Готовый перевод Heartthrob Syndrome [Quick Wear] / [❤] Синдром всеобщей любви [Быстрое перемещение]: Глава 7

Глава 7. Лицевая агнозия (7)

Синь Хэсюэ не мог понять, в какую ролевую игру затеял играть Пэй Гуанцзи.

Так или иначе, после той ночи, когда его период возбуждения был утолён, Пэй Гуанцзи, похоже, пришёл к каким-то ещё более глубоким и ошибочным выводам и вдруг начал вести себя так, словно они были парой, живущей вместе.

Уже несколько ночей подряд, когда Синь Хэсюэ погружался в дрёму, матрас рядом с ним внезапно прогибался. Кто-то, помедлив мгновение, обнимал его сзади, прижимаясь горячей грудью к его спине и заключая в свои объятия.

У Синь Хэсюэ было слабое здоровье, и температура его тела всегда была чуть ниже нормы. Даже в разгар лета он на ощупь был прохладным, словно горсть снега. Кондиционер в его комнате был установлен на тридцать градусов. Синь Хэсюэ искренне не понимал, на какие муки себя обрекал этот человек.

Для альфы тридцать градусов в помещении были почти невыносимой жарой, но Пэй Гуанцзи каждую ночь тихо возвращался и просто спал, обнимая его. А в шесть утра, по своим нерушимым биологическим часам, он так же безмолвно уходил, прежде чем Синь Хэсюэ успевал проснуться.

Сон у него был чуткий, поэтому он каждый раз слышал, как Пэй Гуанцзи поздно ночью открывает дверь.

А затем необъяснимым образом до него доносилось:

[Очки любви Пэй Гуанцзи +1]

Хотя он ровным счётом ничего не делал.

Целую неделю Пэй Гуанцзи каждую ночь возвращался, чтобы подарить ему очки любви.

Что, его кровать стала местом для ежедневных отметок?

За всё это время Синь Хэсюэ ни разу не сталкивался с ним лицом к лицу и не мог понять ход его мыслей. Дни напролёт он проводил на вилле, прося К. включать ему популярные в Великом мире слезливые мелодрамы, полные клише и страданий, чтобы изучить вкусы местного рынка. Большинство из них были сняты по мотивам историй об абьюзивных отношениях, и от их просмотра у него хмурились брови.

[Вкус у вашего Великого мира, прямо скажем, незавидный], — пожаловался он К.

На экране в его сознании снова разразилась гроза — классическая сцена в стиле «она бежит, он догоняет, и ей не скрыться». Синь Хэсюэ счёл это зрелище совершенно неаппетитным. Два главных героя, отчаянно цепляющиеся друг за друга под проливным дождём, выглядели лишёнными всякой эстетики.

[Выключи], — приказал он К.

Он молча отложил нож и вилку.

— Нет аппетита? — внезапно раздался голос Пэй Гуанцзи с противоположной стороны стола.

Юноша изящно промокнул губы салфеткой — даже этот простой жест в его исполнении походил на произведение искусства. Словно не привыкнув смотреть Пэй Гуанцзи в глаза, он опустил ресницы и едва заметно улыбнулся.

— У блюд, приготовленных дворецким, кажется, один и тот же вкус.

Будучи творением механики, умный дворецкий хоть и обладал функцией приготовления пищи, но из-за одержимости точными цифрами в рецептах утратил саму суть кулинарного искусства.

Пэй Гуанцзи никогда не обращал на это внимания. Он был неприхотлив в еде; главное, чтобы она поддерживала жизненные функции и обеспечивала суточную норму питательных веществ. Основываясь на этой концепции, корпорация «Шэнь-нун» уже начала разработку питательных смесей и готовилась к их выводу на рынок. В ухудшающихся условиях окружающей среды дешёвые питательные смеси станут основным выбором для простых людей.

