Готовый перевод Welcome to the Nightmare Live / Добро пожаловать в прямой эфир «Кошмар»: Глава 62. Спаситель мира

Су Чэн был слишком ленив, чтобы обращать внимание на «похвалу» Вэнь Цзяньяня.

Он постоял на одном месте, чтобы перевести дух, и спросил:

— Итак, что дальше? Как мы это сделаем?

Вэнь Цзяньянь не ответил прямо, а повернул голову и посмотрел в глубину коридора неподалёку.

Под тёмно-красным светом была видна плотно закрытая дверь одной из квартир, на слегка выцветшей латунной табличке были едва различимы четыре цифры — 1316. Цепи и заклинания, запечатывавшие дверь во внешнем мире, исчезли, оставив только голую дверную панель, а в пустом коридоре она казалась особенно пугающей.

Команда ведущих, которых только что увели в другую сторону, была последним препятствием на пути к месту их назначения.

Су Чэн проследил за взглядом Вэнь Цзяньяня и посмотрел в том же направлении. Увидев номер квартиры, он вздрогнул:

— 1316?

Он, очевидно, также вспомнил бесчисленные странные магические артефакты, запечатавшие эту комнату снаружи, когда он был во внешнем мире, и он не мог не почувствовать оцепенение:

— Ты, ты собираешься войти туда?

Хотя они уже однажды заходили в неё, когда были во внешнем мире, и обнаружили, что она пуста, Су Чэн всё ещё инстинктивно чувствовал, что эта комната была очень необычной, и всегда ощущал себя немного настороженно.

— Я знаю, что в ней ничего не было, когда мы входили в ней раньше, но сейчас она не обязательно пуста… — Су Чэн попытался убедить Вэнь Цзяньяня передумать.

— Я в курсе.

Вэнь Цзяньянь глубоко вздохнул, повернулся, чтобы посмотреть на Су Чэн, и сухо сказал:

— Я был внутри.

Су Чэн удивился:

— Что?..

— В самом начале, когда мы только вошли, разве мы не разделились? — медленно произнёс Вэнь Цзяньянь.

Су Чэн втянул холодный воздух и снова посмотрел на закрытую дверь квартиры 1316:

— Подожди… Ты попал сюда?

Вэнь Цзяньянь кивнул:

— Верно.

Говоря это, он закатал рукава и показал собеседнику незажившие раны на руках.

На светлой коже эти разъеденные раны, были глубокого и насыщенного красного цвета, словно где-то тёмный, где-то светлый румянец покрывал участки тела, неся с собой шокирующую и странную красоту:

— Это произошло, когда я попал в ту комнату.

Глаза Су Чэна слегка расширились, и он спросил немного недоверчиво:

— Но ты всё равно собираешься войти внутрь?

Вэнь Цзяньянь опустил рукава и горестно вздохнул:

— Другого пути нет.

Не войдя в логово тигра, разве можно заполучить тигренка ?

Он сказал Су Чэну:

— Всё будет так же, как и раньше. Ты следишь за ситуацией у двери и пользуешься реквизитом только тогда, когда я тебя зову, понятно? А пока, что бы ни происходило внутри, не делай никаких необдуманных шагов.

Сердце Су Чэна подскочило к горлу.

Он подавил напряжение и медленно кивнул.

Получив утвердительный ответ от другого человека, Вэнь Цзяньянь повернулся и шаг за шагом двинулся вперёд к двери квартиры 1316. Чем ближе он подходил, тем сильнее становился запах крови. Сквозь тонкую дверную панель был слышен влажный и липкий скребущий звук, доносящийся изнутри.

Его память, связанная с этим местом, медленно восстанавливалась.

Вспоминая свои провокационные, бросающие вызов смерти высказывания, когда он вломился сюда в прошлый раз, Вэнь Цзяньянь не мог не чувствовать покалывание на голове, а его ладони стали мокрыми от пота.

Честно говоря, если бы он знал, что этот день наступит, он бы никогда не сказал ничего такого смертоносного!

Какая жалость… Он действительно сожалел.

Вэнь Цзяньянь вытер лицо.

Он глубоко вздохнул и посмотрел на дверь, затем проверил инвентарь на телефоне. Убедившись, что с реквизитом полный порядок, Вэнь Цзяньянь, наконец, успокоился, поднял руку, взялся за дверную ручку, а затем слегка приложил силу.

Скрип…

Пронзительный звук скрежета металла раздался в глубине коридора, и дверь медленно скользнула вместе с его усилием.

