Готовый перевод He Always Asks Me Life-and-Death Questions / Он всегда задает мне вопросы о жизни и смерти [❤️] [Завершено✅]: Глава 35.2 Основные принципы должны подвергаться сомнению

Ло Цинъюнь присел на край кровати и долго смотрел на беззащитный вид лежащего рядом человека, а потом выдохнул.

Закрыв глаза и вспомнив прочитанную им информацию о Тан Мо, Ло Цинъюнь вдруг понял, что эти раны были результатом не исполнения долга, а спасения человека.

Этот человек — капитан третьего подразделения, Ли Чжэфэн, он был однокурсником Тан Мо и после завершения учебы их вместе перевели в Серебряный город. На одной из миссий, продвинутое кеплеровское существо — Гестия, «выбрала» Ли Чжэфэна для превращения в «молодое семя». Именно Тан Мо решил эту проблему, позволив Ли Чжэфэну стать одним из наиредчайших синтезов, способных контролировать черное пламя.

Ло Цинъюнь встал и направился в ванную. Намочив в горячей воде полотенце, он вернулся спальню и стал аккуратно протирать икры Тан Мо, словно это могло стереть все нанесенные ему раны.

Шрамы от черного огня не имели выпуклости, скорее они выглядели как татуировки: линии расходились в стороны и обвивали его ноги, словно пытаясь покорить его тело. Однако это Тан Мо покорил экологическую зону высокого уровня, которую окутал черный огонь.

Сила Ло Цинъюня была как раз кстати, горячее полотенце расслабило Тан Мо, и из того места, где была зарыта его голова, прозвучал звук облегчения, а пальцы его ног задвигались.

Ло Цинъюнь сменил полотенце и вытер лицо и шею Тан Мо, после чего отправился в ванную, закрыл глаза и направил голову под струю ледяной воды.

Когда он вернулся в спальню, Тан Мо уже спал у стены, оставив большое пустое пространство.

— Ты очень застенчив, — Ло Цинъюнь опустил глаза и постучал пальцем по кончику носа Тан Мо.

Он крепко спал, а небольшая тень от его ресниц падала на его веки.

Ло Цинъюнь лег рядом с ним и натянул на себя одеяло.

Он думал, что пьяный человек будет буянить во сне, однако Тан Мо сохранял одну позу и не двигался. Когда Ло Цинъюнь уже практически провалился в сон, Тан Мо слегка пошевелился, вероятно, желая выпрямиться, и бесцеремонно закинул ноги на Ло Цинъюня.

Ло Цинъюнь взглянул на Тан Мо и уже собирался убрать ноги, но внезапно обнаружил, что голова Тан Мо в какой-то момент наклонилась к нему.

На его лице прослеживались спокойствие и умиротворение.

Ло Цинъюнь вздохнул и оставил все как есть.

«Кто просил меня ставить тебе оценку «В»?»

***

Тан Мо спал очень хорошо, а когда проснулся и потянулся, то почувствовал себя отдохнувшим.

— А? Это что… отель? — Тан Мо почесал затылок, задаваясь вопросом: «Это У Юйшэн и Чан Хэн унесли меня спать в отель?»

Однако планировка этого номера кажется была… немного знакомой?

Тан Мо снова лег, надеясь поспать еще немного. Менее чем через десять секунд ему стало жарко под одеялом, он внезапно что-то понял и резко откинул одеяло.

— Какого хрена?!

На нем не было брюк!

У Юйшэн и Чан Хэн не были бы так любезны помочь ему раздеться, было бы замечательно, если бы они хотя бы обувь с него сняли.

Этот шкаф… он был такой же как и у него в квартире.

Чем больше он присматривался в детали, тем больше эта комната напоминала ему любую квартиру Серой Башни.

Тан Мо принюхался и, взяв в руки одеяло, закрыл нос.

Разве это не запах стирального порошка, которым пользуются в отделе снабжения Серой Башни?

Там присутствовал еще один запах… запах мужского геля для душа, очень свежий и даже прохладный…

Чья это квартира?

Как раз в это время дверь спальни распахнулась, и раздался зрелый и теплый голос.

— Заместителю капитана нравится мой запах?

Тан Мо словно поразила молния, он весь напрягся, а его шея то и дело поворачивалась к двери и в противоположную сторону, как будто ее заклинило.

— Ло… Ло Цинъюнь? Почему ты здесь?

Ло Цинъюнь прислонился боком к дверному проему. На нем была свободная повседневная одежда. Волосы были слегка растрепаны, а в руках он держал чашку кофе. От его улыбки морщинки около глаз приподнялись, что придавало ему очень томный и сексуальный вид.

Тан Мо замер.

Он впервые видел такого Ло Цинъюня без подавленного и скрытого намерения убивать. Ло Цинъюня, необъяснимо приятного для глаз.

Наверное, именно такой он был настоящий.

