Готовый перевод D Minus / Дни сочтены [❤️]: Глава 2.07

Уложив Хачжина на кровать, Чонхва сорвал со своего тела скотч и вышел из комнаты. У Хачжина не осталось сил даже помыться, поэтому он тупо смотрел в потолок, даже не сменив одежду. Вскоре он услышал, как закрывается входная дверь. Глаза у него опухли. Хачжин даже не подозревал, что у него накопилось так много слёз.

— Уф…

Снова. Слёзы усталости снова катились. Хачжин закрыл глаза тыльной стороной руки и заплакал, его плечи дрожали. Рак был таким жестоким. Возможно, было бы лучше умереть в мгновенье ока, не считая, сколько осталось дней жить. Люди, которые не знают, каково это – быть живым и умирать день за днём, никогда не узнают этого.

— Ах…

Хачжин боялся. Из-за страха сердце было готово выпрыгнуть из груди. Ему было жаль себя и свою жизнь, но он бы не удивился, если бы внезапно умер в такой позе.

Хачжин встал и вышел из комнаты. Он обошёл дом, включил свет и телевизор. Мужчина подумал, что будет лучше, если станет немного светлее и шумнее, но не стало. Он молчал, словно был совсем далеко от смеющегося мира, транслируемого по телевизору. Вокруг него по-прежнему стояла жуткая тишина.

“Мне очень жаль, что я просил тебя пройти лечение”.

Он снова разрыдался сразу после того, как увидел доску на стене гостиной. Прошло так много времени с тех пор, как Чонхва выучил хангыль, но он всё равно продолжал путать некоторые буквы. Хачжин крепко закрыл глаза, закрыл лицо и сел на пол, и долго плакал. Время от времени он поднимал глаза и смеялся над предложением с ошибкой, затем плакал, после чего снова громко смеялся, а потом снова плакал и так бесчисленное количество раз. Пока Чонхва, мокрый из-за проливного дождя, снова не открыл входную дверь.

— Что ты здесь делаешь…

Капли дождя падали на промокшие рукава мужчины. Он грубо потёр глаза ладонью и прищурился, когда увидел Хачжина, лежащего на полу в гостиной. Глаза Хачжина настолько опухли от слёз, что он всхлипнул, как только Чонхва посмотрел ему в глаза. С широко открытыми глазами Чонхва снял обувь и подошёл к Хачжину. После него осталась лужа воды на полу.

— Эй, ты почему плачешь? Где-то болит?

Это была череда странных вещей. В тот момент, когда Чонхва вошёл в дом, образ смерти, как он думал, был не за горами, начал постепенно исчезать. В то же время страх, который сковывал его сердце, медленно исчез. Хачжин, страдавший от боли, бросился к Чонхве, сидящему перед ним.

— В чём дело?

Чонхва быстро схватил Хачжина, тот уткнулся лицом ему в плечо. Щёки быстро намокли, но запах дождя был лучше слёз. Чонхва, внезапно обнявший Хачжина, на мгновенье замер, словно от смущения, а затем начал неловко похлопывать его по спине.

— Хочешь в больницу?

— …

Разумеется, никакого ответа не последовало. Просто глотать слёзы было тяжело.

Возможно, из-за температуры тела Хачжина Чонхва, промокшей под дождём и испытывающего холод, постепенно согрелся. Он поглаживал мужчину по спине, которая с каждым днём становилась тоньше, и медленно поднял руку, чтобы погладить ею обнаженную, выбритую кожу головы. Хачжина трясло от ощущения, к которому он до сих пор не мог привыкнуть.

— Всё нормально.

Именно это требовалось, чтобы снять с мужчины напряжение. Хачжин, прислонившись к рукам Чонхвы, выпрямился. Кожа вокруг глаз была красной и опухла. Хачжин медленно моргнул и приблизился, пока их носы не соприкоснулись. Чонхва покраснел, но не стал избегать его взгляда.

— …

Хачжин откинул голову назад. Он поднял подбородок и прижался губами к грубым губам Чонхва. Мгновенье спустя суровые карие глаза задрожали. Закончив короткий поцелуй, уголки рта Хачжина опустились. Из открытого рты вырывалось тяжёлое дыхание. Чонхва, который с застывшим лицом, смотрел на затылок Хачжина, положил руку под его руку и поднял её.

— Ух…

Чонхва посадил Хачжина к себе на колени. Тело Хачжина тоже было мокрым из-за дождя, одежда ещё не просохла, но, к счастью, он не мёрз.

— Хм…

На этот раз Чонхва прикрыл затылок Хачжина. Его осторожное обращение редко подходило ему. Чонхва поцеловал Хачжина немного нежнее, чем тот его. Это не был страстный поцелуй со сплетёнными языками, но их сердца бились так быстро, словно вот-вот выпрыгнут из груди. Когда их губы на мгновенье разошлись, Хачжин изо всех сил пытался отдышаться, а Чонхва потёр его щёку рукой, а затем снова опустил свои губы.

