Готовый перевод Always forever / Вместе навсегда: Глава 4. Случайная встреча

Не думал, не гадал Чжоу Юй, что спустя годы снова окажется в этом городе. Если бы не друг, открывший здесь автосервис и позвавший его в подмогу, вряд ли бы он вернулся. Согласился он, пожалуй, ещё и потому, что в памяти всплыл образ того навязчивого «хвостика», что когда-то неотступно следовал за ним по пятам. Лёгкая ностальгия по прошлому подтолкнула сказать «да» — и вот он снова здесь, среди знакомых улиц.

Его отец скончался в прошлом году от инфаркта — сказались долгие годы нездорового образа жизни и постоянные нервные срывы. Для Чжоу Юя это означало лишь, что нищая жизнь теперь стала ещё более одинокой.

Чжоу Юй, так и не вернувшись к учёбе после очередного переезда, устроился подсобным рабочим в местную автомастерскую, перебиваясь случайными заработками. Смерть отца лишь означала, что теперь за столом сидел он один. В пустой, безмолвной комнате Чжоу Юй по-прежнему влачил свои дни без мыслей и целей, существуя, но не живя.

Сбросив привезённые вещи и сумки в съёмной квартире, Чжоу Юй устало провёл рукой по волосам. Потянуло закурить, но, порывшись в карманах джинсов, он обнаружил, что сигареты кончились. Сдавленно выругавшись, он поднялся на ноги — внизу, кажется, был круглосуточный магазин. Можно было купить там.

Спустившись по лестнице и выйдя из подъезда, Чжоу Юй увидел, что по обеим сторонам тротуара горят многочисленные благовония, воткнутые прямо в щели между плитками. Кое-где стояли жестяные тазы, в которых плясали языки пламени, а чёрный пепел сожжённой бумаги поднимался в воздухе лёгкими завитками. Перед этими тазами стояли на коленях женщины и старики — сложив ладони и закрыв глаза, они что-то беззвучно шептали, время от времени бросая в огонь жёлто-коричневые бумажные деньги. Отблески пламени выхватывали из темноты их лица, придавая им странные, почти мистические выражения.

«Это что ещё такое?» — мелькнуло в голове у Чжоу Юя. Он на мгновение застыл, прежде чем до него постепенно дошло. Кажется, сегодня... праздник поминовения усопших​¹? Невезуха, вышел ночью — и сразу на такое наткнулся. Окинув взглядом потрескивающие огоньки и клубы дыма, он ускорил шаг, ловко лавируя между людьми, расположившимися на тротуаре с курительными палочками и жестяными тазами, и направился к светящейся вывеске круглосуточного магазина.

— Чжоу Юй?

— Чжоу Юй?!

— Чжоу Юй!

— А? — будто сквозь сон донеслось до него чьё-то окликание. Чжоу Юй поднял голову и огляделся. Высокая худая фигура догоняла его сзади, быстро сокращая расстояние.

— Сун Фаньсюань?

Приглядевшись, Чжоу Юй с удивлением узнал в приближающейся фигуре того, кого не видел уже несколько лет. Не мог же мир быть настолько тесен — столкнуться с ним в первый же день своего возвращения?..

Стоявший перед ним Сун Фаньсюань казался почти таким же, как в воспоминаниях. Разве что стал ещё выше, а тело по-прежнему сохраняло юношескую худобу. Чёлка, когда-то скрывавшая пол-лица, теперь была укорочена, открывая глаза, которые раньше тот всегда прятал. Скулы стали резче, черты лица — выразительнее, но кожа приобрела неестественную, почти фарфоровую бледность. Особенно сейчас, в ночной темноте, на ней проступал лёгкий синеватый оттенок — видимо, со здоровьем у него было не всё в порядке.

Сун Фаньсюань не отрываясь смотрел на него своими необычайно тёмными глазами, и Чжоу Юй отчётливо видел в их глубине вспыхнувшую искру радостного изумления.

— Ты... ты вернулся. Я искал тебя... так долго. Не знал, куда ты пропал.

