Готовый перевод He Returned Home / Он вернулся домой: Глава 59: Поклонение. Часть 2

Все были ошеломлены.

Ши Юцин нахмурился и, услышав слова «пятнадцатый день седьмого месяца по лунному календарю», обернулся к окну. Однако хижина оказалась убогой, окна были не из современного стекла, а наглухо заклеены бумагой. Сейчас, в сумерках, за ними ничего не было видно.

Но тени тех персиковых деревьев напоминали ему о том, что он видел совсем недавно.

Когда Ши Юцин очнулся, его тело уже промокло от морской воды. К тому же на острове было нежарко. Увидев персиковую рощу, он сначала подумал, что сейчас весна.

Но откуда в июле столько цветущих персиков?

Го Ялань, похоже, думала о том же, поэтому спросила сестру Ли:

— У вас здесь всегда в июле цветут персики?

Сестра Ли сказала:

— Да, та персиковая роща — это путь, ведущий усопших домой. В пятнадцатый день седьмого месяца открываются врата в иной мир, поэтому наше божество, чтобы души усопших могли беспрепятственно вернуться домой и принять подношения, заставляет персики цвести в это время и указывать им путь.

Несколько человек поежились: «...»

Хао Тяньшо спустя некоторое время тихо сказал:

— Я слышал раньше, что персики привлекают нечисть...

— Сестра Ли, раз эти души — ваши близкие, почему же вы боитесь, что они вас обнаружат? Неужели они, вернувшись, причинят вам вред? — спросил самый старший из них, Ло Яньчжун.

— Я же сказала, здесь всё не так, как снаружи, — таинственно произнесла женщина, сидящая в гробу. — У здешних душ нет былых чувств. Увидев ночью человека, они могут убить его, чтобы забрать с собой... Поэтому, когда наступает июль, на всякий случай мы по ночам не выходим из дома. Кроме того, в каждой семье заготавливают несколько гробов под кровати. Обычно гроб используют, чтобы закапывать его в землю, но здесь, после смерти, всех бросают в море, принося в жертву божеству, чтобы их душа оставалась вечной. Увидев гроб, духи, естественно, не станут входить.

Все замолчали.

Хао Тяньшо, почесав затылок, подошел к ближайшему гробу, всё ещё колеблясь.

Ло Яньчжун огляделся и залез в один из низких гробов.

Ся Юэ, видя, что кто-то уже действует, тоже перестала колебаться, открыла гроб и села внутрь.

Хао Тяньшо тоже собирался залезть, но вдруг остановился и оглянулся на Ши Юцина:

— Оставшиеся гробы довольно высокие. Выбери себе, я сначала помогу тебе залезть.

Ши Юцин стоял неподвижно, его взгляд скользил по гробам, а затем остановился на Го Ялань.

Го Ялань, откинув плечи назад, прислонилась к стене, казалось, о чем-то задумавшись.

Ся Юэ поторопила её:

— Сестра, залезай скорее.

Го Ялань покачала головой, очень тихо сказав:

— Гробы — это место для мертвых.

Ся Юэ, услышав это, забеспокоилась:

— Сестра! Здесь всё по-другому. Сейчас гроб должен играть роль безопасного убежища...

Услышав слово «безопасное убежище», Ши Юцин вздрогнул.

Ся Юэ продолжала уговаривать Го Ялань, которая не желала залезать в гроб. Видя, что она упорствует, девушка, рассердившись, уже собралась вылезти и силой затащить её, как вдруг увидела, что эта хрупкая фигура подошла к гробу сестры Ли:

— Когда приближается праздник духов, все должны возвращаться домой до наступления темноты, верно?

— Да. Скорее ложитесь спать.

Казалось, сестра Ли очень устала и, сказав это, быстро легла, обеими руками захлопнув крышку гроба и полностью заперев себя внутри.

Последовала короткая пауза: «...»

Ши Юцин посмотрел на остальных:

— В гробах нельзя спать.

— А?

— Если гроб является безопасным убежищем, то правило «нельзя выходить ночью» не имеет смысла.

