Готовый перевод God’s Descent (Holographic) / Нисхождение бога (Голографический) [❤️]: Глава 38: Соловей и роза

В момент, когда появилось системное предупреждение, Ю Жунъи увидел на своей при системной борной панели дополнительный ряд индикаторов:

[Уровень ассимиляции: 27%]

[Системная подсказка: ассимиляция в метод духовной атаки босса-бога. Когда значение ассимиляции игрока достигает 100%, игрок ассимилируется в верующего, теряет свою волю и подчиняется приказам противника.]

[Бог-жрец может также ассимилировать NPC в квесте, превращая NPC в монстров, которые подчиняются ему и которыми он может манипулировать, чтобы атаковать игроков.]

Ю Жунъи пробежался взглядом по системной панели. Снаружи дворца доносился неясный гул и приглушённый звук шагов.

В центральном саду под открытым небом спокойной стоял Ло Сы. Белый снег и лунный свет падали на его алый плащ правителя. Он словно не слышал этих дальних отголосков, они будто не долетали до него.

«Он настолько безумен, что ежегодно проводит эту Церемонию Зимней Розы? — Ю Жунъи скользнул глазами по запястью Ло Сы. — Каждый раз принося себя в жертву?»

Маленький принц погибшей страны тряхнул своим окровавленным запястьем и саркастически кашлянул:

— Какая ж это церемония поклонения богу? Они — просто кучка животных, которых нужно кормить... В ночь, когда умерла моя мать, эти люди были так напуганы, так безумно хотели выжить.

— ...Её привязали к кресту, высоко, сложили внизу связки дров. Она не боролась, покорно опустила голову. И все эти тысячи людей только унижали её. Все, кто был ей дорог, кого она хотела защитить: её сестра, их родители, — были казнены рассвирепевшим правителем-отцом, все проклинали её.

— Правитель покарал их за якобы неверность Памелы, — переспросил Ю Жунъи в ответ, — и при этом пощадил тебя — самое безусловное доказательство этой неверности?

Ло Сы на мгновение застыл с печальным выражением на лице, а затем продолжил:

— Мой отец верил, что сошествие Бога в ту ночь прошло успешно, и что его кровь действительно течёт в моём теле. Он считал, что во всём виновата моя мать, что это она как-то плохо распорядилась его кровью, и в результате я появился на свет вот таким.

— Но принц не казнил тебя, он решил покарать Памелу.

Ю Жунъи произнёс с расстановкой:

— Значит, именно ты был причиной всех этих мук, но заплатила за всё Памела.

И хладнокровно прокомментировал:

— С исторической точки зрения, поистине неправый суд. Тот, кто был фактически воплощением преступления, ушёл от ответственности. Он даже получил дар от Бога.

Эти слова страшно разозлили Ло Сы, в его зелёных глазах появились льдинки:

— Чужак, зря ты пытаешься разозлить человека, который может тебя контролировать, — будешь наказан!

Когда Ло Сы произнёс это, Ю Жунъи почувствовал у себя внутри запах липкой крови. Словно кто-то дёрнул его за всю кровь, что текла в его теле, сверху донизу его пронизала острая боль.

[Системная подсказка: игрок атакован боссом-жрецом — манипуляция с кровью; свёртывание крови]

Ю Жунъи медленно отёр кровь с губ, перед глазами его стоял туман из-за выступивших слёз, но выражение лица оставалось бесстрастным. Он продолжал говорить охрипшим голосом, игнорируя этот удар:

— Это правильно, что принц тебя пощадил. Ведь между Пьеро и Памелой ничего не было — так что зачем было принцу обходиться с тобой, как с ребёнком Пьеро.

Ю Жунъи поднял голову, глаза его потемнели:

— Хотя на лицо ты вылитый Пьеро.

— Не знаю, почему ты думаешь, что я похож на человека, которого я никогда не видел, на этого придворного шута по имени Пьеро. Он был мёртв, когда я родился.

И Ло Сы холодно добавил с явным отвращением:

— Она велела сделать брошь из его любимой розы и подарила её мне. Это единственная связь между мной и моим номинальным отцом.

— Номинальным? — Ю, Жунъи чутко отреагировал на его выбор слов. — Ты так ненавидишь своего кровного отца?

— Более чем. — Выражение лица Ло Сы на мгновение стало ещё более свирепым: — Я в обиде на него! Если бы не это моё лицо, так похожее на его, моя мать не погибла бы, обвинённая в неверности! Он, жалкий клоун, да как он смел желать мою мать!

Глаза Ло Сы стали совсем изумрудными, в лице отразилось безумие.

Он коснулся рукой своего лица:

— Его кровь течёт по моим жилам! Она пронизывает всё моё тело! Если бы не его вина, моя мать осталась бы живой!

В глазах Ло Сы появился страх. Ю Жунъи бесстрастно заметил:

— Так ты думаешь, виновником убийства твоей матери был Пьеро?

Тот на мгновение словно пришёл в панику, но потом успокоился, хотя и с видимым трудом. С саркастической улыбкой он повысил голос, который едва не срывался,

— Чужак, послушай историю про соловья и розу.

