Готовый перевод Making my Naive Master Love only me / Заставлю моего наивного мастера учить только меня [❤️]: Глава 4 Обращаясь к нему

Некоторое время они молча смотрели друг на друга, пока холодный ветер гулял между ними. Лян Фэй хотел заговорить первым, потому что молчать было невежливо, но он также хотел услышать, что же скажет ему девушка. Судя по выражению ее лица, она была из тех, кто был готов сорваться тут же с места, если он первым раскроет рот.

Так они и застыли, уставившись друг на друга.

Синьи вздрогнула, увидев, что мастер Лян Фэй обратил на нее свой холодный взор. Отвернувшись, она пыталась найти нужные слова, прежде чем он накажет ее за беспокойство. Она никогда не подвергалась ни одному из его «наказаний», но была прекрасно наслышана о них. Как раз сегодня он поручил нескольким ученикам пробежать пять кругов вокруг школы. Просто пройти от одного конца школы до другого занимало много времени, чтобы утомить даже самых крепких, но заставить оббегать школу вокруг? Это было равносильно убийству. Кто знает, почему он так поступил. И это не успокаивало нервничающую девушку.

Невольно ее рука потянулась к поясу, нащупывая завязанный там пакетик. Сжимая его, она быстро высвободила его содержимое, по воздуху поплыл внезапный всплеск аромата, предназначенный для успокоения сердца. Приняв это снадобье, она расслабилась и повернулась, чтобы посмотреть еще раз на старейшину, но обнаружила, что Лян Фэй уже спокойно стоит прямо у нее за спиной и смотрит на нее сверху вниз.

Удивленная его внезапным неслышным приближением, Синьи попыталась отступить, но споткнулась о подол своих же одежд и упала. Упав на землю, она попыталась побыстрее отодвинуться от стоявшего, оглядываясь по сторонам, в поисках кого-нибудь еще поблизости.

Сказать, что она была просто напугана, было бы преуменьшением. Хотя мастер Лян Фэй был выдающимся и честным человеком, о нем ходило много слухов и сплетен. И то, о чем шептались, ни выставляло его в лучшем свете. Вот почему Синьи так неохотно взялась за это поручение. Если бы она не попалась на глаза мастеру Цзиньи, что искал кого-нибудь, кто бы привел к нему мастера Лян Фэя, то она бы уже давно вернулась в свою комнату и продолжила заниматься в уединении.

Закрыв глаза, она ждала следующего действия мастера Лян Фэя, уверенная в том, что он в лучшем случае отчитает ее за беспокойство, в худшем – накажет. В любом случае, что она, маленькая ученица-алхимик, может сделать против него, известного культиватора?

Пока Синьи дюжину раз представляла себе во всех красках собственную смерть, Лян Фэй, нахмурившись, продолжал разглядывать ее, возвышаясь над ней. Когда она неожиданно упала, он не сумел ее подхватить. Помощь тому, кто вот-вот упадет, очевидно, не входила в мышечную память его нового тела. Это многое говорило о первоначальном хозяине. После этого он решил предложить ей руку, все еще не произнося ни слова, так как она, казалось, действительно нервничала рядом с ним по неизвестной для него причине.

Увидев, как она вся дрожит, боясь пошевелиться, лежит с закрытыми глазами на земле, Лян Фэй действительно почувствовал себя плохо. Не только потому, что он, казалось, напугал ее до смерти, несмотря на то, что не хотел этого, но и потому, что он все еще считал ее милой даже пребывающую в таком плачевном состоянии. Она была похожа на маленького зверька, слишком напуганного, чтобы двигаться, и слишком напуганного, чтобы бежать. Ругая себя за такие эгоистичные мысли, он решил как-то снять напряжение, что возникло между ними по недоразумению.

– Лежа вот так передо мной, можно подумать, что я желанный гость, которому ты позволяешь ходить по себе, – сказал он, пытаясь увидеть на ее лице улыбку. Для него это заявление было забавным, заставляя его глаза светиться весельем, даже когда его лицо оставалось спокойным и бесстрастным.

