В комнате не было второго человека, и воздух стоял неподвижно, как в склепе. Лампа у потолка горела тускло, окрашивая мебель в мрачные тона и создавая застывшие тени в углах. Она была недостаточно теплой, и Хэ Ань, морщась от холода во время беременности, подтянул одеяло и выгнул спину.
Прошло уже более двух месяцев с тех пор, как Хэ Ань переехал в эту съемную квартиру в западном пригороде.
Западный пригород Юаньцзяна — это сельскохозяйственный район, удаленный на 25 километров от центра города. Он примыкал к провинциям и находился в часе езды от основного города на метро. Как капилляры, питающие город, сюда дотягивалась суета мегаполиса. Но здесь она была не такой яркой и громкой, как в центре. Лишь теплые отблески городской жизни напоминали о большом городе, а модные тенденции приходили сюда с опозданием на несколько месяцев.
Хэ Ань мог бы и не заметить связи с мегаполисом, если бы не вывески «Город Юаньцзян», которые мелькали на магазинах вдоль улицы.
Два месяца назад, в день подписания договора, Чэн Сюю удалось связаться с омегой, который также был на шестом месяце беременности. Поскольку тот омега был ограничен в средствах и не мог содержать ребенка, он не мог позволить себе искусственный аборт. Хэ Ань использовал собственное удостоверение личности для его регистрации и позволил нуждающемуся омеге лечь в операционную вместо него самого.
Обе стороны молчаливо сотрудничали и скрывали все от врача, назначенного Чжэн Фэйлуанем.
Затем Хэ Ань оставил работу в зоомагазине и снял солнечный домик в отдаленном западном пригороде.
Чтобы было удобнее передвигаться, молодой человек снял жилье на первом этаже. Так что для того, чтобы добраться до дома, Хэ Аню нужно было преодолеть всего пол-лестницы, и время от времени он совершал несколько медленных прогулок, не уставая слишком сильно.
Чэн Сюй приезжал в гости раз в выходные и привозил фрукты, овощи, пищевые добавки, детское сухое молоко и дышащие прокладки для подгузников, которые хранились в шкафу. На прошлой неделе Чэн Сюй сопровождал его в клинику на осмотр и предложил проверить пол ребенка.
Хэ Ань хотел приберечь сюрприз до момента рождения малыша, поэтому вежливо отказался от предложения и лишь дал ребенку прозвище Линлань*.
П.п.: Линлань — ландыш.
Это был запах феромонов, присущий ему, но настолько слабый, что его можно было почувствовать, только прижавшись к коже омеги.
Чэн Сюй, как обычный бета, однажды позавидовал телу Хэ Аня. Но стоило подумать о том, сколько ему пришлось платить за подобные «духи», как помощник начинал неимоверно радовался тому, что родился бетой.
Омеги были словно рабами феромонов. Даже когда их обижали и унижали, они не могли сдержать эмоции, которые брали верх над разумом.
Чэн Сюй знал, что Хэ Ань все еще любит Чжэн Фэйлуаня.
Хотя омега никогда не проявлял инициативы, чтобы говорить об этом, но из мелочей жизни Чэн Сюй мог видеть бесчисленные моменты.
Хэ Ань полюбил горячее какао и купил кружку с логотипом той самой кофейни; рукописный договор Чжэн Фэйлуаня избежал участи быть уничтоженным. Теперь листок был убран в, часто читаемый Хэ Анем, сборник стихов. На журнальном столике лежало несколько деловых журналов, в каждом из которых было интервью с альфой. Молодой мастер Чжэн на обложке выглядел как настоящий джентльмен с яркими глазами и сильным, почти огненным обаянием, которое проникало в самую суть мелованной бумаги.
В октябре этого года в Китае было завершено строительство 28-го по счету отеля компании Цзюшэн класса люкс. Также официально был заложен первый камень в основание приморского курорта для отдыха в Европе.
Как фактический рулевой компании Цзюшэн, Чжэн Фэйлуань за последние два месяца стал любимцем СМИ. Альфа активно работал в различных печатных изданиях и новостных репортажах, и его имя всегда сопровождалось длинной чередой комплиментов, демонстрирующих литературные способности писателя.
Помимо профессиональной деятельности, эмоциональное состояние Чжэн Фэйлуаня также привлекло внимание.
В свои двадцать девять лет мужчина был успешен, амбициозен, имел двадцать девять отелей и ждал того единственного омегу, который появится рядом с ним! Такое романтичное предложение, напечатанное на бумаге, было способно вызвать трепет в любом сердце.
Чжэн Фэйлуань обычно избегал разговоров о личной жизни, но репортеры не упускали возможности задать вопросы. Цифры в финансовых отчетах и ценах акций казались сложными и непонятными, в то время как эмоции — простыми и выразительными, где любой мог распознать правду. Поэтому даже самые строгие деловые интервью неизбежно касались личных тем. Если спросить напрямую, это всегда считалось плюсом.
К счастью, на этот раз Чжэн Фэйлуань не дал репортерам разочароваться.
Альфа пошел против нормы, несколько раз заявив в интервью, что он все еще холост, а его сердце никому не принадлежит. На вопрос о критериях выбора спутника жизни мужчина ответил просто: выбор спутника — это большое дело, и нужно быть осмотрительным, балансировать между рациональностью и чувственностью, не идя на поводу у феромонов. Чжэн Фэйлуань даже посмеялся, что если какой-нибудь омега попытается, полагаясь на феромоны, выйти замуж за богатого человека, то ему лучше сменить цель, пока не стало слишком поздно.
Хэ Ань покупал все журналы, в которых появлялся альфа, и поэтому видел каждое из этих язвительных слов. Он не выбрасывал журналы, а просто заштриховывал сарказм ручкой, один за другим.
Но всегда находилось что-то, что он не мог вычеркнуть. Например, большие фотографии, которые появлялись в журнале сплетен.
Деловые журналы шли правильным путем, а журналы сплетен — легким. Авантюристы доставали из всех закоулков своих камер снимки пятилетней давности, и эти размытые или четкие фотографии разлетались во все стороны. Все увидели, что малоизвестный актер, сопровождавший Чжэн Фэйлуаня в то время, был не кто иной, как Се Янь, который сейчас ловил волну популярности в индустрии развлечений.
Репортеры засыпали Се Яня вопросами, но он уходил от ответов... Журналисты набросились на Чжэн Фэйлуаня, но он лишь усмехался в ответ.
Их любовь и ненависть, возникшие пять лет назад, теперь превратились в дымку на экране. Хэ Ань ревновал, завидовал и не мог уснуть по ночам. Но больше всего он завидовал Се Яню. Тот, как омега, умел сохранять достоинство и не боялся говорить о своих чувствах.
В отличие от него.
Хэ Ань молился, чтобы остаться, однако был изгнан Чжэн Фэйлуанем.
Хэ Ань любил и боялся. Он был настолько сбит с толку, что не мог понять, чего он с нетерпением ждал больше — перемены в сердце и благосклонности от Чжэн Фэйлуаня? Или же с нетерпением ждал возможности освободиться из тюрьмы феромонов, отказаться от своих скромных и безнадежных чувств и сказать: «Я не имею к нему никакого отношения», как это сделал Се Янь?
http://bllate.org/book/13576/1204721
Сказали спасибо 3 читателя