Ло Сы подошёл к Ю Жунъи и тихо сказал ему на ухо:

— Печальный мальчик, сидя у окна, жаловался птице: «Милая маленькая птичка, почему настоящая любовь в этом мире так жалка и несчастна, почему Бог так безжалостен к ней и не проливает на неё свою милость?»

— Соловью было очень грустно слышать эти печальные слова, и он решил добыть для мальчика красную розу, чтобы тот мог добиться благосклонности своей возлюбленной.

— Но стояла зима, и соловей не смог полететь далеко. В саду он нашёл только спящий бутон розы; он опустился рядом с ним и взмолился: «Красная роза, красная роза, прошу тебя, расцвети, расцвети для влюблённого, которому нужен, очень нужен твой алый цветок». Соловей был очень печален, и бутон увидел это и ответил: «Я знаю, как сделать так, чтобы я расцвёл, чтобы я превратился в красную розу. Но это очень больно, — бутон колебался в нерешительности, — для этого нужно, чтобы ты уколол себя моими шипами, уколол себя в сердце, чтобы твоя кровь потекла по мне и окрасила меня в алый цвет».

Выражение лица Ло Сы во время этого рассказа всё время менялось, черты его исказились. Он дышал часто-часто:

— Соловей был очень смелый, и он был полон решимости защитить настоящую любовь. И он сказал:  «Хорошо! Я так и сделаю».

— И шип розы во имя истинной любви розы пронзил пушистую соловьиную грудь. За ночь белый бутон превратился в красную розу, и соловей умер с улыбкой!

— А бедный юноша, который молился о настоящей любви, взял эту окровавленную розу, чтобы добиться любви своей возлюбленной. Но она отвергла его, и он отбросил красную розу и с горечью сказал: «Алые розы не в силах купить настоящую любовь!»

Когда Ло Сы закончил свой рассказ, лицо его помрачнело.

— Моя мать, Памела Изабель, отдала всё, чтобы защитить своих родителей, свой народ, свою сестру и своего никчёмного любовника, — в точности как этот соловей, отдавший жизнь ради какой-то призрачной настоящей любви!

— До того, как она вышла замуж за члена королевской семьи, она пела ночь за ночью и стала золотым соловьём, чтобы оправдать ожидания своих родителей и избавить от бремени налогов свой народ. И после того, как она вышла замуж за члена королевской семьи, она точно так же продолжала петь ночь за ночью ради своих родителей, у которых теперь были деньги, и своей сестры, которая была золотым соловьём в царском дворце.

Лицо Ло Сы исказилось от горя и гнева. Он кричал и плакал, словно действительно был маленьким ребёнком:

— Её сожгли заживо! Её невежественные родители, трусливая сестра, эгоистичные люди и клоун, тот самый клоун, из-за которого её обрекли на смерть!

Ло Сы медленно поднял голову, его лицо в лунном свете, до мельчайших подробностей похожее на лицо Пьеро, отражало холодную ненависть:

— Пьеро, этот клоун, идиот! Если бы не эта его нелепая любовь, моя мать могла бы спокойно жить до естественного конца. Она смогла бы увидеть, как я взойду на трон и стану самым уважаемым человеком в стране — но вместо этого её просто ни за что сожгли на кресте, из-за жалкого клоуна и группки невежественных, слабых людишек!

Кулаки Ло Сы крепко сжимались, его грудь вздымалась, в охрипшем голосе звучало безумие:

— Она могла бы быть Божьей матерью, а стала первой грешницей государства!

После этой тирады наступила долгая напряжённая тишина, нарушаемая только частым тяжёлым дыханием Ло Сы. Ю Жунъи смотрел на Ло Сы, объятого бурей эмоций и явно неспособного к хладнокровному самоконтролю, с таким видом, словно видит его насквозь и понимает, что всё это — лицемерие.

Ло Сы невольно задрожал под эти взглядом и отступил на полшага назад:

— Да-да, разумеется, Вы правы, и соловья действительно убила роза, — наконец заговорил Ю Жунъи и неспешно поднялся.

Он говорил спокойным, бесстрастным тоном, но, непонятно почему, его слова звучали как приговор Высшего Существа:

— Но на самом деле, розой, которая убила соловья, был не Пьеро, — по-прежнему ровным тоном произнёс, наконец, Ю Жунъи, не сводя взгляда с объятого ужасом Ло Сы. — Не Пьеро, а ты.

— Скажи, Ло Сы Ту Я Тэ, — когда твоя мать горела в огне, — ведь это ты бросил в костёр первую вязанку дров, верно?

— И давай-ка уточним. Памела погибла из-за тебя, ведь так? — бесстрастно продолжал Ю Жунъи. — Чтобы доказать своему отцу, что ты действительно принц, самого настоящего королевского происхождения, тебе пришлось сделать так, чтобы твоя мать взяла всю вину на себя — вот какой была на самом деле смерть Соловья — верно?

Видно было, что Ло Сы потрясён. Не отдавая себе в этом отчёта, он выпалил, повысив голос чуть не до крика:

— Как ты об этом узнал?!

http://bllate.org/book/13024/1148149