Готовый перевод Murder Script: A Slip in a Hundred Schemes / Единственный промах в безупречном плане.: Глава 228.

Глава 228. Убивать несложно. (часть 19)

19 сентября, суббота, 13:30.

Дворецкий приступил к детальному изложению обстоятельств дела.

В сущности, его рассказ почти ничем не отличался от той версии, которую совместными усилиями выстроили Шэнь Ши, У Цзинлань и Пурпур Закатных Гор.

Все оказалось именно так, как и предполагал Шэнь Ши: если бы кто-то из них тогда попытался силой вырвать смеситель из стены, он бы с легкостью поддался, обнажив спрятанные внутри оголенные провода. Разумеется, съемочная группа не преминула воспользоваться этим «промахом», чтобы в своем изложении дела хорошенько отчитать всех троих, осматривавших ванную, за вопиющую халатность. Предсказательница Фулин и боксер Тайсон слушали нотации с постными минами, но Шэнь Ши эти упреки были до лампочки. По сравнению с риском выдать противнику ключевую улику, такая мелочь, как выговор от режиссера, была все равно что укус комара — ни боли, ни зуда.

Кроме того, в одном Шэнь Ши все же ошибся: он думал, что убийца сам отключил электричество. На самом деле, как объяснила съемочная группа, когда Дейзи получила удар током, сработал автоматический выключатель защиты от утечки, обесточив всю ванную комнату. Достаточно было просто заглянуть в электрощиток за дверью, чтобы понять это, но никто не обратил внимания на щиток, который, к тому же, был почти полностью скрыт дверным полотном.

Далее съемочная группа в мельчайших подробностях описала процесс поражения Дейзи электрическим током и физиологические изменения, которые оно вызвало: как ток вошел в ее тело, как вышел, какое губительное воздействие оказал на организм и какие следы оставил.

Когда прозвучали слова о крошечной ранке на пятке Дейзи, через которую вышел ток, и о гвозде, вбитом в каблук ее тапочка, адвокат Энтони и студент Пол сникли, словно прихваченные заморозком овощи. Один в отчаянии бил себя по лбу, другой картинно воздевал руки к небу — оба проклинали себя за то, что упустили столь важные детали. Но сетовать было уже поздно.

И это было только начало, ведь главный удар ждал их впереди.

Закончив повествование о деталях убийства, дворецкий вновь вызвал в зал троицу подозреваемых и выстроил их в ряд перед обеденным столом.

— Как вы, без сомнения, заметили, господа детективы, один из этих троих был настолько неосторожен, что оставил на себе решающую улику.

Дворецкий обвел всех присутствующих заговорщическим взглядом и хитро улыбнулся.

— Да, я говорю о гипсовой шпатлевке.

Подозреваемый номер три вышел вперед и встал рядом с дворецким. Тот взял в руки его грязный фартук и продемонстрировал восьми участникам белесое пятно, которое так старательно нанес туда художник по костюмам.

— Убийца перерезал провод в стене, подсоединил его напрямую к водопроводной трубе, а затем закрепил трубу на прежнем месте с помощью белой шпатлевки. К несчастью для него, он был всего лишь садовником.

Дворецкий усмехнулся.

— И, как все садовники, он привык после работы вытирать руки о фартук. Но в этот раз он забыл, что занимается не прополкой сорняков, а подготовкой убийства. И вот этот неприметный мазок шпатлевки стал его приговором.

Услышав это, пятеро из команды Флоры погрузились в гробовое молчание. Стало очевидно: хоть они и угадали причину смерти Дейзи, но понятия не имели, что провода были спрятаны в смесителе, а главной подсказкой была чертова шпатлевка! Во время голосования Флора, Энтони, Тайсон и Фулин дружно указали на второго подозреваемого, уборщика с царапинами на руке, а Пол решил, что синяк на лице повара — это след отчаянного сопротивления Дейзи. Никто из них даже не взглянул на фартук третьего.

