Готовый перевод Humanoid Machine / Человекоподобная машина: Глава 2

Глава 2. Игра-розыгрыш

— Все мои лекарства — персональные, — ответила Крольчиха. — Твои закончились? Капитан же перед входом в инстанс напоминал, чтобы мы запаслись.

«Красное лекарство» — так игроки называли высококлассный медицинский препарат, который можно было приобрести у Системы в безопасной зоне. Оно превосходно заживляло любые внешние раны.

Персональная версия стоила двадцать очков и действовала только на владельца. Неперсональная, которую можно было передать другому игроку или НИПу, обходилась уже в сто очков. Из-за такой колоссальной разницы в цене лишь те, кто специализировался на перепродаже системных товаров, могли позволить себе подобную роскошь.

Крольчиха, очевидно, к таким не относилась.

Кудряш растерянно замолчал.

Крольчиха, будучи наблюдательнее многих игроков, быстро всё поняла и, бросив взгляд за его спину, спросила:

— Это новичок ранен?

— Какое мне до него дело, — буркнул Кудряш, нахмурившись.

— Ладно-ладно, никакого, — Крольчиха и сама заметила тёмное пятно крови, проступившее на одежде у худощавого парня, и, прикинув, что рана может быть серьёзной, нахмурилась. — Попроси у Капитана, у него на складе вечно всякий хлам валяется.

Кудряш ничего не ответил.

Он лишь ускорил шаг и как бы невзначай поравнялся с Капитаном Сином.

— Капитан, — после недолгой паузы торопливо проговорил он. — У тебя есть неперсональное лекарство? У меня запасы на исходе, одолжи одно. Верну очки в безопасной зоне.

Капитан, казалось, слегка замедлил шаг. Резкие черты его красивого, но холодного лица в свете ламп выглядели ещё более точёными. Его тонкие губы чуть заметно дрогнули, словно он хотел что-то спросить, но в итоге лишь коротко бросил:

— Сейчас переведу.

Походка Кудряша неуловимо стала легче.

На системной панели возникло окно обмена, и они быстро завершили операцию. Когда Кудряш уже собрался подождать вечно копающегося новичка, плетущегося в самом хвосте группы, он услышал, как брат Син тихо окликнул его по имени.

— А?

— Что-то ты о нём слишком беспокоишься.

Кудряш замер, а затем с недовольным видом процедил:

— …Как-никак, это очки за выживание.

Очки были единственной универсальной валютой в мире побегов.

На них игроки могли приобрести всё необходимое: от универсальных медицинских препаратов, прозванных «красным лекарством», до огнестрельного и холодного оружия, доступного даже новичкам. За баснословные суммы можно было купить и сверхчеловеческие таланты и способности.

По завершении игры, вернувшись в безопасную зону, игроки получали расчёт. Он включал в себя базовые очки за сложность инстанса, дополнительные награды за побочные задания или участие в особых событиях, и, наконец, очки за выживших… Особенно щедрой эта часть награды была, если в группе выживал новичок.

Впрочем, для опытного бойца из команды Кудряша такая «щедрость» не была чем-то особенным. Основной доход им приносили именно дополнительные награды.

Однако Капитан не стал комментировать столь неубедительное оправдание и молча отвёл взгляд.

Большинство игроков под настойчивыми, пустыми взглядами прислуги уже прошли в банкетный зал. Лишь Кудряш, прислонившись к дверному косяку, украшенному резьбой в виде ангелов, ждал. Когда запоздавший новичок поравнялся с ним, он выставил ногу, преграждая ему путь.

— Эй.

— Если не хочешь сдохнуть, лучше подлечись, — Кудряш скрестил руки на груди и, высокомерно вскинув бровь, продолжил: — Предлагаю сделку. Я даю тебе лекарство, а ты после выхода возвращаешь мне очки. В двойном размере. По-моему, честная цена за твою жизнь, а?

Если бы Кудряш не преграждал путь только ему одному, Юань Юйсюэ подумал бы, что тот обращается к кому-то другому.

Боевой робот первого поколения на мгновение замер в лёгком замешательстве, но затем быстро отказался.

— Не нужно, — сказал он.

Он не был ранен. И не умрёт.

