Сунь Янь, лениво лежа на кровати, вдруг посмотрел на брата и спросил:
— И что ты ему тогда сказал?
— А что я мог-то? — Сунь Линь грациозно присел на край кровати. — Если бы я ему внезапно что-то сказал, то это выглядело бы очень странно. И разве это не первый раз, когда ты привел кого-то к себе домой?
Дом напротив их виллы также был куплен Сунь Линем специально для Сунь Яня, чтобы тот мог отвезти туда людей на вечеринку или переспать с ними там же. Сунь Линь считал, что он все равно не мог круглосуточно следить за младшим братом, поэтому относился к тому, что происходило прямо под его носом, абсолютно спокойно.
Многие друзья Сунь Яня искренне считали, что его основным местом жительства был именно этот участок.
Но на самом деле им являлась только та самая вилла, в которой на тот момент разговаривали двое братьев.
Увидев, как Сунь Янь насупил брови, Сунь Линь лишь сердито сказал:
— Действительно, что я ему тогда сказал? Да я понятия не имею, кто он такой, о чем мне было с ним разговаривать? Где ты с ним познакомился вообще?
Он почесал нос, будто не мог вынести мерзкого запаха в комнате.
— Ты даже не удосужился проветрить комнату.
Сунь Янь задрал голову и уставился в потолок:
— Когда-нибудь я все-таки отсюда съеду, от тебя куда подальше. — Он сам не знал, сколько раз это уже говорил, но это происходило каждый раз, когда Сунь Линь пытался учить его жизни, раздавая непрошенные советы. Угрозы младшего были пустыми, хоть он и пользовался ими практически во время каждой ссоры.
Однако казалось, что в этом мире их осталось только двое, способных поддержать друг друга.
Сунь Линь заметил, что Сунь Янь скорее походил на дохлую рыбу, чем на человека, бывшего в настроении на разговор, и поэтому решил заговорить первым:
— Ты в прошлый раз купил многовато картин. Это был их автор? Я помню, ты в прошлый раз как-то нашел их художника, — закончив свою фразу, он окинул комнату изучающим взглядом. — Ну и где же твоя драгоценная картина? Убрал ее уже куда-то, небось?
Сунь Янь раздраженно процедил сквозь зубы:
— Как же ты меня достал...
Сунь Линь наконец-то замолк и устало вздохнул, а потом вдруг продолжил:
— Сунь Янь, я тебе уже давно об этом говорил. Без разницы, с кем ты встречаешься — с мужчиной или женщиной. Не чувствуй себя из-за отношений таким обремененным. Пока он тебе нравится, я смогу помочь тебе со всем. Ты уже нашел себе постоянного партнера, да?
В глазах Сунь Яня читалась боль, однако уголки его рта дернулись, словно тот был безумцем, и он замолчал, будто хотел как можно скорее уйти от этой темы.
Он столько лет был бессердечен ко всем и не знал, как долго это должно было продлиться.
Сунь Линь почувствовал себя неловко и не смог найти нужных слов. Во всех обычных семьях между их членами всегда происходят те или иные столкновения. Когда братья росли вместе, им приходилось бороться за все между собой, а затем избегать друг друга, сильно злясь. Сунь Линю казалось, что они вырастут, испытывая отвращение друг к другу, но во взрослом возрасте им удастся работать вместе для продолжения семейного бизнеса, чтобы родители гордились ими. И после этого они смогли бы выйти на пенсию и посвятить все свое время игре в маджонг и кругосветным путешествиям.
Но в один весенний праздник все изменилось.
Сунь Линь даже не понял, как это произошло, но перемены обрушились на них как ураган, оставив их измученными и подавленными. Наконец-то у братьев появилась возможность работать вместе, но что-то навсегда изменилось. Сунь Линю пришлось выбираться самому и тащить за собой Сунь Яня.
Что касается младшего, то тот снова и снова пытался в чем-то его убедить, бранясь. Даже если бы его связали и потащили к психиатру, этот парень вцепился бы в свою кровать или разнес всю клинику, разобрав ее на кирпичи.
Нельзя будить того, кто притворяется спящим.
Но что Сунь Линь вообще мог тогда сделать? Брат был его единственным кровным родственником. Он мог лишь присматривать за ним изо всех сил и ждать чего-то, надеясь на лучшее и заваливая Сунь Яня всякой всячиной, желая лишь, чтобы эта тянувшаяся будто бы всю жизнь невыносимая боль когда-нибудь ушла.
Сунь Линь вдруг приободрился и рассмеялся:
— Что-то мне подсказывает, что тот парень все же натурал. Как его зовут?
Когда речь зашла о Янь Хайане, Сунь Янь почувствовал легкое раздражение. Это было всего лишь еще одно неприятное и жгучее ощущение. Обычно он о нем не думал, но стоило только этому случиться, для него это тяжело было вынести. Ему хотелось, чтобы тот просто остался рядом, и Сунь Янь бы уже сделал с ним, наконец, что-нибудь.
Даже тогда он не знал, как поступить с Янь Хайанем. Несомненно, тот его интересовал, и эта тяга к нему исходила именно изнутри. Иначе он не стал бы его трахать снова и снова.
И Сунь Янь не мог ничего с этим поделать, а также он не мог стать с ним еще ближе, поэтому самым безопасным для его нервов было просто стать с ним секс-партнерами. Ни больше, ни меньше.
— Это не твое дело, — сказал он.
— Ладно, все равно сам со всем разберешься, — Сунь Линь встал с края кровати. — Надо бы поесть. Ты разве не проголодался после работы ночью?
— Да перестань ты уже, а, — нетерпеливо ответил Сунь Янь. — Если другие узнают, что ты постоянно так на всех ворчишь, то это точно подпортит твой имидж.
— А какое отношение они ко мне имеют? — Сунь Линь положил ладонь на ручку двери, посмотрел на младшего брата, который небрежно одергивал рукав короткой рубашки, и все же не удержался и спросил: — Иметь близкого человека — это не так уж плохо, да?
Сунь Янь, одеваясь, ненадолго замер. Но затем как ни в чем не бывало натянул на себя одежду и, проходя мимо Сунь Лина, прошептал:
— Я достаточно наслушался от тебя. С меня хватит.
Хватит. Если это зайдет дальше, для него это станет непосильной ношей.
И он не сможет с ней справиться.
http://bllate.org/book/13158/1168640
Сказал спасибо 1 читатель