Готовый перевод Roses and Champagne / Розы и шампанское [❤️] [Завершено✅]: Глава 10.2

— Ты пойдешь со мной?

— А ты как думаешь?

Цезарь усмехнулся.

— Правда? Я думаю, будет весело.

Ливон не захотел отвечать на этот раз. Он изначально не собирался ничего говорить, но Цезарь все усугублял. Однако сколько бы он ни пытался найти прецедент, который точно видел недавно, его мозг отказывался сосредоточиваться на чем угодно, кроме Цезаря.

«Ладно. Может его сила воли была слабой, но по крайней мере у него была озлобленность, толкающая его вперед».

Как по сигналу, Цезарь решил, что сейчас было лучшее время, чтобы начать напевать песню.

Громко.

Ливон глубоко вздохнул, натягивая на себя фасад равнодушия, потому что был в шаге от того, чтобы потерять самообладание. Бумаги, которые он дал Цезарю, использовались для того, чтобы подчеркнуть драматические моменты в его арии, появляясь и исчезая из поля зрения Ливона.

«Помни хоть один уголок — я, блять, тебе устрою».

Он действительно надеялся, что именно так Цезарь и сделает — просто чтобы дать ему еще одну причину, из-за которой Ливон разобьет его нос и переломает все пальцы.

Внимательно вчитываясь в бумаги, но уже с агрессией, Ливон продолжал абсолютно ничего не воспринимать из документов, как вдруг Цезарь закончил петь и отложил свои бумаги, с ожиданием глядя на Ливона.

Он чувствовал на себе его взгляд, но отказывался уделять Цезарь и секунду своего внимания.

Так продолжалось какое-то время, пока Цезарь по всей видимости не решил сменить тактику.

Внезапно краем глаза Ливон поймал Цезаря наклоняющимся вперед, к нему, а затем почувствовал, как что-то коснулось его головы. Он резко замахал руками.

— Какого хрена?! — воскликнул он, подскакивая на своем месте и отпихиваясь.

Оба мужчины застыли, оторопело глядя друг на друга, пока на щеке Цезаря расцветал красный отпечаток ладони.

Долгое время все, на что они были способны — изумленно моргать.

— Извини, — неуклюже сказал Ливон, осознав, что Цезарь всего лишь коснулся его розой, — я не хотел тебя ударить.

Хотел он этого или нет, он все равно только что ударил Цезаря по щеке. И это, кажется, повергло его в шок.

Он никак не отреагировал на извинение. Ливон даже не был уверен, что он его услышал.

Разнервничавшись, Ливон мог думать только о том, как он мог исправить ситуацию.

— Ударь меня, — сказал он, выпячивая подбородок вперед и закрывая глаза.

Око за око, щека за щеку. Это справедливо.

Прогоняя все мысли о длинных, элегантных пальцах Цезаря и изящной силе, которую они, по его мнению, источали, Ливон стиснул кулаки и приготовил себя к предстоящему удару.

Он почти начал ерзать на своем месте, желая, чтобы Цезарь поскорее закончил со всем этим.

В то же время, Цезарь был восхищен видом перед ним. То, как глаза его адвокатика быстро шевелились под опущенными веками, выдавало его тревогу, а его длинные, темные ресницы слегка трепетали.

Наконец он потянулся вперед.

Вместо того, чтобы почувствовать удар на своем лице, Ливон почувствовал лишь еле ощутимое прикосновение чего-то мягкого к своим губам. Прежде, чем он успел отреагировать, его нижняя губа оказалась втянута в рот Цезаря с шумным вздохом.

Он ударил Цезаря по второй щеке.

— С каких пор удар подразумевал под собой поцелуй?! — закричал он, отскакивая от Цезаря, схватившегося за щеку.

Но тот, кажется, оправился от изначального шока, потому что на его лице снова появилась беззаботная усмешка.

— Обычно именно это подразумевается, когда перед тобой стоит кто-то с закрытыми глазами.

Ливон пыхтел от злости, но Цезарь лишь указал на свою щеку и наклонил голову.

— Это означает, что я должен поцеловать тебя сюда два раза, да? — спросил он.

Какие документы? Вот по какой причине Ливон его ударит.

Искренне намереваясь разбить нос Цезаря, Ливон замахнулся рукой, только чтобы быть остановленным его быстрыми рефлексами. Он сделал шаг в сторону и перехватил его руку на пол пути, захохотав вслух, когда Ливон потерял равновесие и упал в его сторону.

Ливон напрягся, хмуро глядя на Цезаря, но его глаза переместили на сжатый кулак Ливона, и прежде, чем он успел что-то осознать, Цезарь быстро украл у него еще один поцелуй.

— Будем считать, что мы квиты, да? – пробормотал он, отпуская руку Ливона.

Ливон быстро отошел назад, ощущая, как его голова шла кругом от произошедшего, а Цезарь тепло улыбнулся и ушел. Его уже давно не было в кабинете на момент, когда Ливон пришел в себя после потока ругательств и ударов по воздуху.

Осмотрев беспорядок, который появился из-за него, Ливон раздраженно простонал, а затем нагнулся и принялся собирать упавшие бумаги, чтобы снова сложить их в одну стопку. Кабинет мог выглядеть глупо для людей по типу Цезаря, но в беспорядке Ливона была определенная система, которую нужно было поддерживать.

Когда все было разложено по своим местам, Ливон сел обратно на свое место и снова простонал, пытаясь осознать, что только что произошло.

По какой-то причине, заявление Цезаря о том, что они были «квиты», казалось пустым, как бы Ливон не пытался его рационализировать. Это он первым его ударил. Они были в расчете. Все закончилось. Однако что-то в их разговоре смущало его, не давая ему расслабиться.

Он растерянно потер свои губы.

Ливон замер, глядя на свою руку, трясущимися пальцами он коснулся своей нижней губы, не в состоянии отвести глаза от ладони.

Его губы все еще были теплыми.

В его голове промелькнуло размытое осознание, почему, и в его груди появилось странное чувство, которое росло, становясь чем-то большим.

Чем-то, что он не мог назвать.

http://bllate.org/book/13143/1166446