Ответ прозвучал холодно и не оставлял места для возражений. Кудряш поджал губы, его надменное выражение лица слегка дрогнуло, но он быстро нашёлся:

— …Так и быть, сделаю тебе скидку, раз уж ты новичок.

Юань Юйсюэ выполнял бесчисленное множество опасных заданий, и лишь когда уровень его повреждений превышал девяносто процентов, исследователи отправляли его на техобслуживание. Медицинские препараты были для него чем-то чуждым — он обладал способностью к самовосстановлению, пусть даже сейчас его комплектующие и были понижены в классе.

Эти драгоценные ресурсы предназначались для хрупких людей.

Поэтому Юань Юйсюэ вежливо, но твёрдо повторил:

— Мне не нужно. Можешь отдать его другим.

Он имел в виду «другим людям».

— … — Кудряш стиснул зубы. — Я впервые «делаю бизнес», не хочу, чтобы мне отказывали. Хочешь, бесплатно отдам…

Пока Кудряш с трудом торговался с этим несговорчивым клиентом, рискуя остаться без штанов, Крольчиха легонько хлопнула его по плечу, кивнув в сторону НИПа.

— Заходите уже, — раздался из зала голос Капитана.

Безликий дворецкий так пристально смотрел на замешкавшуюся парочку, что казалось, его глаза вот-вот вывалятся из орбит. Выражение его лица становилось всё мрачнее, и даже Крольчиха не выдержала и поторопила их.

Кудряш наконец убрал ногу, пропуская Юань Юйсюэ в зал.

Несмотря на общую ветхость особняка, банкетный зал был самым чистым и просторным помещением. Под высоким сводчатым потолком висела огромная, вычурная люстра. Её хрустальные грани преломляли тёплый жёлтый свет, заливавший всё вокруг, но не создававший ни капли уюта.

В дальней стене был устроен камин, в котором высоко вздымались языки пламени, облизывая сероватый камень, но их надёжно сдерживала посеребрённая решётка. От ревущего огня, как ни странно, не исходило тепла. За окнами завывал ветер, и в зале царил пронизывающий, почти зимний холод.

Когда последний игрок переступил порог, сюжет, казалось, сдвинулся с мёртвой точки.

С весёлыми криками вернулся главный и единственный герой этого представления — молодой господин Андрей.

Он вошёл через другую дверь, которая, по-видимому, вела наружу. Когда она отворилась, в зал ворвался порыв ледяного ветра со снегом. Андрей был одет в костюм для верховой езды из плотной серо-коричневой ткани. Туго затянутые манжеты и воротник были оторочены мехом, за спиной висел колчан со стрелами. Он сдёрнул с головы шапку, явив взору светлые волосы, заплетённые в несколько неряшливых косичек.

Увидев гостей, Андрей ничуть не удивился.

— Как чудесно, — воскликнул он с почти чрезмерным восторгом. — Снова столько добрых друзей… пришли со мной поиграть.

Его бурная радость выглядела неестественно и жутко.

Игроки хранили молчание.

Юань Юйсюэ посмотрел на Андрея. Сканирование провалилось.

Снова странная форма энергии.

Андрея, впрочем, не смутило отсутствие реакции. Он с чувством поблагодарил дорогих друзей, пришедших на его праздник, и велел дворецкому принести торт.

Это был совсем крошечный торт, только что из печи, ещё источавший сладкий аромат. Его поставили перед Андреем, и юный господин, ловко взяв серебряный нож, разрезал мягкое тесто. Из середины тотчас вытекло малиновое варенье, вызвав у игроков самые дурные ассоциации с ярко-красным цветом… Кто-то нервно сглотнул, во взгляде появилась настороженность.

Торт разделили на девять равных частей. Кусочек с клубникой в сахарной пудре достался Андрею, но никто из игроков не обратил на это внимания. Они смотрели на изящные десерты на серебряных тарелках, не испытывая ни малейшего аппетита. Ведь торт приготовил НИП из этого инстанса, а кроваво-красный джем по краям тарелки давал волю самым мрачным фантазиям.

Кроме Юань Юйсюэ. Он молча опустил глаза, разглядывая свой крошечный кусочек торта.

