Готовый перевод Kiss The Scumbag / Поцелуй подонка [❤️]: Глава 17.4

Он уже испытывал нечто подобное. В тот день, когда боль была настолько невыносимой, что казалось, будто она разрывает его изнутри. Когда он забеременел Анжелой…

— Ох!

Уинстон крепко обнял Юджина, и тот едва мог дышать, издавая лишь короткие, прерывистые звуки. Где-то глубоко внутри он чувствовал мощные, учащённые толчки.

«Неужели?»

Юджин с трудом вспомнил то, что пытался забыть, и попытался повернуть голову, чтобы увидеть лицо Уинстона. Точнее, его глаза. Поскольку он не мог ощущать феромоны истинного альфы, это был единственный способ понять. Едва взглянув в глаза Уинстона, Юджин беззвучно ахнул. Глаза Уинстона были окрашены в чистое золото, но в этот раз это не было вызвано гневом.

— А-а-ах!

Когда Уинстон закончил, он перевернул омегу на живот и снова вошёл. Движения альфы стали механическими, а член, глубоко погруженный внутрь, словно закупорил Юджина, усиливая боль.

Гон.

Подобное случалось лишь однажды, но можно было с уверенностью утверждать, что у Уинстона начался гон. Однако это было не похоже на обычный гон. Сейчас Уинстон казался полностью отключённым, словно движимый лишь инстинктами. Как и в прошлый раз, но обстоятельства были другими. В прошлый раз у него была причина не сдерживать феромоны, и внезапный гон разрушил всё. А что теперь? Почему? Разве Уинстон не посещал оргии? Феромоны не могли накопиться — иначе его рассудок давно бы пострадал.

И вдруг Юджин заметил кое-что необычное. На руке Уинстона были странные следы.

«Что это?» — омега был в замешательстве, но не успел как следует обдумать ситуацию. Уинстон поднял Юджина, поставив на четвереньки, и продолжил двигаться. Когда альфа в очередной раз достиг пика наслаждения, Юджин, уже не до конца осознавая происходящее, заметил, как за окном занимается рассвет. А когда, наконец, смог освободиться из объятий Уинстона, который вырубился после бурной ночи… То осознал, что прошло уже четыре дня.

* * *

— Папочка!

— Анжи, мой ангел!

Они бросились друг к другу, обнимая так крепко, будто хотели наверстать каждую секунду разлуки. Для Юджина это было настоящим чудом — даже добраться сюда, поэтому он не мог позволить себе отпустить ребёнка.

— Прости, Анжи. Тебе было грустно?

Он прижался щекой к её лицу и почувствовал, как малышка храбро качает головой.

— Нет! Кейн рассказывал мне сказки и угощал вкусными печеньями. Я совсем не скучала.

Юджин с трудом поднял взгляд, и девочка твёрдо сказала:

— Я знала, что папа меня не бросит. И верила, что ты вернёшься. — Она снова обняла его за шею и хихикнула. — Вот видишь, я же говорила!

Юджин почувствовал, как на глаза наворачиваются слёзы. Он думал о том, как сильно дочка переживала всё это время. Мысль, что его девочка была одна в этих бесконечных коридорах, причиняла ему боль.

— Да, милая. Папа никогда не оставит тебя, — с трудом произнёс он, пытаясь улыбнуться. — Спасибо, что верила в меня, моя хорошая. — Мужчина нежно погладил девочку по голове и заметил, как дрогнули пухлые щёчки дочери. Внезапно крупные слёзы потекли по детскому личику, и Юджин понял, что малышка старалась казаться сильной. Конечно, что ещё можно было ожидать от трёхлетнего ребёнка?

— Прости, что оставил тебя одну…

В его голосе звучало искреннее раскаяние, и Анжи разрыдалась, уткнувшись отцу в грудь. Юджин крепко обнял дочь, пытаясь сдержать собственные слёзы, но они уже текли по его щекам.