Чем не коврик с надписью «Добро пожаловать»?

А ее разум застыл, пытаясь понять смысл сказанного грозным мастером.

Подняв глаза, Синьи наконец заметила протянутую ей руку. Ее глаза метались между его рукой и лицом, туда и обратно, силясь понять, есть ли в этом какой-то подвох. Ничего не обнаружив, она осторожно протянула ему руку, позволяя оторвать себя от земли.

– Ты ведь не поранилась, верно? – спросил ее Лян Фэй, желая проверить, все ли с ней в порядке. Он решил, что так и должно быть, поскольку падение было не таким уж серьезным, хотя девочка казалась очень хрупкой и маленькой. Кто знает, что может причинить ей боль?

– Ваша забота очень утешает эту ученицу, мастер Шао, – ответила она, наконец-то поклонившись этому старейшине после стольких лет в школе. Кто-нибудь другой выгнал бы ее за то, что она забыла сделать это ранее, но Лян Фэй, не зная, что это такое, пропустил все спокойно мимо ушей. – Синьи просит прощения за беспокойство мастера Шао.

– Пока это не так, все в порядке, – заверил он, кивая головой, как будто понимал, о чем идет речь.

– Ты зачем-то пришла сюда? – спросил он, полагая, что она не осталась бы здесь, если бы ей не было нужно что-то от него.

– А! В-верно, Синьи еще раз извиняется, мастер, – она запнулась, нервно вытирая щеку. – Отвечаю мастеру Шао, мастер Цзиньи просит вас присутствовать в зале Восточного моря.

Лян Фэй на секунду задумался. Цзиньи был одним из имен в списке «Золотого бедра» оригинала этого тела. Значит он является важным лицом в школе. Не уверенный до конца, он поморщился, не зная, насколько ему безопасно встречаться с кем-то еще, прежде чем он разберется что к чему в этом мире, прочувствует всю ситуацию. С другой стороны, если он откажется, это может быть расценено как неуважение, создав неприятности в будущем.

(А/N: честно говоря, я не уверен, что такое это «золотое бедро» – это термин, используемый только теми, кто читает романы, или это общий термин, поэтому я просто предполагаю, что это общий термин.)

(П/П: ну мы-то все уже знаем, что значит «золотое бедро» – возможный покровитель, блат.)

– Понятно. Спасибо, что сообщила мне об этом, – сказал он, кивком давая знать, что принял ее сообщение. Вздохнув, он начал думать, что может пойти не так при встрече.

Когда он дошел до десятого пункта в своем списке, Синьи снова заговорила:

– Если господин Шао пожелает, эта ученица будет сопровождать его, – предложила она, сама не понимая своего порыва. В этой части школы не было ничего, в чем у нее была бы нужда. Навязываться своему учителю было по меньшей мере невежливо. Но, глядя на его неподвижное, как вода, лицо, она почему-то подумала, что, возможно, ему требуется сопровождение.

Морщась про себя, она пытаясь понять, почему ей вообще пришла подобная мысль в голову, но как только она заострила на этом свое внимание, мысль исчезла. Как ни старалась, она не могла вспомнить, о чем думала до этого.

– Спасибо за предложение, юная барышня, – ответил Лян Фэй, возвращая ее к разговору с ним. Теперь точно все. Все мысли окончательно покинули ее голову. – Ну что, пошли?

– Эн, – тихо ответила она, и застенчивая улыбка украсила ее губы, когда она бросила мельком еще один взгляд на мастера Шао.

***

Тем временем система Кью тяжело вздохнула, ненавидя себя за то, что ей приходится переписывать воспоминания. Это халява должна была быть давно уже автоматизирована! Так почему же она должна была вручную путать чьи-то мысли?! Как же все это раздражает! Скукотища!! Мерзость!!!

