Готовый перевод Dirty Sweet Baby / Грязный милый малыш [❤️]: Глава 5

Глава 5

Хи Хон застыл от внезапных слов. О какой поддержке шла речь? Он даже не конца принял факт, что стал личным проводником Ча Му Гёля, не говоря уже о том, чтобы оказать ему поддержку прямо сейчас.

— Я не могу сейчас.

— Не можешь?

— Верно. Если дело срочное, ты можешь вызвать проводника из Центра.

— Почему ты не можешь?

— Я устал после поддержки другим эсперам этим утром. Слишком тяжело ещё и с тобой справиться, — Хи Хон явно оправдывался. На самом деле в его словах была лишь доля правды.

— Хм... Это так?

— Да. Позвонить по тому номеру? Подожди.

Хи Хон включил очки. Когда он сосредоточился на них, чтобы связаться с Центром, Ча Му Гёль встал и развязал галстук.

— Хён, ты не можешь успокоиться?

Широкими шагами он приблизился и схватил очки Хи Хона. Взглянув на экран, появившийся на прозрачной внутренней стороне, он улыбнулся, приподняв уголок рта.

Его изогнутые глаза и очаровательная улыбка излучали чувственность.

— ...Что ты так резко делаешь? Верни обратно.

— Ну правда, что с тобой не так? — Му Гёль выключил очки. Он вспомнил его поведение ранее. — И почему ты совсем не изменился?

Он схватил Хи Хона за руку. Словно хотел вернуть ему очки, но вместо этого крепко сжал ладонь парня и очки. От удивления глаза Хи Хона расширились.

— Подожди, Ча Му Гёль.

— Позволь спросить. Я совершил смертный грех? Или я тебе отвратителен?

Му Гёль стиснул руку Хи Хона, не заботясь о его чувствах. Ныли пальцы, прижатые очками. Застыв от шока, Хи Хон мог лишь стиснуть зубы и отрицать всё.

— Это... не так.

— Не так? Посмотри мне в глаза и скажи это.

— ...

— Даже посмотреть на меня не можешь.

С силой сжав руку, Му Гёль проводил ногтями по чёрной перчатке, словно пытаясь её сорвать. Обнажился небольшой участок плоти, которую прежде полностью скрывала боевая форма. Словно свет, пробивающийся сквозь занавески, стало видно бледное запястье.

Чувствуя что-то зловещее в этом, Хи Хон попытался отдёрнуть руку. Му Гёль усмехнулся и ещё сильнее схватил его руку, потянув её. Они словно мерились силой.

— Ты всегда питал отвращение и сбегал. Я бы чувствовал себя менее грязным, если бы действительно заслуживал этого.

— Агх.

— Я начинаю думать, что сделал что-то раньше, — Му Гёль прижался к Хи Хону, чтобы обездвижить его и снял чёрную перчатку с его сжатой руки. Парень пытался остановить его.

— Не смей.

— Не поднимай шум. Это того не стоит.

Хи Хон сжал кулак, чтобы его не взяли за руку, но сопротивляться было бесполезно. Му Гёль обхватил его руку, прижавшись к нему голой кожей.

— Кха-а.

Ядра эспера и проводника взаимодействовали между собой. Недавно пробудившийся Му Гёль может и не чувствовал этого, но Хи Хон ощущал сильную дрожь внутри, которая даже в макушке головы отдавалась. Для него это был первый опыт поддержки эспера S-класса.

Му Гёль переплёл их пальцы. Он держал его обеими руками, словно пытаясь увеличить площадь контакта для поддержки. Хи Хон с трудом покачал головой.

— Прекрати, слишком быстро.

— Что?

— Так, я... не могу...

Бэк Хи Хон попытался убрать руку. Парень пытался подавить Му Гёля, как его учили, толкнув его в правое плечо и выворачивая локтевой сустав назад, но он уже напряг корпус.

Это правда, что он оказывал поддержку нескольким эсперам утром, но его ядро не было истощено. Вдобавок ко всему, поддержка эспера S-класса оказалась куда утомительнее, чем он ожидал. Из-за чего парень не мог собраться с силами в руках и ногах. В его ослабленном состоянии он едва мог стоять, не то чтобы усмирить Ча Му Гёля.

— Агх... Пусти сейчас же.

— Ещё немного.

— Я сказал, пусти...

— Что-то странное происходит внутри... Это и есть поддержка?

— Что? Это впервые для тебя?

— Да. А что?

Плохо дело.

У Ча Му Гёля нет опыта поддержки. Хи Хон совсем не ожидал этого.

Нет, если подумать, в этом был смысл, что Хи Хон будет его первым проводником, учитывая, что он только прибыл в особый жилой район и сразу же получил специально назначенного проводника. Это было так очевидно, что не понять этого мог только дурак.