«Ну и дураком же я был… Есть ли смысл в том, что я сделал?»

Он яростно вытер глаза тыльной стороной ладони, осознавая всю глубину своей ошибки. Только сейчас он понял, чем это могло обернуться.

«Если со мной что-то случится — Анжи останется совсем одна…»

Какая разница, как Уинстон его называет? Он всё равно уйдёт и больше не вернётся. Почему же это так больно и обидно?

«Я и не такое переживал…»

Он дал себе обещание больше не поддаваться эмоциям и лёг на кровать рядом с дочкой. Каждая клеточка тела ныла от усталости, и ему казалось, что он вот-вот умрёт. Но нет, он не сдастся. Вместо этого Юджин прижался к дочери и нежно коснулся её носика своим.

— Анжи, папа очень устал. Можно я немного посплю? Побудь со мной, пока я не усну?

— Конечно! Я тебя уложу, — она шмыгнула носом, похлопала отца по руке, а затем запела:

— Мерцай, мерцай, звёздочка...

Под её чистый голосок, который старательно выводил каждую ноту, Юджин мгновенно погрузился в сон. Когда девочка услышал ровное дыхание отца, то продолжила гладить его по руке, пока песня не закончилась. Затем малышка устроилась у Юджина под мышкой и спокойно заснула.

* * *

«Кто этот ребёнок?»

Даже когда Уинстон вернулся в поместье, он не мог перестать думать об этом мальчике. Он опоздал на урок и рассердил своего учителя, но это его не волновало. Все его мысли были заняты Юджином.

— Как ты мог так поступить? Опоздание на урок — это очень грубо, — сказала ему мать, когда учитель ушёл. Уинстон машинально извинился.

Миссис Кэмпбелл заметила, что с сыном что-то не так, и нахмурилась. Но он сказал, что ему нужно заниматься на пианино, и поспешил уйти.

Юджин, Юджин…

Уинстон тщательно исследовал интернет в поисках ангела с таким именем, но его поиски не увенчались успехом. В отчаянии он проверил имена демонов, но и там не нашёл ничего.

Неужели это возможно? Такой прекрасный человек — и всего лишь человек?

Даже лёжа в постели, он не мог думать ни о чём другом. Наконец, на следующий день он придумал план.

— Простуда, — заключил доктор Гербер, семейный врач.

Услышав диагноз, мать Уинстона встревожилась:

— Простуда?! Что же нам делать? Может, его нужно госпитализировать?

Как обычно, женщина волновалась сверх меры. Доктор лишь покачал головой.

— Ничего серьёзного. День отдыха — и всё пройдёт. Я оставлю лекарства, но лучшее лекарство — это сон.

Укрыв Уинстона одеялом до самого подбородка, доктор встал. Мать неохотно кивнула:

— Сегодня мы отменяем все занятия. Отдыхай.

— Прости, мама, — он нарочно закашлялся, и та с жалостью поцеловала его в лоб.

— Ничего, спи спокойно. Ни о чём не беспокойся.

Женщина вместе с доктором вышли, приказав задёрнуть плотные шторы, чтобы ни один луч света не проник в комнату и не потревожил сон Уинстона. Слуги выполнили приказ, и в комнате стало темно.

Хорошо.

Убедившись, что в коридорах никого нет, Уинстон выбрался из постели. Он осторожно приоткрыл дверь и убедился, что в коридоре действительно пусто. Дальше всё было просто. Скрываясь от редких прохожих, мальчик покинул поместье и направился к конюшне. Конюх, который чистил стойла, вздрогнул, когда увидел его, но Уинстон сохранял спокойствие:

— Мне нужен Ланселот. Оседлай его. Немедленно.

Слуга, пребывающий в растерянности, подчинился. Вскочив в седло, Уинстон достал заранее приготовленные купюры и протянул их конюху:

— Если кто-то спросит, вы меня не видели. Это должно остаться между нами. Вот плата за молчание.