— Верно! — Ло Яньчжун, уловив его мысль, поспешно вылез из гроба. — Этот юноша правильно говорит! Если бы гроб мог гарантировать игрокам безопасность, то, передвинув его наружу, можно было бы не беспокоиться о запрете выходить ночью... Местные не могут не понимать такой простой вещи. И вместо того, чтобы каждый день спешить домой до темноты, проще было бы выставить снаружи несколько гробов, где можно укрыться в любой момент!

Однако по пути они вообще не видели снаружи никаких гробов. Если бы их было мало, это ещё можно было бы объяснить, но у этих местных в одной только маленькой хижине стояло столько штук. Когда не было гостей, эти гробы им вообще не требовались.

— Правило «нельзя выходить ночью» говорит, что в это время снаружи опасно, а дома безопасно. А правило про гробы говорит, что опасно везде, кроме самого гроба. Но поскольку гробы можно передвигать, теоретически можно укрыться в гробу снаружи, что противоречит первому правилу... Значит, одно из этих двух правил ложное, — сказал Ши Юцин. — Сестра Ли, следуя первому правилу, привела нас домой до темноты и, казалось бы, следует и второму, ложась спать в гробу. Но если бы второе правило было настоящим, особенно когда вопрос касается жизни и смерти, снаружи не могло бы не стоять ни одного гроба.

Хао Тяньшо поспешно закивал:

— Даже в реальности есть аварийные выходы. Если здесь допустить малейшую оплошность, то тебя могут утащить духи. Гробы такие полезные, но при этом их столько простаивает. Не выставить несколько снаружи на всякий случай — это большая глупость!

Ся Юэ, которая раньше уговаривала Го Ялань залезть в гроб, тоже наконец поняла и с ужасом произнесла:

— Значит... если бы мы залезли ночью, то...

Ло Яньчжун кивнул:

— Пока мы не нарушаем настоящее правило, мы не умрем. Ложное правило соблюдать бесполезно, так как всё ещё остается вероятность умереть.

Лицо Ся Юэ позеленело:

— На этот раз NPC такие запутанные...

Ши Юцин молчал, краем глаза наблюдая за опущенной головой Го Ялань. Его чувства были сложными.

До сих пор он совершенно не понимал, зачем Го Ялань здесь появилась.

В прошлом инстансе он своими глазами видел её тело. Го Ялань действительно умерла.

Как правило, мертвые игроки с большой вероятностью не становились NPC. К тому же он помнил, что в реальном мире её тоже не забыли.

Но если Го Ялань не была NPC, а, допустим, выжила по какой-то случайной причине, то почему в её памяти Юй Цзэ мертв?

Условия становления NPC: выполнить задание и добровольно отказаться от выхода.

Если бы Юй Цзэ погиб во время того инстанса, то не смог бы стать кандидатом в NPC и проходить свой тест.

К тому же он лично вернул Юй Цзэ в реальность. Хоть тот ещё не очнулся, но у него были признаки жизни.

Ши Юцин снова вспомнил тот инстанс с красными кроссовками. Один игрок принял там NPC-убийцу за человека, которого когда-то любил, и NPC, воспользовавшись этим, отнял у него жизнь.

Если и на этот раз игра, чтобы поиграть с его чувствами, заставила NPC подражать Го Ялань, это казалось ещё более нелогичным.

Во-первых, его связь с Юй Цзэ и Го Ялань не была глубокой. Они прошли только один инстанс в Чэнгу, можно сказать, были знакомы, но не близки.

Вывести Юй Цзэ из прошлого инстанса не представляло для него опасности, это было просто посильной помощью. Но сейчас, видя перед собой умершего игрока в новом мире, он ни за что не стал бы безоглядно доверять ему, рискуя жизнью.

Если бы он был на стороне игры и хотел сбить с толку игрока, то, по крайней мере, выбрал бы кого-то крайне важного для него.

Например, его мать…

Даже если отбросить это, NPC и игроки не были на одной стороне. Если Го Ялань являлась NPC, зачем ей настаивать на том, чтобы не залезать в гроб, когда большинство игроков выбирали этот вариант?

Сестра Ли сказала, что здешние духи не залезали в гробы. Поведение Го Ялань казалось подозрительным, и, если подумать, было совершенно нелогичным. Они уже выяснили, что правило про гроб — ложное, и что местные призраки выходят только ночью. Если так, то и Го Ялань не должна была появляться днем.