Это была чрезвычайная ситуация. Для эспера проводник был абсолютной необходимостью. Насколько Хи Хон знал, не существовало такого эспера, который никогда не прибегал к поддержке. Каждый эспер испытывает первобытное желание к этому.

Особенно в первый раз...

Более того, Му Гёль никогда не тренировался контролировать себя.

Хи Хон следил за ним с бледным лицом. Вскоре глаза Му Гёля дрогнули. Его красивые губы медленно раскрылись, тихий вздох слетел с губ.

— Ах...

Выражение лица постепенно менялось, когда он поднял взгляд. Его равнодушные чёрные глаза то внезапно мутнели, то постепенно становились светлее и блестели.

Словно человек, впервые увидевший солнце или наблюдавший восход солнца над горизонтом после того, как остался один в непроглядной тьме, Му Гёль был охвачен непреодолимым, всепоглощающим и естественным желанием.

Видя, как его лицо выражает захватывающий восторг, жгучее удовольствие и незнакомое желание поддержки, разум Хи Хона опустел, как рушащаяся гора. Это было похоже на лавину в его голове.

Всё исчезло.

Его внешний вид и глубоко скрытые эмоции — всё рассыпалось и смешалось без разбора. Удар был колоссальным.

Однако не было времени на потрясение. Действия Му Гёля, которые до этого ограничивались хватанием его за руку, резко изменились. Он схватил Хи Хона за лицо. Словно больше не колебался сильнее погрузиться в поддержку. Потому что он был эспером.

— Хён... — Му Гёль позвал его нежным голосом.

Он никогда прежде не слышал подобного тона от него, даже в мечтах. Парень почти покраснел.

— Нет...

— Бэк Хи Хон.

— Нет, пожалуйста... — Хи Хон отчаянно извивался.

Его доведённое до предела ядро причиняло боль. Словно ядро давило на сердце. От острой боли его конечности стали вялыми, почти парализованными. Парень даже пальцем не мог пошевелить.

Ноги не держали, Хи Хон сползал по стене, но Му Гёль поддержал его и обхватил его лицо. Большой палец прижался к губам парня.

Му Гёль уже потерял здравый смысл.

Им двигал инстинкт эспера.

Лицо, которое он отверг как нереальную фантазию или заблуждение, приближалось. Му Гёль, которого он так отчаянно боялся, что готов был убежать даже ценой собственной жизни, но которого мучительно хотел коснуться, был прямо здесь. Он чувствовал, как кожу щекочет его дыхание.

У него было плохое предчувствие с первой их встречи.

С самого начала.

Очень сильное...

Без их воли их губы соприкоснулись.

Было жарко, душно и больно.

Это было похоже на получение смертного приговора, словно он хотел подтвердить самым отчаянным образом то, что всё это время он желал чего-то столь ужасного. Настолько сильно. Настолько приятно.

Всё тело охватила дрожь. Его истощённое ядро, выжатое до последней капли, отправило его сознание далеко-далеко. Это было его последнее воспоминание.

Бэк Хи Хон потерял сознание, даже не издав стона, погрузившись глубоко во тьму.

***

С раннего возраста ему часто говорили, что с ним было легко.

У него были ограниченные, но сильные интересы, Бэк Хи Хон полностью погружался во что-то, как только это привлекало его внимание. Он пил только то, к чему привык, использовал то, к чему привык, с возрастом он был особенно упрям в вопросе цвета и форм.

Где-то в 5 лет ему нравился белый цвет так сильно, что ел только еду соответствующего цвета. Рис, белый кимчи, грибы эноки, суп из редиса, молоко и всё. Говорили, что он так жил около года, из-за чего мама беспокоилась, как бы он не заболел.

Когда ему исполнилось 8, он пошёл в школу и полюбил круглую форму и всегда собирал круглые предметы. Шарики, монеты, бейсбольные мячи, часы, пуговицы.

— Я люблю круг! Люблю круги!

Его предпочтения были настолько твёрдыми и чёткими, что мальчик настоял на том, чтобы на день рождения ему подарили много круглых конфет.

Он перечитывал любимые книги десятки раз, пока они ему не надоедали, на уроках уделял пристальное внимание только любимым предметам и имел определённые предпочтения во всём: от магазина, который посещал каждый день, места, на котором обычно сидел, обувь, одежда, портфель и даже зонтик.

Есть современное выражение “паралич выбора” или “паралич решений”, но это не имело никакого отношения к Бэк Хи Хону. Для него выбор и принятие решение были самыми простыми вещами. Это было ясно всем, кто его видел. Ему нравится белый. Ему нравится круг. Ему нравится математика, он любит сидеть на углу, а зонтик должен складываться и открываться нажатием кнопки.

Так что он знал. С первого взгляда. Что это Ча Му Гёль.

Это было просто решено.

http://bllate.org/book/13332/1185629