Пыхтя, Кью, наконец, позволила себе немного расслабиться, наблюдая за тем, как Лян Фэй продолжает вести беседу с главной героиней этой книги. Пока все шло хорошо, но наблюдать за всем этим так скучно. Она надеялась, что этот угрюмый молчун будет больше сопротивляться миру книги, попав в него. Но оказалось, что он прекрасно приспосабливался, гораздо быстрее, чем она ожидала. Как же это все скучно.

Проверив главного героя, она обнаружила, что тот сейчас тренируется в одиночестве, а все его мысли наполнены гневом и глубоким желанием проявить себя как можно быстрее. Хотя Кью не могла повлиять на него так же легко, как на главную героиню, но была довольна уже тем, что он пока не обнаружил никаких изменений. Слишком много колебаний в сюжете, возможно, заставят Кью все-таки вмешаться.

При мысли обо всем этом, она застонала. Лучше просто наслаждаться разворачивающимся перед ней сейчас зрелищем.

Как раз в этот момент волна недовольства пробежала по маленькому пушистому шарику. В этом не было ничего необычного, она хорошо знала эту ауру. Она просто просила богов, которым обычно не доверяла, чтобы они предупреждали ее заранее, когда это недовольство направлено непосредственно на нее.

{Кью...} – ворчание пронеслось по пространству, принося с собой ужас и сердечную боль.

[Черт!]

***

Лян Фэй и Синьи продолжили беседу, хотя в основном говорила девушка. Казалось, она не видела ничего странного в том, что он задавал так много вопросов о ее учебе. Возможно, она просто решила, что, поскольку он мастер меча, ему стало интересно узнать, чем в школе занимаются алхимики.

Из их разговора Лян Фэй узнал, что Синьи была ученицей, посвятившей себя алхимии, это означало, что вместо того, чтобы тренировать свою ци для совершенствования и укрепления своего тела, она использовала ее для создания пилюль и лекарств. Так что она была в некотором роде доктором, по крайней мере, так он решил про себя.

Тем не менее, он не мог не начать нервничать, поскольку это означало, что она создала или создаст пилюлю, что будет использована на нем во время его долгого марша к смерти. Когда он поинтересовался ее успехами на этом поприще, она рассказала ему, что она работает над созданием таблетки для восполнения крови, чтобы в дальнейшем спасти чьи-нибудь жизни.

Это не спасет меня!

Сокрушался он в своем сердце. Но желая рыдать, он не мог этого сделать за неимением слез. Ему все еще нужно было придумать способ получше по выживанию в этом мире. Его не оставляло беспокойство за свое будущее.

– Мастер Шао, мы прибыли в зал Восточного моря, – пробормотала Синьи, немного разочарованная тем, как быстро закончилась их беседа. Ей так редко удавалось поговорить с кем-нибудь о том, что ее так интересовало, своей учебе. Все остальные в ее секции являлись ее конкурентками, так что разговоры с другими учениками, были верным способом получить в будущем удар ножом в спину. А те, кто не являлся алхимиками, обычно не интересовались даже отдаленно сложностями изготовления пилюль или огромным разнообразием комбинаций переменных, что могли бы произвести нужную им пилюлю.

Заметив ее откровенное разочарование, Лян Фэй не мог не погладить ее по голове, желая утешить. Ему понравилась эта ученица-алхимик по имени Синьи. Конечно, она была такой же болтушкой, что и его сестра. Но хотя он всегда ворчал на сестру из-за ее болтливости, по-настоящему это не было чем-то, что ему действительно не нравилось.

– Возможно, мы сможем продолжить наш разговор в следующий раз, – предложил он и его взгляд смягчился. – Я хотел бы услышать больше о твоих теориях об очищении и соотношении времени, затраченного на этот процесс.

Теперь он немного лучше понимал, что можно и чего нельзя делать в этом мире, но ему определенно требовалось больше информации. Вызнавать об этом мире от ребенка было не тем, чем он действительно хотел заняться, но у него пока не было другого выбора.