Или же… Го Ялань действительно не умерла?

Ши Юцин медленно поднял голову.

Сидевшая напротив Го Ялань тоже подняла лицо, их взгляды встретились. Она была всё такой же покладистой, улыбаясь ему.

Ши Юцин, чувствуя холод, сжал кулаки и присел в углу, чтобы отдохнуть.

Все были мокрыми.

Хао Тяньшо, заметив, что ему нехорошо, вспомнил о его слабом здоровье. Нельзя, чтобы его товарищ мучился так всю ночь, поэтому он поспешно подошел к гробу сестры Ли и постучал:

— Сестра Ли, у тебя есть лишние одеяла или одежда?

Тот, кто лежал в гробу, вообще не обращал на него внимания.

Ло Яньчжун был уже в возрасте и тоже страдал от здешней сырости. Потирая руки, он сказал:

— Давайте просто поищем сами. Такие NPC, наверное, в своё время просто засыпают мертвым сном.

Итак, несколько человек принялись обыскивать дом.

Внутри этот деревянный дом делился на два помещения. Одно было чем-то вроде главной комнаты, самой большой — это то место, где сейчас стояли гробы. Рядом располагалась спальня поменьше, там находилась деревянная кровать и большой деревянный сундук.

В сундуке лежала разная одежда и постельные принадлежности.

Вскоре Хао Тяньшо нашел шерстяное одеяло, принес его в главную комнату и укутал Ши Юцина:

— На полу холодно. Может, пойдешь в ту комнату и ляжешь на кровать?

Ши Юцин покачал головой:

— Здесь ещё многое непонятно, лучше не перемещаться без необходимости.

Хао Тяньшо согласился, натянул на себя какую-то одежду и сел рядом с ним.

Ши Юцин посмотрел на его обновку. Это была старая повседневная одежда, явно мужская. Размер примерно подходил Хао Тяньшо.

Хао Тяньшо, заметив его взгляд, объяснил:

— В том сундуке много одежды, и мужской, и женской. Видимо, в этом доме живет только сестра Ли. Одежда, наверное, принадлежала её умершим родственникам.

Сидевшая напротив Ся Юэ не удержалась от ехидного замечания:

— И ты надел это?

Хао Тяньшо беззаботно усмехнулся:

— Я был без рубашки, это неудобно. К тому же, если бы от одежды мертвых умирали, её бы вряд ли оставляли дома, верно? Да и настоящее правило уже известно: ночью дома безопасно. Я просто надел одежду, чего здесь бояться?

Ся Юэ покачала головой:

— Ну и нервы у тебя.

Хао Тяньшо хотел сказать что-то ещё, как его лицо вдруг изменилось, и он замер.

Ся Юэ сидела напротив и уже хотела спросить, что случилось, но тут заметила, что он смотрит не на неё, а на окно над её головой… Она тут же застыла. Хотя в её душе уже зародилось нехорошее предчувствие, тело повиновалось инстинкту: она подняла голову и посмотрела вверх…

Внутри и снаружи дома стояла полная тишина.

За окном, заклеенным бумагой, появились бесчисленные тени, которые сейчас двигались туда-сюда!

А на том окне, что было над ней, вниз головой висела длинная тонкая тень, которая не двигалась.

«Хыщ… хыщ…»

Это был звук языка, облизывающего окно!

Ся Юэ, отделяемая лишь бумагой, изо всех сил зажала рот рукой. Она вцепилась в побелевшую Го Ялань, а всё её тело дрожало.

— Идите сюда! — поспешно сказал Ши Юцин. — Не стойте у окна.

Ся Юэ, оцепенев от страха, не успела среагировать, как Го Ялань дернула её, и они кубарем откатились на свободное место рядом с Ши Юцином и замерли. В тот же миг окно за их спинами с грохотом дрогнуло, и в нем появилась маленькая дыра!

Вдруг оттуда с силой протиснулся ярко-красный язык и, изогнувшись, метнулся вниз!

Ся Юэ тряслась от страха, зажимая рот. Её тошнило, но она не смела издать ни звука.

Ши Юцин тут же приложил палец к губам, призывая к тишине.

Все, зажав рты, замерли.

