Готовый перевод After Rebirth, I Decided To Inherit the Family Property / После перерождения я решил унаследовать семейный бизнес [❤️] [Завершено✅]: Глава 37.1 Ты так сильно хочешь поговорить с папой?

Сун Юньжань вышел из лифта и, едва переступив порог холла отеля, увидел перед собой помощника Тана.

Он не стал утруждать себя любезностями и сразу перешел к делу:

— Найди машину, мне нужно съездить на съемочную площадку.

Помощник Тан не растерялся и сказал:

— Подожди, я позвоню Сяо Кэ и попрошу ее вызвать съемочную группу, а потом вернусь и заберу вас. Кстати, в отеле сейчас есть свободный номер, желаете остаться в нем или вернуться сегодня?

— Поговорим о бронировании номера позже, — настоятельно призвал Сун Юньжань. — Не жди, пока приедет Сяо Кэ, мне нужно отправиться туда прямо сейчас.

В итоге помощнику Тану пришлось попросить администратора отеля вызвать машину.

Как только водитель приехал, Сун Юньжань поспешил наверх, закрыл дверь и сказал:

— Не забудь поторопить Сяо Кэ, надеюсь, что к тому времени, когда я выйду из машины, пропуск будет готов.

Тем временем Сяо Кэ, которой поручили задание, пребывала в расстроенных чувствах.

Президент Сяо Сун всегда стремился делать одно дело за другим, в отличие от остальных, которым нужно было подавать заявку в производственный отдел за несколько дней до посещения, если те хотели попасть на съемочную площадку

Мысль о том, что ей придется иметь дело с неулыбчивыми сотрудниками съемочной группы, пугала ее.

Она поприветствовала телохранителей и тяжелыми шагами направилась к ним. Как только она открыла рот, ей тут же сообщили:

— Съемочная группа сегодня очень занята.

Подразумевалось, что ее присутствие здесь нежелательно.

Сяо Кэ быле всего лишь помощницей и не имела никакого статуса в команде, поэтому она могла только вежливо попросить:

 — Пожалуйста, сестра, сделайте мне одолжение. Президент сяо Сун слышал, что наша производственная группа весьма профессиональна, и хочет прийти, чтобы узнать, как управлять ею.

Хотя она не знала, почему Сун Юньжань вдруг захотел прийти на съемочную площадку, но была уверена, что должна придать вес его имени в глазах работников съемочной площадки.

Но собеседницу это весьма заинтересовало, она спросила:

— Президент сяо Сун, о котором вы говорите — это Сун Юньжань?

Увидев, что Сяо Кэ кивнула, она лучезарно улыбнулась.

— Вы должны были сказать мне, что это он. Я попрошу кого-нибудь передать вам пропуск позже.

Сяо Кэ не ожидала, что упоминание имени Сун Юньжаня сработает так хорошо, поэтому она полюбопытствовала:

— Сестренка, вы знаете нашего президента сяо Суна?

— Нет, не знаю. Но спасибо ему, иначе мой муж вложился бы в «Уравнение любви». Он косвенно очень помог моей семье, поэтому я должна отплатить ему тем же.

Сяо Кэ вдруг все поняла, и в ее сердце зародилось чувство восхищения.

Сяо Сун и в самом деле оказался дальновидным человеком. Он мог завоевывать сердца и умы людей, не потратив ни копейки.

Это было поистине гениально.

Подумав об этом, Сяо Кэ осознала, что цель визита Сун Юньжаня имела куда более глубокий смысл, чем она предполагала изначально.

Через десять минут Сяо Кэ встретилась с Сун Юньжанем около съемочной площадки.

Она почтительно протянула пропуск мужчине обеими руками.

— Президент сяо Сун, вы хотите поговорить с режиссером или продюсером?

«А может быть, и с тем, и другим, например, о какой-нибудь крупной многомиллиардной сделке или о будущем киноиндустрии», — размышляла Сяо Кэ.

— Где Цинь Кэ? — сразу перешел к делу Сун Юньжань.

Сяо Кэ на мгновение замерла и ответила:

— Он до сих пор снимается.

Сун Юньжань нахмурился.

