Готовый перевод I, Little Fox, am famous throughout the universe for farming! / Я, лисёнок, покорил всю вселенную фермерством! [💗]✅: Глава 22. Зверочеловек с разрушающей способностью

Фан Ли невольно приложил руку ко лбу.

Вчера из-за истории с культиватором он попросил Жун Мина ненадолго притвориться его родителем. Очевидно, теперь тот вполне освоился в этой роли.

Хотя, учитывая нынешний детский облик Фан Ли, их с Жун Минем вполне можно было принять за отца и сына.

Оглядев ситуацию, Фан Ли мысленно фыркнул: сначала подрались дети, теперь очередь за отцами.

Он посмотрел на мальчишку с выбитыми зубами — тот, увидев, как отца пнули, злобно таращился на него.

Фан Ли высокомерно поднял подбородок: Ха, думаешь, только у тебя есть папа за спиной? Мой "ненастоящий" папа тоже крут!

Толстяк вытер окровавленный рот и злобно прошипел:

«Искать смерти захотел?!»

С громким рёвом он превратился в упитанного... кабана?

Фан Ли: «...» Оказывается, зверочеловек.

Он с отвращением скривился — кабанов он терпеть не мог.

Трое мальчишек, увидев превращение, сразу воспрянули духом.

Малыш с выбитыми зубами сквозь слёзы орал:

«Пап, загрызи их!»

Фан Ли: «Слишком болтлив!»

Лёгким движением пальцев он наложил на мальчика заклятие немоты — тот больше не мог издать ни звука.

Не понимая, что происходит, мальчик в панике схватился за горло, слёзы ручьём текли по лицу.

Увидев это, кабан взревел, копытом прорыл землю и бросился на Фан Ли.

Но не успел он сделать и шага, как чёрная тень сбоку врезалась в него, отшвырнув в сторону.

Присмотревшись, Фан Ли увидел чёрную пантеру.

Отбросив кабана, пантера в следующее мгновение впилась зубами ему в шею.

Ся Ян подбежал, прикрывая Фан Ли и Жун Мина.

Фан Ли знал, что это их товарищ — боец по прозвищу Сяо Хэй, но облик пантеры казался знакомым.

«Брат Ся Ян, мне кажется, я где-то видел его звериную форму?»

Ся Ян улыбнулся:

«Это же тот самый леопард, что первым попробовал помидоры в изоляторе.»

(п/п Леопарда можно назвать пантерой, так как эти животные относятся к одному роду — пантеры (Panthera) и принадлежат к семейству кошачьих.)

Фан Ли вспомнил:

«Ах вот кто! Его лапа уже зажила?»

Тогда рана была серьёзной.

«Да, зверолюди быстро восстанавливаются. Полдня в медицинской капсуле — и всё в порядке», — ответил Ся Ян.

Тем временем пантера быстро справилась с кабаном. Сяо Хэй принял человеческий облик и пнул поверженного врага:

«Смеет такой ничтожный зверочеловек уровня C задираться? Обратно в человеческий вид!»

Толстяк, хныча, подчинился.

Сяо Хэй взглянул на Жун Мина:

«Маршал, как поступим?»

Услышав обращение «маршал», толстяк задрожал. Присмотревшись к высокому мужчине, он узнал в нём имперского маршала с телеэкранов.

От страха у него подкосились ноги, и штаны моментально промокли.

Сяо Хэй опешил, затем расхохотался:

«Чёрт возьми, жалкий трус! Обосался от страха!»

«...Пфф!» — Фан Ли не сдержал смешка.

Жун Мин мрачно приказал:

«Вызвать полицию. Пусть разбираются.»

«Есть!» — Ся Ян с ухмылкой набрал номер.

Трое мальчишек в углу оцепенели от ужаса.

Подросток у стены с изумлением наблюдал за происходящим. Неужели те, кто годами издевался над ним, наконец получили по заслугам?

Он посмотрел на Фан Ли, швырнувшего обидчика одной рукой; на Жун Мина, отправившего толстяка в полёт пинком; на Сяо Хэя, мгновенно расправившегося с врагом — и в его глазах загорелось восхищение.

Полиция прибыла быстро. Командир отряда, бывший военный, сразу узнал маршала Жун Мина.

По привычке он вытянулся по стойке «смирно» и громко отрапортовал:

«Здравия желаю, господин маршал!»

Трое сопровождавших полицейских остолбенели, но тоже отдали честь.

Жун Мин ответил на приветствие.

Толстяк, увидев это, окончательно лишился надежды.

