Готовый перевод Deadman switch / Переключатель мертвеца [❤️] [Завершено✅]: Глава 17. Поглощенные пламенем

— Я пока помогу с остальным, — сказал Ёнвон и безразлично отвернулся.

Его беззаботное отношение почти взбесило меня. Он свалил все хлопоты на меня. Именно на мне лежала ответственность за то, чтобы разобраться со всем из-за его ссоры с ребятами. Я жалел о собственной слабости.

— Кстати, давайте мне контейнеры. Они, наверно, тяжелые. Подносите к двери, мы их занесем.

Один из тех, кто стоял у двери, взял продукты и исчез в коридоре. Я почувствовал легкость в больных от тяжести руках. Все еще оставалось кое-что принести, но даже теперь я чувствовал себя лучше.

— Извини, — окликнул кто-то, и голос его стал тише, словно мы делились секретом, — Если хочешь присоединиться к группе, то заходи один.

— Что? — Я замер на месте, не в силах понять сказанное.

Убедившись, что Ёнвона нет рядом, он осторожно прошептал:

— Оставь того парня и приходи один. Думаю, мы можем доверять тебе, раз ты знакомый Дабин, но мы не можем впустить его.

— Что ты такое говоришь? — ехидно спросил я.

Я не знал, поймет ли он значение мое смешка, но он продолжал горячо говорить:

— Да ты же лучше всех понимаешь. Если будешь и дальше общаться с ним, то останешься изгоем. Кто вообще захочет принять парня с таким поведением? И то хорошо, что его еще не обругали или не предали.

Честно говоря, я не могу с ним не согласиться. Особенно с тем, что касается оскорблений и предательства, я был полностью согласен, я хотел, чтобы Ёнвон услышал эти слова. Но я еще хотел жить, поэтому воздержался.

И все же разговор был не обо мне. Нелепо видеть, как человек, боявшийся высказать Ёнвону все напрямую, теперь охотно сплетничает за его спиной.

— Конечно, хорошо быть добрым и отзывчивым, но не в этом случае. Неужели ты хочешь защищать его, чтобы потом умереть или не найти укрытия?

— И все члены группы такого же мнения? Ты и за них тоже это мне говоришь?

Он молча встретил мой взгляд, подтверждая. Мое настроение улетучилась, сменившись внезапным всплеском кипящего гнева.

Я сжал кулаки, пытаясь говорить спокойно:

— То есть, все согласились пожертвовать одним человеком ради собственного выживания.

— Если ты собираешься бросить его, сделай это быстро. Я не знаю, какие у вас отношения, но ты все еще считаешь его другом? Просто оставь его уже.

Если бы я был эгоистом и заботился только о собственной безопасности и выживании, я мог бы поступить именно так. Было бы легко отбросить людей, которые были мне в тягость, или держать их рядом из-за собственной выгоды. Я мог бы позволить людям погибнуть из простой неприязни, предать их, если бы это было необходимо, или использовать их в качестве приманки. Однако у меня не было желания участвовать ни в одном из этих действий.

В этом мире бесчисленное множество людей погибало, пытаясь спасти других от пожаров, разрушительных приливных волн, тонущих кораблей, падающих самолетов или рушащихся зданий. Не считаясь с собственными интересами и не выбирая, кого спасать, эти люди самоотверженно жертвовали собой.

Возможно, я не обладаю такими же выдающимися способностями или талантами, как эти люди, но я, по крайней мере, не хотел спасать себя за счет жизни другого человека. Даже если я не мог спасти всех выживших в ловушке, я хотел помочь тем, с кем столкнулся. Это был правильный с нравственной стороны поступок. Так я считал, пока не услышал предложение этого человека.

В его предложении действительность имела место быть. Оставаться с Ёнвоном —возможно, не самый мудрый выбор: парень казался подозрительным, у него ужасный характер. Несколько человек могли бы разделить обязанности по несению дневной и ночной вахты, сведя к минимуму риски. Если я прислушаюсь к окружающим, то смогу неплохо устроиться.