Синьи просияла, сдерживая волнение ради приличия. С улыбкой она поклонилась и ушла, взволнованная перспективой рассказать мастеру Шао еще больше о своих исследованиях в будущем.

Лян Фэй помахал ей рукой на прощание, хотя она, вероятно, этого даже не заметила, настолько она была взволнована. Он был очень удивлен тем, как легко она переменила свое отношение к нему, несмотря на ее первоначальное нежелание находиться рядом с ним. Возможно, он уже был на верном пути к спасению от медленной и мучительной смерти этого тела.

***

Лян Фэй вошел в зал, обратив внимание на синие и зеленые цвета, выбранные в качестве декора. Он не отводил взгляда, годы тренировок по тайному разглядыванию милых вещиц краем глаза заставляли его мастерски изучать интерьер, ни разу не бросив на него взгляд прямо.

К счастью для него, прежде чем кто-либо успел заметить, что он ходит по залу кругами, его встретили. Встретивший его мужчина был одет так же, как и прежние юноши, хотя и не так богато. Он подошел к нему с улыбкой, которая не коснулась его серьезных глаз.

– Мастер Шао, вы наконец-то соизволили присоединиться к нам, – усмехнулся он, слегка приподняв бровь. – Мастер Цзиньи договорился о нашей встрече довольно давно, но вы соизволили явиться только сейчас.

Этот человек, как подсказывала ему память, по имени Ге Уин, был чуть ниже его ростом. Насмешливый взгляд, брошенный на него, создавал ощущение, что несмотря на разницу в росте в пользу Лян Фэя, на него смотрят сверху вниз.

– Значит, я заставил вас ждать, – констатировал он, подтверждая кивком головы, что услышал оппонента.

– Ну что, пошли? – предложил он, даже не извинившись за свое опоздание. Хотя человек, стоящий сейчас перед ним, находился в списке «Золотого бедра», его отношения с хозяином этого тела были ему не до конца понятны. Судя по его тону, скорее всего они находятся в плохих отношениях. Но трудно сказать, с чем это было связано, то ли с его опозданием, то ли из-за каких-то прошлых обид.

Ге Уин щелкнул зубами, явно расстроенный тем, что не смог добиться желаемого эффекта. Если бы он знал, с чем Лян Фэю пришлось столкнуться сегодня, то наверняка избавил бы себя от лишних хлопот. Раздраженно фыркнув, Ге Уин развернулся к нему спиной, выступив в качестве провожатого в зал заседаний, где уже вовсю шло совещание. Их появление было встречено пристальными взглядами собравшихся. Кто-то выказывал раздражение, кто-то смотрел на него настороженно, как будто не знали, что от него ждать в следующий момент.

– Мы смиренно приветствуем тебя, лидер секты Цзы Шурен, – приветствовали оба вошедшие, почтительно кланяясь. Фэй Лян просто следовал примеру Ге Уина, полагая, что, поскольку этот человек был лидером секты, он явно был выше его по иерархии. Он возглавлял его список «Золотого бедра».

– Хорошо, садитесь, мастер Ге, – ответил человек, которого Лян Фэй принял за Цзы Шурэна.

Цзы Шурен, красивый, но сдержанный человек, восседал во главе стола. Когда Ге Уин сел на свое место, его взор обратился на Лян Фэя:

 – Господин Шао, вы опоздали, – заявил он, слегка прищурившись.

Его глаза вызывали озноб у любого, кто пересекался с ним взглядом. Большинство из присутствующих предпочитали смотреть вниз, а не быть замороженным им до смерти. Десятки людей пали под его ледяным взглядом, подчиняясь ему без единого слова.

Однако с Лян Фэем дело обстояло иначе.

– Да, – ответил он просто, не собираясь опускать взгляд.

– Я смиренно прошу прощения за свое опоздание, – ответил он далее с еще одним поклоном. Он мог бы пойти и дальше, но что-то подсказывало ему, что он не обязан оправдываться перед этим кубиком льда. Честно говоря, это все, что он мог выдать в этой ситуации.