Конюх, получивший деньги, не смог скрыть радостного удивления. Оставив ухмыляющегося конюха позади, Уинстон поспешно поскакал вперёд. Ему не терпелось увидеть Юджина. Мальчик мчался к тому, кто не выходил у него из головы всю прошлую ночь, и думал только об одном:

«Юджин, ты всё ещё там? Ты ждёшь меня? Или, может быть, ты уже вернулся на небеса?»

Он стремился поскорее оказаться во флигеле, и детское сердце часто билось от волнения.

Юджин, сидевший за чайным столиком у окна с книгой, почувствовал странное присутствие и выглянул наружу — и замер от удивления. Красивый мальчик, которого он видел вчера, снова приехал верхом, точь-в-точь как раньше. Это было невероятно. Он думал, что день пройдёт так же скучно, как обычно — и вдруг такая неожиданность! Испуганный Юджин рванул к двери, но затем остановился и бросился обратно к окну. Мальчик всё ещё был там. Протерев глаза и убедившись, что это не мираж, он повторил свои действия ещё дважды, прежде чем выбежать из дома.

Ветер нежно трепетал, играя с тонкими звонами ветряных колокольчиков. Уинстон на мгновение задумался. Вокруг флигеля никого не оказалось. Может быть, он внутри? Рядом с дверью висел маленький колокольчик. Если позвонить, Юджин выйдет? А что, если дом пуст? Тогда его фантазия о том, что он ангел, станет правдой.

«Лучше бы я ошибся…» — мысленно вздохнул Уинстон. Он мечтал о новой встрече. Если Юджин действительно ангел, который вернулся на небеса, то они больше не увидятся. По крайней мере, пока Уинстон сам не умрёт. Выходит, они встретятся только тогда, когда он станет стариком?

— Фу, нет!

Он невольно высказал это вслух. Ведь он притворился больным, чтобы выбраться — и теперь сидит здесь, на лошади, предаваясь глупым мечтам.

«Сначала проверю, здесь ли он. Остальное подождёт».

Решив так, Уинстон спешился. Едва его нога коснулась земли, дверь флигеля распахнулась. В проёме показался ангел — его лицо сначала выражало удивление, но вскоре озарилось радостной улыбкой.

— Уинстон!

Ангел с румяными щеками расплылся в сияющей улыбке, выкрикивая его имя, и тут же бросился к нему в  объятия.

— Я скучал по тебе!

Радость была так велика, что Уинстон, будучи всего лишь ребёнком, не смог удержаться на ногах.

— Ой!

Под натиском Юджина Уинстон с коротким вскриком упал на спину. Но даже в этот момент успел крепко обнять мальчика, лежащего сверху.

— Угх…

Раздался глухой стук, и Уинстон тихо застонал. Ошеломлённый Юджин моргнул, затем вскочил, запоздало осознавая происходящее.

— Что случилось?! Ты в порядке? Ты не поранился?!

Уинстон попытался встать на ноги, но тут же вскрикнул от боли:

— Ай!

— Уинстон!

Юджин побледнел, увидев, как мальчик морщится.

— Ты поранился из-за меня? Прости, прости!

— А? Нет, всё в порядке!

Уинстон заметил, что на глазах Юджина выступили слёзы, и поспешил улыбнуться, чтобы его успокоить:

— Я просто потерял равновесие. Это не твоя вина.

Уинстон повторял «Честное слово!», но Юджин продолжал с сомнением смотреть на него.

— Правда, я не вру.

«Ну, кроме того, что я притворялся больным…» — подумал Уинстон с облегчением, ведь это не было ложью Юджину. И улыбнулся, довольный своей логикой. Наконец, Юджин перестал плакать и улыбнулся. Его маленький носик покраснел, что выглядело очаровательно. Уинстон в ответ тоже покраснел и засмеялся.

http://bllate.org/book/13009/1146483