Сильный, кровавый запах, который, казалось, был способен поглотить человека, устремился к его лицу, и холодное, зловещее ощущение было подобно какому-то хладнокровному животному, скользкому и липкому, медленно взбирающемуся вверх по коже.

В следующую секунду из-за двери пришла огромная сила, яростно втянувшая Вэнь Цзяньяня внутрь!

Пфф!

Алые щупальца пронзили его грудь, разрывая кожу и плоть. В комнате раздался отчётливый звук ломающихся костей, и из раны хлынула тёплая кровь.

Лицо молодого человека резко побледнело, а зрачки сузились.

– Кхе-кхе, кхе-кхе-кхе.

Вэнь Цзяньянь кашлянул несколько раз, повернул голову и сплюнул кровь. Уголки его бледных, окровавленных губ скривились, а голос зазвучал несколько беспомощно:

— …Ну, я это заслужил.

Всё было примерно так же, как он и ожидал, прежде чем войти в дверь.

В ушах снова раздался механический звук системы:

[Динь! Обнаружено, что ведущий получил смертельную рану. «Сертификат врача Линь Цин» активирован.]

В следующую секунду рана на груди Вэнь Цзяньяня начала быстро затягиваться, кости снова срослись, а органы начали восстанавливаться. Под тканью одежды, где была прорвана большая дыра, раны на плоти и костях начали заживать сами по себе и постепенно снова заросли.

Лицо Вэнь Цзяньяня стало ещё бледнее, его брови дёрнулись, и он яростно стиснул зубы.

Бля.

Это восстановление на самом деле было не безболезненным.

— Ты… такой храбрец, — в комнате снова прозвучал нечёткий и хаотичный голос: — Ты всё же посмел вернуться?

— Конечно.

Вэнь Цзяньянь поднял бескровное лицо. Грудь его быстро вздымалась и опускалась от сильной боли, лоб был бледным и влажным от пота, а линия от подбородка до шеи была напряжена и слегка дрожала.

Однако на его губах всё ещё была слабая, почти интимная улыбка:

— В конце концов, я думаю, мы неплохо поладили.

В комнате прямой трансляции «Честность превыше всего»:

[Боже, мне больно на это смотреть!]

[Извините, я виноват. Видя, как этот собачий лжец терпит боль и пытается обмануть людей, я на самом деле… позорно возбудился.]

[У-у-у, боевая жена действительно очаровательна.]

— Ты… бесчестный, — в голосе повисла неумелая пауза.

— Нет, совсем наоборот, — Вэнь Цзяньянь поднял голову, его янтарные глаза были полузакрыты. — Ты, вероятно, не увидишь никого честнее меня в ближайшую минуту.

Его раны успешно зажили, а грудь под разорванной тканью снова стала белой и гладкой, на ней не осталось ни единого шрама.

В ушах прозвучала системная подсказка:

[Поскольку ведущий получил благословение Линь Цин, эффективность реквизита была увеличена.]

[Золотое тело на одну минуту получено]

[00:01:00]

Тонкая мерцающая золотая плёнка покрыла тело молодого человека, полностью обволакивая его и помогая блокировать любые повреждения, которые ему пытались нанести.

Очевидно, «существо» в комнате 1316 тоже осознавало это, и оно снова впечатало Вэнь Цзяньяня в стену, обернув его тело алой плотью, пытаясь разъесть защитный слой, который его окутывал.

Если так будет продолжаться и дальше, пока время затянется до конца минуты, он обязательно умрёт, и от него ничего не останется для захоронения.

Но что удивительно, Вэнь Цзяньянь не уклонялся, не уворачивался и не сопротивлялся.

— Я верующий в Бога Отца. На этот раз цель моего прихода — сломать печать и разбудить его от глубокого сна, — голос молодого человека был ровным, а произношение чётким и спокойным.

Он изо всех сил попытался поднять руку, схваченную стеной из плоти и крови, в этот момент и без того разорванная ткань полностью развалилась, обнажив половину его тела.

На светлой коже стали чётко видны тёмные, словно руны, линии. К этому моменту они почти полностью покрывали руку Вэнь Цзяньяня, спускались по плечу к стыку шеи и груди и слегка дёргались вместе с его дыханием.

Окутанные алым блеском они были похожи на живое существо, плотно прилегающее у твёрдому, полному жизненных сил телу человека.

— Ты… опять… та же ложь, — этому голосу совсем не понравились слова Вэнь Цзяньяня: — Ты… не уважаешь… Бога Отца…

— Ты прав, — Вэнь Цзяньянь коротко рассмеялся и беззастенчиво признался: — Я действительно верю в Бога Отца. Я верю в его существование и признаю его силу. Но условия для уважения и любви другие.

