Готовый перевод Obeying the order / Подчиняясь приказу: Глава 9. Непревзойденный наследный принц. Часть девятая./

Лю Юй поприветствовала ремесленников по ремонту. После долгой работы, она наконец-то проводила нескольких ремесленников. Достав носовой платок, Лю Юй вытерла выступивший пот на лбу и подошла к Седьмой Тени, увидев, что тот по-прежнему абсолютно неподвижно стоит на месте с подносом с едой.

— Господин Седьмая Тень? — позвала Лю Юй.

Седьмая Тень вернул поднос ей, но было совершенно непонятно, притрагивался ли он к блюду. Он тихо сказал:

— Попробовал. Не отравлено.

Лю Юй уставилась на него широко открытыми и без того большими глазами.

— А?!

Лю Юй не захотела говорить с ним дальше, подумав, что это бессмысленно. Она схватила поднос с блюдом и сразу же пошла прочь, в душе ругая его: «Всё таки он и правда не понимает, что хорошо, а что плохо[1]! Сколько раз в году Его Высочеству может прийти в голову наградить кого-то чем-то съестным! Кто бы мог подумать, что он не поймёт и не оценит этого!»

[1] 不识好歹 (bù shí hǎodǎi) бу ши хаодай «не различать добро и зло/что хорошо, а что плохо» — китайская идиома, означающая «глупость, нехватку проницательности, неразборчивость», а также используется когда говорится о том, что человек не может отличить добро от зла.

Седьмая Тень всё еще держал в руке ту маленькую серебряную ложку, не успев положить ее обратно. Он долго колебался, но всё же окликнул Лю Юй:

— Барышня.

Лю Юй, пребывая в хорошем настроении, остановилась и обернулась, чтобы послушать, что хочет сказать этот Призрачный страж.

Седьмая Тень поднял маленькую серебряную ложку и сказал:

— Я возьму это. Вычтите из моего денежного вознаграждения.

Лю Юй рассмеялась, ошибочно полагая, что Призрачный страж думает, что использованная им ложка грязная, поэтому сказала:

— В доме есть ещё. Вы можете забрать ее.

Она развернулась и пошла, чтобы разобраться с блюдом на подносе.

Седьмая Тень, ненадолго замешкавшись, снова окликнул её:

— Барышня.

Лю Юй озадаченно повернулась.

— У господина есть ещё какое-то дело?

Седьмая Тень тихим голосом произнёс:

— Похолодало.

— А? — Лю Юй, не поняла его и поэтому недоуменно хлопала широко раскрытыми глазами.

Седьмая Тень нахмурил брови и снова холодно повторил:

— Похолодало.

— Я поняла. И что теперь?

— Одевайте больше одежд, — сказал Седьмая Тень.

Лю Юй оторопела и подумала, что этот новый Призрачный страж неожиданно оказался так заботлив к какой-то молодой служанке, вот только это было запрещено, поэтому она небрежно сказала:

— Да-да, возвращайтесь уже к своим делам.

Уходя, девушка пробормотала себе под нос:

— Следует сходить на ткацкий двор и распорядиться, чтобы они сшили для Его Высочества несколько комплектов тёплого нижнего белья.

Седьмая Тень слышал слова, что сказала себе под нос Лю Юй. Он слегка поджал губы, а его взгляд потеплел.

Весьма сообразительна.

За всей этой сценой, скучающе оперевшись на подоконник, наблюдал Его Высочество наследный принц. На его лице тут же появилась нисходящая улыбка, и он прикрыл ладонью грудь. Настолько милым был Седьмая Тень.

Наследный принц всё сильнее убеждался, что обладает уникальным взглядом, раз выбрал такое сокровище.

Ли Юань наблюдал за Седьмой Тенью и видел, как тот с торжественным видом спрятал маленькую серебряную ложку. Призрачный страж приподнялся на носки и запрыгнул на крышу. Выражение его лица было совершенно таким же бесстрастным, как и прежде, однако Ли Юань каким-то образом смог разглядеть в нем большую радость.

Когда Седьмая Тень вновь вернулся на крышу кабинета наследного принца, то внезапно оцепенел, увидев, что все щели в черепице были плотно заделаны.

А? Где моя щель?

