Готовый перевод The Cat Who Farms in the Post-Apocalyptic Wasteland / Кот, возделывающий поля в постапокалиптическом мире: Глава 1.

Глава 1.

Ся Лунун ощутил дыхание весны.

Дождь за решеткой окна шептал, сеял мелкую, неотступную морось – верный признак пробуждающейся природы. Только весной дождь бывает таким – настойчивым, но не яростным.

Он медленно перевел взгляд с окна на комнату, в которой лежал. Стены из красного кирпича, без штукатурки, пол – голый бетон. Взгляд скользнул выше – деревянные балки под потолком, крытые черепицей.

Два небольших окна, расположенных друг напротив друга, были забраны деревянными решетками. Скудный свет, проникавший сквозь них, едва рассеивал сумрак, царивший в комнате. Лишь узкие полоски у окон были чуть светлее.

Три узкие кровати теснились в ряд. Кроме той, на которой лежал он, на двух других аккуратными стопками белело постельное белье. От частых стирок ткань посерела, истончилась, и на ней проступил узор переплетенных нитей.

Больничная палата.

Прошло полтора года.

Ся Лунун отвел взгляд от потолка. Полтора года с тех пор, как мир рухнул. Полтора года с того дня, как разверзлась преисподняя. Но он выжил.

—О чём задумался? — Высокая худая женщина с подносом в руках вошла в палату и подошла к его кровати.

Тень от неё упала на Ся Лунуна, сгущая и без того плотный сумрак.

—Оу… доктор, — с трудом выдавил он.

Доктор Оу ловко перевернула его на бок, промяла затекшие мышцы, проверила, все ли в порядке, и заботливо поправила одеяло.

—Из-за дождя поисковый отряд может задержаться. Но вряд ли больше, чем на десять дней. Не переживай.

—Спасибо… Оу… доктор, — Ся Лунун сделал паузу, переводя дыхание. Слова давались с трудом.

Доктор Оу коснулась ладонью его лба.

—Ты только очнулся. Отдыхай. Наберись сил. Не торопись.

Её рука была худой и длинной, кожа – сухой и желтоватой, а подушечки пальцев и ладонь покрыты грубыми мозолями. Словно наждачной бумагой провела по лбу.

Но это прикосновение принесло облегчение. Прохлада, исходящая от руки, проникла под кожу, разлилась по телу, пронзила позвоночник. Ся Лунун почувствовал, как возвращаются силы, а скованность в суставах отступает.

Уникальный метод лечения доктора Оу.

Взгляд Ся Лунуна наполнился благодарностью.

—Спасибо… за всё…

—Не стоит. Спи, — голос доктора Оу смягчился. — Может, когда ты проснёшься, заместитель командира Ся уже вернётся.

Её слова убаюкивали. Сознание Ся Лунуна померкло, унося его в водоворот беспокойных снов.

Он снова увидел тот день. День, когда на Землю обрушился рой небесных тел.

Огромные глыбы камня и металла, влекомые гравитацией планеты, неслись к поверхности. Какие-то удалось перехватить ядерными ракетами, какие-то – нет.

Взрывы – оглушительные, разрывающие барабанные перепонки. Даже те, кто укрылся в туннелях метро, не могли укрыться от ударной волны.

Крики, плач, мольбы – все тонуло в грохоте катастрофы.

Звук был настолько мощным, что, казалось, наступила полная тишина. Исчезли все звуки, даже стук собственного сердца.

Он изо всех сил прижимал к себе брата. Кровь текла из носа и ушей, заливая лицо. Он не надеялся на спасение. Лишь хотел, чтобы тело брата осталось целым, чтобы его не размозжило, не разорвало на куски.

Ся Лунун и не думал, что выживет. И тем более удивительным было пробуждение в больничной палате. Брат тоже уцелел.

Сон накатывал волнами, унося и возвращая.

Днем доктор Оу навещала его каждые два часа. Переворачивала, помогала сходить в туалет, вливала в него ту странную, прохладную субстанцию, от которой становилось легче.

