Готовый перевод Peach / Персик [❤️] [Завершено✅]: Глава 22.2 Осенняя охота

Чэнь Цзыци бросил взгляд, и как раз в этот момент Чэнь Цзымо тоже повернулся к нему. Их взгляды встретились, и атмосфера стала немного неловкой:

— Давайте посмотрим, кто из нас дальше пописает!

Дань И: «...»

И вот, совершенно неожиданно, эти трое начали странное соревнование.

— Вау, Дань И, как ты можешь выигрывать даже в таком?

Чэнь Цзыци натянул штаны и надул губы. Раньше в таких соревнованиях он никогда не проигрывал.

Дань И слегка приподнял подбородок. Хотя в этом не было ничего особенного, чтобы гордиться, он всё же чувствовал некоторое самодовольство.

Как оказалось, Чёрное яичко не превратился в евнуха, а значит, освоить технику Великого изначального бездушия для него было практически невозможно. Чэнь Цзыци почесал голову: как же спасти младшего брата от этой напасти?

Чэнь Цзыци взглянул на синяки, виднеющиеся на шее Чёрного яичка:

— Твоя мама снова била тебя вчера?

Чэнь Цзымо безэмоционально кивнул.

Чэнь Цзыци поманил его пальцем, чтобы тот подошёл ближе, обнял его за плечи и тихо сказал:

— Ты умеешь изображать женщину?

— А?

Чэнь Цзымо ничего не понял, его чёрные глаза смотрели на брата с недоумением.

— Твоя мама бьёт тебя, так что притворись, что тебя избили так сильно, что ты превратился в женщину.

Чэнь Цзыци показал ему, как это сделать: сжал ноги, пошёл вразвалочку, изобразив женскую походку, и сделал жест «орхидея»*.

П.п: *жест «орхидея» (兰花指) — жест руки, когда большой и средний пальцы касаются друг друга, а остальные пальцы подняты вверх.

Чэнь Цзымо посмотрел на него, и в его глазах постепенно появился блеск. Он действительно начал серьёзно учиться у Чэнь Цзыци.

Дань И стоял поодаль и наблюдал, уголки его рта подёргивались.

— Седьмой принц действительно добросердечен, — тихо сказала Лин Хэ.

Хотя, если подумать, заставить шестого принца изображать женщину — это способ напомнить наложнице Чэн, что эта техника предназначена для женщин, и если продолжить так издеваться над сыном, всё может закончиться плохо.

— Он просто хочет посмотреть, как Чёрное яичко изображает орхидею, — равнодушно сказал Дань И.

Лин Хэ: «...»

Возможно, идея Чэнь Цзыци сработала, а может, что-то другое, но в последующие дни Чёрное яичко действительно стал чувствовать себя лучше.

Вскоре наступила осенняя охота. На этот раз император не взял с собой наложниц, сказав, что в честь избранного Небом наследника охота будет масштабной, и присутствие наложниц будет неудобным.

Охотничьи угодья находились в шестидесяти ли от столицы, на горе Цаогу. Гора Цаогу имела радиус в сто ли, а императорские охотничьи угодья располагались в середине нескольких горных хребтов, в относительно открытом лесу.

Чтобы успеть до наступления темноты, нужно было выехать до рассвета.

Чэнь Цзыци, толком не проснувшись, сонно забрался в повозку и улёгся на мягкую подушку, чтобы продолжить спать. Пока они ехали по столице, дорога была ровной, но как только они покинули город, началась тряска. Колесо ударилось о камень — и Чэнь Цзыци подбросило вверх, его голова со стуком ударилась о стенку повозки.

Он сел, держась за голову, как раз в тот момент, когда караван остановился на привал. Чэнь Цзыци надел обувь и вышел из повозки.

К нему тут же подошёл охранник:

— Ваше высочество, вам что-то нужно?

— Отнесите меня к повозке наследника Феникса.

Чэнь Цзыци посмотрел на высокую повозку, затем на расстояние между повозками, и протянул руки, чтобы охранник взял и перенёс его.

Дань И как раз читал письмо, пришедшее из Облачного дворца, когда занавеска повозки внезапно распахнулась, и принц в тёмно-жёлтом охотничьем костюме ворвался внутрь, перекатился по мягкой подушке и естественным образом оказался у него в объятиях.

Чэнь Цзыци нажал на подушку, которая была в два раза толще, чем у него, и с негодованием спросил:

— Почему твоя повозка такая удобная?

Дань И не обратил на него внимания, продолжая читать письмо. Закончив последнюю строку, он бросил бумагу в курильницу и сжёг:

— Утром я предлагал тебе ехать со мной, но ты отказался. Теперь жалеешь?

— А кто виноват? Вчера ты давил мне на грудь, и мне всю ночь снились кошмары. Хотел поспать, так что пришлось от тебя уйти, — заявил Чэнь Цзыци с полной уверенностью в своей правоте.

Дань И некоторое время молча смотрел на него. На самом деле, это Чэнь Цзыци сказал, что холодно и нужно спать обнявшись, но обнял так крепко, что сам себя придавил. Теперь же он винил его.

Чэнь Цзыци забрал подушку Дань И, положил её под голову и осмотрел повозку. Пол и стены были обтянуты мягкими подушками, обшитыми голубой парчой, приятной на ощупь. В стенах были встроены полки, на которых стояли курильница, книги, сладости и чайные принадлежности. Самое замечательное — здесь был раскладной столик, который сейчас висел в воздухе, а на нём лежала тарелка с засахаренными ягодами.

Караван тронулся, и, лёжа на толстой подушке, тряска превратилась в укачивание. Чэнь Цзыци снова начал дремать.

Когда они добрались до лагеря, уже стемнело, и ничего нельзя было сделать. Прибывшие ранее императорские гвардейцы уже установили все палатки. У императора была своя палатка, а принцы спали по двое в одной.

— Дань И, ты сможешь подстрелить фазана?

Чэнь Цзыци, проспав весь день, вечером совсем не хотел спать. Он с возбуждением бегал по палатке, держа в руках маленький лук Дань И.

— Тебе нужен фазан? — спросил Дань И, он как раз раздевался.

— Угу, — кивнул Чэнь Цзыци. — Красный.

Дань И остановился, расстёгивая пояс:

— Зачем тебе это?

— Раньше у меня была курица, но она сбежала несколько дней назад. Я хочу завести ещё одну, чтобы та начала ревновать и вернулась.

Дань И: «...»

Маленький театр:

Птичка гун: Ты хочешь другую курицу?

Цици: Нет-нет, я всё ещё хочу ту, первую.

Птичка гун: Я прямо перед тобой.

Цици: Но сейчас ты не выглядишь как курица, как я могу тебя узнать?

Птичка гун: У меня есть ещё одна птичка, хочешь посмотреть?

Цици: Нет, я уже видел (^)

Птичка гун: ...А ты стал умнее.

http://bllate.org/book/13095/1157345