Вдруг он услышал доносящиеся с другой стороны внутренней комнаты слабые звуки. Седьмая Тень слегка прислушался и различил в этих звуках шум воды. В одно мгновение он исчез, а приземлился уже в другом углу внутреннего двора.

Оказывается, Его Высочество отправился в купальню, чтобы принять ванну.

Седьмая Тень прошёлся по черепице дома, но к его неожиданности все щели на этой крыше оказались полностью заделаны. Нечего было и говорить о том, чтобы чьи-то посторонние глаза могли тайком наблюдать за Его Высочеством, теперь даже охраннику будет трудно это сделать.

Некоторое время Седьмая Тень тихо ждал снаружи, но наследный принц так и не вышел из купальни. Он снова терпеливо подождал какое-то время, но небо уже начало темнеть, а от наследного принца по прежнему не было слышно ни звука. Ещё и щель на крыше была плотно заделана, из-за чего было невозможно увидеть обстановку внутри. Седьмая Тень, обхватив одну ногу, сидел боком на загнутом краю крыши и немного волновался.

Он сидел на бронзовом драконе[2] на загнутом краю крыши и пальцами непроизвольно стучал по черепице, воспроизводя запомненные ранее сигналы. Два стука кончиками пальцев по столу означало, что наследный принц приказывает одному из дежуривших Теневых стражей немедленно появиться перед ним, на один стук больше означало прибавить ещё одного человека. Удар ладонью по поверхности стола является требованием спуститься всем дежурившим Теневым стражам и выслушать приказ, но в основном он использовался, когда Ли Юань хотел таким образом расчистить территорию. Постукивание кулаком означало, что он хочет, чтобы находившийся в тени Теневой страж проявлял бдительность и был готов, ожидая следующего приказа.

[2] 螭吻 (chīwěn) чивэнь «пасть безрогого дракона» — это миф. безрогий дракон с большой пастью/губами и коротким рыбьим телом. Чивэнь любит заглатывать предметы и смотреть вдаль. По поверью вляется поглотителем злых духов, он охраняет дом от зла и бушующей стихии огня, воды, ветра. Обычно располагается вдоль гребней крыши (как будто проглатывает балки крыши) или на коньках крыш императорских дворцов, а иногда и простых домов. Использовался ещё династией Хань (206 до н. э.-220), чтобы защитить дом от воспламенения и дурных поветрий. По легенде, Чивэнь живёт в море. Другое его название 鸱尾 (chīwěi) чивэй «хвост совы».

Седьмая Тень, обхватив ногу, сидел в безмолвном ожидании. Он даже и не подозревал, что на самом деле наследный принц всё это время наблюдал за ним.

Пар в купальнике поднимался вверх. Ли Юань непринуждённо прислонился к краю купели, медленно потягивая из чашки сливовое вино. Его взгляд был направлен в сторону маленького окна, расположенного на самом верху стены. В купальне имелось небольшое окошко, которое использовалось для выхода поднимающегося пара, напротив которого в спальне находилось изгоняющее зло и отпугивающее злых духов турмалиновое зеркало[3]. Как раз-таки в нём и отражался сидящий на загнутом краю крыши Седьмая Тень.

[3] Считается, что турмалин отгоняет злых духов.

Ли Юаню во время принятия ванны было до смерти скучно. Тогда то он и обратил свой взор на Седьмую Тень, сидящего на загнутом краю крыши, найдя в этом свое удовольствие. Младший Теневой страж сидел спокойно и степенно, кончиками пальцев вырисовывая на черепичной плитке сигналы. Ли Юань заметил, как он невесомо изобразил тайное обозначение, используемое для того, чтобы позвать его. Наследный принц хмыкнул и внезапно рассмеялся.

Ему так не терпится подчиниться моим приказам?

Однако всё же не стоит доверять человеку, присланному из резиденции первого министра Яня.

Говорят, что он лазутчик, но он выглядит таким наивным и не очень-то похож на него.

Ли Юань надавил на точку между бровей и слегка выдохнул. Он видел слишком много человеческих сердец, таивших в себе и тепло, и холод, и теперь остерегался даже тех, кто сам спасается от огня и воды[4]. Он хотел бы жить проще, однако уже давно не принадлежал сам себе.

