Готовый перевод Transmigrated As the Ex of the Blind Villain / Экс слепого злодея [❤️] [Завершено✅]: Глава 24.1 Единственное, чего у меня в избытке — это деньги

Итак, уважаемые читатели, дело обстоит следующим образом: в этой главе автор написал, что «Текст пересматривается, возможны несоответствия», и мы полезли сверяться на сайт-исходник. Хорошая новость в том, что серьезно править нужно пока только одну главу — 23, она уже переведена заново и перезалита. Плохая в том, что сразу сделать сверку такого большого количества глав у нас физически не получится, поэтому, если в оповещениях появляется уведомление об изменении статуса ранее выложенных глав, то это значит, что там были существенные изменения. 

P.S. мы нашли пять вариантов на китайском! Пять!!! 😫

Приносим искренние извинения за принесенные неудобства🌹

Из этого вопроса Хэ Гуань смог извлечь две вещи.

Во-первых, на мать Тун Цзяци было совершено нападение, в результате которого она получила еще одну травму.

Во-вторых, телохранителя в тот момент не было на месте.

По просьбе Хэ Гуаня сотрудники полиции быстро нашли записи с камер наблюдения, связанные с Тун Цзяци. Однако видео было не очень четким.

Нападение произошло в старом переулке, а оборудование для наблюдения давно не обновлялось.

На кадрах видно, как Тун Цзяци преследует кого-то от входа больницы. Догнав того человека, он замахнулся, но попал ли он в цель...

Из видео не было понятно, как обстояло дело.

Камера была расположена сзади, и разглядеть, что происходило впереди, было невозможно.

Хэ Гуань попросил сотрудников полиции предоставить ему доступ к записям камер наблюдения из больницы. Просмотрев их, он определил, что телохранитель ушел в 00:15.

Это произошло всего за несколько минут до прихода Тун Цзяци.

Вскоре после этого в коридор вошел мужчина, который долгое время простоял у дверей палаты.

Хэ Гуань проверил свой телефон и заметил сообщение в WeChat, отправленное Янь Сюем.

[Янь Сюй: Номер телохранителя недоступен, не могу дозвониться].

Хэ Гуань поднял голову и сказал ему:

— В следующий раз, когда что-то случится, звони мне напрямую. Не отправляй сообщение.

Янь Сюй кивнул с серьезным видом.

Закрыв чат с Янь Сюем, Хэ Гуань увидел сообщение от Гань Цина.

[Гань Цин: После тренировки Тун Цзяци позвонили, и он ушел. Мы последовали за ним и смогли остановить его. Он точно никого не бил, тем более в лицо.]

Взгляд Хэ Гуаня переместился на мужчину в углу.

На его лице виднелась отметина, но она была сравнительно небольшой. Если бы удар Тун Цзяци пришелся в цель, травма была бы гораздо серьезнее.

По словам Янь Сюя, мужчина явился в полицию, так как изначально заявлялось о домашнем насилии.

Хэ Гуань обратился к тому неизвестному:

— Как вас зовут?

Мужчина указал на себя:

— Ты обращаешься ко мне?

Хэ Гуань кивнул.

Мужчина усмехнулся, от него исходил сильный запах алкоголя:

— Меня зовут Тун Ган, я отец Тун Цзяци.

Цзинь Цзюэ сделал шаг назад, почувствовав отвращение к запаху.

Тут Цзяци хрустнул костяшками пальцев и процедил:

— Ты мне не отец!

— Как ты смеешь говорить, что я не твой отец?

— Я сын своей матери. А ты кто такой?

Разговор накалялся, и казалось, он вот-вот перерастет в полноценную ссору. Полицейский вовремя вмешался:

— Господа, мы понимаем, что вы хотите решить этот вопрос как можно скорее. Однако, учитывая конфиденциальность больничных палат, там нет камер видеонаблюдения. Мы не смогли получить доказательства домашнего насилия. Мы приносим свои искренние извинения.