Он пополз к Жун Мину, дрожа всем телом:

«Г-господин маршал, я... я не знал, что это ваш сын... Виноват... Дайте шанс исправиться...»

Жун Мин ледяным тоном произнёс:

«Значит, если бы это был не мой ребёнок — можно было бы издеваться?»

«Н-нет! Нельзя... Виноват...» — толстяк сжался в комок, и от былой наглости не осталось и следа.

Фан Ли вмешался:

«Вы... и ваш сын должны извиняться не перед нами.»

«Да-да, точно!» — толстяк тут же сообразил, поднялся, схватил сына за руку и повалился на колени перед подростком.

«Прости, малыш... прости, мы неправы, больше никогда не будем обижать тебя.»

Он шлёпнул сына по голове:

«Быстро извиняйся!»

Ребёнок, уже обмочившийся от страха, захлёбываясь слезами, выкрикнул:

«Пр-прости... у-у-у...»

Подросток дёрнулся от неожиданности, крепче прижал к себе пушистый комочек и попытался отодвинуться вдоль стены.

Жун Мин обратился к полицейским:

«Травля слабых... Интересно, что ещё они творили за спиной? Разберитесь тщательно.»

Полицейский-ветеран:

«Есть!»

Скоро вся компания — взрослые, дети и даже Сяо Хэй — отправилась в участник.

Подросток провожал взглядом увозимых обидчиков, пока полицейский транспорт не скрылся из виду.

Он опустил глаза на пушистый комочек в руках — тот уже давно не дышал.

Молча он опустил тело на землю, снял окровавленную рубаху, расстелил её и аккуратно перенёс на ткань бездыханное тельце.

«Его уже не спасти.»

Рядом раздался детский голосок. Подросток узнал мальчика, что помог ему.

Фан Ли присел на корточки, разглядывая тельце, похожее на кошку, но с округлым туловищем. Распоротый живот, вывалившиеся кишки...

«Старший брат, давай отнесём его в ветклинику — там зашьют животик, потом похороним как положено?»

Подросток поднял глаза. Перед ним стоял пухлощёкий малыш с огромными ледяно-голубыми глазами, белыми пушистыми ушками и хвостиком.

«Хорошо?» — голубые глазки наивно моргнули.

Подросток долго думал, наконец медленно кивнул и неспешно проговорил:

«Я... у меня нет денег.»

«У меня есть.» — Фан Ли открыл голографический нейрокомп, начав искать ближайшую ветклинику.

«Старший брат, вот же, на соседней улице. Пойдём?»

Подросток посмотрел то на Фан Ли, то на тельце в руках. После паузы он снова кивнул.

Фан Ли поднял глаза на Жун Мина — тот уже наблюдал за ними.

«Дядя маршал, можно мы зайдём в ветклинику?»

Жун Мин взглянул на тельце, коротко согласился:

«Можно.»

«Старший брат, пошли.»

Фан Ли шагнул вперёд. Подросток, завернув тельце в рубаху, последовал за ним.

Наблюдая за парой, Жун Мин что-то тихо сказал Ся Яну и двинулся вслед.

Фан Ли замедлил шаг, подстраиваясь под подростка.

Тот был покрыт пылью, волосы сбились в колтуны, обнажённый торс в синяках. Вся одежда — рваные штаны с дырой на колене и расползающимися швами.

Он явно живёт плохо... но всё равно отдал последнюю рубаху, чтобы завернуть этого зверька.

Подросток выглядел убитым, но не плакал.

Через некоторое время Фан Ли нарушил молчание:

«Старший брат, у него было имя?»

Подросток покачал головой.

Фан Ли спросил снова:

«Ты его вырастил?»

Снова отрицательный жест. После паузы подросток пробормотал:

«Он был бездомным гутавром... как я. Мы жили вместе.»

Фан Ли опешил — он не ожидал, что подросток сирота.

«Прости, старший брат...»

Тот снова молча покачал головой.

Фан Ли тоже замолчал, и они продолжили путь в тишине.

Ветклиника оказалась близко. За стойкой сидела девушка-администратор.

Фан Ли подошёл:

«Сестричка.»

Девушка улыбнулась, увидев маленького полузверя:

«Малыш, хочешь посмотреть зверушек?»

Фан Ли покачал головой, указав на дверь:

«Нет. Сестричка, старшему брату... его гутавра разрезали, и он умер. Мы хотим, чтобы ему зашили животик перед похоронами. Можно?»

Девушка мгновенно вскочила, лицо стало серьёзным:

«Где он?»