«Это конец».

В этот миг одна и та же мысль пронзила всех пятерых. Особенно мрачно себя чувствовал адвокат Энтони, уже однажды получивший карту «SCARED». Он был почти уверен, что второе поражение подряд неминуемо приведет его к вылету из шоу.

…….

Но что бы там ни думали участники, дворецкий уже распорядился, чтобы служанка раздала конверты, решающие их судьбу.

Игра в «SAFE или SCARED» началась снова.

Как и в прошлый раз, Пурпур Закатных Гор, признанный лучшим детективом, вскрыл свой конверт первым и извлек оттуда сияющую золотом карту «SAFE».

За ним последовали У Цзинлань и Шэнь Ши — у обоих тоже оказались карты «SAFE».

Лица пятерых из команды Флоры становились все мрачнее и мрачнее.

— Флора.

Дворецкий назвал имя бывшей сотрудницы полиции. Та с каменным лицом вскрыла конверт, и даже карта «SAFE» не смогла вызвать на ее губах и тени улыбки.

— Пол.

Следующим дворецкий назвал студента.

Пол вздрогнул всем телом, а затем шумно выдохнул. Изначально, при шансах один к двум, он оценивал свой риск как очень высокий. Но раз дворецкий назвал его имя так рано, значит, его наверняка ждет спасение.

С этой мыслью он и вскрыл конверт.

На него смотрели кроваво-красные буквы: «SCARED».

Лицо Пола в одно мгновение стало белым, как бумага, губы задрожали. Он хотел что-то сказать, но не смог выдавить из себя ни звука.

— Ай-яй-яй, какая неудача. Просто ужасно, — равнодушно прокомментировал дворецкий и перевел взгляд на оставшуюся троицу. — Теперь твоя очередь, Тайсон.

С боксера градом катился пот, блестя на его темной коже, словно его натерли маслом. Он подумал, что даже перед боем за чемпионский пояс не нервничал так сильно.

Сложив пальцы в молитвенном жесте, Тайсон вскрыл конверт и вытащил карту.

Белый картон, золотые буквы: «SAFE».

— Слава богу! — взревел Тайсон и без сил откинулся на спинку стула.

Теперь все напряжение сконцентрировалось на адвокате Антони и предсказательнице Фулин.

Оба отчаянно пытались сохранять спокойствие, хотя бы для камер, но это было практически невозможно. Глаза Фулин покраснели, и слезы сами собой покатились по щекам, а Антони судорожно сглатывал, его пальцы бессознательно теребили салфетку под чашкой.

— О, какой неприятный опыт, не правда ли? — дворецкий, ничуть не сочувствуя их панике, с театральным пафосом протянул: — Но давайте же посмотрим ваши карты. Энтони, Фулин, кто из вас откроет первым?

Энтони и Фулин подняли головы и встретились взглядами.

На самом деле, Энтони был бы рад немедленно вскрыть конверт и покончить с этим — будь что будет. Однако, видя, как горько плачет девушка, адвокат все же проявил джентльменскую выдержку и уступил ей право первого хода.

Фулин дрожащими руками извлекла карту, и из ее груди вырвался резкий, судорожный вздох.

Это была леденящая душу карта «SCARED».

— Что ж… значит, это я… — пробормотала она и, повернув карту к остальным, залилась слезами. Крупные капли, словно жемчужины с оборванной нити, катились по ее щекам. Она плакала так трогательно и так жалко.

Пока объективы камер были прикованы к Фулин, Энтони позволил себе едва заметно выдохнуть с облегчением. Он понял, что спасен.

И действительно, адвокату досталась карта «SAFE».

На этом второй раунд подошел к концу.

Следующим выбывшим станет либо студент Пол, либо предсказательница Фулин. А если съемочная группа решит проявить особую жестокость, то, возможно, шоу покинут они оба.

…….