…Ему тоже досталось?

Поскольку он постоянно находился на передовой, а его товарищами были в основном роботы, Юань Юйсюэ редко сталкивался с человеческой пищей. Подобные изысканные сладости он видел лишь в базах данных, и потому ему было очень любопытно.

Но никто не притрагивался к десерту, и Юань Юйсюэ послушно ждал.

Он плохо разбирался в человеческом этикете.

Андрей, улыбаясь, достал белую свечу, воткнул её в свой кусок торта, выдавив капельку крема, и внезапно спросил:

— Почему вы не едите? Вам не нравится мой… торт?

Игроки молчали.

«Имей хоть каплю совести», — мысленно ругались они.

Андрей впился в них своими зелёными глазами, и стало ясно, что, пока он не получит ответа, ничего не произойдёт. Наконец, Капитан Син решил взять удар на себя.

— Нравится, — коротко ответил он.

Никто не знал, не станет ли ответ НИПу спусковым крючком для какого-нибудь особого механизма, который сделает ответившего целью босса.

В инстансах действовало правило: лучше промолчать, чем сказать или сделать что-то не то.

Но, услышав ответ Капитана, Андрей не выказал никаких странных реакций. Его лицо даже смягчилось, а губы тронула довольная улыбка.

— Тогда угощайтесь.

Игроки молчали.

Из осторожности большинство не стало есть торт, предложенный НИПом. Каждый выкручивался как мог: кто-то «случайно» уронил десерт под стол, кто-то, поднеся его ко рту, тут же незаметно вытер губы салфеткой, сжав комок в руке. В чьей-то чашке с чаем уже растворился изрядный кусок крема.

Юань Юйсюэ же, получив разрешение хозяина, невозмутимо приподнял маску. Её нижняя часть была оснащена специальным механизмом, позволявшим открыть рот для приёма энергоблоков.

Он аккуратно отрезал серебряными приборами крошечный кусочек и отправил его в рот.

Нежный крем таял на языке, мягкий бисквит был пропитан сладким ароматом малины. Слоистый торт растворялся во рту, и даже его излишняя сладость для юноши, впервые пробовавшего десерт, была несомненным плюсом.

Так вот какая она, человеческая еда.

Пусть она и не восполняла энергию, этот сладкий кусочек мгновенно покорил Юань Юйсюэ. От удовольствия его ресницы едва заметно дрогнули, а движения замедлились.

Кудряш, от скуки сделав вид, что притронулся к своему куску, снова невольно скосил глаза на новичка.

Тот приподнял маску, обнажив, как он и представлял, белоснежный подбородок и яркие, притягательные губы.

На этих красивых губах осталась капелька крема, которую он тут же слизал. Кудряш на миг замер, а в следующую секунду, почувствовав, как к лицу приливает жар, поспешно отвёл взгляд.

В его голове царил сумбур. И вдруг его осенила страшная мысль.

Этот новичок… он что, и вправду съел торт?

Разве можно есть то, что даёт призрачный НИП?!

Но сейчас, под пристальным взглядом босса, когда всё уже случилось, Кудряшу оставалось лишь подавить тревогу и злобно зыркнуть на Юань Юйсюэ. В этот момент даже другие игроки, сосредоточенные на боссе, невольно отвлеклись. «Чего это Кудряш так на новичка взъелся? — думали они. — Ну, попросил его сбегать за парнем, но не до такой же степени злиться? Сначала дорогу перегородил, теперь вот взглядом испепеляет».

Словно недовольный тем, что игроки отвлеклись, Андрей перестал улыбаться.

— В день рождения, — внезапно произнёс он, — нужно загадывать желание.

Дворецкий с поклоном подал ему зажигалку. Андрей, чиркнув колёсиком и глядя на вырвавшийся огонёк, сказал сам себе:

— А когда загадываешь желание, нужно выключить свет, верно?

— Совершенно верно, молодой господин.

Едва дворецкий договорил, как все источники света разом погасли.

Человек инстинктивно боится темноты.

Тем более в мире, полном опасностей. Даже опытные игроки невольно напряглись.

Никто не произнёс ни слова.

Свет был перекрыт полностью, не пробивался ни единый лучик.