Но... раз я не хотел принимать в этом никакого участия, думаю, я никогда не был тем, кто строго придерживается своих убеждений.

— А прикольная идея.

Когда в последний раз я полностью терял веру в человечество? Наверное, в прошлом семестре, когда халявщик из нашего группового проекта внезапно исчез.

— Бросить кого-то? Обычно я выбрасываю мусор, а не людей. О, точно! Мусор стоит прямо передо мной, целая куча. Тебя даже нельзя использовать повторно или переработать.

— Какого черта? Эй, не думаю, что ты осознаешь свое положение. Только не приползай к нам потом с мольбами. Уверен, что не пожалеешь?

Если бы мы не встретились с Ёнвоном раньше, то я бы тоже судил о нем по тому, что увидел за недолгое время, как ребята. Однако, помимо его грубых слов, были и другие вещи, которые меня останавливали.

Когда он взял с меня обещание не поддаваться смерти, в его словах прозвучало отчаяние. Он протянул руку и умолял меня не бросать его. Несмотря на свое безразличие к смерти, он ярко улыбался, желая выжить. И все это потому, что я держал его за руку и сам расспрашивал его.

Я по-прежнему чувствовал себя рядом с ним неловко. Он пугал меня, отталкивал, иногда раздражал. Но я не ненавидел его. Да, я не питал ненависти к Ёнвону. Все стало понятно, потому что мой разум начал проясняться.

— Я никогда не пожалею, так что можешь не волноваться. И еще...

Я не собирался начинать ссору, я лишь хотел стать частью группы и благополучно сбежать. Как же я оказался в такой ситуации?

Когда я попытался изобразить улыбку, мои губы сами по себе искривились: 

— Пошел ты...

Он грубо отпихнул меня, и я попятился назад, сумев не упасть. Когда я выпрямился, то увидел плотно закрытую стеклянную дверь и людей, которые заперли ее изнутри.

— Мне жаль, что все так получилось. Но мы должны выжить, ясно? Мы давали тебе выбор.

Я дернул за ручку, но дверь лишь глухо лязгнула и отказалась открываться. Когда зрение затуманилось, меня охватил прилив безудержной ярости. Все люди, с которыми я встретился взглядом, вздрогнули. Они похватали еду, которую мы с Ёнвоном собрали, и удалились.

— Эй, вы, придурки!

Я стиснул челюсти и ударил по стеклу, но моя ярость не утихала. Я колотил по двери, зная, что могу пораниться. Мои кулаки сильно ударились о неподатливую преграду.

— Вы готовы выбрасывать людей только ради еды? И вы думаете, что вы люди? Если вы решили выживать как ничтожества, вы не заслуживаете называться людьми!

Я ударил ногой в дверь, намереваясь разбить ее вдребезги. Она была сделана полностью из стекла, поэтому сильно задрожала.

— Знаете что? Вы отвратительнее, чем твари в столовой.

Я продолжал стучать в дверь, решив разбить ее. Ребята пошептались между собой и достали цепь, похожую на ту, что использовалась для крепления дверей в кафетерии. Как они могли использовать ее, чтобы запереть нас с Ёнвоном? Сегодня я понял, что люди, ослепленные жадностью и эгоизмом, могут опуститься так низко.

Они намотали цепь на ручку, решительно намереваясь обеспечить собственное благополучие, наплевав на нас.

— Если я умру и превращусь в зомби, то найду всех вас и убью первым, — я нахмурился, ударив кулаком в стекло рядом с лицом какого-то парня.

Он вздрогнул, но не встретил моего взгляда, продолжая сжимать ручку.

Когда в последний раз я испытывал такую ярость? Размышляя о своей относительно короткой жизни, я понял, что редко испытывал такую сильную эмоцию. Обычно в большинстве конфликтов я сдавался и отмахивался от них со смехом. Я считал, что лучший способ жить — это прилагать минимум усилий для решения проблем.