Это не то же самое, как подойти и попросить обыденным тоном: «Извините за опоздание, но я умер, а мое тело было захвачено каким-то парнем, который дико разозлил систему», – даже мысль об этом, заставила Лян Фэя подумать, что это выглядело бы полнейшим безумием.

Лян Фэй уже начал сомневаться в собственном здравомыслии, когда группа перед ним, уставилась изумленно на него, пребывая в полнейшем шоке. У всех была одна мысль.

Неужели ему действительно удалось посмотреть в глаза лидеру их секты?! И он даже и глазом не моргнул.

В это же время Цзы Шурен продолжал внимательно рассматривать внезапно заинтересовавшего его человека. Обычно Лян Фэй пытался выслужиться перед ним, раздражая, но сегодня он проявил такую решимость. Он не только ответил должным образом, но и выдержал его пристальный взгляд, сделав это спокойно и с достоинством, да так, что большинство опытных культиваторов будут неспособны повторить подобное.

– Садитесь. Нам нужно многое еще обсудить, – пригласил он Лян Фэя с легкой улыбкой на губах, поймав удивленные взгляды других мастеров, собравшихся в зале.

Лидер секты очень редко улыбался, несколько раз они видели его улыбку в пылу битвы. Но сейчас? Он улыбнулся своему оппоненту во время собрания?

Примерно такие мысли посещали всех собравшихся сейчас.

– Эн, – ответил Лян Фэй, не обращая внимания ни на взгляды, ни на ненормальную атмосферу, возникшую из-за него. Он спокойно подошел к своему месту. Промахнуться было сложно, потому что только одно место пустовало до сих пор. Налив себе чаю, он приготовился слушать.

– Как я говорил ранее, – начал говорить один из мужчин, положив руку на стол. – Я не думаю, что такая мелочь требует культиватора такого высокого ранга. Это всего лишь низкоуровневый божественный зверь. Почему бы не послать простых учеников?

– Одних? Они же могут пострадать!

– Если их убьет такое слабое существо, то они, должно быть, не очень усердно тренировались, – подала голос еще один мастер. Женщина продолжила, усмехнувшись. – Более того, подумайте обо всех ядрах монстров, что они смогут добыть. Это хороший способ помочь им с их же развитием.

– Вы хотите рассматривать это вторжение как объявление о ночной охоте?

– Эн, – ответила она, делая глоток чая. – Я думаю, что это поможет тем, кто отстает, узнать, к чему им нужно стремиться. Если они дрогнут, то поймут, что их удел быть обычными земледельцами.

– Я понимаю вашу точку зрения, но как учителя, мы не должны навредить нашим ученикам, даже если это для их же блага.

– Ничего подобного! Если они решат уйти сами, это их выбор, – заверил тот, кто начал говорить первым, отмахиваясь теперь от своего беспокойства. – Более того, не похоже на то, что кто-то из них действительно умрет. По сведениям, это божественные звери низкого уровня. На этом уровне это не должно стать слишком большой проблемой для наших учеников.

– Только если это не будет стая божественных зверей.

– Что заставляет вас думать, что там стая?

– Ходят слухи, что среди них, возможно, присутствует зверь среднего уровня, но сказать точно трудно.

– Послать наших учеников против божественного зверя низкого уровня – это одно, но зверь среднего уровня наверняка убьет их или, по крайней мере, серьезно покалечит.

– Не говоря уже о том, что мы не знаем, что за зверь там скрывается. Возможно все обойдется, но что если там будет кто-нибудь типа гуля или ламии?!

Группа собравшихся продолжала переговариваться, бормотала что-то себе под нос, говоря все тише и тише, Лян Фэй сидел и спокойно попивал свой чай. К его удовольствию напиток был острым и сладким. С тихим вздохом он позволил теплу пройти сквозь тело. Он не замерз, но ему нравилось это ощущение тепла.