[4] 水火之中 (shuǐhuǒ zhī zhōng) шуйхо чжи чжун «среди воды и огня» — это китайская идиома, означающая «терпеть бедствия/невзгоды, находиться в тяжёлой ситуации».

Он плеснул немного воды на грудь, и прозрачная вода струйками медленно потекла вниз по давно уже зарубцевавшейся ране от меча.

Если бы не слуга, предавший его, на его теле не появился бы такой шрам. Поэтому он особенно сильно ненавидел предателей и был таким недоверчивым.

Ли Юань кашлянул, и молодая служанка Лю Юй, ожидавшая у входа в купальню, вошла, неся в руках гладкое парчовое тонкое одеяние. Она обтерла тело наследного принца и помогла ему одеться.

Седьмая Тень стоял снаружи, возле окна купальни. Мгновение назад он едва не влетел внутрь через окно. Теперь, опираясь о стену купальни снаружи и опустив веки, он молча ещё разок прокрутил в памяти все сигналы и обнаружил, что среди тайных обозначений, используемых для вызова Теневых стражей, и вовсе не было этого пункта с кашлем.

Седьмая Тень упирался лбом в наружную стену купальни. На его постоянно невыразимом лице отразилось разочарование.

Внезапно, услышав шаги Его Высочества наследного принца, уже достигшего стен опочивальни, Седьмая Тень потрясенно застыл. Поднявшись на носки и легко оттолкнувшись от земли, он ухватился руками за карниз крыши, с силой один раз качнулся и мягко приземлился на крышу. Он склонился и мгновенно исчез. Ему хватило несколько вздохов, чтобы добраться до опочивальни наследного принца. Седьмая Тень проскользнул внутрь комнаты по потолочной балке и, пригнувшись, сел на узкую и тонкую доску, безмолвно охраняя Ли Юаня. Иногда он ложился на потолочную балку и, подпирая рукой щеку, наблюдал, как Его Высочество перебирает струны циня и играет в сянци[5].

[5] 象棋 (xiàngqí) сянци «китайские шахматы» — это одна из наиболее популярных настольных игр в мире, распространённая и за пределами Китая. Считается, что сянци является одной из ветвей, корнем которой является индийская чатуранга. Сянци имеет, схожий с чатурангой, набор фигур, ходы фигур также очень похожи (с учётом разницы в постановке фигур на доску — в шахматах фигуры ставятся на поля, в сянци — на пересечения линий).

Все дни Ли Юаня были беззаботными и от скуки перед сном он каждый день играл на цине. Цинь Цзяовэй[6] являлся в доме высочайшим даром императора. Его звучание было чистым и долгим. Музыка, которую играл наследный принц, была вовсе не та, которую любили играть в столице избалованные детишки из богатых семей, но и не та, что звучала в императорском дворце. Седьмая Тень смог узнать только «Горное жилище» и «Посконник[7]». Звук инструмента был чистым и неторопливым. Длинные волосы Ли Юаня свисали вниз, как у вольнолюбивого бессмертного, отстранённого от всех соблазнов и далёкого от мира людей.

[6] 焦尾琴 (jiāowěi qín) цинь Цзяовэй «обгоревший край» — является одним из четырёх знаменитых инструментов Древнего Китая. По преданию этот музыкальный инструмент был удачно изготовлен из обгоревшего тунгового полена Цай Юном. Он назвал свой цинь «обгоревший край», так как на узком конце циня остались обгоревшие следы от огня.

[7] 山居 (shānjū) шаньцзюй «жить в уединении/жизнь в горах/горное жилище»; 佩兰 (pèilán) пэйлань «посконник». Оба музыкальных произведения были написаны китайским музыкантом, играющем на гуцине, Мэй Юэцяном (梅曰强 1929-2004 гг.)

Находясь во Дворце Теней, Седьмая Тень запомнил немало мелодий, однако по большей части это была уличная музыка, которая звучала мягко и отстранено. Во время обучения во Дворце Теней Теневые стражи проходили первый уровень под названием «Уникальный». Они должны были одеться, и даже мыслить так же, как выпавший им человек. Однако кого они будут изображать: весёлого музыканта, мясника, разбойника или чиновника, решалось путем жеребьёвки. Седьмая Тень также притворялся тем, кто ему выпал, и полностью походил на него. Ему попалось имя известного музыканта Циньхуай, который как раз-таки и оказался тем самым Вэнь Чаном.