Ни зажигалки, ни, разумеется, свечи… Густая тьма, словно туман, застилала глаза.

Кто-то в тревоге широко раскрыл глаза, но всё равно ничего не видел. Хотя все и догадывались, что Андрей не ограничится безобидным зажиганием свечи, эта затянувшаяся темнота и состояние повышенной готовности изматывали.

Капитан Син оставался невозмутим. Крольчиха, напротив, выглядела обеспокоенной. А Кудряш инстинктивно подвинулся чуть ближе к Юань Юйсюэ.

Единственным, на кого темнота не произвела никакого впечатления, был, пожалуй, сам Юань Юйсюэ.

Свет для него не имел значения. В темноте его зрение становилось лишь острее.

Он отчётливо видел, как в тот же миг, что погас свет, Андрей отбросил зажигалку, растянул губы в широкой ухмылке, нащупал серебряный нож для торта и поднялся.

Он бесшумно скользил за спинами игроков, словно безмолвный призрак. Напряжённые до предела, они даже не подозревали, что босс находится от них на расстоянии спинки стула. Андрей, казалось, кружил лишь за теми, кто выбросил свой торт — впрочем, выборка была слишком мала, чтобы утверждать это наверняка.

Наконец, он, похоже, определился с жертвой и остановился за спиной Юбки.

Ничего не подозревающая девушка в белом платье напряжённо сидела на стуле. На подоле её платья осталось пятнышко от малинового джема, источавшее сладкий аромат.

Андрей встал позади и нежно обнял её, словно собираясь заключить в интимные, страстные объятия. Но острый серебряный нож уже навис прямо перед её лицом, нацеленный в хрупкий, широко распахнутый глаз.

Андрей чуть поправил хватку, примерился лезвием к её лбу и с невероятной скоростью нанёс удар. Казалось, в одно мгновение нож пройдёт от её бровей до самой груди, вспоров плоть и обнажив трепещущее алое сердце.

Но прежде чем улыбка Андрея стала ещё шире, лезвие замерло, не в силах продвинуться ни на миллиметр.

Улыбка на лице юного господина застыла.

Его нож был крепко схвачен.

А Юань Юйсюэ, державший лезвие, спокойно смотрел на него.

Его длинные, изящные пальцы, казалось, были созданы для чего-то утончённого, но никак не для того, чтобы держать оружие. Подушечки пальцев лежали на острие, с лёгкостью сдерживая его, словно этот смертоносный клинок был продолжением его собственной руки.

Андрей попытался вырвать нож, но тот увяз, словно в трясине, и не сдвинулся с места.

Андрей замер.

В этот короткий миг замешательства и противостояния в зале снова вспыхнул свет. Юань Юйсюэ неторопливо, почти лениво, убрал руку и сел на своё место.

Игроки заметили, что Андрей стоит на другом конце стола с серебряным ножом в руке.

Эта сцена наводила на размышления, но, как ни странно, ничего не произошло.

Пока они раздумывали, раздался недовольный голос Андрея:

— Ты не хочешь ничего сказать?

Он обращался к Юань Юйсюэ.

— ? — Юань Юйсюэ поднял на него глаза и с ноткой запоздалого возмущения произнёс: — …Ты испачкал мне руку кремом.

Андрей застыл.

Мысли остальных игроков тут же свернули в другую сторону. Они с осуждением посмотрели на Андрея и его нож, перепачканный кремом. «Ты тут устроил целое представление только для того, чтобы измазать кому-то руки?»

Какой скучный НИП. Даже в качестве «метки ненависти» это выглядело слишком по-детски.

Юань Юйсюэ долго смотрел на крем на своей руке и, поколебавшись, решил всё-таки тщательно вытереть его салфеткой, а не собирать данные для анализа.

Тревога оказалась ложной, но Крольчиху не покидало ощущение какой-то странности. Она включила внутренний канал связи отряда:

— Кудряш, ты не заметил ничего необычного…

— Он… — начал Кудряш.

Крольчиха приготовилась слушать.

— Он… какой-то милый, — сказал Кудряш.

— Угу, — подтвердил Капитан Син.

Крольчиха:

— ?

http://bllate.org/book/13671/1210867