Осознав, что он держит уголок одеяла у своего носа, Тан Мо подумал, что это слишком безумно выглядело со стороны и резко отпустил его:

— Я не нюхал твой запах… Я просто подумал, что это моя квартира, но картина прямо противоположная, — Тан Мо вдруг кое-что вспомнил. — Разве я не был в караоке прошлой ночью? Как так получилось, что я… оказался в твоей квартире?

Ло Цинъюнь был невозмутим:

— Я забрал тебя.

— А где… где мои брюки? — снова спросил Тан Мо.

— О, сегодня воскресенье, поэтому приходили люди из отдела снабжения, чтобы забрать одежду в химчистку, я отдал их им.

Брат, дело не в том, что брюки забрал отдел снабжения!

— Тогда… Спасибо, что переодел меня.

Тан Мо был очень смущен, ведь под одеялом на нем были лишь короткие боксеры. Конечно, во время плавания, возможно, на нем бывало и того меньше одежды, однако по какой-то причине Тан Мо просто не хотел, чтобы Ло Цинъюнь его видел в таком виде.

— Не стоит, — ответил Ло Цинъюнь. — Разве заместитель капитана Тан не знает, что он делает, когда пьян?

Тан Мо на мгновение поперхнулся: в его голове как будто прозвучали слова У Юйшэна, когда тот говорил, что он раздевает людей, когда пьян.

Но все это было сотни лет назад. Когда Тан Мо впервые присоединился ко второму подразделению, он был новичком и уже после двух-трех бутылок пива у него могла закружиться голова.

Теперь, когда дело доходило до выпивки, он был королем своей команды.

На этот раз быть одурманенным смешанными напитками получилось чисто случайно.

— Я… я раздевал тебя?

— Эн, да.

Ло Цинъюнь подошел и сел рядом с Тан Мо, медленно отпив кофе.

— Ты толкнул меня вниз одной рукой, а затем сел сверху. Я чуть не выплюнул внутренние органы, заместитель капитана Тан.

Последние слова прозвучали тяжеловато.

— Не обманывай меня, я не пил до беспамятства.

Тан Мо совсем не слабак, но как он мог уложить Ло Цинъюня? Это как комета Галлея, упавшая на землю, или река Амазонка, текущая вспять — совершенно невозможно!

— Тц, ты надавил на мою грудь одной рукой и потянул ее другой, пуговица моего воротника оторвалась и отлетела в сторону книжной полки, — серьезным тоном рассказывал Ло Цинъюнь.

— Тц… что это за пуговицы такие хлипкие? — Тан Мо просто обнял одеяло и прислонился к подушке с видом «пожалуйста, продолжай свое выступление».

Однако ему казалось, что он действительно помнил, что Ло Цинъюнь был в форме, когда пришел в караоке.

Пуговицы униформы… бля… я думал, что Ло Цинъюнь не интересуется порно.

— Ты жаловался, что пуговиц было слишком много, — Ло Цинъюнь небрежно поставил чашку на прикроватную тумбочку, а другой рукой оперся на край кровати, придвинувшись ближе к Тан Мо.

Запах тела собеседника стал очевидным, а дразнящая улыбка была слишком явной, чтобы быть угрожающей.

Тан Мо слегка отодвинулся, не ожидая, что Ло Цинъюнь зажмет его колено через одеяло.

— Если говорить о том, с какой яростью заместитель капитана дернул меня за ремень… Я даже заподозрил, что ты…

Губы Ло Цинъюня изогнулись дугой, и уголки рта Тан Мо тоже приподнялись:

— Я убью тебя.

— Ты сделал мне комплимент по поводу моей талии, сказал, что завидуешь, и хочешь посмотреть… — тон Ло Цинъюня был мягким.

Тан Мо продолжил вместо него:

— Хочу посмотреть, как ты занимаешься йогой.

Талия этого человека действительно была упругой. В памяти Тан Мо все еще всплывали картинки, когда Ло Цинъюнь выгнулся, избежав столкновения с Индирами, которые бежали на него с двух сторон. Это была нечеловеческая талия.

— Что теперь планирует делать заместитель Тан? В конце концов, моя форма порвана тобой, — спросил Ло Цинъюнь.

— Конечно же продолжу лежать в кровати и… наслаждаться выступлением капитана Ло.

Ло Цинъюнь подпер подбородок рукой и, улыбнувшись, посмотрел на Тан Мо:

— Почему ты мне не веришь?

— С такими руками и способностями капитана Ло, не говоря уже о том, чтобы оторвать пуговицы от твоей униформы, боюсь, я бы не смог этого сделать, даже если бы захотел вырвать один из твоих волос и продать его на форуме Серой Башни. Что касается других сложных операций, то о них и говорить не стоит. То, что я, Тан Мо, до сих пор жив, означает, что прошлой ночью я вел себя хорошо.

Улыбка Ло Цинъюня стала еще более очевидной.

Отодвинувшись от Тан Мо, он взял кофе и слегка коснулся чашкой лба своего собеседника.

Тан Мо отступил назад, однако у него не получилось избежать этого. Он закрыл глаза, и на удивление теплая чашка коснулась его. Это означало, что Ло Цинъюнь уже некоторое время не спал.

http://bllate.org/book/13173/1171953