Готовый перевод When Two Alphas Meet, One’s an Omega / История альфы: как я стал омегой [❤️] [Завершено✅]: Глава 7.2 Феромоны Бай Хуая действительно невероятны — абсолютное доминирование

Феромоны колеблются в зависимости от эмоций и физического состояния. Чем сильнее эмоции — тем они концентрированнее, чем интенсивнее движения тела — тем они гуще. Иногда, достигая предела, они непроизвольно вырывается наружу.

Когда больше десятка разъярённых молодых альф, увлёкшихся дракой и забывших сдерживать свои феромоны, собираются вместе, последствия предсказуемы.

Омеги, столпившиеся в углу, едва могли дышать — лица пылали, ноги подкашивались.

Раньше Цзянь Сунъи никогда не подвергался влиянию феромонов, поэтому сейчас он не понимал, почему ему становилось всё хуже.

Будто десятки тысяч запахов обрушились на него одновременно, настолько густые, что невозможно было вдохнуть, он даже не мог осознать, что именно чувствует. Грудь сдавило, сердце билось всё чаще, силы покидали конечности — словно что-то высасывало из него энергию, пытаясь сломить.

Голова раскалывалась от боли, а в этом мутном хаосе мелькали странные образы.

Его лицо было слишком бледным, и в мгновение ока Хуанфу И уловил свой шанс.

Он намеренно выпустил свои феромоны— давящий аромат виски мгновенно заполнил каждую клетку Цзянь Сунъи.

У Цзянь Сунъи, только что повалившего здоровяка ударом ноги, сузились зрачки.

Уловив намёк Хуанфу И, все альфы на его стороне одновременно выпустили свои феромоны. Лу Цифэн и его ребята, не понимая, в чём дело, инстинктивно ответили тем же.

Уровни этих альф не слишком различались, поэтому абсолютного доминирования не было. Десятки феромонов смешались в хаосе. Омеги хотели бежать, но ноги их уже не слушались — они могли лишь беспомощно брызгать блокаторами и ингибиторами, пытаясь заглушить физиологическую потребность подчиниться.

А Цзянь Сунъи, находившийся в эпицентре этого вихря, чувствовал, будто его разрывают на части. Но он всё равно успел перехватить атаку, опрокинул Хуанфу И на землю и тут же, развернувшись, сбил другого резким ударом ноги.

Движения были чёткими, резкими, безжалостными — казалось, он вообще не подвержен влиянию чужих феромонов.

Цзянь Сунъи думал: даже если умрёт от боли, сначала научит этих скотов, кто здесь папа, иначе они так и не поймут, как вести себя по-человечески.

* * *

Сюй Цзясин, сидевший в классе, отделённом от периметра спортивной площадки клумбой и кустарниками, не мог разглядеть всё четко. К тому же он думал, что Цзянь Сунъи, как и раньше, совершенно не подвержен влиянию феромонов, поэтому даже не подумал помочь. Зато на его лице было чётко написано: «Вот дерьмо...»

— Брат Сун просто бог! Эти движения, ах! Будь я омегой, уже бы произошла овуляция. Правда, Бай...

Бай Хуай, опершись на подоконник, выпрыгнул наружу.

— Господин Бай?! Ты куда?! Как ты мог выпрыгнуть из окна?! За это баллы снимают! Не бери пример с брата Суна! Господин Бай!

Бай Хуай даже не оглянулся.

Он не вмешивался, потому что считал, что в этом нет нужды. В конце концов, молодой господин и сам неплохо справлялся.

Но он заметил, что в тот момент, когда Цзянь Сунъи резко атаковал, в его глазах мелькнула тень растерянности.

И тут он понял.

Цзянь Сунъи, должно быть, вступил в период дифференциации. Этот период длится от семи дней до месяца. Под влиянием гормонов физическое состояние ухудшается до предела, и, независимо от того, станет ли он альфой или омегой, внезапное появление феромонов вызовет острую реакцию. Без правильного управления это приведёт к отторжению.

Он знал — Цзянь Сунъи выдержит. Но какой ценой...

* * *

Люди у площадки тоже не поняли, что произошло. Просто в один момент будто хлынул густой снегопад, сметая всё на своём пути, оставляя лишь чистый холодный аромат снега, изредка разбавляемый свежестью соснового леса.

Горный снег, тяжёлый и безжалостный, не оставлял другим и шанса вздохнуть.

Ещё недавно агрессивные альфы вдруг побледнели. Даже те, кто из последних сил пытался сохранить лицо, невольно морщились, тяжело дыша, а некоторые и вовсе осели на землю и схватились за головы.

Омеги, измученные хаосом феромонов, всё ещё ощущали слабость — врождённый инстинкт подчинения альфам никуда не делся. Но теперь, по крайней мере, не было неразберихи. Они жаждали подчиниться, искали утешения в этом мощном поле, но натыкались лишь на ледяной холод.

Бай Хуай хотел лишь подавить этих альф, он не собирался дарить омегам ни капли утешения.

Только Цзянь Сунъи почувствовал невероятное облегчение. Будто что-то обняло его, проникло сквозь кожу, по капле наполняя тело силой и успокаивая незнакомую боль и жжение.

Он снова почувствовал себя живым.

И тут же он опрокинул Хуанфу И ещё одним броском.

Хуанфу И думал, что умирает.

Цзянь Сунъи же чувствовал себя чертовски хорошо.

Он присел и насмешливо постучал по голове противника:

— Больно?

Хуанфу И упрямо молчал.

Цзянь Сунъи хрустнул костяшками пальцев и сказал:

— Я человек щедрый: на каждый бросок через плечо — акция «два плюс три». Хочешь ещё попробовать?

http://bllate.org/book/13134/1164773