— Хохён, я же просил тебя не говорить так легкомысленно о собственной смерти.

Из-за спины протянулась рука, обхватившая мою до боли ушибленную ладонь. И с этим прикосновением ко мне вернулся рассудок, красная дымка в моем зрении рассеялась, и я увидел лицо Ёнвона.

Я был уверен, что он отправился за едой, оставленной перед лифтом, но вернулся с пустыми руками. Его дыхание было несколько затруднено. Неужели он спешил сюда?

— Ёнвон.

— Я хотел тебе кое-что сказать, но ты был настолько энергичным, что я удивился, и все вылетело из головы.

— Энергичный? Я?

— Ты же ухватил меня за руку. Честно говоря, ты такой очаровашка. Во время той перепалки я даже возбудился.

Я не знал, как воспринимать его слова. Это вышло совершенно случайно, я был в шоке, на мгновение забыв, что только что злился.

Ёнвон осторожно погладил меня по руке и вскользь признался:

— Я забыл выключить газ.

Я повернул голову и онемел. Вдалеке виднелась столовая, и казалось, что на стекле мерцает красноватый отблеск. Внезапно по всему зданию зазвучала пожарная сигнализация, отчего у меня заложило уши.

— Ч-что происходит?

— Разве это не пожарная сигнализация?

— Почему она вдруг сработала?

Все стояли в удивлении, когда распылители с водой заработали, обдав нас тонким туманом.

— О... О нет, — пробормотал я про себя.

Если бы это был обычный пожар, вода бы его потушила. Но пожар, вызванный растительным маслом...

Мне было страшно подумать об этом.

Бум!

Изнутри раздался взрыв, и двери столовой разлетелись на куски. В коридор повалил шлейф черного дыма, изнутри вырвались языки пламени. Цепь и баррикада, ограждавшие дверь, оказались бесполезны.

На первом этаже общежития разверзся ад. Горящие трупы хлынули в холл, их тела были черными, как уголь, сочились гноем, но как-то двигались. Коридор наполнился дымом.

Оставшиеся в живых пытались бежать и прятаться. Кто-то бросился к двери, пытаясь расстегнуть туго натянутую цепь. Холл превратился в сущий кошмар, они пытались выбраться не через главный вход, а через запасной. Однако в спешке их пальцы соскальзывали, и они не смогли развязать цепь с одной попытки.

Дверь с грохотом распахнулась.

Те, кто успел пробраться вглубь здания, отступили, задыхаясь от густого дыма. Тем временем из столовой появилось еще больше зомби, живые и мертвые стали неразличимы. Через стеклянную дверь доносились отчаянные крики. 

— Аррргххх!

Внутри помещения царили огонь и жара, снаружи ледяной ветер хлестал по заснеженной улице. Лишь дверь и стена разделяли эти два мира, контрастирующих друг с другом. Даже самый жуткий фильм ужасов не изобразил бы подобную сцену.

— Пойдем, — потянул меня за руку Ёнвон.

Буря усиливалась, снег жалил нам щеки. Я начал бежать, позволяя ему вести меня, и даже не спросил, куда мы направляемся.

Мы пробирались через кампус, который был покрыт снегом. Ёнвон избегал главных дорог, предпочитая перепрыгивать через заборы, ступать на траву и пробираться по узким переулкам. Благодаря этому мы не встретили ни одного зомби. Даже если бы мы заметили их вдалеке, то смогли бы уклониться от них до того, как они заметят наше присутствие.

Однако я был не в состоянии это заметить, я бежал в оцепенении, его рука крепко сжимала мою. Мои мысли были в горящем общежитии, оставив меня совершенно опустошенным.

Только когда мы значительно отдалились от общежития, я, наконец, оглянулся. Рождественский венок на входной двери казался лишь пятнышком вдали, темные клубы дыма поднимались вверх, рассеиваясь в мрачном зимнем небе.

http://bllate.org/book/13176/1172751