Готовый перевод Don’t You Like Me? / Я тебе нравлюсь, не так ли?: Глава 20

Воскресным вечером Линь Фэйжань и Гу Кайфэн вернулись в общежитие. Началась новая неделя.

Равно как и на прошлой неделе Линь Фэйжань целыми днями не отлипал от Гу Кайфэна, была ли это перемена, время после уроков, время игры на пианино, еда, купание или сон. Естественно, в глазах общественности эти двое выглядели еще хуже, чем влюбленная парочка.

Настал четверг, день проведения фестиваля искусств. Все ученики и преподаватели в 13:30 собрались в актовом зале. К выступлению все уже было готово, и участники переодевались в костюмы за кулисами. Девушки добавляли последние штрихи к макияжу, юноши старались по-простенькому, но элегантно зачесать волосы.

Гу Кайфэн, облаченный в черный костюм по индивидуальному пошиву, стоял, прислонившись к стене. Держа одну руку в кармане, в другой у него было два листа со словами. Он ждал начала концерта.

Линь Фэйжань переоделся и отдернул шторы раздевалки, тотчас устремившись к Гу Кайфэну. Пихнув того в бок, он спокойно утащил у него энергию Ян.

Гу Кайфэн взглянул на Линь Фэйжаня, и глаза его незаметно засияли. На Фэйжане был строгий черный костюм и белая рубашка, воротник которой обхватывал галстук-бабочка. Ради эффектного сценического образа юноша долгое время не стриг волосы и сносил пронзительные взгляды учителей, следящих за дисциплиной. Челка его настолько отросла, что теперь падала на лоб и прикрывала брови. В полумраке кулис он был меланхолично красив и совершенно не похож на самого себя.

Костюм его, похоже, был пошит специально для выступления на сцене. Ткань его была очень качественна, манжеты, воротник и пуговицы... каждая деталь была тщательно вышита. В результате очаровашка-симпатяшка Линь Фэйжань превратился в совершенно другого человека.

Во рту Гу Кайфэна вдруг пересохло, и адамово яблоко его дернулось, когда он попытался сглотнуть.

Линь Фэйжань повернулся к нему и, будто не зная ответа, спросил:

— Ну что, идет мне этот костюм?

Давай, ну же, скажи, что я красавчик! Похвали меня!

Глаза Гу Кайфэна потемнели, и он мягко ответил:

— Хорошо выглядишь, этот костюм очень идет тебе.

Тщеславная кроха в душе Линь Фэйжаня наелась досыта, и он не смог скрыть радости: в глазах его искрился смех.

— Спасибо, ты сегодня тоже очень красив.

Гу Кайфэн приподнял бровь.

— Но с тобой не сравниться.

Про себя Линь Фэйжань счастливо прыгал, но на деле же изображал равнодушие.

— Ну как же, не стоит скромничать самому красивому парню в школе.

Уголки губ самого красивого парня Гу поползли вверх и сложились в едва заметную коварную ухмылку.

— Действительно? Не замечал за тобой такого актерского таланта, — спокойно и искренне принялся нахваливать он. — Красивых людей очень много. Однако по тебе сразу можно сказать, что ты дружелюбен и красив, это редкое сочетание.

Лицо Линь Фэйжаня заалело, и он смущенно потер нос. Изо всех сил стараясь не улыбаться, он держал равнодушную мину.

— Я совсем не так хорош, как ты говоришь.

— Почему же? Сегодня все то внимание, что обычно достается мне, сосредоточено на тебе. Те девушки смотрят только на тебя, — на этих словах Гу Кайфэн недовольно прищурился, но Линь Фэйжань этого не видел, опустив голову и отчаянно краснея. Стоило юноше услышать последние слова, как он, совсем довольный своим положением и репутацией, уткнулся взглядом в стоящие в углу реквизиты и глупо захихикал. Его призрачный хвостик тотчас встал торчком, демонстрируя маленькую вещицу под ним.

Хоть Гу Кайфэн и не видел лицо Линь Фэйжаня, но мог примерно угадать его чувства. Стоило губам самого красивого парня Гу вновь изогнуться в хитрой улыбке, как Линь Фэйжань обернулся к нему, и на лице Гу Кайфэна вновь оказалось выражение полнейшей невинности.

— Старшая зовет меня, мне надо уложить волосы, — Линь Фэйжань кивнул старшей ученице, махавшей ему неподалеку. Поскольку его только что обстреляли засахаренными снарядами[1], он чуть ли не порхал, пока шел, а на душе у него было светло и радостно. Он вообще недоумевал, почему раньше так не любил Гу Кайфэна.