Однако вспоминать об этом лишний раз не хотелось.

Седьмая Тень отмахнулся от разрозненных воспоминаний, оперся на потолочную балку и, внимательно вслушиваясь в звуки музыкального инструмента, медленно закрыл глаза, чтобы отдохнуть. С того времени, как он вошёл во Дворец Теней, он уже очень долгое время не мог нормально спать и спал не более половины шичэня.

Ли Юань беззаботно поглаживал струны и, немного приподняв голову, посмотрел на безмолвно находящегося рядом с ним младшего Теневого стража, который тихо дремал на потолочной балке. Уголки его рта слегка приподнялись.

Наследный принц по-прежнему хранил в памяти того «Молодого господина Вэнь Чана», встреченного два года назад. Как только он вспоминал о Седьмой Тени, то сразу же обнаруживал его где-то рядом с собой. Сердце Ли Юаня слегка зудело, как будто его обвевал весенний ветерок и щекочущий ивовый пух.

Ли Юань про себя недоумевал: «Отчего этот младший Теневой страж с серьёзным лицом пристально наблюдает за наследным принцем с разных мест?»

Однако это ведь был не пристальный взгляд коварного лазутчика, вынашивающего плохие намерения. Седьмая Тень скорее походил на маленького хомячка, стащившего рисовое зернышко, которое было жалко съесть, и он время от времени украдкой поглядывал, на месте ли оно.

Ли Юань внезапно захотел позвать его, чтобы он спустился и поговорить с ним. Он импульсивно стукнул дважды по поверхности стола.

Седьмая Тень, подобно ветру, быстро спустился вниз. Не издав ни малейшего шума и соблюдая все правила почтения, он встал на одно колено и, безмолвно опустив голову, склонился перед Ли Юанем.

Он был немного взволнован, так как Его Высочество впервые позвал его. Юноша не сразу смог среагировать, иначе бы спустился еще быстрее.

«Не знаю какое опасное поручение отдаст Его Высочество, но, как бы то ни было, я ни за что не разочарую его» — подумал про себя Седьмая Тень.

Кто бы мог подумать, что Ли Юань просто лениво оттолкнет цинь Цзяовэй, обопрется о стол, подперев щеку рукой, и спросит его:

— Ты голоден?

Седьмая Тень оцепенел, недоуменно уставившись на Ли Юаня.

Голоден? Он не ослышался?

Опустившийся перед наследным принцем Седьмая Тень подготовил только два ответа: один — «Подчиняюсь приказу», а другой — «Да». Теперь он немного разволновался, не зная, какой следует использовать сейчас.

— Вижу, что голоден.

Ли Юань какое-то время неторопливо выбирал пирожное с тарелки, стоящей под рукой, взяв то, которое, по его мнению, было самым вкусным за последнее время, и поднёс его ко рту Седьмой Тени.

Седьмая Тень растерянно стоял на коленях, не зная, съесть ему предложенное наследным принцем пирожное или же нет.

Наставления Теневых стражей гласили: «Во время дежурства охраннику запрещается принимать пищу».

Правила Теневых стражей гласили: «Вознаграждение от хозяина должно быть принято, наказание необходимо получить».

Ли Юань посмотрел на его озадаченное выражение лица и подумал, что ему не нравятся такие пирожные. С некоторым недоумением он положил его обратно и выбрал другое, про себя подумав: «Этот младший Теневой страж всё же весьма разборчив в еде».

Седьмая Тень не смог удержаться и спросил:

— Ваше Высочество, у вас есть распоряжение, которое должен выполнить ваш подчинённый?..

Ли Юань как раз взял маленький ломтик облачного пирога[8], когда увидел, что Седьмая Тень открыл рот. Пользуясь случаем, он успешно засунул его ему в рот, мимоходом смахнув пальцем с губ Седьмой Тени крошки от лакомства.

[8] 云片糕 (yúnpiāngào) юньпяньгао «облачное печенье/облачные ломтики/облачный пирог» — это пирог из рисовой муки, сахара и грецких орехов, нарезанный тонкими прямоугольными ломтиками с аккуратными краями. Другое его название 雪片糕 (xuěpiàngào) сюэпяньгао «Снежный пирог». Облачный пирог является знаменитым угощением провинции Цзянсу, округа Чаочжоу провинции Гуандун и других территорий Китая.

