедлил шаг и показательно неторопливо подошел.

Гу Кайфэн весело захихикал.

— Мое солнце так волновалось?

Линь Фэйжань запыхтел.

— Нет... уф-ф... вообще не волновался... ух...

Дыша, как паровоз, он ввалился в комнату.

Гу Кайфэн освободил их столы, сдвинул вместе и поставил по центру комнаты. На них лежала красивая коробка с тортом, подарок, перевязанный лентой, и большой букет лилий с письмом между цветами. Глаза Линь Фэйжаня загорелись детской радостью.

— С днем рождения, — Гу Кайфэн обнял его со спины и нежно коснулся губами шеи. — Мой маленький принц.

Линь Фэйжань крепко обхватил руки, обвивающие его талию. Ему хотелось прямо сейчас обернуться и поцеловать Гу Кайфэна, но из-за смущения он не мог. Пока он колебался, Гу Кайфэн выпустил его из своих объятий. Провожаемый сожалеющим взглядом Линь Фэйжаня, он взял подарок.

— Открой. Уверен, тебе понравится.

— Угу, — Линь Фэйжань оторвал взгляд от его губ и взял подарок. Под лентой и оберточной бумагой оказалась обувная коробка со знакомым логотипом. Сердце Линь Фэйжаня екнуло. — Пиздец!

В коробке оказалась пара баскетбольных кроссовок ограниченной серии, которые мало того, что давно уже все раскупили, так они еще и идеально подходили Линь Фэйжаню. У Гу Кайфэна была своя пара, и раньше Линь Фэйжань до смерти ему завидовал. Всякий раз, когда Гу Кайфэн надевал их, он по сотне раз на дню пронзал его недовольными взглядами.

Гу Кайфэн внимательно следил за выражением лица Линь Фэйжаня.

— Нравятся?

Линь Фэйжань был тем еще плаксой. Сейчас он чувствовал себя и счастливым, и тронутым, и глаза его уже были на мокром месте. Боясь, что разрыдается, если только откроет рот, он энергично закивал.

— Их давно распродали, и никто не хотел мне их продать. Я получил их от коллекционера из-за границы. Он меня заверил, что они неношеные. Мне тоже так кажется, — поспешил объяснить Гу Кайфэн, опасаясь, что Линь Фэйжань не оценит подержаный подарок.

http://bllate.org/book/13800/1218113