Готовый перевод I’m Just This ‘Sue’ / Я просто 'Сью' [❤️] [Завершено✅]: Глава 50.2: Четвёртый злодей (5)

Жажда завоевания, которая кричала и поднималась внутри, уже почти погасла в его голове.

В этот момент Чжоу Вэньюань наконец смог приблизительно понять Чжоу Юйяня, стремящегося видеть альфу в качестве своего партнёра.

В этот момент в голове Хан Цина послышалось звуковое уведомление:

[Благосклонность злодея увеличилась на десять пунктов.]

Какая щедрость!

Наконец-то он был великодушен!

Оказывается, что стратегия должна идти именно таким путём.

Может, в следующий раз ему перейти сразу к более интимным действиям? Как бы то ни было, находясь в теле Линь Юаня, Хан Цин почувствовал, что он мог бы быть более раскованным.

Чжоу Вэньюань забыл, что он собирался делать в этот момент, и ему потребовалось некоторое время, чтобы разобраться в своих беспорядочных мыслях, прежде чем он снова нашёл чёткую линию поведения. Он должен взглянуть на новости... Содержание быстро отразилось на огромном экране перед ним.

На экране появилось его лицо.

Картинка переместилась, и за ним появилось лицо Хан Цина. Сам Хан Цин был застигнут врасплох. Но при ближайшем рассмотрении оказалось, что в новостях показывали его и Чжоу Вэньюаня, когда они вместе вышли из космического корабля десять дней назад.

Почему своевременность новостей в эту эпоху такая отсталая?

Хан Цин разочарованно вздохнул, но внимательно присмотрелся к экрану.

Чжоу Вэньюань сосредоточенно смотрел на экран и был слегка озадачен.

Когда он вместе с этим молодым человеком спустился вниз, он ничего не почувствовал, но сейчас испытал огромное визуальное впечатление от этой картины.

Линь Юань на экране выглядел ещё красивее, даже будучи альфой. В нём присутствует сильная агрессивность, которая тоже является своего рода красотой, омеги никак не могли достичь подобного чувства. Чжоу Вэньюань смущённо скрестил ноги и с ничего не выражающим лицом переключил канал.

Следующим каналом, который привлёк внимание Хан Цина, стал тот, на котором показывали документальный фильм. Просто так получилось, что этот документальный фильм был посвящен Чжоу Вэньюаню. Хан Цин подозревал, что сценарист этого фильма был ярым поклонником Чжоу Вэньюаня, ведь сюжет был полон похвал и восхищения Чжоу Вэньюанем. Сценаристу не терпелось описать Чжоу Вэньюаня как человека, который родился с яркими волосами, умеющего писать и драться в возрасте уже одного года, и способного отпинать внешние планеты в возрасте двух лет...

— В том году адмирал Чжоу доставил пятьсот человек на планету из разряда коричневых карликов, на которой не было травы, а враг, которого он хотел уничтожить, находился на вершине этой планеты. Вражеская армия исчислялась тысячами, а её местонахождение было неизвестно. Адмирал Чжоу принял смелое решение…

Чжоу Вэньюань знал, что в Наньмянской империи никогда не было недостатка в похвалах в его адрес, и он действительно внес большой вклад в Наньмянскую империю, поэтому Чжоу Вэньюань всегда принимал это спокойно. Но когда эти вещи были так откровенно преподнесены перед Линь Юанем, Чжоу Вэньюань впервые ощутил чувство стыда.

Чжоу Вэньюань был вынужден снова сменить канал.

Но сегодняшние крупнейшие межзвёздные телеканалы, похоже, как будто намеренно работали против него.

Следующей передачей был межзвездный фильм «Интерстеллар», снятый на основании его опыта, и когда второстепенные персонажи в нём восхищённо кричали актёрам «Адмирал Чжоу», лицо Чжоу Вэньюаня стало ещё более невозмутимым. Он больше не чувствовал себя ни в малейшей степени комфортно из-за этого. У него было странное ощущение, что он потерял лицо перед Линь Юанем.

Что делают эти телеканалы, когда они переполнены каждый день? Неужели они не знают, как передать что-то более существенное? Может ли лесть создать великое будущее?