«На улице.»

Она вышла из-за стойки и увидела босоногого подростка с окровавленной рубахой в руках — и жутко изуродованное тельце гутавра.

Девушка сразу сказала:

«Идёмте за мной.»

Фан Ли помахал подростку, и они последовали за ней в операционную.

Оказалось, девушка была не только администратором, но и владелицей клиники, а также ветеринаром.

Она быстро вымыла руки, надела хирургический халат и перчатки, застелила стол одноразовой пелёнкой, затем осторожно взяла у подростка гутавра и перенесла на операционный стол.

«Подождите в коридоре, я позову, когда закончу,» — мягко сказала она.

«Хорошо,» — Фан Ли повернулся к выходу.

Но подросток не двигался, не сводя глаз с гутавра.

Фан Ли, заметив это, вернулся и потянул его за руку:

«Старший брат, пойдём подождём. Доктор всё сделает аккуратно.»

Девушка-ветеринар кивнула подростку:

«Иди.»

Затем обратилась к Фан Ли:

«Рядом туалет — проводи его помыть руки, хорошо?»

Фан Ли согласился и отвёл подростка в соседнее помещение.

Тот молча вымыл руки. Фан Ли намочил маленькое полотенце и протянул ему.

Подросток посмотрел на чистую ткань, но не взял.

Фан Ли пояснил:

«Ничего, вытри лицо и тело — там тоже кровь.»

«Спасибо...»

Подросток медленно принял полотенце, но сначала просто умылся руками, смыл кровь с тела, и лишь затем промокнул кожу тканью.

Закончив, он тщательно прополоскал полотенце под краном и вернул Фан Ли.

Тот взял его, подвёл подростка к скамейке и усадил:

«Старший брат, посиди тут, я ненадолго выйду.»

Штаны подростка тоже были в крови. По пути Фан Ли заметил магазин детской одежды — он хотел купить ему новый комплект.

Но едва он вышел, как столкнулся с Жун Минем.

Тот преградил ему путь:

«Куда?»

Фан Ли отвёл его в сторону и прошептал:

«Дядя маршал, у старшего брата вся одежда в крови. У меня нет для него вещей — хочу купить.»

«Не надо,» — Жун Мин положил руку ему на плечо, а другой протянул пакет. «Я уже купил.»

Фан Ли засиял, заглянул внутрь — там действительно была детская одежда, целых два комплекта.

Он поднял взгляд, его пухлые щёчки расплылись в сияющей улыбке:

«Дядя маршал, вы самый лучший!»

С этими словами он схватил пакет и помчался обратно.

Уголки губ Жун Мина дрогнули в улыбке, и он последовал за ним.

Внутри Фан Ли уже разложил одежду, но подросток наотрез отказывался её принимать.

Фан Ли уговаривал:

«Старший брат, к вечеру похолодает — можешь простудиться. Давай оденемся?»

Подросток прикрыл грудь руками, боясь даже прикоснуться к новым вещам, и отстранялся:

«Н-не надо...»

Вошедший Жун Мин спросил:

«В чём дело?»

Фан Ли обернулся и вздохнул:

«Дядя маршал, он не хочет одеваться.»

Подросток, увидев перед собой высокую фигуру Жун Мина, невольно выпрямился под его взглядом, опустил глаза и медпенно вернулся на место, положив руки на колени.

Жун Мин посмотрел на него:

«Почему отказываешься?»

Подросток вздрогнул, автоматически встал, опустил голову и начал теребить пальцы, словно провинившийся.

Он знал этого человека — все называли его маршалом. Он видел его по телевизору: великий герой, который несколько лет назад прекратил войну в их регионе, когда ещё был генералом.

Фан Ли дёрнул Жун Мина за рукав и беззвучно сказал:

«Ты слишком строгий — ты его пугаешь.»

Жун Мин: «...»

Он действительно не умел обращаться с детьми — они всегда его боялись. Единственным исключением был Фан Ли, который не только не боялся, но и торговался с ним и даже кричал на него.

«Отвечай. Почему не хочешь одеваться?» — Жун Мин попытался смягчить голос, насколько мог.

Фан Ли: «...» Всё равно звучит как допрос.

Но, к его удивлению, подросток ответил:

«Я... у меня нет денег.»

Фан Ли поспешно сказал:

«Не нужно платить! Старший брат, подумай — если ты не оденешься и простудишься, что тогда? Если тебе неудобно принимать подарок, считай, что мы даём взаймы. Когда у тебя появятся деньги — вернёшь, хорошо?»