Сегодня у Пэй Гуанцзи был выходной, и ему не нужно было ехать на работу в Центральный округ, но он всё равно неосознанно думал о делах. Согласно книгам, это было неправильно.

На полке в кабинете Пэй Гуанцзи его помощник невесть когда оставил несколько монографий по искусству семейных отношений. Он, сам не зная почему, пролистал их. В книгах говорилось: больше общаться, больше времени проводить вместе, больше понимать. Отвлекаться во время разговора было явным признаком неудачи.

Пэй Гуанцзи допил кофе и отправил сообщение Цзян Цзину. Получив быстрый ответ, он повернулся к Синь Хэсюэ.

— На ужин я приглашу повара из «Павильона Пьяного Бессмертного». Попробуешь, может, тебе понравится.

— Господин Пэй, не будет ли это слишком хлопотно? — с сомнением спросил Синь Хэсюэ.

— Не будет, — нахмурился Пэй Гуанцзи. — Семья Пэй ещё не настолько обеднела, чтобы не суметь позволить себе повара.

Видя его непреклонность, Синь Хэсюэ сделал глоток тёплой воды и больше ничего не сказал. Он был слегка удивлён таким отношением, ведь совсем недавно этот человек говорил ему: «У тебя нет права на отказ».

Когда Пэй Гуанцзи поднялся в кабинет, чтобы заняться делами, Синь Хэсюэ обратился к системе: [Проверь, сколько у него сейчас очков любви].

К.: [Текущие очки любви Пэй Гуанцзи: 67].

Так много?

Синь Хэсюэ полагал, что очки любви Пэй Гуанцзи будет набрать труднее всего, но, похоже, он ошибался. Длинные ресницы скрыли мелькнувшие в его глазах эмоции. Он задумался над дальнейшим планом.

К. молча наблюдал за выражением лица размышляющего котёнка, кадр за кадром фиксируя его со всех ракурсов. Это поможет ему лучше понять характер носителя и эффективнее продвигать рабочий процесс.

К. заархивировал фотографии в личную папку.

***

Пэй Ин с удивлением обнаружил, что ужин на вкус был другим.

Блюда «Павильона Пьяного Бессмертного» славились на весь Первый и Центральный округа. Когда знатные семьи устраивали банкеты, они обычно нанимали именно их поваров. Говорили, что шеф-повар павильона был потомком древних ся и многие его блюда были восстановленными рецептами дворцовой кухни исторических династий. Процесс их приготовления был сложен, и, хотя они были восхитительны, из-за несоответствия современному быстрому темпу жизни их не могли готовить массово. Чаще всего позволить себе такую роскошь могли лишь семьи, владевшие большей частью богатств Федерации.

Заметив, что юноша ест больше обычного, Пэй Ин догадался о причине. Его взгляд скользнул с Синь Хэсюэ на Пэй Гуанцзи.

— Брат, ты в последнее время сильно занят на работе? — с нарочито беззаботным видом спросил он.

Их братское общение, помимо приветствий, в основном сводилось к этому — Пэй Ин мимоходом интересовался, не слишком ли занят Пэй Гуанцзи.

— Угу, — холодно бросил тот.

Пэй Ин знал, что его брат, как наследник семьи Пэй, был вечно занят, в отличие от него самого — бракованного изделия, отсеянного с самого рождения. В его глазах на мгновение промелькнула тень затаённой обиды.

Пэй Гуанцзи пододвинул блюдо, которое, очевидно, больше всего понравилось Синь Хэсюэ, прямо к нему, а затем спросил брата:

— Что-то случилось?

— Да так, — безразлично ответил Пэй Ин. — Я в выпускном классе, в школе будет родительское собрание. Старик точно не сможет прийти.

— Присутствие родителей обязательно?

— Нет, — скривился Пэй Ин.

— Ясно, — отрезал Пэй Гуанцзи.