— Они отыгрывают сцену из жизни горожан или боевых искусств?

— Боевых искусств, сегодняшняя сцена посвящена учителю главного героя, который умер и оставил после себя легендарный меч, который он никому не отдал, из-за чего его братья поссорились…

— Братья? — Сун Юньжань сразу же напрягся. — Чэн Цзямин здесь?

— Да, он играет старшего брата, — отозвалась Сяо Кэ.

— Быстро отведи меня туда.

Сун Юньжань сжал кулак.

— Не бойся, твой папа идет!

Сяо Кэ: «???»

Сяо Кэ была немного разочарована тем, что Сун Юньжань, похоже, просто пришел навестить съемочную команду, но как так могло случиться, что, во время их разговора, человек, о котором волновался сяо Сун, резко стал не Цинь Кэ, а Чэн Цзямин?

Может ли быть так, что…

Сяо Суну приглянулся Чэн Цзямин и теперь он хочет подписать с ним контракт на работу в Xinghe Entertainment?!

Она что-то слышала о том, что сяо Сун также посещал съемки фильма «Свадьба и похороны», где он увлекся Цинь Кэ, который очень хорошо показал себя на съемках.

Прошло всего шесть месяцев, и история должна была повториться вновь.

Сяо Кэ испытывала смешанные чувства по этому поводу, так как считала, что Чэн Цзямин был не очень хорошим человеком. Независимо от его внешности или силы, он был далеко не соперник Цинь Кэ. Более того, Сяо Кэ четко помнила, как Цинь Кэ говорил, что у него были какие-то разногласия с Чэн Цзямином.

Но что она могла с этим поделать?

Она была всего лишь скромной помощницей актера, не имеющая права комментировать решения президента.

Двое людей, каждый со своими мыслями, прибыли на съемочную площадку.

Неподалеку стояла декорация, стилизованная под мирную бамбуковую рощу, однако на душе у Сун Юньжаня было совсем не спокойно.

Цинь Кэ, одетый в черный халат, с завязанными назад длинными волосами, облокотился на перила, произнося свои реплики. Из-за грима его лицо было немного бледным и даже каким-то болезненным, он все больше напоминал несчастного человека, готового вот-вот впасть в кому.

Находясь в толпе актеров, стоящих перед Цинь Кэ, Чэн Цзямин пристально смотрел на последнего.

Сун Юньжань, понимая, что это необходимо по сюжету, не мог не задуматься, о чем все-таки думал Чэн Цзямин в данный момент. С первого взгляда казалось, что у него были плохие намерения, и он определенно помышлял о том, как перерезать канат.

— Ладно, снимаем, — в этот момент раздался голос Тан Мина. — Всем отделам приготовиться, следующая сцена с применением каната.

Сун Юньжань глубоко вздохнул.

Вот оно, вот оно, канат тут как тут!

Он повернул голову и уже собирался дать указание телохранителям присматривать за Чэн Цзямином, когда заметил, как они уже заранее осматривают помещение, проверяя, не случилось ли чего.

Что происходит?

Сун Юньжань был озадачен и хотел спросить, но побоялся, что если сделает это, то помешает работе телохранителей, поэтому он сел и притворился, что играет со своим телефоном, время от времени поднимая глаза, чтобы понаблюдать за Чэн Цзямином.

Ему казалось, что он прекрасно справляется со своей задачей, но каждое его движение попадало в поле зрения Сяо Кэ.

В тот момент она подумала про себя: «Так это правда, что сегодняшней целью сяо Суна является Чэн Цзямин».

Она был настолько не уверена в этом, что протянула Цинь Кэ веер, чтобы тот смог отмахнуться от жары, и, воспользовавшись перерывом, когда мужчина поправлял свой грим, с подавленным выражением лица перевела взгляд на Чэн Цзямина, пытаясь понять, что же в этом человеке такого особенного, заслуживающего внимания сяо Суна.

Четыре человека, восемь пар глаз — все они в этот момент были устремлены на Чэн Цзямина.

Тому стало не по себе.

Ему постоянно казалось, что за ним кто-то наблюдает, но стоило мужчине обернуться, как все сразу же оказывались заняты своими делами.

