Готовый перевод Old Injury / Старая рана [❤️] [Завершено✅]: Глава 32.2 - В бизнесе важно как следовать принципам, так и сохранять человечность

Сяо Чжу опустила взгляд:

— После закрытия магазина брат Синцзэ уехал, а со старшим братом Сян Пином связаться не удалось. Родители хотят, чтобы я вернулась в родной город. Я приехала сегодня, чтобы забрать кое-какие вещи, и, наверное, больше не вернусь.

— Я не об этом тебя спрашивал. Скажи... почему в «Сюй Мэйжэнь» использовали просроченные ингредиенты? — я смотрел на неё сурово, без капли жалости.

Сяо Чжу ещё ниже опустила голову:

— Это не я! Это всё из-за старшего брата. Он... твердил, что не важно, просрочены ли они на день или два, и что все так делают.

— Вы что, забыли, чему мастер учил нас в самом начале? — в машине я также просмотрел отчёты. Информация в них расходилась с её словами. Речь шла не о просрочке в один-два дня, как она говорила. В некоторых ингредиентах уже завелись черви, а на других росли пятна плесени. При мысли о том, что я купил такой проблемный торт для Сун Мо, у меня заныло в груди. Я был так зол, что не мог нормально дышать, и жалел о том, что не забил Сян Пина до смерти в тот день.

— Люди не могут жить без доверия, и бизнес не может процветать без него. Учителя нет всего два года, а ты уже позабыла его наставления? — я редко говорил такие тяжёлые слова, но сегодня моей выдержке действительно пришёл конец.

Сяо Чжу, похоже, ошеломлённая моими словами, воскликнула, чуть ли не плача:

— Прости меня, старший брат... — она подняла на меня глаза, полные слез. — Я не заслуживаю быть ученицей мастера... Я не могу предстать перед ним после такого позора... Мы потеряли «Сюй Мэйжэнь»! Что нам делать?.. «Сюй Мэйжэнь»… у-у-у...

Мои слова окончательно сломили её психологическую защиту: она словно обмякла, обняла коробку, присела на корточки и зарыдала. На нас с любопытством и удивлением смотрели проходящие по дороге люди. Я молчал. Утешать её тоже не хотелось. Я лишь долго смотрел на неё, сжав кулаки, а затем отвернулся, не оглядываясь.

Когда мы вернулись на гору, был уже поздний вечер.

Вороны в лесу хрипло кричали. А на безоблачном небе виднелся красивый переход от фиолетового к оранжевому, постепенно расширяющийся к горизонту.

Едва выйдя из машины, я увидел во дворе фигуру, сидящую на качелях.

Поскольку в доме есть маленький ребёнок, во дворе отведено место под детскую игровую площадку, попасть на которую можно, пройдя через арку, увитую английскими розами. Помимо горки и песочницы, здесь была двухместная подвесная скамья-качели.

Я встал под аркой. В нос ударил насыщенный аромат роз. Под лучами заходящего солнца Сун Байлао держал на руках Сун Мо и с неохотным видом толкал качели, раскачивая их носками ног.

— Прошло уже пять минут. Может, пойдём внутрь?

Сун Мо, видимо, не часто подходил к нему так близко. Он смотрел на него с опаской, и каждый раз, когда качели взмывали вверх, он явно сильно волновался. И так до бесконечности. Это было даже немного забавно.

— Ещё... пять минут? — он попытался убедить Сун Байлао.

Сун Байлао опустил глаза, встретившись с ним взглядом, и тяжело выдохнул:

— Две минуты.

Куда он так спешил, проводя время со своим ребёнком?

— Я поиграю с ним, — сказал я, подходя к ним.

Глаза Сун Мо загорелись, и он протянул ко мне руки:

— Папочка!

Я подхватил его на руки и сел рядом с Сун Байлао, посадив Сун Мо к себе на колени.

— Ужин будет готов примерно через полчаса. Так что давай поиграем полчасика, а потом перестанем, хорошо?

Сун Мо и я сидели, смотря в одну и ту же сторону, и я мог видеть только макушку его густых волос.

Он кивнул головой:

— Хорошо.

Если с Сун Мо договориться, то он всегда был послушным.

Я раскачивался на качелях. Сун Байлао сидел сбоку, но не уходил, а слегка приподняв свои длинные ноги, тоже наслаждался качелями.