***

Хан Цин действительно наслаждался шоу.

К несчастью, в это время вернулся Чжоу Юйянь и, взглянув в их сторону, тут же замер. Он никогда не видел, чтобы кто-то так близко подходил к Чжоу Вэньюаню! Чжоу Юйянь крепко стиснул зубы, поднялся и пошел вперед.

Прежде чем он успел заговорить, Чжоу Юйкай и Чжоу Юйхун один за другим вошли в дверь.

Хан Цин поднял голову.

Отлично, все, кого он дразнил, в сборе.

Выражение лица Чжоу Юйяня мгновенно изменилось. Чжоу Юйкай заслуживает того, чтобы быть политиком. Он отреагировал первым и поздоровался с Чжоу Вэньюанотряем, соблюдая этикет сына или племянника, а затем нахмурился и перевел взгляд на Хан Цина. Несмотря на такое количество взглядов, Хан Цин все еще оставался спокойным и любезно поздоровался с Чжоу Юйкаем:

— Добрый день, старший брат Чжоу.

Чжоу Юйкай кивнул со сложным выражением лица.

На какое-то время мужчины из семьи Чжоу выглядели иначе, и ни у кого из них не было нормального выражения лица.

Хан Цин был очень доволен этим.

— Давай сначала поужинаем, — Чжоу Юйкай всё ещё пытался проявлять гостеприимство.

Чжоу Вэньюань ответил, и остальные осмелились пошевелиться.

Слуги смутно чувствовали, что атмосфера в семье Чжоу сегодня была неправильной, поэтому все стали осторожничать, боясь обидеть хозяина. Они аккуратно расставили еду на столе. Но Чжоу Юйянь внезапно остановил их:

— Положите это сюда.

Слуги переставили, как приказал Чжоу Юйянь, а затем Чжоу Юйянь подтолкнул Хан Цина сесть в том направлении, очевидно, пытаясь намеренно проявить привязанность в присутствии Хан Цина. Просто Чжоу Юйкай, увидев эту сцену, сразу же нахмурился и отругал:

— Не по правилам, — Чжоу Юйянь вздрогнул, и ему пришлось остановиться.

— Линь Юань — гость, а ты — младший в семье, — Чжоу Юйкай указал на место:

— Ты сядешь туда.

Чжоу Юйянь послушно сел.

Когда Чжоу Вэньюань сел на главное место, Чжоу Юйкай слегка смягчил выражение своего лица и жестом пригласил Хан Цина занять место. Как только Хан Цин сел, Чжоу Юйкай последовал за ним.

Глаза Чжоу Юйяня расширились.

Решили посадить его в дальний угол, а старший брат будет сидеть с Линь Юанем?

Чжоу Юйянь чувствовал, что не может дышать, не говоря уже о том, чтобы есть.

Хан Цин взглянул в глаза мужчинам из семьи Чжоу, и ему захотелось рассмеяться. Чжоу Юйкай, условно говоря, человек, который обращает внимание на правила. Причина, по которой он сидит с ним, заключается в том, что он на самом деле считает, что гости должны сидеть здесь... и это не имеет никакого другого значения. Но в глазах Чжоу Юйяня всё определённо по-другому.

После того, как еда была подана, Чжоу Юйянь почти не прикасался к ней, и казалось, что он был полон гнева.

Хан Цин быстро доел еду и обернулся, чтобы встретиться с горящими глазами Чжоу Юйяня. Хан Цин сочувственно прошептал:

— Генерал Чжоу, я сыт, поэтому прошу вас извинить меня.

Чжоу Вэньюань кивнул. Совершив это действие, он понял, что вроде бы стал немного терпимее к молодому человеку.

Хан Цин не заботился о том, что думает Чжоу Вэньюань, он просто встал и пошёл наверх. Чжоу Юйянь не смог удержаться и поставил посуду на стол:

— Дядя, со мной тоже всё в порядке, я собираюсь отдохнуть, — сказав это, он погнался за Хан Цином наверх.

Когда он поднялся наверх, Хан Цин тихо спросил его:

— Я только что смотрел на тебя. У тебя есть что-то что ты хочешь мне сказать?