Подросток поднял глаза, всё ещё колеблясь.

«Одевайся.» — Жун Мин, привыкший к армейским порядкам, произнёс это как приказ.

Услышав его голос, подросток машинально подчинился, взял новую одежду и надел её.

Фан Ли тут же протянул штаны:

«И штаны тоже.»

Подросток переоделся, а грязные штаны аккуратно свернул и взял в руки.

Фан Ли хотел предложить выбросить их, но почувствовал, что тот не согласится, и оставил эту затею.

Примерно через полчаса вышла врач:

«Готово.»

Увидев Жун Мина, она на мгновение застыла:

«Маршал Жун?»

Тот кивнул:

«Здравствуйте. Благодарю вас.»

Девушка заметно волновалась, но сдерживала эмоции:

«Не за что. Гутавра зашили, можете заходить.»

Они вошли в операционную.

Тельце гутавра было аккуратно зашито, кровь смыта — если не присматриваться, казалось, будто он просто спит.

Подросток долго смотрел на него, затем потянулся, чтобы взять, но врач остановила его:

«Вот так.» — она подала переносную клетку для животных, застеленную впитывающей пелёнкой, надела перчатки, перенесла гутавра внутрь и передала подростку.

Фан Ли спросил:

«Сестричка, сколько с нас?»

«Бесплатно.» — девушка покачала головой. Она ненавидела тех, кто издевается над животными. — «Хорошо кремируйте его.»

Фан Ли удивился, но искренне поблагодарил:

«Спасибо вам.»

Подросток тоже поклонился:

«Спасибо.»

«Не за что.»

Выйдя из клиники, Фан Ли спросил:

«Старший брат, пойдём кремировать?»

Тот покачал головой и повёл их обратно к переулку.

Они дошли до полуразрушенного дома. Подросток обернулся:

«Спасибо вам, я дома.»

Поклонившись, он зашёл внутрь с клеткой.

Фан Ли не ушёл. Через дыру в стене он увидел, как подросток ставит клетку в углу на подстилку из сухой травы и потрёпанное одеяльце — видимо, здесь они и жили с гутавром.

«Дядя маршал.»

«М-м?»

«Я хочу взять его на Землю.»

«М-м.»

Они стояли снаружи, наблюдая за подростком в развалинах.

Незаметно подошёл Ся Ян. Жун Мин тихо спросил:

«Что выяснил?»

«Его зовут Цзин Хао, 12 лет, сирота. Родители погибли на войне. Должен был жить у дяди, но сбежал и скитается по городу.»

Ся Ян понизил голос:

«И ещё... он зверочеловек.»

Жун Мин удивлённо поднял бровь.

Фан Ли тоже удивился:

«Брат Ся Ян, но если он зверочеловек, у него должна быть способность! А его били — почему он не защищался?»

Ся Ян развёл руками:

«Не знаю. Но в документах чётко указано — зарегистрированный зверочеловек. Ошибки быть не может.»

Все трое недоумённо посмотрели в сторону развалин.

Подросток уже достал гутавра из клетки. Он гладил тельце, словно убаюкивая.

Вдруг его рука замерла, сжалась в кулак и зависла в 10 см над гутавром...

Фан Ли с его острым зрением заметил, как слёзы капали из глаз подростка одна за другой.

Он вытер глаза левой рукой, и вдруг его рука, замершая над гутавром, раскрылась.

Под ней тело гутавра начало медленно распадаться, пока не исчезло совсем, оставив после себя лишь горстку пепла на подстилке.

Весь процесс занял меньше минуты.

Фан Ли: «!»

Ся Ян: «!!»

Жун Мин приподнял бровь.

Фан Ли с открытым ртом схватил Жун Мина за руку и спросил шепотом: «Дядя маршал, я правильно вижу? Он... обратил гутавра в пепел?»

Жун Мин кивнул - это было неожиданно даже для него.

Фан Ли пробормотал: «Так это его способность? Теперь понятно, почему он не пошёл в крематорий. И почему не давал сдачи - если бы он ответил, от обидчиков остались бы только кучки пепла.»

Ся Ян аж присвистнул: «Это... это же невероятно мощно!»

Жун Мин же проникся к подростку уважением. В мире было много зверолюдей с мощными способностями, но найти такого, кто в столь юном возрасте уже установил для себя строгие моральные границы - большая редкость.

«Надо забрать его с собой,» - сказал Жун Мин. Оставлять такого на улице было опасно, да и потенциал требовал развития.