Это означало, что он не пойдёт. Пэй Ин и сам спросил лишь для проформы, не придавая собранию особого значения, просто не хотел потом выслушивать упрёки учителей.

— Я наелся, — тихо сказал Синь Хэсюэ.

Слишком мало он ест. Пэй Ин нахмурился, глядя на него. Пэй Гуанцзи был того же мнения.

— Съешь ещё, — сказал он, подвигая блюда ближе.

Он считал Синь Хэсюэ слишком худым. Когда он обнимал его, спина была костлявой, что вредно для здоровья. Но, несмотря на эти мысли, слова его прозвучали холодно:

— Не доешь — пропадёт зря.

Даже Пэй Ин одарил брата сочувствующим взглядом, поражаясь его полному отсутствию такта.

Синь Хэсюэ опустил голову и снова взялся за палочки.

***

Вечером, когда Пэй Гуанцзи просматривал документы в кабинете, в дверь постучали.

— Войдите, — ровно произнёс он.

Дверь со скрипом отворилась. Пэй Гуанцзи поднял глаза.

В комнату вошёл юноша в удобной домашней одежде. От него веяло такой мягкостью и теплом, что Пэй Гуанцзи неосознанно захотелось его обнять.

— Два экземпляра, я оба подписал. Забыл отдать раньше, — очень тихо сказал Синь Хэсюэ, кладя контракт на стол перед ним.

Пэй Гуанцзи скользнул взглядом по содержанию и застыл.

Договор, скреплённый их именами и отпечатками пальцев, сроком на один год, определял суть их отношений.

Пэй Гуанцзи открыл было рот, чтобы что-то сказать, но в следующую секунду ему позвонил Цзян Цзин. Он ответил на звонок, оставив Синь Хэсюэ стоять в стороне.

— В чём дело?

— Молодой господин, по поводу пожара на фармацевтическом заводе в Западном городе Шестого округа. Новый управляющий нашёл ключевую информацию, но говорит, что она очень важна, и выдвинул условие — он доложит обо всём только вам лично. — Опасаясь, что Пэй Гуанцзи не придаст этому значения, Цзян Цзин добавил: — Он сказал, это связано с Иными.

Пэй Гуанцзи не пытался скрыть разговор, и Синь Хэсюэ мог разобрать отдельные слова.

Иные.

Он мысленно повторил это слово. Согласно сценарию, его судьба — стать пушечным мясом на передовой, когда разразится война между Иными и людьми. Вскользь упоминалась и организация сопротивления Иных — «Огненное Семя». Название этой организации было связано с одним из друзей детства Пэй Гуанцзи — Цю Юанем.

В настоящее время в Центральном округе доминировали две корпорации: «Шэнь-нун» семьи Пэй и «Нюйва Бионикс» семьи Си. Семья Цю, некогда третья из великих финансовых династий, по сравнению с ними пришла в упадок. Причиной тому стала лаборатория по биологической модификации, основанная предыдущим поколением семьи. Они проводили безумные эксперименты над людьми и животными, утверждая, что смогут создать вид, идеально подчиняющийся приказам человека, который сможет заменить людей на опасных работах, таких как охрана или пожаротушение.

Лаборатория носила имя «Прометей» и хвасталась, что сможет похитить огонь с небес.

Результат оказался катастрофическим.

После пожара десятки тысяч подопытных исчезли. Вместо них появились нечеловеческие Иные, которые теперь сеяли хаос в обществе и совершали набеги на границы Федерации. Их нельзя было ни истребить, ни изгнать.

Когда-то семья Цю, прикрываясь именем «Огненное Семя», привлекала огромные общественные инвестиции для своих биологических экспериментов и создала этих Иных; теперь же та же семья Цю открыла военные заводы и наживалась на разработке и продаже высокомощного оружия для их уничтожения.

Нынешним наследником семьи Цю был Цю Юань, один из друзей детства Пэй Гуанцзи.

Синь Хэсюэ сузил глаза.