– Мастер Шао, – окликнул его Цзы Шурэн, ни разу не отрывая своего взгляда от Лян Фэя во время спора за столом. Ему было любопытно, как опоздавший молодой человек собирается принять участие в разговоре сегодня. Во время прошлых встреч Лян Фэй всегда вмешивался в дискуссию, стараясь направить ее в нужное лидеру русло. Однако на этот раз он сидел молча в сторонке от споров. Спокойно и почтительно вслушиваясь в речи собравшихся, не собираясь особо вмешиваться. – Что скажешь?

Лян Фэй сделал еще один глоток чая, пытаясь скрыть за своим молчанием волнение. Он ожидал, что его позовут, но не так скоро. Честно говоря, он понятия не имел, что здесь сейчас происходит. Слова, имевшие смысл для собравшихся, но не имевшие никакого значения для него, бросались так небрежно, что он с трудом мог уследить за нитью рассуждений. Божественные звери? Ядра монстров? Он свалился в этот мир меньше часа назад, дайте ему немного времени, чтобы освоиться с местным жаргоном, ладно??

Но прямо сейчас он столкнулся с проблемой публичного выступления, он должен был что-то ответить на заданный ему вопрос. Как таковой, он должен был сначала все обдумать. Божественные звери, вероятно, были монстрами. А, учитывая, что собравшиеся упоминали о вторжении, то, вероятно, речь шла о нападении на простых людей. Собрав воедино всю полученную информацию, он решил, что, возможно, речь идет о том, чтобы послать учеников охотится на монстров, на которых обычно охотятся сами культиваторы. Он на мгновение задумался, почему мастера сами не желают идти. Но, возможно, это было все равно, что просить управляющего магазином или начальника отдела разобраться с мелкой канцелярской ошибкой. В таком случае логично передать эту рутину сотруднику более низкого ранга.

На самом деле, думая о вещах с точки зрения рангов сотрудников, было намного легче разобраться во всем этом. Видимо, возникла проблема, которая была достаточно серьезной, чтобы о ней уведомить главу отдела, но не настолько серьезной, чтобы требовать его участия в устранении этой проблемой. Руководители (мастера) хотят послать менеджеров более низкого ранга (учеников) справиться с этим, но беспокоятся, что это проблема может оказаться более серьезной, чем компетенции посланных людей. Тогда главной проблемой является отсутствие подробной информации по этой проблеме.

– Послали кого-нибудь выяснить, с чем мы имеем дело? – спросил он, оторвавшись от чашки с чаем. Его вопрос был встречен гробовым молчанием. – Ну и что?

– О! Ну, пока нет, – ответил один мужчина. В его списке «Золотого бедра» этот мужчина значился как Инь Му. – Мы только сегодня утром получили уведомление о совершенном на людей нападении. Не было никакого описания, кроме того, что это был божественный зверь.

– Тогда почему вы решили, что он низкого уровня?

– Только низкоуровневые звери живут вблизи городов, – объяснил Инь Му, начиная раздражаться из-за необходимости объяснять очевидное. – Большинство зверей более высокого уровня предпочитают жить в глубине леса и редко отваживаются выходить к людям.

– Но ведь и они иногда выходят из леса, верно? – спросил он, глядя на мужчину поверх чашки. Тот слегка вспотел.

– Верно…

– Не говоря уже о том, что отсутствие четкой информации делает невозможным определить, с чем мы имеем дело, так что даже если это низкоуровневый зверь, мы не узнаем, пока не пошлем кого-нибудь туда, – холодно продолжал он свои рассуждения, переводя взгляд на мужчину с женщиной, что настаивали на самостоятельности учеников. – А если нет, то те, кто умрут, умрут из-за вас.

Некоторое время все молчали, взгляды всех собравшихся были направлены к лидеру секты, который все это время бесстрастно наблюдал за происходящим. Никто не ожидал, что Лян Фэй, человек, известный тем, что выискивал благосклонность и действовал всегда хитро, так прямо выскажет сейчас свои мысли. Какая наглость! И как благородно!!!