— Ах…

После осторожного поцелуя Чонхва обнял Хачжина. Он зажал его с такой силой, что тот не мог выбраться или даже дышать. Слёзы, которые только остановились, снова потекли, Хачжин всхлипнул так громко, как только мог, пока мужчина держал его в объятиях.

— Мне страшно…

По мере наступления дня Х он то принимал неизбежность смерти, то спокойное отношение покидало его. Когда появились симптомы, сопровождавшиеся ужасной болью, он стал бояться внезапной смерти. Хотя это кажется немного несправедливым и грустным, он никак не ожидал, что это будет настолько его пугать.

— Всё нормально.

Чонхва утешал Хачжина теми же словами. Возможно, это было единственное утешение, которое он мог дать. Всё нормально. Мужчину больше всего пугала это короткая простая фраза.

— Я не хочу умирать…

— …

На этот раз ответа не последовало. Было ясно, что Чонхва тоже знал это. Для него, страдающего день ото дня, пустая надежда – это пытка.

— Я не хочу умирать…

Хачжин просто пытался принять смерть, он никогда не хотел умирать. Нет причин хотеть жить, а ещё меньше – хотеть умереть. С того дня, как ему поставили неизлечимый диагноз, тяжёлые эмоции, копившиеся в нём, одна за другой вырывались из его горла.

— Что если я внезапно умру? Что если я засну сегодня и не проснусь? Что если я умру, даже не зная, что умер?

Было бы лучше, если бы он знал точное время, когда наступит смерть. Перед сном его охватывало зловещее ощущение, что на утро он не проснётся. Мужчина боялся, что его сердце остановится.

Солнечный свет проникал в окно, бродячий кот мирно спал на стене, вдали виделось море, а рядом деревья, цветы и люди. Возможно, этот момент мог оказаться для него последним, поэтому он хотел им насладиться. Он боялся, что не сможет увидеть его ещё раз. Боялся, что смерть, которая подступала всё ближе, без предупреждение заберёт всё.

Опухшими глазами Хачжин перевёл взгляд на кресло-качалку в гостиной. В первый день приезда он сидел там, составляя план, как мирно встретит смерть.

В то же время на ум пришло первое появление Чонхвы. Грубый, неотёсанный, тогда он не хотел идти с ним контакт. Мужчина рассмеялся беспомощно, разочарованно, словно слёзы только и ждали, чтобы пролиться.

— Это из-за тебя…

— …

— Вот что произошло, когда я встретил тебя. Я был не против умереть, но после встречи с тобой мне стало страшно. Так что это всё из-за тебя…

Хачжин вытер слёзы о плечо Чонхвы и бормотал, обвиняя его. Чонхва, которого поразила стрела негодования, просто кивнул, ничего не сказав. Он испытывал боль в сердце, потому что думал, что это его вина и что злиться – это нормально.

— После лечения стало ещё хуже. Это тоже из-за тебя.

— Точно, мне очень шаль.

— Не шаль, а жаль. Я столько раз повторял уже, почему ты снова ошибся? Почему…

— Об этом я тоже сожалею.

Пока Хачжин обвинял его, слёзы постепенно прекратились. Хачжин дышал ртом из-за заложенного носа, прижимаясь щекой к шее Чонхва. Он видел, как его щёки надувались.

— Не совсем.

— …

— Вообще-то мне хорошо, когда ты рядом. Мне не так страшно, когда ты здесь.

С прижатой щекой его голос был приглушённым. Чонхва спокойно слушал его.

— На самом деле я хотел лечиться. Потому что не хотел умирать…

— …

— Не сожалей.

— …

— Спасибо.

Глаза у мужчины снова покраснели, ему надоело это. Ему казалось, что он проплачет остаток жизни. Хачжин вытер слёзы, скопившиеся в уголке глаз, прижавшись к шее Чонхвы. Дыхание становилось более рваным. Грудь резко поднималась и опускалась, а на затылке он ощущал пульсацию. Когда Хачжин медленно приподнялся, Чонхва заговорил.

— Стоит ли нам умереть вместе?

— Что?..

— Если ты боишься умирать, может мне стоит умереть с тобой?

— Чёрт…

На этот раз Хачжин громко рассмеялся. Забавно было, как он спокойно говорит о таком. Выражение лица у Чонхвы было более серьёзным, чем когда-либо. Хачжин заливался смехом, а его день постепенно становился всё тяжелее. Это не ерунда. Чонхва был очень искренен.

— Раньше я спросил у доктора в больнице.

— Что?

— Можно ли отдать мой желудок тебе.

— Ха-а…

— Он сказал, что нет. Я забыл, почему нельзя. Мне очень жаль.

— …

— Для меня смерть не имеет большого значения. Поэтому давай умрем вместе…

— Эй.

— М-м.

— Ты обещал. Что будешь рядом, когда я умру.

— …

— Ты должен жить, чтобы сдержать обещание. Если ты умрёшь, то это бессмысленно.

— …

— Живи.

— …

— Потому что можешь.

http://bllate.org/book/13337/1185983