Он пришёл сегодня с этим контрактом намеренно, чтобы напомнить Пэй Гуанцзи об их сделке. Он не собирался позволять ему и дальше терять голову в этой ролевой игре и идти по пути «сначала секс, потом любовь». Во-первых, это не соответствовало вкусам зрителей Великого мира, а во-вторых, у него были и другие цели, для которых нужно было зарабатывать очки любви и душевной боли.

Синь Хэсюэ терпеливо дождался, пока Пэй Гуанцзи закончит разговор.

Как и ожидалось, после звонка взгляд Пэй Гуанцзи, лишённый всякого тепла, упал сначала на контракт, а затем на него.

— Ясно. Оставь здесь.

Альфа накинул пиджак и вышел в дождливую ночь.

***

Пэй Ин швырнул тетрадь на диван в гостиной. Ему было лень даже переписывать ответы.

За окном шёл дождь, тени деревьев качались на ветру. Идеальная погода, чтобы напиться и уснуть. Он направился к бару и открыл бутылку виски особой выдержки.

Со второго этажа раздался глухой удар.

Веко Пэй Ина дёрнулось.

Он бросил бокал и взбежал по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки.

Юноша лежал на полу. К счастью, пол был застелен мягким ковром. Но даже так, лицо его было бледным, волосы на лбу промокли от пота, брови страдальчески сведены. Он выглядел одновременно жалким и прекрасным.

— Что случилось? — Пэй Ин подбежал и помог ему сесть на диван.

Зрение Синь Хэсюэ расплывалось от боли, голос был таким слабым, что он едва выдавливал слова:

— Гуанцзи?.. — Но тут же, разглядев значок на его запонке, он узнал его: — Пэй Ин?

Крупные капли холодного пота скатились со лба и попали в глаза.

— У меня… болит желудок…

Блюда «Павильона Пьяного Бессмертного» напоминали ему о еде из императорской кухни прошлого, и когда Пэй Гуанцзи уговаривал его съесть побольше, он не сдержался. Вероятно, острый гастрит. Синь Хэсюэ прошёл через столько страданий, что слишком хорошо знал своё измученное тело.

— Подожди, у нас дома нет лекарств от желудка. Я вызову врача.

Он набрал номер семейного доктора. Потом, поколебавшись, всё же отправил сообщение Пэй Гуанцзи.

[У Синь Хэсюэ болит желудок. Он только что звал тебя. Может, вернёшься?]

Пэй Гуанцзи, сидевший на заднем сиденье аэромобиля, получил сообщение и нахмурился. Он был на пути к встрече с управляющим завода в Западном городе Шестого округа. Он снова вспомнил о контракте, лежащем в кабинете, и о своих глупых поступках в последнее время.

Всего лишь любовник, которого он привёл домой, чтобы пережить период возбуждения. Между ними даже не было «любви». К тому же, всего на год.

Пэй Гуанцзи решил, что слишком много о нём думает.

Он не так уж и важен.

Это всё последствия синдрома отмены после периода возбуждения. Пэй Гуанцзи успешно нашёл оправдание своей недавней потере контроля. Он даже предупредил Цзян Цзина:

— Чтобы больше в моём кабинете не было всякой дряни.

— Слушаюсь, — после секундного молчания ответил тот.

Пэй Гуанцзи снова перечитал сообщение от Пэй Ина.

«Болит желудок», «вернёшься».

Его взгляд задержался на этих словах, после чего он холодно набрал ответ.

[Заболел — пусть вызовет врача]

Затем он приказал Цзян Цзину:

— Отправьте медицинскую бригаду на виллу «На полпути к вершине».

— Слушаюсь, — вытирая пот, ответил Цзян Цзин.

Пэй Ин как раз поил Синь Хэсюэ тёплой водой. Прочитав ответ Пэй Гуанцзи, он удивлённо вскинул бровь.

http://bllate.org/book/13672/1211075