— …Он всемогущий Бог, наш Отец, наш Господь, не так ли?

Вэнь Цзяньянь какое-то время смотрел на извивающуюся перед ним алую стену, и в глубине его янтарных глаз зародилось необъяснимое мрачное мерцание:

— Так где же он был, когда я был в отчаянном положении? У тебя самого огромная обида и сила, но ты заключён здесь последователями злого Бодхисаттвы. Где он был, когда ты был вынужден на целую вечность быть запертым в крошечном пространстве 1316?

Взгляд молодого человека слегка переместился и остановился на ряде чёрных запирающих душу алтарей, находившихся неподалёку.

Тон его был очень спокоен, но в глубине, казалось бы, непоколебимого голоса, скрывались немые и бурные волны:

— Где он был, когда его народ подвергался жестокому обращению, гонениям и пыткам, стенал, плакал и молил Бога Отца спасти его?

«……»

Другая сторона молчала.

— Бог меня не любит, — категорично заявил Вэнь Цзяньянь. — В таком случае, какими качествами обладает такой бог, чтобы я чтил его? Что даёт ему право принимать нашу безусловную веру и любовь?

Его глаза были подобны острому лезвию, способному видеть сквозь все иллюзии:

— Неужели за это время ты вообще ни разу не усомнился в существовании Бога Отца? Ты никогда не чувствовал обиды или недовольства?

Голос молодого человека был таким же убедительным, как голос дьявола:

— Разве ты не хочешь быть свободным? Или ты готов оставаться в этой маленькой комнате 1316, сокрушаясь, молясь и ожидая «спасения», которое Бог Отец принесёт когда-нибудь?

— Действительно, цель моего прихода сюда состояла в том, чтобы разбудить Бога Отца и освободить его от печати, но теперь я передумал, — Вэнь Цзяньянь медленно спросил: — Зачем ждать, пока он нас спасёт? Зачем уповать на милость Божию? Просить Бога лучше, чем спрашивать с себя?

Вэнь Цзяньянь улыбнулся, его янтарные глаза сузились, и в них отразился алый свет:

— Почему мы должны быть верующими, когда у нас есть возможность быть богами? Богам нужны верующие, чтобы называться богами, а боги без верующих ничего не стоят.

Молодой человек прошептал:

— Не мы нуждаемся в нем, а он нуждается в нас.

Слова прозвучали так дерзко и устрашающе, что стена на время перестала извиваться. Голос зазвучал снова, всё так же дрожа и спотыкаясь, но он уже казался необыкновенно встревоженным и бледным:

— Ты… неуважителен…!

— Как я уже сказал, в эту минуту нет человека в этом мире честнее меня.

Минута обратного отсчёта закончилась.

Золотая плёнка, покрывающая тело Вэнь Цзяньяня, мгновенно исчезла.

Но он по-прежнему не двигался. Несмотря на то, что его тело продолжало разъедаться, за исключением того, что его лицо стало бледнее, чем обычно, он выглядел почти так же, как всегда.

— Продолжай верить в Бога Отца, и ты ничего не получишь. Тебя по-прежнему будут постоянно держать в узком пространстве площадью менее ста квадратных метров, а они навсегда будут запихнуты в маленькие баночки, размером всего с ладонь, терпя бесконечные пытки и боль.

По телу молодого человека расходились линии рун, похожие на ветви и лианы.

— У меня есть способы освободить тебя из 1316, вернуть домой те невинные, трагически погибшие души и наказать женщину, которая заключила вас в тюрьму и пытала.

Молодой человек улыбнулся и сказал:

— А Бог Отец всё ещё спит.

Отчаяние было лучшим способом породить веру.

Вэнь Цзяньянь наклонил голову. Изгиб его шеи был бледным и изящным, с удивительным чувством уязвимости:

— В таком случае, почему бы тебе не попробовать довериться мне?

— …Я не заменю твою веру и не изменю своей любви и поклонения Богу Отцу, потому что, как ты видишь, я тоже верующий злого духа, — мягко сказал Вэнь Цзяньянь. — Я просто чувствую, что иногда… даже верующие в богов нуждаются в спасителе в этом мире.

Он слегка улыбнулся, и из уголков его бровей и глаз исходил незримый греховный аромат:

— Не правда ли?

Автору есть что сказать:

Жена уже множество раз становилась мишенью для инстансов!

Признала ли она, что была не права?

Нет, она начала переманивать других на свою сторону.

http://bllate.org/book/13303/1183312