Услышав это, Фан Ли всполошился, отпустил руку Жун Мина и заявил: «Я первый предложил его забрать! Это была моя идея!»

Жун Мин посмотрел на него сверху вниз, но малыш не отводил взгляда, нисколько не смущаясь.

«Его способность опасна.»

Фан Ли кивнул: «Я знаю. Но он сам не опасен.»

Жун Мин: «...»

Фан Ли взглянул в дом - подросток аккуратно собирал пепел гутавра в маленькую баночку.

«Посмотри, как он бережно обращается с гутавром, как с членом семьи. Дядя маршал, его способность может быть опасна, но он сам - нет.»

Жун Мин не согласился, нахмурившись: «Его способность требует профессиональной подготовки. Что, если он потеряет контроль? К тому же, только тренировки позволят ему развиваться дальше.»

Фан Ли задумался, затем спросил: «Дядя маршал, а как тренируют способности у вас? Есть какая-то система?»

Жун Мин: «Система?»

Фан Ли почесал голову: «Ну, методика? Есть?»

Жун Мин кивнул: «Конечно.»

Фан Ли подумал и заявил: «Я думаю, я смогу его тренировать.»

Ранее, проверяя пульс Мэн Вэя, он заметил, что энергия зверолюдей циркулирует по меридианам так же, как ци у культиваторов. Да и их «расстройство духа» излечивалось только духовной энергией.

Это давно вызывало у Фан Ли вопросы. Почему духовная энергия помогает зверолюдям? Изучая современный мир, он не нашёл ни единого упоминания о культиваторов или демонах - даже в городских легендах.

Но ведь современные люди - потомки людей из его XXI века. Значит ли это, что традиции культивирования прервались? Демоны исчезли?

Однако кровь демонов не могла исчезнуть совсем - ещё в его время многие демоны вступали в браки с людьми. Их кровь просто разбавлялась поколениями смешанных браков.

Учитывая изменения Земли за 20 000 лет, Фан Ли представлял, как разрушение среды и истощение духовной энергии привело к упадку мира культивирования, пока он не исчез совсем.

В нынешнем состоянии Земли, с её ничтожной духовной энергией, никто не смог бы достичь серьёзного прогресса в культивировании.

Но тогда почему во время мутаций некоторые люди, вроде Жун Мина, превратились в животных? Может, потому что в их крови текла кровь демонов, пробудившаяся во время мутаций и создавшая современных зверолюдей и полузверей?

Быстро проанализировав всё это, Фан Ли нашёл свою теорию вполне логичной и обоснованной.

Значит, он вполне мог бы тренировать зверолюдей. В каком-то смысле он теперь был для них... древним предком?

Однако Жун Мин явно придерживался иного мнения. Он спросил: «Я знаю, что твои способности весьма могущественны, но проходил ли ты профессиональную подготовку?»

Фан Ли криво усмехнулся — он изучал это десятки тысяч лет назад, задолго до Жун Мина.

«Неважно. Этот старший брат останется со мной.»

Жун Мин вздохнул — малыш снова начал упрямиться.

«При должном обучении он мог бы стать опорой для государства.»

Фан Ли: «Я тоже смогу хорошо его обучить.»

Жун Мин: «...»

«Тогда давай так, дядя маршал.» Фан Ли быстро сообразил: «Пусть старший брат сам выберет.»

«Дать ему выбрать самому?» — Жун Мин приподнял бровь. — «Ты уверен?»

Фан Ли кивнул:

«Уверен. Смотри, дядя маршал, давай заключим пари. У нас есть три дня — за это время мы никому не будем говорить, куда он должен пойти. А через три дня пусть сам решит. Как тебе идея?»

Жун Мин снова чуть приподнял бровь:

«А на что спорим?»

«Если ты выиграешь, на следующую партию помидоров я тебе ещё 5% скину — будет десятипроцентная скидка. А если выиграю я…» — Фан Ли задумался, потом с надеждой посмотрел на Жун Мина. — «Ты поможешь изменить мою ID-карту, чтобы там стояло, что мне восемнадцать. Ладно?»

Жун Мин слегка нахмурился:

«Нет, так не пойдёт. Выбирай что-нибудь другое.»

Фан Ли вздохнул и сказал:

«Тогда давай так: на третью партию помидоров прибавляю 50 юаней к обычной цене?»

Жун Мин внимательно посмотрел на него, будто оценивая, стоит ли того игра, и наконец согласился:

«Идёт.»

http://bllate.org/book/13321/1185108