— Распоряжение? У меня нет поручений. Иди.

Седьмая Тень тут же поперхнулся. Он растерянно отступил и вновь забрался на потолочную балку. Безмолвно охраняя Его Высочество наследного принца и держа во рту кусочек нежного облачного ломтика, юноша не мог не размышлять про себя, имеется ли в поступке Его Высочества наследного принца какой-то скрытый смысл.

Через какое-то время снова раздалось два легких стука по столу. Седьмая Тень мгновенно спрыгнул вниз и опустился на одно колено перед Ли Юанем, думая, что на этот раз нужно выполнить какое-то поручение.

Ли Юань сказал:

— Налей мне чашку чая.

Седьмая Тень налил чашку чая и обеими руками почтительно протянул ее Ли Юаню.

Однако Ли Юань не вытянул руку, чтобы принять ее, а жестом показал напоить его.

Седьмая Тень облизал губы. Ему ничего не оставалось, кроме как послушно напоить принца чаем. Только когда Ли Юань неторопливо допил его, Седьмая Тень убрал руку и снова опустился на одно колена у его ног, безмолвно ожидая приказов от Его Высочества.

Ли Юань улыбнулся.

— Чего ты ждёшь? В княжеском дворце тихо и спокойно, и у меня нет поручений для тебя.

Седьмая Тень поднял голову и посмотрел на Ли Юаня. Взгляд его помрачнел.

Ли Юань с весельем смотрел на его немного расстроенный вид. Если бы у него была пара щенячьих ушек, то сейчас они определённо опустились бы вниз.

— Так хочешь, чтобы я дал тебе какое-то поручение? — Ли Юань приподнял уголки рта. — У мне нет служанки, которая согреет для меня постель[9]. Ты можешь заменить ее?

[9] В Древнем Китае не было электрических одеял и электро нагревателей, поэтому для согревания постели использовались служанки, обычно их было двое. Одетые в тонкие одеяния, они нагревали постель своего господина теплом своего тела. Ожидая своего господина, несчастные девушки не могли ни спать, ни даже говорить. Когда же приходил их господин, они должны были, если он находился в почтенном возрасте, помочь ему улечься в постель и укрыть его одеялом, а после, на протяжении всей ночи, корректировать положение его тела во время сна. Если господин был молод, то могла произойти близость, вне зависимости, хотела этого девушка или нет. Кроме того, зимой по ночам у людей мёрзнут ноги, поэтому каждая служанка должна была положить по одной ноге господина себе на теплую и мягкую грудь, чтобы согреть их. Для тех, кому интересно, как это выглядело, оставляю ссылку: https://m.hupu.com/bbs/33316120.html

И тут он увидел, как бледное лицо Седьмой Тени начало понемногу краснеть. Юноша тихо стоял на коленях и не произносил ни слова.

Ли Юань, подперев рукой щеку, смотрел на него и думал про себя: «Если бы это был Четвёртая Тень, то он давно бы уже хлопнул дверью и ушел. Этот младший Теневой страж неожиданно продержался так долго. Ах, его лицо так покраснело! Должно быть, от гнева! Застесняйся и скажи: Нет! Не нужно!»

Так как до этого Ли Юань спровоцировал горное поселение Кунцюэ и навлек на себя тех убийц, его царственный отец последние несколько дней запрещал ему покидать княжеский дворец Ци. Принцу не разрешалось выходить и снова творить беспорядки, но ему было скучно сидеть в четырёх стенах, и поэтому он всё время искал хоть какое-то развлечение.

ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ПРИМЕЧАНИЯ И ИЛЛЮСТРАЦИИ:

[2] 螭吻 (chīwěn) чивэнь «пасть безрогого дракона»:

[5] 象棋 (xiàngqí) сянци «китайские шахматы»:

[6] 焦尾琴 (jiāowěi qín) цинь Цзяовэй «обгоревший край»:

[8] 云片糕 (yúnpiāngào) юньпяньгао «облачное печенье/облачные ломтики/облачный пирог»:

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://bllate.org/book/13456/1269958