Лян Фэй вдруг на мгновение задумался, а не сказал ли он слишком много сейчас. На самом деле он хотел, чтобы встреча поскорее завершилась, чтобы он мог покинуть этот зал, продолжив пополнение своих знаний об этом мире, прежде чем он загонит себя в угол какой-нибудь случайно сделанной ошибкой. Как раз в тот момент, когда он уже начал обдумывать, как ему выбраться из этой ситуации, мастер Цзы Шурен, наконец, заговорил:

– Я согласен с мастером Шао, – сделав глубокий вдох, он забавлялся, наблюдая за выражением лиц других мастеров. Они действительно не ожидали, что Лян Фэй будет сейчас так прямолинеен. Его интерес к этому человеку неожиданно возрос, и он обратил свой прежде холодный взгляд на человека, о котором только что шла речь.

– Я пошлю кого-нибудь проверить и выяснить, с чем мы имеем дело. Мастер Шао, у вас есть какие-нибудь предложения на сей счет? – спросил он, желая, чтобы мужчина снова взглянул ему прямо в глаза.

Все собравшиеся молчали, чувствуя, что между этими двумя прямо сейчас что-то происходит, но не знали, что бы это могло быть. Лян Фэй, однако, пытаясь придумать правильный ответ, пропустил мимо ушей все намеки, что ему посылали эти люди.

– Я никогда не был бы настолько самонадеян, чтобы выдвигать такое предложение, – ответил он, надеясь, что этого будет достаточно. – Я соглашусь с любым предложением лидера секты.

– Понимаю. Тогда, я полагаю, на этом наша встреча закончена, – ответил Цзэ Шурен, все еще разглядывая Лян Фэя. Сам мужчина не заметил излишнего внимания в своей персоне, спокойно поднявшись с места, собираясь покинуть зал вместе с остальными. Прежде чем Цзы Шурен успел его снова окликнуть, Лян Фэй быстро вышел за дверь. Годы занятий научили его быстро покидать аудиторию, когда это требовалось. Его торопливые движения были неправильно истолкованы другими.

Сегодня оппонент лидера секты быстро сбежал со встречи.

***

Лян Фэй устал. День в этом мире, казалось, тянулся часами, несмотря на то, что с момента своего воплощения он провел здесь не более двух часов. Он предпочел удалиться в свою (первоначального хозяина тела) комнату, дабы уединиться на какое-то время, чтобы познать этот мир получше. Оказывается, он прекрасно умел делать то, что здесь называлось уединением.

Когда Синьи упомянула об этом навыке, он был потрясен и испытал облегчение, услышав, что здесь практикуется подобное. Уход в уединение даст ему время узнать свое окружение и приспособиться к новому телу получше. Его движения все еще были немного скованными, в основном полагаясь на мышечную память предыдущего хозяина. У него была проблема с его культивированием, но он полагал, что сможет справиться с ней, когда придет нужное время.

Следуя по тропинке, по которой они с Синьи шли ранее, он миновал небольшую тренировочную площадку, где горстка учеников издевалась над кем-то, в свирепой форме, что у их называлось тренировками. Он смотрел на них, завороженный этим зрелищем. Он едва поспевал за их движениями, хотя что-то подсказывало ему, что они двигались удивительно медленно.

Краем глаза он заметил иссиня-черные волосы. Это был тот самый симпатичный парнишка, с которым он столкнулся сегодня, хотя он так и не узнал пока его имени. Мальчишка отбивался, стоя в защите, но дела у него шли неважно. Ни один из его ударов не достиг цели, и после короткой схватки он был сбит с ног.

Увидев Лян Фэя, он вытер лицо, откинув волосы назад. Они обменялись взглядами, после чего малыш отвернулся от него, возобновив свой поединок. Лян Фэй вздохнул, все еще недоумевая, почему тот так его невзлюбил.

Он бросил последний взгляд на группу, прежде чем отвернуться, пропустив взгляд золотистых глаз, что упал ему на спину, когда он направился дальше.

http://bllate.org/book/13522/1200474