Поскольку съемки подведения итогов затянулись до самого обеда, дальнейший график стал невероятно плотным. За оставшееся время им предстояло записать индивидуальные интервью с каждым участником, подготовить декорации для третьего раунда, скрывая их от игроков, провести репетицию с выбывшим, которому предстояло сыграть роль следующей «жертвы», и еще многое, многое другое.

Каждый член съемочной группы мысленно готовился к тому, что сегодня им придется не просто задержаться до глубокой ночи, а, возможно, и вовсе не спать до самого утра. Работы было по горло, и единственное, о чем они молили участников, было: «Пожалуйста, сидите смирно в отведенной для вас зоне, не создавайте нам лишних проблем!»

Впрочем, для Шэнь Ши ограничение свободы передвижения не было проблемой. Он даже был этому рад, ведь так он мог в перерывах между съемками наслаждаться обществом У Цзинланя.

К сожалению, в этот день суета поглотила все. Хотя индивидуальные задания и не были слишком сложными, их было так много, что весь день оказался раздроблен на крошечные, бессвязные отрезки. Даже когда они с У Цзинланем оказывались в одной комнате, телефон звонил без умолку: то его вызывали на интервью, то режиссер собирал всех на срочный брифинг, чтобы обсудить планы на завтра.

Добавьте к этому необходимость постоянно поправлять грим и прическу перед каждым выходом в кадр, а иногда и переодеваться в одежду вчерашнего дня, чтобы избежать ляпов при досъемке, — и станет ясно, что у них не было времени даже на то, чтобы спокойно выпить чашку чая, не говоря уже о романтических беседах и излияниях чувств.

К полуночи, измотанный этой бесконечной круговертью, Шэнь Ши достиг состояния полного дзена.

«Ладно, ладно, я все понял. Не буду я с ним спать, так и быть».

Четверть второго ночи.

Шэнь Ши, волоча за собой уставшее, едва живое тело, постучал в дверь номера 303. Он твердо решил, что сегодня они с У Цзинланем будут просто спать. Никаких лишних движений, только лежать пластом и смотреть сны.

Дверь открылась после второго же стука. У Цзинлань, конечно же, ждал его.

— Что-то ты поздно, — проворчал он. — Быстрее заходи, тебе спать осталось меньше пяти часов.

— Ты ведешь себя, как старая мамочка, — Шэнь Ши и сам удивился, что у него еще остались силы на подколки. — Вообще-то, когда любимый человек приходит к тебе ночью, принято думать о всяком… ну, ты понимаешь.

— Опять болтаешь! — У Цзинлань втащил его в комнату и тут же подтолкнул в сторону ванной. — Быстро в душ, смывай этот грим. Я пока принесу тебе сменную одежду.

«Вот в этом и главный минус дружбы с детства!» — Шэнь Ши досадливо скривился. Они были слишком хорошо знакомы. За годы, проведенные вместе, их диалоги повторялись тысячи раз и превратились в привычку, в которой не осталось ни капли страсти.

— Ну, чего застыл? — поторопил его У Цзинлань, видя, что Шэнь Ши все еще топчется в дверях. — Ах да, вот.

Он развернулся, взял с туалетного столика в углу прозрачный флакон и сунул его в руки Шэнь Ши.

— Держи, это тоник. Молочко для снятия макияжа и пенка для умывания на раковине.

Шэнь Ши молчал. Он чувствовал, что должен предпринять еще одну, последнюю попытку.

— А может… — он ухватил У Цзинланя за рукав и, стараясь выглядеть как можно соблазнительнее, кокетливо моргнул. — Помоемся вместе?

У Цзинлань замер. Этот неуклюжий, вымученный взгляд мгновенно вызвал у него в памяти дурацкий эмодзи с подмигивающим котенком из какого-то старого мессенджера.

— Марш в душ! — он отвесил Шэнь Ши щелбан, а затем, схватив за плечи, решительно запихнул его в ванную. — Будешь тянуть, и пяти часов на сон не останется!

http://bllate.org/book/13486/1198239