Первый порыв удивления сменился тихим, едва слышным бормотанием, больше похожим на разговор с самим собой. Сун Фаньсюань ухватился за край куртки Чжоу Юя, словно боясь, что тот снова исчезнет.

— М-м-м...

Чжоу Юй вспомнил, как тогда, спасаясь от долгов и собственных смятенных чувств, он сбежал без единого слова, прихватив ещё и деньги у матери Сун Фаньсюаня. Сознавая свою неправоту, он ответил с подчёркнуто «добродушной» уступчивостью:

— Тогда у отца кое-что случилось, пришлось срочно уехать. Извини, что даже не предупредил.

Ничего страшного. Главное, что мы встретились сейчас». Сун Фаньсюань попытался улыбнуться, давая понять, что не держит обиды. Но его лицо, привыкшее к безжизненной маске, исказилось неестественной, словно натянутой за ниточки, гримасой. Вблизи эта улыбка показалась Чжоу Юю зловещей, и по спине у него пробежал холодок.

— Случай, сейчас же лето, почему ты в свитере?

Некоторое время они молча стояли у обочины, пока Чжоу Юй наконец не нашёл, с чего начать разговор. Даже ночью в знойный сезон прохлады не было, а на Сун Фаньсюане красовался высокий чёрный воротник свитера — выглядело это более чем странно.

Сун Фаньсюань провёл рукой по воротнику.

— В последнее время здоровье не очень.

— А-а-а, это заметно... — лицо его действительно было до болезненности бледным. И что он вообще делал на улице в такой поздний час — не боялся рухнуть без сил прямо на тротуаре? — А ты что здесь делаешь ночью? Твоя семья, кажется, живёт не в этом районе?

Насколько Чжоу Юй помнил, у семьи Сун Фаньсюаня был свой дом где-то за городом, а не в этих переулках. Что он здесь забыл?

— Я иногда прихожу сюда просто так, погулять. Потому что раньше ты жил неподалёку.

Сун Фаньсюань не отводил взгляда от Чжоу Юя, отвечая тихо, но чётко.

Чжоу Юй, привыкнув к этим местам с давних пор, по старой памяти и снял квартиру именно здесь. Но откуда ему было знать, что именно это и приведёт к встрече с Сун Фаньсюанем?

Вместе Сун Фаньсюанем он дошел до магазина, чтобы купить сигареты.

В самом магазине Чжоу Юй несколько раз спросил, не хочет ли тот чего-нибудь. Но Сун Фаньсюань лишь качал головой. При расчёте кассирша бросила на них странный взгляд. Наверное, её тоже шокировал человек в тёплом свитере посреди летнего зноя...

Сперва он хотел пригласить Сун Фаньсюаня к себе, но, порывшись в карманах, с досадой обнаружил, что забыл ключи — попасть в квартиру теперь было никак.

Вызывать слесаря посреди ночи тоже не вариант. Пока Чжоу Юй стоял в неловком замешательстве, Сун Фаньсюань предложил переночевать у него: машина рядом. Подумав, Чжоу Юй согласился — почему бы и нет?

​¹ Цинмин (кит. трад. 清明節, упр. 清明节, пиньинь Qīngmíngjié, палл. Цинминцзе) — традиционный китайский праздник поминовения усопших. Название переводится как «праздник чистого света». Отмечается ежегодно по лунному календарю на 104-й день после зимнего солнцестояния или 15-й день после весеннего равноденствия. Обычно он выпадает на начало апреля, между 3 и 5 числом.

В этот день в КНР принято посещать могилы предков для того, чтобы привести их в порядок ( «sǎomù» 扫墓 ), принести цветы, сделать подношения в виде овощей и фруктов, зажечь благовония и сжечь бумагу в виде ненастоящих денег. Подношения и сжигания бумаги олицетворяют передачу земельных богатств в Царство мертвых и даже несмотря на тысячелетнюю историю пользуются большой популярностью среди современных китайцев.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://bllate.org/book/13728/1245394