Язык, проникший внутрь, мог вытянуться только на полметра. Поискав вокруг и никого не обнаружив, он медленно втянулся обратно и, словно ящерица, пополз по окну, удаляясь.

Остальные тени за окном продолжали бесшумно двигаться.

Ся Юэ медленно выдохнула.

Хао Тяньшо шепотом спросил:

— Если какая-то часть этих тварей проникает внутрь, получается, нельзя издавать звуки?

Ши Юцин кивнул.

Ло Яньчжун добавил:

— Наверное, это похоже на стук человека в дверь. Если на стук отозваться, тот, кто снаружи, поймет, что внутри кто-то есть. Здешние духи, видимо, так проверяют, есть ли в доме люди.

Хао Тяньшо переживал:

— Но разве дом не является безопасным убежищем? Неужели они могут войти и убить?

Ши Юцин, подумав, покачал головой:

— Если бы они могли войти, тот дух не ограничился бы одним языком. Скорее всего, они могут только ночью проверять, кто внутри. Если они обнаружат человека, тот, возможно, не умрет сразу же, но в следующие ночи его, скорее всего, возьмут на заметку.

Хао Тяньшо затаил дыхание.

Ся Юэ вообще боялась дышать.

Ши Юцину захотелось спать. Он сменил позу, готовясь ко сну, но почувствовал себя нехорошо. Он потер виски и вспомнил, что забыл принять лекарство.

Коробочка с лекарством лежала в кармане одежды и была герметично закрыта, поэтому лекарство внутри не промокло от морской воды.

А что до термоса… после того как он очнулся, он нигде его не видел. Видимо, пока он спал, его смыло волной.

По идее здесь должна быть вода.

Хао Тяньшо, увидев, что он внезапно встал, поспешно спросил:

— Ты чего?

— Хочу найти воды, чтобы запить лекарство.

Хао Тяньшо поднялся:

— В доме есть чан с водой, но нет места, где её вскипятить.

— Лишь бы была вода.

Хао Тяньшо, глядя на его хрупкую фигуру, которая собиралась идти на ощупь, тут же усадил его обратно под одеяло:

— Ты пока отдыхай, я тебе принесу!

Ши Юцин моргнул, и его ресницы опустились. Он остался сидеть под одеялом, не двигаясь.

Ся Юэ, чтобы не смотреть на то, что было за окном, закрыла глаза и, уткнувшись лицом, сразу уснула.

Ло Яньчжун, сидевший с краю, задумчиво смотрел в окно.

Го Ялань пришла с рюкзаком. Сейчас она в нем копалась и вскоре достала грелку для Ши Юцина:

— Тебе, наверное, очень холодно? Используй её, перетерпи ночь.

Ши Юцин покачал головой:

— Спасибо, мне не холодно. Ты с трудом принесла её, оставь на потом.

Го Ялань пришлось убрать грелку обратно:

— Мне тоже не холодно. Сейчас июль, хотя мы и искупались в море, но всем, наверное, не холодно, однако... ты выглядишь так, будто замерз.

Ши Юцин уткнулся подбородком в сгиб руки:

— Как выпью лекарство, всё пройдет.

Го Ялань несколько раз взглянула на него и вдруг спросила:

— Почему в этот раз ты пришел один?

Ши Юцин хотел было ответить, но слова застряли в горле. Он опешил.

Он и Го Ялань встречались только в первом инстансе, и тогда он тоже вошел один. Потом, когда он собирал команду, Го Ялань ему не попадалась. Почему она задала ему этот вопрос?!

В этот момент что-то начало гладить его по спине.

Теплое прикосновение, странная форма...

Ши Юцин резко вскочил и, застыв, оглянулся.

Разглядев это нечто, он совсем перестал дышать.

Это был сгусток черноты, комок, чей жуткий облик невозможно было описать. Похожий на бесформенную грязь, он извивался, полз, а сейчас стремительно направился прямо к нему...

Но... как призрак мог проникнуть внутрь?!

Ши Юцина охватил холод. Он отступал, пытаясь отдалиться, но Го Ялань, бывшая к нему ближе всех, даже не изменилась в лице и даже смотрела на него с недоумением:

— Что с тобой?

— Ты... разве не видишь?