Решив, что ему все привиделось, Чэн Цзямин уже собирался расслабиться, как вдруг ощущение чужого взгляда опять вернулось.

Вот черт!

Чэн Цзямин снова попытался оглянуться в недоумении, но тут же чья-то рука резко развернула его голову назад.

— Мне надо наложить грим, не двигайся, — напомнил ему визажист, доставая пудру.

Чэн Цзямину пришлось смотреть прямо перед собой, отбросив на время сомнения, и вспомнить, что он чувствовал в первые дни съемок.

Честно говоря, это был не очень приятный опыт.

Его актерские способности были неплохими для его возраста, и когда он участвовал в других проектах, то был из тех, кого время от времени хвалили режиссеры.

Но сравнение с кем-то другим запросто может вывести из равновесия любого.

За то время, что Цинь Кэ не снимался в фильмах, он стал просто выдающимся актером.

Он не только понимал свою роль от и до, но даже мог дать несколько советов, когда второй главный герой не мог найти себя в ней. Ему хватало всего несколько слов, чтобы взять актера, играющего вторую роль, под свое крыло.

Чэн Цзямин столько лет гордился собой, но в «Дороге Цзянху» его карьера оказалась полностью погребена.

Никому не было дела до него, какого-то статиста, который ничем особо не прославился, все хотели только похвалить своего заслуженного главного актера, Цинь Кэ. Пальцы, спрятанные под рукавами, тихонько сжались, и Чэн Цзямину пришла в голову злая мысль: «В таком случае не лучше ли сделать так, чтобы Цинь Кэ исчез?»

Как только эта мысль успела возникнуть у него в голове, Чэн Цзямин внезапно вспомнил слова, сказанные ему Цинь Кэ перед вступлением в команду: «Берегите себя».

По его спине пробежал холодок, и он неосознанно перевел взгляд на Цинь Кэ, но сумел заметить лишь удаляющуюся далеко фигуру мужчины.

Цинь Кэ как раз успел закончить с макияжем, когда понял, что пришел Сун Юньжань. Цинь Кэ подошел к нему и тихо спросил:

— Сегодня утром Чжун Сяофэн сказал, что готов вернуться к написанию сценария, ты ведь не сердишься?

Сун Юньжань был сосредоточен на чем-то.

— Разумеется, я не злюсь на то, что он готов вернуться. И ты загораживаешь мне обзор.

Его голос звучал весьма грубо, что вызвало недоумение у Цинь Кэ и вынудило его спросить:

— На что ты уставился?

«Ну конечно же, я смотрю за тем, что этот ублюдок Чэн Цзямин собирается сделать», — ответил мысленно Сун Юньжань.

Но он не мог произнести этого вслух, потому лишь с невозмутимостью сказал:

— Занимайся своими делами, не мешай мне.

Цинь Кэ от удивления опустил глаза и увидел, что Сун Юньжань не удостоил его даже полувзглядом, словно такой влиятельный человек был в его глазах просто малозначительным прохожим.

Может, у него были какие-нибудь проблемы со сном?

Цинь Кэ отошел в сторону и спросил:

— Ты плохо спал прошлой ночью?

Сун Юньжань безмолвно отвел взгляд.

— Что с тобой, ты так сильно хочешь поговорить с папой? И вообще, не беспокойся об этом!

Сказав это, он снова отвернулся и продолжил наблюдать за Чэн Цзямином.

Цинь Кэ: «…»

Как необычно.

Глядя со стороны на происходящее, Сяо Кэ почувствовала тревогу.

Становилось очевидно, из-за того, что, должно быть, Цинь Кэ случайно оскорбил президента сяо Суна прошлой ночью, на следующий день тот подвергся столь холодному обращению.

От этой правды на мужчину было невыносимо смотреть, отчего Сяо Кэ вынуждена была передать Цинь Кэ свой телефон со словами:

— Кто-то только что отправил тебе сообщение в WeChat.

Цинь Кэ поблагодарил ее, взял телефон в руки и нажал на уведомление, чтобы увидеть на нем сообщение, содержащее: [Внимание, большой кризис! Вы можете потерять благосклонность наследного принца!]

http://bllate.org/book/13116/1161328