Постепенно он шел на поправку. Начали слушаться руки и ноги, он смог садиться, самостоятельно есть ложкой жидкую похлебку, мясной бульон и кашу из дробленого зерна.

В погожие дни доктор Оу, укутав его в одеяло, вывозила на кресле-каталке в небольшой дворик, где под лучами солнца грелись другие пациенты.

Так Лунун узнал, что доктор Оу – целитель, и что ее дар – единственное, что может поставить на ноги в этом новом, разрушенном мире.

Традиционная медицина, лишенная оборудования и лекарств, отошла на второй план. Врачи переквалифицировались, занялись выращиванием продовольствия или сбором уцелевших ресурсов.

Весна набирала силу. На базе кипела работа.

Праздными оставались лишь совсем маленькие дети, да и те, кому не посчастливилось получить травму или заболеть.

Пациентов было немного.

Разговоры с другими выздоравливающими открыли Ся Лунуну глаза: лечение стоило дорого. База покрывала лишь половину расходов, остальное ложилось на плечи больного.

Незначительные травмы и болезни люди предпочитали переносить на ногах. А на серьезное лечение у большинства просто не было средств.

—Повезло тебе, что заместитель командира Ся может позволить себе оплачивать твое лечение у доктора Оу, — с завистью протянул коренастый мужчина с перебинтованной рукой. — Целых полтора года!

—Да уж, — подхватил другой, — кто бы не хотел такого брата, как заместитель командира Ся?

Ся Лунун медленно моргнул, не проронив ни слова.

Больные, не обращая на него внимания, продолжили свой разговор.

Весна в этих краях – обманчивая красавица. Ещё кусаются морозы, и воздух пропитан стылой влагой.

Доктор Оу не позволяла Ся Лунуну подолгу нежиться под весенним солнцем. Едва проходило отведённое время, она подхватывала его – неважно, на руках или в кресле-каталке – и уносила обратно в палату.

В крохотном медицинском дворике хозяйничала одна лишь доктор Оу. Ростом она не дотягивала и до метра семидесяти, но без труда поднимала Ся Лунуна, который был почти на голову выше, словно ребёнка.

Конечно, Ся Лунун сильно исхудал за время болезни, но дело было не только в этом. Сила – вот что отличало выживших в этом новом мире.

Большинство людей теперь могли превращаться в животных. Эту способность уцелевшие называли звероформой.

Тот самый коренастый мужчина с больной рукой, один из пациентов, как-то раз продемонстрировал Ся Лунуну свою звероформу – огромного ящера.

Зрелище было настолько поразительным, что Ся Лунун едва не лишился дара речи. Глаза его округлились, а на лице застыло выражение крайнего изумления.

По рассказам других пациентов, доктор Оу обращалась в белку. Не самая грозная звероформа.

А вот брат Ся Лунуна, Ся Хоцю, мог принимать облик исполинского доисторического волка. По силе с ним мало кто мог сравниться не только на этой базе, но и в двух соседних, не столь отдалённых.

Чем больше Ся Лунун слушал эти рассказы, тем сильнее росло в нём предвкушение. Глаза его загорались, в них плясали озорные искорки.

У него были удивительно живые глаза – яркие, с чётко очерченными белками и радужкой. В них, как в зеркале, отражались все его чувства.

Видя его оживление, доктор Оу успокаивала:

—Ещё несколько дней – и твой брат вернётся.

И Ся Хоцю действительно вернулся – в один из дождливых дней.

Ся Лунун, как обычно, дремал у окна, укутанный в одеяло, на голове – шапка. Полусон-полуявь. Тень, упавшая на него, сгустила и без того скудный свет.

Что-то дрогнуло в груди. Он медленно открыл глаза и увидел перед собой высокого худощавого мужчину. Бледное, но красивое лицо, коротко стриженные волосы. Черты лица, словно выведенные тушью на тончайшем рисовом пергаменте, резко выделялись на фоне бледной кожи.

Незнакомое и в то же время родное до боли лицо.