"Он такой хороший человек, чем я только думал раньше?" — покачал головой Линь Фэйжань.

Тем временем Ван Яо, закончившая с подготовкой, подошла к Гу Кайфэну, помахивая сценарием. Потому как она была ведущей фестиваля искусств, на ней было относительно формальное платье, легкий макияж и аккуратная прическа. В этом наряде она выглядела еще более утонченно и привлекательно, так что почти все ученики случайно или специально следили за ней взглядом. Ну, за исключением Линь Фэйжаня, через камеру мобильника внимательно наблюдающего за своим отражением в зеркале, и Гу Кайфэна, в свою очередь внимательно наблюдающим за Линь Фэйжанем.

— ...... — Ван Яо почувствовала, как дернулся ее глаз.

Раньше ей был любопытен Гу Кайфэн, но ее чувства не заходили дальше. После одного случая она поняла, что не интересна Гу Кайфэну, так что не собиралась как-то влезать в его жизнь. Однако будучи богиней, взгляда которой жаждали многие поклонники, она первое время отчасти чувствовала себя неудачницей. Но стоило ей теперь увидеть пылкие взгляды, которыми Гу Кайфэн одаривал Линь Фэйжаня, как то навязчивое чувство пропало.

"Если глаза не подводят эту мамашу, то эти двое, безусловно, геи! Неудивительно!"

— Отрепетируем вступительные слова? — Ван Яо подошла прямо к Гу Кайфэну.

Отведя глаза, которые, казалось, хотели прожечь дыру в Линь Фэйжане, Гу Кайфэн серьезно кивнул.

— Да.

Старшая ученица немного замешкалась, укладывая волосы Линь Фэйжаня, так что на это дело ушло больше пяти минут. И вот холод пробежал по позвоночнику Линь Фэйжаня, и юноша в тихом ужасе увидел, что в зеркале, стоящем прямо перед ним, сидит женщина-призрак и, зажав между большим и средним пальцем гребень, расчесывает волосы. Она была одета в театральный костюм, довольно красивый, и сама казалась не такой уж страшной: лицо ее просто было немного бледно, а губы ярко алели, будто она только что съела кого-то.

Заметив, что Линь Фэйжань смотрит на нее, женщина-призрак лукаво улыбнулась и принялась подражать движениям Линь Фэйжаня. Стоило только юноше испуганно втянуть шею – она тут же втягивала свою. Стоило ему распахнуть глаза, как она тотчас вытаращивала свои.

Трясясь от страха, Линь Фэйжань поднялся, желая поскорее отсюда уйти.

— Ты уже закончила, старшая ученица?

Женщина-призрак, так же дрожа, встала и передразнила:

— Ты уже закончила, старшая ученица? Там в зеркале призрак женщины, мне очень страшно, хнык-хнык-хнык[2]!

Она составила верный психологический портрет Линь Фэйжаня!

— ....... — Линь Фэйжань не был уверен, как ему стоит на это отреагировать.

Тем временем старшая ученица в последний раз поправила его челку и кивнула:

— Все, теперь иди.

— Спасибо, старшая, — несмотря на то, что Линь Фэйжань был напуган до смерти, он все еще оставался вежливым. Договорив, он развернулся и широкими шагами двинулся к Гу Кайфэну, но из-за волнения опрокинул табуретку, стоящую прямо на его пути.

— Ха-ха-ха-ха, как мило! — оглушительно расхохоталась женщина-призрак.

Линь Фэйжань, вдруг почувствовавший, что подвергся приставаниям:

— .......

Гу Кайфэн, обсуждавший реплики с Ван Яо, вдруг заметил взгляд Линь Фэйжаня, а затем тот со скоростью метеорита подлетел к нему и уверенно хлопнул по плечу.

"Уф, спасен!" — выдохнул Линь Фэйжань, но, наученный печальным опытом, он встал всего в шаге от соседа, чувствуя, как сердце его все еще испуганно колотится.

Гу Кайфэн покосился на Линь Фэйжаня, лицо которого выражало какую-то странную смесь эмоций, а затем перевел взгляд на ослепительно сияющую Ван Яо и все понял.  

"О, неужели малыш ревнует?" — подумал Гу Кайфэн и почувствовал, как на сердце его потеплело. Чуть отведя руку назад, он обхватил ладонью кончики пальцев Линь Фэйжаня.

— Этого вполне достаточно, — обратился он к Ван Яо.

Та кивнула.