— Нет… нет! Приходи ко мне в спальню позже. Давай сядем и поговорим.

Хан Цин согласно кивнул.

Чжоу Юйянь скоро выйдет из себя?

На самом деле, Чжоу Юйянь — единственный, кто не может сдержать гнева?

Почти в тот же самый момент Хан Цин снова услышал уведомление:

[Благосклонность злодея увеличилась на пять пунктов.]

Хан Цин забрал свои слова о том, что Чжоу Вэньюань скуп. Генерал был действительно щедрым!

После того, как Чжоу Юйянь закончил говорить, он поспешил обратно в свою спальню. Хан Цин тоже вернулся в свою спальню и достал из пространственного кольца маленькие карманные часы. Эту вещь он специально заказал. Она была совершенно непревзойденной. Если потянуть за расположенный рядом с карманными часами рычажок, регулирующий иглу, можно было высыпать содержимое карманных часов.

Хан Цин ещё некоторое время оставалась в спальне. В конце концов, он должен был дать Чжоу Юйяню ещё немного времени на подготовку.

Прождав некоторое время, пока у него не зазвонил оптический мозг, и Чжоу Юйянь не стал его подгонять, Хан Цин встал, открыл дверь и вышел.

К этому времени семья Чжоу уже поужинала, а Чжоу Юйхун шёл в направлении сети с таким видом, будто собирался найти Чжоу Вэньюаня, чтобы поговорить о делах. Когда Чжоу Юйхун увидел Хан Цина, идущего ему навстречу, он ему широко улыбнулся.

Хан Цин тоже слегка улыбнулся ему, а затем, проходя мимо, шепнул на ухо тихим голосом:

— Я знаю, что ты хочешь сделать.

Зрачки Чжоу Юйхуна внезапно расширились, а его шаги остановились. Однако актёрское мастерство Чжоу Юйхуна было во много раз лучше, чем у Чжоу Юйяня. Всего за мгновение он скорректировал свои шаги и пошёл дальше.

Хан Цин оглянулся.

Чжоу Юйхун шёл уже не так неторопливо, как раньше, и, похоже, всё ещё был напуган.

Хан Цин спустился вниз и направился в спальню Чжоу Юйяня. Тот, казалось, ждал его с нетерпением, дверь была открыта, и когда Чжоу Юйянь увидел, что тот приближается, то сразу же впустил его. Это всё та же комната в ужасном стиле, что и раньше. Хан Цин взглянул на него с лёгким отвращением и позволил Чжоу Юйяню усадить его на маленький диванчик.

Чжоу Юйянь пододвинул к нему чашку:

— Твой любимый черный чай.

Хан Цин улыбнулся.

Эта улыбка — демоническая и притягательная.

Чжоу Юйянь неосознанно отвёл взгляд.

Хан Цин взял чашку и вдруг снова вернул её на стол:

— Я хочу выпить твою.

— А? Мою... Тебе, тебе это не понравится...

Хан Цин сразу взял её и понюхал:

— Она плохо пахнет, забудь... — Он лениво поставил чашку обратно:

— Признавайся, что ты хочешь мне сказать?

Чжоу Юйянь резко вдохнул и сказал низким голосом:

— Линь Юань, давай сделаем это.

— Нет.

— Почему? — неосознанно Чжоу Юйянь повысил голос.

— Ты не так могущественен, как Чжоу Вэньюань.

У Чжоу Юйяня перехватило дыхание, он опустил голову и хриплым голосом сказал:

— Тогда ты можешь пить чай. Не разговаривай со мной больше, я буду молчать...

Хан Цин взял чашку и повертел её в руках.

Чем больше Чжоу Юйянь думал об этом, тем больше злился.

Я дал тебе последний шанс!

Чжоу Юйянь стиснул зубы, и в его голове бессознательно промелькнуло воспоминание о том времени, когда Линь Юань вышел к нему в халате. Просто перетерпи, и ты получишь его. Чжоу Юйянь, у которого уже пересохло во рту, схватил чашку, оказавшуюся под рукой, и сделал два глотка.

Хан Цин от души поаплодировал ему.

http://bllate.org/book/13097/1157916