Готовый перевод D Minus / Дни сочтены [❤️]: Глава 1.12

***

— Не смотри на меня так. Я в порядке.

— Сколько бы не думал об этом, странно это для больного раком пить.

— Я в любом случае умру. Ничего нового.

Хачжин поднял соджу и опустил, покрутил его, радостно наблюдая, как плещется жидкость внутри. Чонхва ел гарнир, который купил, и при каждом вдохе он задавался вопросом, было ли такое поведение нормальным, снова и снова.

— Сочжу или пиво?

— Сочжу.

— Тогда и я буду сочжу.

В тоже время он старался сильно не налегать или вмешиваться. Они были не в тех отношениях. Хачжин достал бокалы из шкафчика, наполнил их алкоголем и передал один Чонхва. Пока держал бокал на вытянутой руке, он сделал глоток из другого.

— Нам стоит пить вместе.

Предполагалась, что это будет тост, но кажется, до него не дошло. Хачжин потёр нос, тот снова наполнил свой бокал, не особо задумываясь.

— Можешь снова выпить.

— Точно.

В этот раз они взмахнули бокалами. Чонхва ещё раз опустошил бокал, а Хачжин высунул язык и сделал глоток из своего, прежде чем проглотить напиток. Давно он не пил сочжу, а горький привкус был ему не по душе. Чонхва засмеялся, прежде чем быстро засунуть в рот арбуз, порезанный квадратиками.

— Даже ребёнок лучше пьёт.

— Не ты ли говорил, что не любитель выпить?

— Ага. Только я не очень хорошо переношу алкоголь, но пью, когда выпадает возможность.

Хачжин пил всё, что Чонхва наливал ему. Внезапный собутыльник был не так уж плох. Хачжин, который не мог выпить столько же, пил один бокал, пока Чонхва выпивал два, а их попойка продолжилась до рассвета.

— Кто ты, если не собутыльник*?

Прим. пер.: имеется в виду наемный человек, которого приглашают для совместного распития алкоголя, чтобы не пить в одиночку.

— Ну… Почему ты спрашиваешь об этом?

— Просто интересно. Мы живём вместе больше месяца, а я даже не знаю, чем ты зарабатываешь на жизнь.

Хачжин настойчиво расспрашивал о работе Чонхва. Он всегда был таким, но сейчас под действием алкоголя это проявлялось сильнее. Чонхва забрал бутылку от Хачжина, наполнил свой бокал. Казалось, словно Хачжин был прав, что он бандит. В противном случае как можно было объяснить то, что он отказывался пойти в больницу, когда его ранили, или что он умрёт, если его поймают.

Хачжин подпёр подбородок рукой и подтолкнул контейнер с арбузом к Чонхва. Потом опустил взгляд на еду.

— Угощайся арбузом. Очень вкусный.

Чонхва не трогал других закусок, кроме кальмара. Порезанный кубиками арбуз был куплен несколько дней назад, он был довольно вкусным, возможно, из-за того, что был конец лета. И хотя Хачжину было тяжело избавляться от семечек, поскольку Чонхва не убрал их, он больше не собирался этого делать. Чонхва толкнул контейнер с арбузом обратно к Хачжину.

— Съешь ещё.

— Я уже много съел.

— Не хочу.

— Съешь ещё…

Арбуз был не так важен. Какое ему вообще дело, ел он его или нет. Нарезка арбуза не требует больших усилий, а неубранные семечки не были поводом для хвастовства. Но почему-то Хачжин снова начал плакать. Словно каждый день у него находился повод для слёз.

Хачжин всхлипывал, пока тыкал арбуз вилкой. Даже не задумываюсь о том, чтобы опустить голову, он приоткрыл рот и горько плакал, демонстрируя лицо Чонхва. Когда покатились слёзы, опьянение, которое сначала отразилось на ногах, накрыло его с головой.

— Нет, почему ты плачешь?

Смущенный из-за слёз Чонхва вскочил со своего места и не находил себе места. Такое поведение сильно отличалось от того образа, который о нём сложился в первый день знакомства. Почесав затылок, он забрал вилку из рук Хачжина.

— Да съем я, ладно? Ем я, ем.

Чонхва широко раскрыл рот перед Хачжином и засунул внутрь кусок арбуза. Хотя от этого слёзы не прекратились катиться по щекам Хачжина.

Хачжин плакал не потому, что ему грустно. Он сам не знал причину своих слёз. Просто он начинал плакать при первой возможности и не мог это остановить. Хачжин громко всхлипнул, стараясь изо всех сил сглотнуть.

— Нет, потому что ты не научил меня держать вилку.

— …

— Поэтому я такой. Ты научил меня использовать палочки, а вилка – это совсем другое.

Опухшими глазами Хачжин видел лишь свою руку. Вилка была крепко зажата в кулаке, её совсем не было видно. Хачжин потёр глаза рукой, поскольку они чесались.

— Я хотел попросить об этом позже.

— …

— Ты сказал, что научишь меня, если я попрошу.

У Чонхва горели уши. Хачжин, который поверхностно дышал, тупо уставился на мужчину.

Убедившись, что лившиеся водопадом слёзы прекратились, Чонхва снова выдвинул свой стул. Держа в руке вилку, он поддел кусок арбуза и передал его Хачжину. Хачжин не собирался больше есть арбуз, но взял его, потому что посчитал это правильным.

http://bllate.org/book/13337/1185973