— Тогда отдохнем немного. До начала пять минут.

Гу Кайфэн потянул за собой Линь Фэйжаня и, найдя пару свободных стульев, сел.

Линь Фэйжань внимательно следил за происходящим, в то же время повторяя мелодию про себя; пальцы его барабанили в такт по коленям.

Гу Кайфэн взглянул на явно взревновавшего соседа, который упорно делал вид, будто ничего не случилось, и чуть не рассмеялся. Пихнув коленом Линь Фэйжаня, он спросил:

— О чем ты думаешь?

— О моем номере, — честно ответил тот.

Дело все в том, что когда он выбирал мелодию, то еще не получил в наследство глаза инь и ян, потому, естественно, совершенно не обращал внимание на длительность номера. Одно только исполнение займет шесть минут, еще больше времени уйдет при учете выхода на сцену и поклона после аплодисментов. Так что даже если Линь Фэйжань очень постарается, то не сможет все закончить за пять минут.

Ткнув в сторону края сцены, юноша решил прощупать почву.

— Во время моего выступления ты будешь стоять там?

Убедиться в этом было просто жизненно необходимо, потому как после выступления бедняге придется быстро бежать на подпитку энергией ян!

— Да, — голос Гу Кайфэна звучал нежно, — Я буду стоять там и наблюдать за тобой.

Наивный Линь Фэйжань тут же почувствовал облегчение...

Он не мог видеть полной картины, не зная, что это ему говорил гей!

Итак, фестиваль искусств начался.

Соло Линь Фэйжаня было девятым. После современного танца, который шел под восьмым номером, Гу Кайфэн вышел на сцену и объявил:

— Следующим мы приглашаем учащегося второго года средней школы, моего одноклассника из четвертого класса [3], Линь Фэйжаня. Он исполнит нам соло на фортепиано.

За кулисами Линь Фэйжань уже рвался в бой, готовый выйти и покорить всех.

Договорив, Гу Кайфэн ушел за кулисы. Тем временем свет в зале потускнел, и люди, отвечающие за реквизит, вывезли фортепиано на сцену. Линь Фэйжань стоял у края кулис, готовый появиться перед публикой. Гу Кайфэн стоял рядом.

Вот на сцене вспыхнул свет, и Линь Фэйжань быстро протянул руку, желая коснуться Гу Кайфэна и утянуть у него энергию Ян, но тот вдруг двинулся и нежно хлопнул его по заднице. Ушки Линь Фэйжаня мгновенно вспыхнули, а тело все напряглось.

— Иди, маленький принц, — прошептал Гу Кайфэн.

Стоило Линь Фэйжаню услышать эти слова, как ноги его обмякли, и каждый шаг до фортепиано ему казалось, будто он идет по сахарной вате. Пока он кланялся, его сердце все еще сильно колотилось в груди. Наконец, юноша сел перед фортепиано.

С его последнего выступления перед публикой прошло уже довольно много времени, так что сейчас Линь Фэйжань нервничал. Пытаясь успокоиться, он глубоко вздохнул и опустил пальцы на клавиши.

Притихший зал заполнила медленная чарующая мелодия. Единственным источником света был прожектор, освещавший фортепиано, и элегантная внешность пианиста в его свете стала лишь привлекательней. В ярких огнях волосы Линь Фэйжаня казались сделанными из чистейшего шелка и на ощупь казались очень мягкими.

Во время игры обаяние Линь Фэйжаня сделалось лишь сильнее, совершенно захватив зрителей. Никто не издавал ни звука. Все, а особенно Гу Кайфэн, смотрели на сцену.

"Такой соблазнительный... Черт", — Гу Кайфэн вперился в тонкую талию Линь Фэйжаня, выгодно подчеркнутую костюмом. Кадык его дернулся и все те чувства, которые он сдерживал в последние несколько дней, подавлять стало еще труднее.

Автору есть что сказать:

Гу Кайфэн: «Что же до этого тайного романа, то я просто игрался : ) ».

Примечания:

[1] - 糖衣炮弹 - ( tángyī pàodàn) снаряды в сахарной оболочке, засахаренный снаряд. Образно о замаскированных средствах причинения вреда.

[2] - 嘤 - ( yīng) китайцы плачут со звуком "ин-ин-ин", который также может означать щебет птиц.

[3] - здесь четвертый класс, я думаю, имеет то же значение, что у нас буквы "а", "б" перед цифрами. Кстати, второй год средней школы это 11 класс, как я узнала. Жань-Жань меня на годик младше~

http://bllate.org/book/13800/1218092