— Разве тебе... не терпится зайти в дом?

— Я тоже любил качели в детстве. Но не такие, а одноместные, которые могут взлетать очень высоко, — он раскинул руки и облокотился на спинку сидения, откинув голову назад, чтобы посмотреть на вечернее солнце в небе. — Ло Цинхэ толкал сзади, а папа стоял впереди, чтобы защитить меня от падения.

«Папой», о котором он говорил, был Сун Сяо. Похоже, у него было очень счастливое детство.

Мне хотелось спросить его, искал ли он когда-нибудь Сун Сяо и винит ли он его до сих пор. Но я боялся задеть его.

Есть вещи, которые он может рассказать мне сам, но о которых он, возможно, не захочет говорить, если я спрошу его.

— В детстве я не качался на качелях, — он оглянулся, а я продолжил. — Моя мать никогда не водила меня качаться на них.

Нин Ши целыми днями возилась со всякими альфами. Откуда ей было взять время на личное общение со мной?

Сун Байлао слабо улыбнулся моим словам:

— Значит, ты тоже несчастен.

После десяти минут качания ему позвонили, и он ушёл в дом. А я обнял Сун Мо и ещё немного покачался, пока не зазвонил и мой мобильный телефон.

Увидев на экране номер Нин Ши, я испугался, что с Юю что-то случилось, и быстро взял трубку.

— Привет...

— Возьми телефон и уйди в такое место, где никого нет.

Я замер, оглянулся по сторонам, потом взглянул на Сун Мо в своих объятиях и ответил:

— Говори, рядом никого нет.

— Ты готов на всё ради ребёнка? — хотя голос Нин Ши был спокойным, в нём таилась необъяснимая безжалостность.

Я крепко сжал свой телефон:

— Что ты имеешь в виду?

— Сделай для меня кое-что, и я дам тебе ещё десять миллионов после того, как всё будет сделано. На эти деньги ты сможешь хорошо жить с Юю.

Сначала она дала мне двадцать миллионов, чтобы я женился на Сун Байлао, а теперь хочет дать десять миллионов, чтобы я что-то сделал для неё… Должно быть, она опять задумала что-то ужасное.

— Что я должен сделать?

— Юньшэн хочет получить кое-какую информацию. Всё, что тебе нужно сделать, это открыть компьютер Сун Байлао и подключить флешку, которую я тебе дам. После чего ты получишь десять миллионов. Всё просто, не так ли?

Она сказала это так легко, что я почти поверил.

— Это коммерческий шпионаж, — я понизил голос и спросил её. — Разве семья Чжу уже не готовится к подписанию стратегического соглашения с «Ся Шэн»? Зачем тебе такие манёвры?

Нин Ши на мгновение замолчала, а когда заговорила снова, её тон стал более холодным:

— Лучше полагаться на себя, чем на других. Неужели ты думаешь, что они поделятся с нами своей основной технологией? То, что они отдали семье Чжу — всего лишь остатки, которые ничего не стоят. У тебя нет никакой привязанности к Сун Байлао. Это беспроигрышная ситуация. Почему бы тебе не сделать это? Не забывай, что семья Чжу — это твоя опора. Без нас ты никто.

«Лучше полагаться на себя, чем на других», — к моему удивлению, её голос даже не дрогнул, когда эти слова прозвучали из её уст.

Они пытались выдать меня замуж за Сун Байлао лишь для того, чтобы создать союз между двумя сторонами и обрести силу вместе. А теперь они просят меня стать коммерческим шпионом. Возможно ли, что это и был их план с самого начала? Тогда почему Нин Ши говорит об этом только сейчас?

В голове вдруг помутилось, и я не мог нормально соображать. Мне всё время казалось, что я упускаю какие-то детали.

— А что, если… Что, если я не сделаю этого?

На этот раз она молчала ещё дольше:

— Я дам тебе несколько дней на размышление. Ты не должен отвечать мне так быстро. Естественно, я не причиню тебе вреда, если ты откажешься. Ты всё-таки мой сын. Что я могу с тобой сделать? Не съесть же?

Когда я услышал её последнюю фразу, меня пробрала дрожь. А по моей спине пробежал неприятный холодок.

http://bllate.org/book/13149/1167146