— О чем ты говоришь?

Ши Юцин хотел отступить ещё, но спиной уперся в деревянный столб внутри дома.

Та штука не отставала, настойчиво преследуя, и вдруг вскарабкалась на его тело...

Он совсем не мог издать ни звука.

В одно мгновение его тело онемело. Ши Юцин, действуя инстинктивно, поднял руку, чтобы с силой сбросить эту гадость.

В этот момент его руке внезапно стало горячо.

Затем черный сгусток неохотно отпустил его, упал на пол и с шорохом быстро-быстро пополз к окну, исчезнув в мгновение ока.

Ши Юцин: «...»

Страх ещё не прошел, его спину всё ещё покалывало.

Спустя мгновение Ши Юцин, так и не оправившись от испуга, опустил взгляд на свои руки.

В них лежал пачка грелок и тяжелый, но совершенно новый термос.

Ши Юцин: «...»

Тем временем Хао Тяньшо наконец нашел чашку для воды, зачерпнул воды и подбежал:

— Брат Цинцин, постарайся поменьше пить. Вода здесь, может, не очень чистая. К тому же сырая... Ни фига себе, откуда у тебя горячая вода?!

Ши Юцин всё ещё находился в каком-то оцепенении. Хотя у него уже зародилась догадка насчет того черного существа, он всё ещё не мог в это поверить.

— Он только что достал из кармана, — улыбнулась Го Ялань. — Может, когда плыли, сознание помутилось, и он сам забыл, что принес.

Хао Тяньшо воскликнул:

—  Правда? Вот здорово!

Ши Юцин машинально кивнул.

В тот короткий миг испуга, особенно когда черный сгусток забрался на него, его попытки отодрать и отбросить его, возможно, со стороны выглядели как то, что он просто роется в своих вещах...

Температура воды в термосе была в самый раз. Он выпил лекарство, достал ещё одну грелку и забрался под одеяло.

Хао Тяньшо сказал:

— Спи спокойно. Я проспал часов десять, прежде чем войти, так что сегодня ночью я дежурю.

Ши Юцин произнес «мм» в ответ и совсем закрыл глаза.

Среди ночи грелка перестала греть. Одеяло было сыроватым и не согревало. Ступни постепенно замерзли, и он невольно сжался.

Вскоре что-то забралось под одеяло, и снова стало тепло.

Это тепло, казалось, появилось незаметно. Ноги окутало горячей волной, и всё его тело начало согреваться. В полузабытьи он протянул руку и обнял «печку» под одеялом.

«Печка» замерла, а потом вдруг задрожала.

Крепко спящий юноша чувствовал только тепло и ничего не знал.

* * *

На следующее утро, едва взошло солнце, сестра Ли вылезла из гроба и стала будить их:

— Хватит спать! Уже утро, начинайте готовить подношения!

Ши Юцин привстал, закутавшись в одеяло, ещё не совсем проснувшись.

Ся Юэ, протирая глаза, спросила:

— Какие ещё подношения?

— Сегодня седьмой день седьмого месяца по лунному календарю. С сегодняшнего дня и до пятнадцатого дня, чтобы успокоить души умерших, каждый день утром, в полдень и вечером нужно готовить для них подношения в виде еды. Мы, местные, днем уходим молиться божеству и обычно оставляем кого-то для этого дела. Раз уж вы здесь, готовить подношения будете вы! — Сестра Ли обулась и собралась уходить.

Хао Тяньшо поспешно преградил ей путь:

— Куда ставить подношения? Сколько порций готовить? Просто обычную еду?

Сестра Ли недовольно ответила:

— Обычно хватало одной порции от семьи. Теперь, когда пришли чужие, мы боимся потревожить предков, так что готовьте по порции от человека. Просто сварите обычный рис и поставьте вон на тот жертвенный стол.

Сказав это, она оттолкнула Хао Тяньшо и быстро вышла.

Автору есть что сказать:

Бо Хуай: Потерял жену. Сходит с ума, пытаясь взять билет обратно. Не может взять билет. Перестает быть человеком. Ползет в темноте. Бешено ползет. Извиваясь, ползет. Нашел жену. Дрожит. Подавляет безумие.

http://bllate.org/book/13575/1576741