Готовый перевод Jianghu Name Da / Злоключения молодого господина Чжу в Цзянху [❤️] [Завершено✅]: Глава 27.1

После объединения с дворцом Одинокого пика Ван Чжуюнь с облегчением заметил, что ряды Альянса боевых искусств действительно стали спокойнее. Те задиры, что прежде ходили с задранными носами, словно бочки с порохом, теперь напоминали отсыревшие петарды — даже в костре не смогли бы вспыхнуть.

Чжао Минчуань заметил:

— Слишком уж тихо.

Чжу Яньинь, сидя у костра и вороша прутиком золу, удивился:

— Разве спокойствие — это плохо? Почему ты недоволен?

— Обычное затишье означает лишь прекращение внутренних распрей. Но сейчас они даже говорить боятся, — пояснил Чжао Минчуань и, понизив голос, добавил: — Кажется, господин Ли смотрит в твою сторону.

— А? — Чжу Яньинь обернулся.

Ли Суй отвёл взгляд и поднялся с каменного утёса. Его движения были холодны и безжизненны, словно зимний ветер.

Чжу Яньинь: «...»

В этот момент подошёл Чжу Чжан с двумя коробками еды:

— В походных условиях не разгуляешься, молодой господин и господин Чжао, извините за скромный ужин.

Чжао Минчуань, глядя на тонко нарезанную дикую свинину с дымящимся жирком, восхищённо пробормотал:

— Да это же достойно банкета Восьми бессмертных*! Вы слишком скромничаете, дядюшка Чжан.*

П.п.: * Банкет Восьми бессмертных (八仙宴) — это традиционный китайский банкет, который связан с легендой о Восьми бессмертных (八仙) — группе даосских святых, каждый из которых обладает уникальными способностями и символизирует разные аспекты жизни. Восемь бессмертных часто изображаются как символы удачи, долголетия и процветания.

Банкет Восьми бессмертных обычно включает в себя восемь блюд, каждое из которых символизирует одного из Бессмертных. Эти блюда могут быть как простыми, так и изысканными, но они всегда готовятся с особым вниманием к деталям и символике. Такой банкет часто устраивается по особым случаям, таким, как праздники, свадьбы или важные семейные события, чтобы принести удачу и благополучие.

— Ужинай спокойно, брат Минчуань, — улыбнулся Чжу Яньинь и взял вторую коробку. — Я иду к доктору Цзяну.

Чжу Чжан попытался его остановить:

— Доктор уже поел, молодой господин, лучше...

Но юноша уже исчез в темноте, оставив верного управляющего вздыхать. В последнее время господин всё больше скитался по окрестностям. Эх, эти нравы цзянху!

Ли Суй одиноко шёл меж костров. Чёрные полы его одеяния вздымали искры, что с треском разлетались в ночи.

Даже этот треск слышался отчётливо — вокруг стояла гробовая тишина. Все словно вросли в землю, боясь поднять взгляд и встретиться глазами с демоническим владыкой, от одного взгляда которого можно было потерять полжизни.

— Господин Ли Суй! — Чжу Яньинь бежал в его сторону.

Ли Суй остановился.

Чжу Яньинь подбежал, тяжело дыша, держа в руке коробку с едой:

— Вы уже поужинали?

— Да.

Вот так и убивают разговор*.

П.п.: * Эта фраза используется в китайском интернет-сленге и описывает ситуацию, когда разговор заходит в тупик или становится неловким из-за неуместного, странного или неинтересного комментария. Дословно фраза означает: «Так и убивают разговор», где «天» (небо) здесь символизирует что-то большое или важное, а «聊死» означает «убить разговор».

Но второй молодой господин Чжу провёл с божественным доктором несколько дней и, похоже, перенял у него искусство воскрешать мёртвых. Игнорируя ответ, он протянул коробку. Его рукав сполз, обнажив бледное запястье с окровавленной повязкой.

Ли Суй нахмурился:

— Ранен?

Чжу Яньинь, стараясь сохранить достоинство, ответил:

— Сам порезался.

Более того, это было не из-за того, что он резал груши, а потому, что хотел показать Чжао Минчуаню насколько острый кинжал Рассекающий снег. В результате демонстрация прошла не слишком успешно — кровь брызнула от одного прикосновения.

Ли Суй ледяным тоном приказал:

— Дай клинок.

Чжу Яньинь покорно извлёк из рукава Рассекающий снег.

Приняв кинжал, Ли Суй одним плавным движением воткнул кожаные ножны за пояс. Жест был настолько естественным и уверенным, будто оружие всегда принадлежало ему.

Второй молодой господин Чжу замер в недоумении. Кажется, это моя вещь, нет?