Ся Лунун долго вглядывался, силясь понять. И вдруг – горячая волна захлестнула его, слёзы хлынули из глаз. Он потянулся к мужчине, с трудом выговаривая:

—Брат… Как же ты исхудал…

Ком в горле сдавил грудь, перехватил дыхание.

Никогда прежде Ся Лунун не видел брата таким измождённым. Воротник рубашки открывал впалые ключицы, обрисованные резкими тенями.

Ся Хоцю провёл ладонью по его волосам. Глаза его тоже покраснели. Он долго смотрел на брата, а потом заключил его в крепкие объятия, прижал к себе – бережно, но сильно.

Ся Лунун уткнулся в тёплую грудь брата, слушал ровный стук его сердца. Вдохнул знакомый, родной запах – запах кожи, нагретой солнцем, запах мужчины. Закрыл глаза. И вдруг почувствовал, что живёт. Что всё это – не сон.

Он немного отстранился, вытирая слёзы, и снова позвал:

—Брат…

Ся Хоцю отпустил его, внимательно вглядываясь в лицо.

—Выглядишь неплохо, — голос его был хриплым.

Ся Лунун поднял голову, глаза его ещё блестели от слёз, но он изо всех сил старался улыбаться.

—Доктор Оу говорит, что я почти поправился. Ещё немного – и буду как новенький.

Ся Хоцю снова коснулся его волос. Взгляд его был полон тепла.

Они сидели, разговаривали. Но Ся Лунун быстро устал.

Зевота одолевала его, ресницы слипались от слёз.

Видя его состояние, Ся Хоцю помог ему улечься и подоткнул одеяло.

—Спи. Я буду рядом.

—Брат, а тебе разве не нужно идти… на сбор? — с трудом проговорил Ся Лунун.

—Пока не нужно, — ответил Ся Хоцю. — Обещаю, когда ты проснёшься, я буду здесь.

Это обещание успокоило Ся Лунуна. Он провалился в глубокий, безмятежный сон.

С возвращением Ся Хоцю легендарная база, о которой Ся Лунун столько слышал, обрела, наконец, реальные очертания. Брат стал связующим звеном между ним и этим новым миром.

Полтора года, проведённые в постели, истощили его. Мышцы атрофировались, тело ослабло.

Теперь, когда он пришёл в себя, ему требовалось время, чтобы восстановить силы, вернуться к нормальной жизни.

Ся Хоцю на время прекратил вылазки и полностью посвятил себя заботе о брате.

Он купал его, кормил с ложки, вывозил на кресле-каталке погреться на солнце.

Дар доктора Оу творил чудеса.

Ся Лунун быстро шёл на поправку. И вот, спустя четыре дня, доктор Оу объявила, что он здоров и может отправляться домой.

Лечение у доктора Оу обходилось недёшево. Почти всё, что Ся Хоцю приносил со сбора, за вычетом доли, сдаваемой базе, уходило на оплату медицинских услуг. На собственные нужды оставалась лишь малая часть.

Ся Лунун смутно догадывался об этом, и известие о выписке вызвало у него вздох облегчения.

Ся Хоцю тоже был вне себя от радости. В день выписки лицо его светилось улыбкой.

Ся Лунун уже мог ходить, но сил ещё не хватало, чтобы преодолевать большие расстояния.

В тот день Ся Хоцю сам понёс его домой – на спине.

Ся Лунун, проведя в стенах медицинского дворика больше десяти дней с момента пробуждения, впервые оказался снаружи. Переступив порог, он шумно выдохнул.

Струя воздуха ударила Ся Хоцю в шею.

—Так рад выписке? — с улыбкой спросил тот.

Ся Лунун, расплывшись в улыбке, кивнул:

—Очень рад.

—Тогда постарайся в ближайшее время как следует отдохнуть и окрепнуть. Чтобы больше не попадать в медицинский дворик.

—Обещаю! Буду тренироваться! — размечтался Ся Лунун. — Когда освою звероформу, тоже пойду с вами на сбор.

—Сначала наберись сил, — осадил его Ся Хоцю.

http://bllate.org/book/13497/1199359