Глаза Тун Цзяци вспыхнули от гнева:

— Я видел своими глазами! Он ударил мою мать прямо в больничной палате!

Офицер снова извинился:

— Мне очень жаль, но, судя по записям из больничного коридора, это вы сначала преследовали, а затем напали на этого господина. Если он решит выдвинуть обвинения, вам придется остаться в полицейском участке для проведения медиации*.

П.р.: Медиация — это процесс урегулирования споров при содействии нейтрального посредника — медиатора. Медиация проводится на основе добровольного согласия сторон.

Тун Цзяци воскликнул:

— Посредничать с ним?! Я и пальцем его не тронул!

Тун Ган самодовольно указал на травму на своем лице и сказал:

— Если бы Бай Сяоцзюй была сейчас здесь, она бы подтвердила, что я никогда не совершал домашнего насилия. Верьте во что хотите.

Хэ Гуань мрачно посмотрел на него.

Тун Цзяци бросил взгляд на полицейского и поинтересовался:

— А другие пациенты в палате могут это подтвердить?

— Конечно, если вы сможете их найти.

Хэ Гуань быстро добавил:

— Янь Сюй займется поисками. Остальные четверо должны вернуться в общежитие компании. Завтра у вас тренировка. Никаких необдуманных действий. Я сам разберусь с этим. Если Тун Цзяци действительно не бил его, мы сможем это доказать.

Цзинь Цзюэ взъерошил волосы Тун Цзяци и сказал:

— Увидимся завтра на тренировке.

Только тогда Тун Цзяци отреагировал и слегка кивнул.

Чу Ли протянул Тун Цзяци батончик «Сникерс»:

— Поешь, ты наверняка голоден.

Тун Цзяци крепко сжал шоколадку.

Вскоре в помещении остались только Хэ Гуань, Тун Цзяци и Тун Ган.

Хэ Гуан спросил Тун Гана:

— У вас есть что-то еще? Если вы не собираетесь выдвигать обвинения против своего сына, то вам лучше уйти. Мы не будем вас удерживать.

Тун Ган засмеялся:

— Так ты его начальник?

Хэ Гуань ответил:

— Да, а в чем проблема?

Тун Ган ухмыльнулся:

— Думал, он станет посмелее, когда рядом с ним будет поддержка в виде его босса, а он так и не осмелился меня ударить.

Хэ Гуань снял пиджак, сжал кулаки и под пристальным взглядом всех присутствующих в полицейском участке нанес удар!

Сила удара заставила Тун Гана отлететь назад, после чего он с грохотом рухнул на стулья в полицейском участке!

От удара его лицо побагровело, и несколько секунд он был слишком ошеломлен, чтобы говорить.

Тун Цзяци был в полном шоке.

Он никогда раньше не видел, чтобы Хэ Гуань вел себя так агрессивно.

Офицеры, решив, что все собираются уходить, и ослабив бдительность, были застигнуты врасплох стремительным рывком Хэ Гуаня.

Хэ Гуань был оттащен двумя офицерами, не сопротивляясь и не нанося новых ударов.

Затем он заговорил с леденящим душу спокойствием, от его слов у офицеров поползли мурашки по коже:

— Тун Ган, он, может, и не способен ударить тебя, но я — да. Я не знаменитость, заботящаяся о своем имидже. Если ты еще раз спровоцируешь меня, как только мы покинем участок, я отправлю тебя в VIP-палату к Бай Сяоцзюй. И, надеюсь, ты удостоишься чести испытать на себе, каково это — быть полностью обездвиженным.

Бай Сяоцзюй — мать Тун Цзяци, женщина, которая лежала на больничной койке в тот день.

Тун Ган стал причитать, потирая место удара с измученным выражением лица:

— Ты повредил мне руку! Мне нужна компенсация! Я требую компенсации! Я…

Заметив, что Хэ Гуань не собирается нападать и между ними достаточное расстояние, полицейские отпустили его.

Однако они все равно не смели отходить от него слишком далеко.

http://bllate.org/book/13162/1169521