— Ещё что-то? — спросил Ли Суй.

— Нет-нет, — поспешно ответил Чжу Яньинь.

Изначально он хотел просто передать жареное мясо с рисом, но по нелепой случайности отдал ещё и кинжал. Перед сном второй молодой господин Чжу, мучаясь от боли, глубоко задумался и, проанализировав ситуацию, пришёл к выводу, что во всём виноват Чжао Минчуань. Иначе как бы он сам мог получить травму?

Молодой господин Чжу тут же выплюнул кровь.

Повозка, принадлежащая семейству Чжу, была роскошной, и ночёвка в дикой местности не доставляла неудобств. Однако условия у сект цзянху были не такими хорошими, и на следующий день, когда они снова отправились в путь, многие зевали и выглядели уставшими.

Чжу Яньинь и Чжао Минчуань проехали верхом через отряд, собираясь вырваться вперёд, где было просторнее, но, увидев, как двое идущих по дороге людей чуть не упали, остановились и спросили:

— Всё в порядке?

— Пустяки, — ответили те, потягиваясь. Они были знакомы с учениками секты Врат меча. — Просто нет сил.

Чжао Минчуань пошутил:

— Ещё несколько дней назад вы сражались с сектой Вэйхэ*, а теперь даже сил нет?

П.п.: *Вэйхэ (渭河) — река Вэй (правый приток реки Хуанхэ).

Двое учеников: «...»

Эти двое взглянули на Чжу Яньиня и почтительно ответили:

— Возможно, это потому, что в последнее время мы проводим много времени с дворцом Одинокого пика и тоже попали под их влияние. Каждый раз, когда мы думаем о дворце мастера Ли, наши сердца переполняются волнением, и мы часто не можем уснуть, только и думая об усердных тренировках.

Второй молодой господин Чжу подумал: «Ну, не нужно было так лицемерить».

В конце отряда Цзян Шэнлинь тоже скакал верхом, догоняя остальных.

Ли Суй спросил:

— Разобрались?

— Да, — ответил Цзян Шэнлинь. — Всё это время кто-то добавлял в их еду траву ганьхуньцао*. Это растение обычно используется для улучшения ясности ума и зрения, оно не ядовито, но для лечения достаточно всего полцяня. Если же употребить его в избытке, это вызывает беспокойство, раздражительность и вспышки гнева, вплоть до полной потери рассудка. А внезапная усталость и рассеянность последних дней связаны с тем, что приём травы прекратили, и организм не смог сразу адаптироваться. Вероятно, возвращение дворца Одинокого пика вызвало у закулисного манипулятора некоторую осторожность.

П.п.: Трава ганьхуньцао (赶魂草, буквально «трава, гонящая душу») — это вымышленное растение, которое упоминается в китайских литературных произведениях, особенно в жанре уся.

Ли Суй по-прежнему смотрел на караван неподалёку:

— Есть ли шанс их спасти?

— Не нужно спасать. Через некоторое время, когда остатки лекарства выйдут из организма, они сами выздоровеют, — ответил Цзян Шэнлинь. — Но даже хитрый и опытный глава Альянса Ван Чжуюнь ничего не заметил. Как ты сразу догадался, что кто-то подсыпал яд?

Ли Суй сказал:

— Хотя Альянс Улинь и бесполезен, они не настолько беспомощны, чтобы из-за одного котелка и костра хвататься за мечи и лезть в драку.

Цзян Шэнлинь посмотрел в направлении, куда указывал Ли Суй:

— Это, должно быть, деревня Шанжу, верно? Их отряд небольшой.

Ду Яфэн заявил, что заболел странной болезнью, которая передалась и трём его сыновьям. Все они лежат, не в силах подняться, поэтому на этот раз они отправили только одного старейшину по имени Ду Цянь*. Как и следует из его имени, он действительно занимается семейными финансами и совершенно не разбирается в делах мира боевых искусств. Во время обсуждений он только кивает: «Это хорошо, то хорошо», — не предлагая ни одного полезного совета. Однако, поскольку он платит без задержек, остальные секты терпят его.

П.п.:* Цянь (Qián) — буквально означает «деньги» или «монеты». В китайском языке иероглиф 钱 часто ассоциируется с финансами, богатством и всем, что связано с денежными средствами.

Ли Суй направил коня вперёд.

Старейшина Ду из деревни Шанжу зевнул в своей повозке. Услышав свист ветра возле уха, он лишь приподнял веко и мельком взглянул.

— Вперёд!

Брыкающийся вороной конь Ли Суя мчался как молния, поднимая клубы пыли, которые заставили белоснежного коня из Цзяннани и его белокожего молодого господина несколько раз чихнуть.

http://bllate.org/book/13193/1176362